ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-28703/2021

Дело № А40-248865/16

г. Москва

21 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июля 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июля 2021 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А.Комарова, 

судей Ю.Л Головачевой,  Ж.Ц.Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2021 по делу № А40-248865/16 о признании недействительной сделки между ФИО2 и ФИО3 по дарению денежных средств в общем размере 11 458 723,83 руб. от 04.02.2015, 21.05.2014 и 30.09.2015 и применении последствия недействительности сделки 

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2

 

при участии в судебном заседании:

от ф/у ФИО2- ФИО4 дов.от 18.09.2021 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.09.2019 в отношении ФИО2 (119146 

<

...>) введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. 

Финансовым управляющим должника утвержден ФИО5, член Союза АУ «Возрождение». 

В Арбитражный суд г. Москвы 25.05.2020 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделки по дарению денежных средств в общем размере 11 458 723,83 руб. от 04.02.2015, 21.05.2015 и 30.09.2015 в пользу ФИО3 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 11 458 723,83 руб. в конкурсную массу должника. 

До начала судебного заседания от ООО «РТ-Капитал» и АО Банк «Траст» поступили отзывы, от должника поступили отзыв и дополнения к отзыву, от финансового управляющего поступили письменные пояснения. 

В судебном заседании финансовый управляющий и его представитель огласили позицию, поддержали заявление в полном объеме. 

Представитель должника огласил позицию, возражал против удовлетворения заявления, заявил ходатайства об истребовании дополнительных документов. 

Финансовый управляющий и его представитель не возражали против удовлетворения ходатайства об истребовании дополнительных документов. 

В рассматриваемом случае, представителем должника не раскрыто какие именно обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены из банковских выписок по расчетному счету/счетам ФИО2 (Должник) открытому/открытым в ПАО «Сбербанк». При этом в материалы дела не представлено надлежащих доказательств в обоснование довода о невозможности Должником самостоятельного получить выписки по его счету/счетам в ПАО «Сбербанк». Доказательств того, что Должник самостоятельно обращался в отделение ПАО «Сбербанк» за получением выписок, в материалы дела не предоставлено. Суд отказала в удовлетворении данного ходатайства. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2021 г. заявление финансового управляющего удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2021 г. отменить. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что должником в пользу ФИО3 были перечислены денежные средства в общем размере 11 458 723,83 руб., а именно 04.02.2015 на сумму 2 600 000 руб., 21.05.2015 на сумму 1 458 723,83 руб. и 30.09.2015 на сумму 7 400 000,00 руб. 

В обоснование заявления о признании платежей от 04.02.2015, от 21.05.2015, от 30.09.2015 недействительными, финансовый управляющий указал на положения статей 10, 168 ГК РФ. 

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Финансовым управляющим предприняты действия для получения информации о принадлежащем Должнику имуществе и совершенных им сделках, для чего направлены запросы о предоставлении выписок о движении денежных средств по счетам контрагентов. 

На основании полученной информации выявлены следующие подозрительные сделки должника и ФИО3 

Дата

Сумма руб.

Номер счета контрагента

Банк

Назначение платежа

04.02. 2015

2 600 000,00

40817810226000481822

АО Райффайзенбанк

Перевод близкому родственнику со счета ФИО2 40817810701001761560 в АО Райффайзенбанк

21.05. 2015

1 458 723,83

40817810001002772711

АО Райффайзенбанк

Дарение со счета ФИО2 40817810401001759157 в АО Райффайзенбанк

30.09. 2015

7 400 000,00

40817810001002772711

АО Райффайзенбанк

Внесение наличных ПКО№47, вноситель ФИО2, Москва

Итого:

11458 723,83

 

 

Финансовый управляющий указал, что данные операции представляют собой сделки по безвозмездному предоставлению денежных средств (дарение) в пользу ФИО3, который является сыном ФИО2 (Должника). 

В результате совершения указанных сделок сын должника безвозмездно получил в личную собственность денежные средства в общей сумме 11 458 723,83 руб. 

