ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

11.12.2023

Дело № А40-151915/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.12.2023,

полный текст постановления изготовлен 11.12.2023,

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В., 

судей: Голобородько В.Я., Савиной О.Н.,

при участии в заседании:

ФИО1 – лично, паспорт,

от ФИО1: Куцая Е.М. по дов. от 20.10.2021,

ФИО2 – лично, паспорт,

от конкурсного управляющего ОАО «Банк Российский кредит»: ФИО3 по дов. от 15.03.2023, ФИО4 по дов. от 05.02.2021,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ОАО «Банк Российский кредит»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023,

по заявлению о взыскании убытков с ФИО1 и ФИО2

в рамках дела о признании ОАО «Банк Российский Кредит» несостоятельным (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2015 ОАО «Банк Российский Кредит» (должник, Банк) признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» от 17.10.2015 № 192 (5702).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022, взысканы убытки с ФИО2 в размере 761342686,67 руб., с ФИО5 - в размере 2452971108,01 руб., с ФИО6 - в размере 1691628421,35 руб., с ФИО7, ФИО5 и ФИО6 - в размере 3907008660,43 руб., в удовлетворении остальной части требований к ФИО2 отказано; в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ФИО1 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.11.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022 отменены в части отказа во взыскании убытков с ФИО1 и ФИО2, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции указал, что выводы судов о том, что члены Правления (ФИО2 и ФИО1) не несут гражданско-правовой ответственности за решения, принятые ими в составе Кредитного комитета Банка противоречат статье 71 Закона об акционерных обществах, статье 53 Гражданского кодекса Российской Федерации и пп.1,2 и 3 постановления Пленума ВАС РФ № 62, сделаны при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела и оценки всех доводов и доказательств, представленных конкурсным управляющим. 

Суд кассационной инстанции указал, что суду необходимо предложить сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов и возражений, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт с учетом правовых подходов Верховного Суда Российской Федерации.

При новом рассмотрении обособленного спора в отмененной части определением Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО1 и ФИО2

Не согласившись с определением Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2023 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 конкурсный управляющий ОАО «Банк Российский Кредит» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить указанные судебные акты  и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 с доводами конкурсного управляющего должника не согласились, просят кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего ОАО «Банк Российский Кредит» поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме. 

Представители ответчиков возражали по доводам кассационной жалобы конкурсного управляющего должника.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в судебное заседание не явились, что, согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как установлено судами на основании материалов дела, конкурсным управляющим в качестве лиц, виновных в причинении Банку убытков, указаны пять ответчиков:

ФИО5 - с 01.06.2013 занимал должность Председателя Правления Банка, являлся членом Правления Банка;

ФИО2 - с 01.06.2013 занимал должность Первого заместителя Председателя правления Банка, являлся членом Правления Банка, а с 27.06.2013 - членом и Председателем Кредитного комитета Банка, кроме того ФИО2 был уполномочен на совершение от имени Банка сделок и подписание финансово-расчетных документов, а также был наделен полномочиями по представлению интересов Банка во взаимоотношениях с Банком России и другими лицами;

ФИО6 - с 29.01.2007 занимал должность заместителя Председателя правления Банка, являлся членом Правления Банка, с 15.07.2013 по совместительству занимал должность Директора департамента кредитования и инвестиций, а с 27.06.2013 был членом Кредитного комитета, ФИО6 был уполномочен на совершение от имени Банка сделок и подписание финансово-расчетных документов, был наделен полномочиями по представлению интересов Банка во взаимоотношениях с Банком России и другими лицами;

ФИО1 - с 01.06.2013 занимал должность заместителя Председателя правления Банка, являлся членом Правления Банка, а с 27.06.2013 был членом Кредитного комитета;

ФИО7 - с 01.08.2013 занимал должность Председателя совета директоров (Президента Банка), являлся членом Совета директоров Банка.

