ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-52579/2021

16 февраля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2024 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Герасимовой Е.А.

судей  Радченко А.В., Тарасовой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

 

при участии:  

- конкурсного управляющего ФИО2; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-33188/2023) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью  «Геометрия» ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2023 по делу № А56-52579/2021/суб.1 (судья  Рычкова О.И.), принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Геометрия» ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Геометрия»,  

 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – суд первой инстанции) от 21.07.2021 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Эксима» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Геометрия» (далее – ООО «Геометрия»). 

Определением суда первой инстанции от 26.08.2021 в отношении                    ООО «Геометрия» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО2. 

Решением суда первой инстанции от 23.12.2021 ООО «Геометрия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 23.03.2023 (зарегистрировано 24.03.2023) обратилась в суд первой инстанции с заявлением, в котором просила:

- признать ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения – с. Чернояр Земетчинского р-на Пензенской обл., ИНН 

<

***>; адрес: 195271,  Санкт-Петербург, Кондратьевский 

<

...>) и ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения – г. Ленинград, ИНН 

<

***>, адрес: 193168, Санкт-Петербург, ул. Дыбенко, д. 22, к. 1, кв. 307) контролирующими должника ООО «Геометрия» лицами;

- привлечь ФИО3 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Геометрия»;

- приостановить рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 15.08.2023 заявление конкурсного управляющего ООО «Геометрия» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворено частично. Установлено наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Геометрия» по подпункту 2 пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017                   № 266-ФЗ. Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Геометрия» ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам                               ООО «Геометрия» до окончания расчетов с кредиторами ООО «Геометрия». В остальной части в удовлетворении заявления конкурсному управляющему                  ООО «Геометрия» ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 15.08.2023 отменить в части отказа в признании контролирующим должника лицом ФИО4 и отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности, принять в указанной части новый судебный акт, удовлетворить требования заявителя. По мнению конкурсного управляющего ФИО2, основанием считать ФИО4 контролирующим должника лицом послужил факт принятия им товарно-материальных ценностей, а также подписание финансово-обязывающих документов, которые стали, в том числе основанием для включения задолженности в реестр требований кредиторов. Обращения конкурсного управляющего к ФИО4, который помимо должности технического директора, также владел долей 50% в ООО «Геометрия», с требованием предоставить информацию о судьбе полученных им товарно-материальных ценностей, а также пояснения по финансово-хозяйственной деятельности предприятия, к положительному результату не привели. Данное поведение участника и топ-менеджера должника свидетельствует о злоупотреблении правом. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований в части ФИО4, указал лишь на то, что передача финансово-бухгалтерской документации лежит только на генеральном директоре ФИО3, а поскольку ФИО4 не является генеральным директором, то и не должен передавать документы и нести бремя субсидиарной ответственности. Конкурсный управляющий ФИО2 в свою очередь полагает, что такое усеченное понимание сущности правового института контролирующего должника лица, заложенное в действующем законодательстве, необоснованно избавляет от ответственности лицо, которое, как следует из материалов дела, имеет непосредственное отношение к банкротству компании и, соответственно, к ущемлению прав кредиторов. Являясь непосредственно заинтересованным лицом, владея 50% доли в ООО «Геометрия», самостоятельно принимая материальные ценности, которые не были впоследствии оприходованы на складе предприятия (физически отсутствуют) и отражены в бухгалтерском учете, отказываясь раскрывать суть финансово-хозяйственной деятельности компании (что позволило бы конкурсному управляющему более эффективно исполнять возложенные функции), ФИО4, по мнению конкурсного управляющего, является тем самым контролирующим должника лицом, как это определяет закон. Также конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что свои возражения в суд ФИО4 не направил, изъявив свою волю таким образом, что косвенно означает признание за собой ответственности за банкротство компании.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Геометрия» участниками указанного общества с момента создания по настоящее время являются: 

- ФИО3 – 50% долей;

- ФИО4 – 50% долей.

Генеральным директором ООО «Геометрия» с момента его создания до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства являлся ФИО3.

Основными видами деятельности ООО «Геометрия» являлись: производство штукатурных работ, разработка строительных проектов, строительство жилых и нежилых зданий, разборка и снос зданий и пр.

Временный управляющий ООО «Геометрия» ФИО2 направляла в адрес ФИО3 и ФИО4 запросы о предоставлении информации об имуществе должника, сведений об активах и пассивах общества, о дебиторской/кредиторской задолженности, запрашивала копии бухгалтерской/налоговой отчетности, о характере финансово-хозяйственной деятельности, о заключенных договорах и пр.

Названные лица уклонились от предоставления запрошенной информации. 

В связи с отсутствием ответа на направленные запросы, временный управляющий обратилась с заявлением об истребовании сведений и документов у ФИО3 в суд первой инстанции в рамках настоящего дела о банкротстве.