Названные сделки, по мнению финансового управляющего, являются недействительными, как совершенные с аффилированным к должнику лицом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, пункту 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных 1 предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В силу положений пункта 3 статьи 61.1Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. 

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 №6526/10 по делу №А46- 4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами. 

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес. 

В силу пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является заинтересованным лицом по отношению к должнику. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

В рассматриваемом случае отчуждение имущества по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве произведено в пользу заинтересованного лица: сына должника ФИО3 

Согласно сведениям налогового органа, у ФИО3 в 2015 отсутствовал какой-либо доход, что с очевидностью свидетельствует об отсутствии у ответчика возможности осуществить должнику эквивалентное полученному предоставление. 

Совокупность указанных обстоятельств позволяет установить, что стороны оспариваемых в данном обособленном споре сделок, при их совершении не могли не осознавать, что в результате их действий финансовое состояние должника не позволит удовлетворить требования кредиторов, действия должника и ответчика были направлены на достижение единственной противоправной цели - сбережение имущества (недопущения обращения на него взыскания и удовлетворения требований кредиторов). 

В соответствии с абзацем 2 пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 при оценке добросовестности лиц, в отношении которых заключен оспариваемый договор, во внимание должно приниматься то, насколько они могли, действуя разумно и проявляя требующуюся от них по условиям оборота осмотрительность, установить наличие юридически значимых обстоятельств по делу (в т.ч. обстоятельств, позволяющих сделать вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества или обстоятельств, позволяющих сделать вывод о наличии потенциального вреда для должника и его кредиторов). 

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 08.12.2015 №5-КГ15-179, совершение должником договора дарения в пользу заинтересованного лица в период, когда у него имелось обязательство по уплате кредиторской задолженности (даже в том случае, если соответствующие требования еще не предъявлены в судебном порядке и не подтверждены судебными актами) свидетельствует о злоупотреблении правом при совершении данной сделки (пункт 1 статьи 10 ГК РФ). 

Оспариваемые сделки (04.02.2015, 21.05.2015, 30.09.2015) совершены в пределах трехлетнего срока, предшествующего дате возбуждения дела о банкротстве. 

Между тем, должник по состоянию на август 2014 являлся генеральным директором ОАО «НПО «Промавтоматика» (ИНН 

<

***>), а также мажоритарным участником (29,6% в УК) ООО «Газкомплектавтоматика» (ИНН 

<

***>). 

Организации занимались строительными работами, в том числе работали по государственным контрактам - на обустройство объектов Ванкорского производственного участка, главный заказчик - АО «Ванкорнефть». 

Общая сумма контрактов превышала 1 млрд. руб. 

Права требования денежных средств по договорам подряда с АО «Ванкорнефть» являлись объектом залога по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» перед кредитными организациями. 

Организации работали по схеме генподрядчик-подрядчик-субподрядчики, где ОАО «НПО «Промавтоматика» являлось генеральным подрядчиком, а ООО «Газкомплектавтоматика» - подрядчиком. 

Вследствие случившегося в апреле 2014 в группе компаний внутреннего конфликта ОАО «НПО «Промавтоматика» в лице генерального директора ФИО2 в одностороннем порядке 15.04.2014 расторгло договоры подряда с ООО «Газкомплектавтоматика», что стало одной из причин его несостоятельности и, как следствие, банкротства всей группы компаний-заемщиков. 

ФИО2 выступал поручителем по обязательствам указанных обществ перед кредитными организациями-кредиторами в настоящем деле: ОАО «НОМОС-БАНК» (ПАО Банк «Траст»), АО АКБ «НОВИКОМБАНК» (ООО «РТ-Капитал»), АО «Райффайзенбанк». 

Между ОАО «НОМОС-БАНК» и ООО «Газкомплектавтоматика» заключен Договор о возобновляемом кредите № 2544-12/ВК в редакции дополнительных соглашений №1 от 04.09.2012, №2 от 17.09.2012, №3 от 31.05.2013, №4 от 04.07.2014, №5 от 21.07.2014. 