Конкурсный управляющий, в качестве основания для взыскания убытков, ссылался на совершение/одобрение ответчиками сделок, повлекших возникновение на стороне должника ущерба по трем эпизодам:

- предоставление заведомо невозвратных кредитов на сумму свыше 10 млрд. руб. без надлежащего обеспечения техническим организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности и прекратившим обслуживание кредитов одновременно с отзывом у банка лицензии;

- сделки по расторжению обеспечительных сделок (договоров ипотеки);

- отчуждение ликвидных облигаций федерального займа Министерства финансов Российской Федерации по договору РЕПО.

Обжалуемыми определением Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2023 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023, обособленный спор, после отмены судом кассационной инстанции, рассмотрен в части взыскания убытков с ФИО1 и ФИО2 по первому эпизоду.

При этом арбитражный суд кассационной инстанции проверяет судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (ч. 1 ст. 286 АПК РФ).

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу ст. 14 Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» Федеральный закон от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» признан утратившим силу.

В соответствии с п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По смыслу приведенных норм права, положения Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» подлежат применению, в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности имели место до дня вступления в силу Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (в ред. от 03.07.2016).

В настоящем случае, как установлено судами, вменяемые ответчикам сделки совершены до 28.05.2014, следовательно, применению подлежат нормы материального права, действовавшие в соответствующий временной период.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций, не урегулированные настоящим Федеральным законом, регулируются Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, нормативными актами Банка России.

В силу п. 1 ст. 14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

В силу норм п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с п. 2 ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков на основании ст. 15 ГК РФ необходимо доказать наличие противоправных действий ответчика, факт понесения убытков и их размер, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По смыслу указанных правовых норм, истец в соответствии со ст. 65 АПК РФ должен представить доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков.

В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

При этом удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии со ст. 1082 ГК РФ, обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, исходя из положений ст. ст. 15, 1064 и 1082 ГК РФ следует, что общими условиями деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда и размер причиненного вреда.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с требованиями норм Положения Центрального банка Российской Федерации от 16.12.2003 № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах» (зарегистрировано в Минюсте России 27.01.2004 № 5489) и Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (зарегистрировано в Минюсте России 26.04.2004 № 5774) действовавших в спорный период, в кредитной организации должна функционировать система внутреннего контроля, целью которой является обеспечение эффективности и результативности финансово-хозяйственной деятельности при совершении банковских операций, включая обеспечение сохранности активов и управления банковскими рисками, а также обеспечение принятия мер по поддержанию на не угрожающем финансовой устойчивости кредитной организации и интересам ее кредиторов и вкладчиков уровне банковских рисков.

В соответствии с требованиями Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П, кредитная организация обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам, влекущим риски возникновения финансовых потерь.

Согласно п. 3.1 Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П, банк должен проводить оценку риска по каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик.

В силу п. 3.1.2 Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.

Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва. 

В соответствии с п. 3.1.3 Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П вся информация о заемщике или контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента), фиксируется в его досье.

Оценка кредитного риска в соответствии с критериями, содержащимися в положениях Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П и от 16.12.2003 № 242-П, должна была учитываться при решении вопроса о выдаче кредита, а также в последующем в ходе постоянного мониторинга кредитного риска в разрезе отдельного заемщика.

При этом наряду с изложенными нормами права и разъяснениями также следует учитывать правовую позицию, сформулированную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) о том, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1)  наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2)  реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако, не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3)      ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ). Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. Тогда как на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения по сделке или, по крайней мере, обладал неполной (недостоверной) информацией по соответствующему контрагенту.

По этой причине, разрешая подобного рода споры, судам надлежит исследовать вопрос соблюдения при заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке, нормативных актов, а также оценивать условия сделок на предмет их убыточности.

Отказывая в привлечении ответчиков к ответственности, оценив представленные доказательства и доводы сторон по всем ссудам, суд пришел к выводу об отсутствии нарушений требований банковского законодательства или внутрибанковских нормативных документов со стороны ФИО2 и ФИО1 и отсутствии доказательств осведомленности ответчиков об их невозвратном характере.