Определением суда первой инстанции от 14.01.2022 заявление удовлетворено, получен исполнительный лист, направлен для исполнения в соответствующий отдел службы судебных приставов.

Как указывает заявитель, до настоящего момента ФИО3 судебный акт не исполнен. 

ФИО2 в качестве конкурсного управляющего ООО «Геометрия» был также направлен 30.12.2021 в адрес ФИО5 запрос сведений и документов в отношении должника, а также требование о передачи печатей, штампов, имущества и ключей к интернет-банкам должника и пр. Запрос исполнен не был, в связи с чем конкурсный управляющий также обратилась в суд с заявлением об истребовании у ФИО3 сведений, документов и имущества ООО «Геометрия». 

Определением суда первой инстанции от 04.10.2022 заявление удовлетворено, получен исполнительный лист, направлен для исполнения в соответствующий отдел службы судебных приставов. 

Названный судебный акт также не был исполнен.

При этом конкурсному управляющему ООО «Геометрия» ФИО2 стало известно, что должником был заключен ряд лизинговых сделок на приобретение двух автомобилей и двух дорогостоящих ноутбуков: 

- договор лизинга № 2350204-ФЛ/СПб-20 от 29.04.2020, предметом выступает легковой автомобиль BMW 520D XDRIVE, 2020 года выпуска, VIN 

<

***>;

- договор лизинга № 2529426-ФЛ/СПБ-20 от 08.12.2020, предметом выступает легковой автомобиль Volkswagen Polo, 2020 года выпуска, VIN 

<

***>;

- 31.01.2020 заключен договор лизинга № ЮЛ-1424 с ООО «АРЕНЗА-ПРО», в соответствии с которым должником были приобретены ноутбук Apple MасBоок Pro 13 with Toucn Bаr серый космос Mid 2019 (MUHN2RU/A) 13,3" 2560x1600 - Intel Core i5 1.4-3.9 ГГц/8Гб/SSD 126Гб/lntel Iris Plus Graphics 645/ BlueTooth/macOS Mojave в количестве 2 (двух) штук, переходник Elago USB-A to USB-C в количестве 2 (двух) штук. 

Местонахождение данного имущества конкурсному управляющему  неизвестно. 

Учитывая количество приобретенных по договорам лизинга предметов роскоши, конкурсный управляющий предполагает, что они приобретались для личного пользования двух соучредителей ООО «Геометрия».

Согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения процедуры наблюдения (25.08.2021) – 31.12.2020, балансовая стоимость имущества должника составляла              6 641 000 руб., из них 6 537 000 руб. составляла дебиторская задолженность.

Документы по дебиторской задолженности конкурсному управляющему не предоставлены. 

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что ФИО3, как генеральным директором ООО «Геометрия», не внесены в ЕГРЮЛ достоверные сведения в части юридического адреса общества. 

Конкурсный управляющий ООО «Геометрия» полагает, что оба соучредителя должника являются контролирующими должника лицами в смысле, установленном статьей 61.10 Закона о банкротстве. При этом роль второго соучредителя              должника – ФИО4, в условиях практически полного отсутствия переданных документов и информации, доказывается управляющим с помощью косвенных фактов. Сопоставляя представленные в материалы дела о включении в реестр требований кредиторов – ООО «КОМПЛЕКТМОНТАЖСТРОЙ» документы, конкурсный управляющий смог установить следующее: 

- УПД № 425 от 17.11.2020 на сумму 296 741 руб. 50 коп., № 251 от 17.08.2020 на сумму 11 862 руб. 15 коп., № 197 от 15.07.2020 на сумму 21 043 руб. 30 коп.,               № 192 от 10.07.2020 на сумму 47 699 руб. 71 коп., итого на сумму 377 346 руб. 66 коп., были подписаны ФИО4 в качестве технического директора. Акт сверки 31.03.2021 с ООО «КОМПЛЕКТМОНТАЖСТРОЙ» от лица ООО «Геометрия» также подписывал ФИО4 При этом на УПД и акте сверки стоит печать должника. 

Аналогичным образом (подписаны ФИО4, как техническим директором, и проставлена печать общества) оформлены документы, представленные ООО «Невский Альянс» при подаче заявления о включении в реестр требований кредиторов ООО «Геометрия»: УПД № 585 от 12.05.2020 на сумму 356 928 руб., УПД № 454 от 23.04.2020 на сумму 26 872 руб., УПД № 686 от 27.05.2020 на сумму 147 851 руб. 60 коп. 

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что в соответствии с действующим законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, положениями Устава должника, печать общества ставится исключительно генеральным директором при подписании им документов от имени общества. 