Согласно условиям договора кредитная линия (лимит задолженности -150 000 000 руб.) была предоставлена заемщику на срок до 14.08.2014. 

Обязательства ООО «Газкомплектавтоматика» по Кредитному Договору 

<

***> обеспечиваются поручительством ФИО2 по договору поручительства №2544-12/П4 от 14.08.2012. 

Согласно предоставленному ОАО «НОМОС-БАНК» расчету задолженности (в материалы дела №2-36/2016 в Таганском районном суде г. Москве) ООО «Газкомплектавтоматика» прекратило обслуживание Долга 30.06.2014г. 

Кроме того, 06.06.2014 в отношении ООО «Газкомплектавтоматика» было возбуждено дело о банкротстве А40-87875/2014 на основании собственного заявления должника, в связи с чем для ФИО2 стала очевидна неспособность заемщика исполнить обязательство на сумму свыше 150 млн. руб. 

Кроме того, 24.08.2012 между ОАО «НОМОС-БАНК» и ОАО «НПО «Промавтоматика» был заключен Договор о возобновляемом кредите 

<

***> в редакции Дополнительного соглашения №1 от 17.09.2012 и Дополнительного соглашения №1 от 21.07.2014. 

Согласно условиям договора кредитная линия (лимит задолженности -330 000 000 руб.) была предоставлена заемщику на срок до 22.08.2014. 

Обязательства ОАО «НПО «Промавтоматика» по кредитному договору 

<

***> обеспечиваются поручительством ФИО2 по договору поручительства №2543-12/П4 от 24.08.2012. 

Согласно предоставленному ОАО «НОМОС-БАНК» расчету задолженности (в материалы дела №2-51/2016 в Таганском районном суде г. Москве) просрочка исполнения обязательств ОАО «НПО «Промавтоматика» началась с 01.08.2014, заемщик прекратил исполнение обязательств с 06.10.2014. 

Кроме того, 21.12.2011 между «НОМОС-БАНК» (ОАО) и ОАО «НПО «Промавтоматика» было заключено Соглашение об условиях предоставления банковских гарантий №1831-11/СБГ в редакции Дополнительного соглашения №1 от 17.08.2012, Дополнительного соглашения №2 от 30.04.2013. 

В соответствии с условиями договора подряда №1710211/1117Д от 24.05.2011 между ОАО «НПО «Промавтоматика» и АО «Ванкорнефть» окончание производства работ по договору должно быть произведено не позднее 15.06.2014. 

ОАО «НПО «Промавтоматика» обязательства перед заказчиком не были исполнены в срок, о чем его генеральный директор ФИО2 не мог не знать. 

В связи с чем заказчик 09.09.2014 направил в «НОМОС-БАНК» (ОАО) требование о перечислении суммы в размере 25 609 208,81 руб. (неотработанный аванс) во исполнение ранее предоставленной банком гарантии. 

В силу положений статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. 

Таким образом, ФИО2 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщиков и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основными должниками. 

Кроме того, о наличии у должника противоправной цели свидетельствует следующее: в период с августа 2014 по октябрь 2016 должник последовательно отчуждал принадлежащее ему недвижимое имущество, как правило сделки совершались в отношении близких родственников и подконтрольных компаний. 

Должник совершал сделки, направленные на отчуждение всего принадлежащего ему имущества. 

Такое поведение нельзя признать добросовестным, поскольку в результате действий должника в конкурсной массе остался только газопровод (объект к/н 50:20:0040902:519, кад. стоимость 302 811,49 руб.), стоимость которого не сопоставима с имеющимся реестром кредиторов - 566 856 017,18 руб. 

Тотальную реализацию имущества в преддверии процедуры банкротства нельзя оценить как стандартную, соответствующую обычной хозяйственной деятельности. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей. 

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. 

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. 

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Доводы должника, перечисленные в отзыве и дополнениях к отзыву, судом рассмотрены, исследованы и отклонены как необоснованные, основанные на предположениях и опровергаются материалами дела. 