Судом на основании Устава Банка и иных внутрибанковских локальных нормативных документов рассмотрен вопрос о статусе Кредитного комитета ОАО «Банк Российский Кредит» и принимаемых им решениях.

В частности, суд установил, что в соответствии с пунктами 1.1, 3 Положения о кредитном комитете, пунктом 7.1 Устава ОАО «Банк Российский Кредит» Кредитный комитет являлся постоянно действующим коллегиальным органом, а не исполнительным и, соответственно, не относился органам управления Банком. 

Положением о Кредитном комитете ОАО «Банк Российский Кредит», утвержденным Правлением Банка, определен его правовой статус в виде коллегиального совещательного органа и установлен порядок принятия решений. Целью деятельности комитета является подготовка и предварительное рассмотрение вопросов, связанных с выработкой и реализацией кредитной политики. Компетенцией комитета является представление на рассмотрение органов управления предложений и (или) рекомендаций: о предоставлении кредитных ресурсов, условиях заключаемых кредитных соглашений, об условиях обеспечения, о классификации в категорию качества, отнесение актива в категорию проблемных. 

Пунктом 5.11 Положения установлено, что решения комитета носят рекомендательный характер для органов управления банка и подлежат утверждению соответствующим органом управления. 

Таким образом, Кредитный комитет не относится к органам управления Банком.

Суд первой инстанции установил, что в соответствии с Протоколом заседания правления от 27.06.2013 ФИО2, ФИО1 вошли в состав Кредитного комитета Банка как его сотрудники, а не как лица, входящие в состав правления акционерного общества. Ответчики (ФИО2, ФИО1) ввиду своего места в организационной структуре Банка (административный блок) не принимали и не могли принимать никаких решений о заключении или одобрении кредитных сделок.

Доказательства того, что названные ответчики как члены Правления Банка, представляющие административный блок, могли влиять на принятие Банком решения о выдаче кредитов, наличие с их стороны виновных действий в выдаче этих кредитов, а также факта того, что это визирование не носило формальный характер, в материалы обособленного спора не представлены.

Утверждения конкурсного управляющего об одобрении сделок на заседаниях кредитного комитета не соответствует действительности.

В соответствии с Положением о Кредитном комитете в силу своей компетенции (выработка предложений и рекомендаций) и статуса (совещательный орган) кредитный комитет не был уполномочен одобрять или не одобрять кредитные сделки. 

Судом установлено и не опровергнуто заявителем, что по рассматриваемым кредитам Комитет даже не выдавал никаких рекомендаций по выдаче кредитов. Формулировка решений Кредитного комитета по рассматриваемым заемщикам была иной: подготовить с заемщиком соглашение о предоставлении кредита на нижеследующих условиях... и направить на рассмотрение председателя правления банка материалы /заключения служб банка по заемщику для принятия решения о возможности его кредитования на условиях, изложенных в п. 

<

...> настоящего протокола. Кредитный комитет также не принимал решение рекомендовать соответствующему уполномоченному органу Банка рассмотреть вопрос о предоставлении кредитных ресурсов, ни по одной из семи кредитных сделок, упомянутых в заявлении о возмещении убытков. В случае, когда кредитный комитет действительно рекомендовал председателю правления выдать кредит, использовались иные однозначные формулировки: заключить договор с заемщиком и рекомендовать председателю правления одобрить данное решение.

В части оценки действий ответчиков на соответствие стандарту поведения разумного и заботливого руководителя судом установлено следующее.

На истце лежит бремя доказывания того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения по сделке или обладал неполной (недостоверной) информацией по контрагенту.

По этой причине, разрешая подобные споры, судам надлежит исследовать вопрос соблюдения при заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке, нормативных актов, а также оценивать условия сделок на предмет их убыточности (разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Исходя из изложенного, судом исследованы действия ответчиков на предмет доказанности наличия в них признаков недобросовестности и неразумности.