Судом также отклонены доводы должника о пропуске срока исковой давности, по следующим основаниям. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2018 в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим был утвержден ФИО6, при этом само по себе введение в отношении должника какой-либо из процедур банкротства не приводит к началу течения срока давности вопреки мнению должника (пункт 32 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63). 

В соответствии с пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве гражданин обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, сделках, совершенных им в период подозрительности. При определении момента истечения срока давности необходимо учитывать отказ должника от добровольного предоставления сведений и срок, в течение которого управляющий истребует сведения о сделках у третьих лиц. 

Из материалов дела следует, что сведения об оспариваемой сделке, которые были совершены должником, получены финансовым управляющим из ответа АО «Райффайзенбанк» от 02.04.2020. 

При этом, ранее о совершенных сделках управляющий узнать не мог, так как вплоть до 17.12.2019 у финансового управляющего отсутствовали сведения и подтверждающие документы о том, что ФИО3 является сыном ФИО2 такие сведения были предоставлены Замоскворецким отделом ЗАГС в Арбитражный суд г. Москвы в рамках рассмотрения заявления об истребовании сведений о семейном положении Должника из органов ЗАГС. 

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции признал недействительной сделкой между ФИО2 и ФИО3 по дарению денежных средств в общем размере 11 458 723,83 руб. от 04.02.2015, 21.05.2014 и 30.09.2015. Применил последствия недействительности сделки. Взыскал с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежные средства в размере 11 458 723,83 руб. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 213.32 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделки по дарению денежных средств в общем размере 11 458 723,83 руб. от 04.02.2015, 21.05.2015 и 30.09.2015 в пользу ФИО3 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 11 458 723,83 руб. в конкурсную массу должника. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

С учетом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

В п. 6 данного постановления Пленума ВАС РФ разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемые сделки (04.02.2015, 21.05.2015, 30.09.2015) совершены в пределах трехлетнего срока, предшествующего дате возбуждения дела о банкротстве. 

Довод жалобы об отсутствие противоправной цели причинения имущественного вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки, а также на отсутствие оснований о признании сделки недействительной также отклоняется апелляционным судом на основании следующего.

О наличии у должника противоправной цели свидетельствует то, что в период с августа 2014 по октябрь 2016 должник последовательно отчуждал принадлежащее ему недвижимое имущество, как правило сделки совершались в отношении близких родственников и подконтрольных компаний. 

Должник совершал сделки, направленные на отчуждение всего принадлежащего ему имущества. 

Такое поведение нельзя признать добросовестным, поскольку в результате действий должника в конкурсной массе остался только газопровод (объект к/н 50:20:0040902:519, кад. стоимость 302 811,49 руб.), стоимость которого не сопоставима с имеющимся реестром кредиторов - 566 856 017,18 руб. 

Тотальную реализацию имущества в преддверии процедуры банкротства нельзя оценить как стандартную, соответствующую обычной хозяйственной деятельности. 

Согласно сведениям Замоскворецкого отдела ЗАГС, ФИО3 является сыном ФИО2

Соответственно ФИО3 в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом, а значит его осведомленность о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов презюмируется. 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении в материалы дела надлежащих доказательств недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. 

Если кредитором и должником не доказаны указанные обстоятельства и при этом установлены обстоятельства, позволяющие усомниться в наличии разумных экономических мотивов заключения и исполнения сделок, из которых возникли обязательства, соответствующие сделки (операции по их исполнению) признаются имеющими формальный характер и ничтожными (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей. 

Действия в пределах предоставленных прав, причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. 

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Коллегия приходит к выводу, что по существу, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с законными и обоснованными выводами суда первой инстанции и направлены на переоценку доказательств, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта. 

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом. 

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное определение. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда от 13.04.2021, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Все доводы и аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела. 

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. 

В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда. 

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.04.2021 по делу № А40-248865/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                              А.А.Комаров 

Судьи:                                                                                                                   Ю.Л.Головачева

                                                                                                                   Ж.Ц.Бальжинимаева