На основании всестороннего изучения материалов обособленного спора и доводов ответчиков по всем ссудам судом первой инстанции сделан вывод об отсутствии каких бы то ни было нарушений требований банковского законодательства или внутрибанковских нормативных документов со стороны ФИО2 и ФИО1 и отсутствие доказательств осведомленности ответчиков об их невозвратном характере.

Действуя в составе Кредитного комитета Банка, ответчики не собирали и не изучали информацию о финансовом положении и деятельности заемщиков (и не должны был этого делать в соответствии с должностными обязанностями), наличие подписей (визирование) ответчиков обусловлено обязательностью выполнения предписаний Банковского законодательства, и не свидетельствует о принятии решения о выдаче кредитов от имени Банка, так как ответчики не имеют полномочий по формированию и выражению воли юридического лица без соответствующей доверенности.

В части статуса ФИО2 и ФИО1 как членов Правления Банка судом в определении от 20.07.2023 всесторонне изучен и отражен порядок принятия решений, основанный на внутренних корпоративных документах, требованиях Банка России и нормах корпоративного права.

Положением о Кредитном комитете ОАО «Банк Российский Кредит», утвержденным Правлением Банка, определен его правовой статус, в виде коллегиального совещательного органа и установлен порядок принятия решений. 

Целью деятельности Комитета является подготовка и предварительное рассмотрение вопросов, связанных с выработкой и реализацией кредитной политики. 

Компетенцией Комитета является представление на рассмотрение органов управления предложений и (или) рекомендаций: о предоставлении кредитных ресурсов, условиях заключаемых кредитных соглашений, об условиях обеспечения, о классификации в категорию качества, отнесение актива в категорию проблемных (п. 3.3. Положения).

Порядок работ при осуществлении процесса кредитования определен в Инструкции по кредитованию юридических лиц, физических лиц и индивидуальных предпринимателей» (утв. приказом № 340 от 10.12.2012), а также новой редакцией данной Инструкции (утв. приказом № 108 от 28.01.2014).

Пунктом 6 Инструкции определено, что принятие решения о предоставлении кредита осуществляется председателем правления на основании заключения Департамента кредитования и инвестиций с учетом рекомендаций Кредитного комитета. 

Ответчик ФИО1 не имел отношения к работе Департамента кредитования и не занимался подготовкой его заключений.

Судом правомерно учтено, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчика причинение убытков, необходимо, принять во внимание наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на принятие решения, повлекшего убытки для банка, установить наличие или отсутствие причинно-следственной связи в действиях (бездействии) по реализации ответчиком соответствующих полномочий и негативными последствиями для должника.

Особенность функционирования кредитных организаций состоит в том, что они осуществляют достаточно крупную по своим масштабам деятельность на финансовом рынке, что обусловливает необходимость наличия в их штате значительного количества сотрудников, в том числе в органах управления При этом банковская деятельность на финансовом рынке является строго и детально урегулированной, в частности, предъявляется значительное количество требований к перечню органов управления, а также к персональному составу лиц, в них входящих (например, статьи 11.1, 11.1-1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Положением о Правлении ОАО «Банк Российский Кредит» закреплено, что члены Правления осуществляют оперативное руководство отдельными направлениями текущей деятельности банка в соответствии с решениями Правления, приказами и распоряжениями председателя правления банка (пункт 2.6).

Приказами от 16.10.2014 № 2900, от 10.12.2014 №3497 и от 01.06.2015 № 1532 распределены полномочия между руководителями банка.

За заместителем Председателя Правления ФИО1 закреплен контроль за деятельностью административного департамента.

Согласно приказу ФИО1 курирует деятельность по обеспечению документооборота, хранению, учету и использованию архивных документов, кадровую деятельность, делопроизводство, информационную безопасность, электро- и пожаро-безопасность помещений, систем и оборудования, обеспечению охраны и безопасности зданий и помещений, эксплуатируемых банком, материально-техническое и автотранспортное обеспечение, эксплуатацию банковских офисов, обеспечение работы с просроченной задолженностью. 

Пунктом 4.1 приказов № 2900 и № 3497 поименован перечень сделок/договоров, права по заключению которых были предоставлены ФИО1, пунктом 5.6. приказа № 1532 установлено право на принятие решений по вопросам в рамках курируемых направлений деятельности банка.

В связи с изложенным, суд пришел к выводу, что к ФИО1 не могут быть предъявлены претензии по ненадлежащей оценке кредитного риска на основании комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации.

Также не могут быть отнесены к его компетенции претензии по оценке финансового положения заемщиков и присвоению им категории качества в соответствии с Положением Банка России № 254-П.

Согласно протоколу заседания Правления от 27.06.2013 ФИО2 и ФИО1 вошли в состав Кредитного комитета Банка как его сотрудники - руководители закрепленных за ними подразделений, а не как лица, входящие в состав правления акционерного общества.

В соответствии с указаниями суда кассационной инстанции при новом рассмотрении ФИО1 суду представлены пояснения и дополнительные доказательства, на основании которых были подготовлены заключения управления безопасности при рассмотрении кредитных заявок. Указаны документы, на основании которых были подготовлены заключения управления безопасности, представлены дополнительные сведения. При новом рассмотрении спора ФИО1 представлены обоснования выводов, отраженных в заключениях управления безопасности с указанием соответствующих доказательств как представленных дополнительно, так и имеющихся в материалах дела.

Данные документы и доказательства получили оценку суда и сделан вывод, что доводы заявителя опровергнуты ответчиком ФИО1 в ходе повторного рассмотрения обособленного спора.

Рассматривая заявки на предоставление кредита в составе Кредитного комитета ФИО1 не мог знать, что на момент рассмотрения условий кредитования они не отвечали интересам Банка. 

Кредитные заявки соответствовали стандартным рыночным условиям по устанавливаемым процентным ставкам, а также 6 из 7 кредитов предоставлялись на условиях обеспечения, которое кредитным департаментом было оценено, как надлежащее - имело твердый залог в виде ипотеки или состояло из инвестиционных прав в строящихся объектах недвижимости; до рассмотрения заявки Управлением безопасности была получена необходимая и возможная к получению в тот период информация: об обществе, его местонахождении, директоре, действительности его документов. Дополнительно в рамках делового сотрудничества со службами безопасности иных кредитных организаций была получена возможная информация о заемщиках, наличии у них кредитной истории, картотеки неисполненных платежей, а также иных сведений, которые в последствии нашли подтверждение в представленных документах.

На истце лежит бремя опровержения презумпции посредством доказывания, например, того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения по сделке или, по крайней мере, обладал неполной (недостоверной) информацией по соответствующему контрагенту.

В настоящем случае, вопреки доводам кассационной жалобы судом первой инстанции не производилась переоценка предоставленных кредитов, а изложено обоснование принятия или отклонения доводов и аргументов, представленных ответчиками ФИО1 и ФИО2 при новом рассмотрении обособленного спора. По этой причине суд исследовал вопрос соблюдения принципов добросовестности при заключении сделок корпоративных норм и правил, действующих в банке, нормативных актов, исходя из уже имевшихся в материалах обособленного спора и предоставленных на новом его рассмотрении доказательств.

В части доводов об освобождении от ответственности членов Правления Банка, конкурсный управляющий не учитывает, что выводы суда сделаны в отношении конкретных лиц, исходя из всей совокупности установленных в настоящем деле обстоятельств, применительно к локальным актам, действовавшим в ОАО «Банк Российский Кредит».

Доводы кассационной жалобы, изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20.07.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 по делу № А40-151915/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Д.В. Каменецкий  

Судьи:                                                                                            О.Н. Савина

В.Я. Голобородько