В связи с этим заявитель сделал вывод о том, что ФИО4 находился не только в доверительных и деловых отношениях с ФИО3, но и имел возможность и доступ к печати общества, что говорит о возможности контролировать деятельность должника в качестве не только исполнительного органа должника (технический директор), но также лица, которое совместно с ФИО3 имеет право распоряжаться более чем 50% долей в уставном капитале должника и принимать решения на общем собрании участников.

По мнению конкурсного управляющего ФИО2, в совокупности с использованием в личных целях имущества общества (полученного по договорам лизинга и двух дорогостоящих ноутбука), ФИО4 извлекал таким образом выгоду из своего недобросовестного поведения, причиняя ущерб кредиторам.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223                   АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из положений пункта 1 и подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в том случае, когда оно извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения органов управления должника.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума № 53),  предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Таким образом, сам факт наличия у лица статуса участника общества еще не является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку для этого необходимо доказать, что такое лицо имеет именно признаки выгодоприобретателя.

Конкурсный управляющий ООО «Геометрия» ФИО2 ссылается на то, что должником был заключен ряд лизинговых сделок на приобретение двух автомобилей и двух дорогостоящих ноутбуков: 

- договор лизинга № 2350204-ФЛ/СПб-20 от 29.04.2020, предметом выступает легковой автомобиль BMW 520D XDRIVE, 2020 года выпуска, VIN 

<

***>;

- договор лизинга № 2529426-ФЛ/СПБ-20 от 08.12.2020, предметом выступает легковой автомобиль Volkswagen Polo, 2020 года выпуска, VIN 

<

***>;

- 31.01.2020 заключен договор лизинга № ЮЛ-1424 с ООО «АРЕНЗА-ПРО», в соответствии с которым должником были приобретены ноутбук Apple MасBоок Pro 13 with Toucn Bаr серый космос Mid 2019 (MUHN2RU/A) 13,3" 2560x1600 - Intel Core i5 1.4-3.9 ГГц/8Гб/SSD 126Гб/lntel Iris Plus Graphics 645/ BlueTooth/macOS Mojave в количестве 2 (двух) штук, переходник Elago USB-A to USB-C в количестве 2 (двух) штук. 

Местонахождение данного имущества конкурсному управляющему  неизвестно. 

Как считает управляющий, учитывая количество приобретенных по договорам лизинга предметов роскоши, они приобретались для личного пользования двух соучредителей ООО «Геометрия».

Однако названные доводы являются предположением конкурсного управляющего ФИО2 и документально ничем не подтверждены. 

В дополнительных пояснениях, представленных в суд апелляционной инстанции, заявитель указал, что должником были заключены договоры лизинга с АО «ЛК «ЕВРОПЛАН» № 2350204-ФЛ/СПБ-20 от 29.04.2020 (транспортное средство марки «БМВ 520D XDRIVE», лизинговые платежи согласно договору должны были составить 5 078 004 руб. 54 коп., из которых должником уплачено 1 840 531 руб. 38 коп.) и № 2529426-ФЛ/СПБ-20 от 08.12.2020 (транспортное средство марки «VOLKSWAGEN POLO», лизинговые платежи согласно договору должны были составить 1 562 028 руб., из которых должником уплачено 475 227 руб. 91 коп.).

Как установлено судом первой инстанции на основании пояснений конкурсного управляющего, в дальнейшем предметы лизинга были выкуплены и реализованы в ходе конкурсного производства путем передачи залоговому кредитору, что исключает вывод управляющего о причинении ущерба должнику вследствие действий ФИО4 

Тот факт, что ФИО4 в должности технического директора подписывал УПД о принятии товарно-материальных ценностей свидетельствует лишь о том, что данное лицо приняло товар, предназначавшийся должнику, об этом свидетельствует факт проставления на УПД печати ООО «Геометрия». Доказательств того, что ФИО4 присвоил товарно-материальные ценности, не передал их должнику, использовал в личных целях, в деле не имеется и конкурсным управляющим ФИО2 не представлено. Действительно, последующая судьба товара может быть неизвестна конкурсному управляющему, однако данный факт не опровергает отсутствие в действиях ФИО4 нарушения закона и признаков злоупотребления правом.

Вопреки доводам конкурсного управляющего ФИО2, обязанность по передаче имущества (к которому относятся, в частности, товарно-материальные ценности) и документации должника возложена на генерального директора, коим является ФИО3, а не участника общества. ФИО3 в свою очередь привлечен судом первой инстанции к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. ФИО4, являясь участником общества и не являясь при этом его единоличным исполнительным органом, не имеет обязанности по передаче документов и имущества. Об этом же свидетельствуют действия самого конкурсного управляющего ФИО2, которая в ходе процедуры банкротства требования к ФИО4 о передаче документов и имущества должника не обращалась, соответствующий судебный акт не выносился.

В деле также отсутствуют надлежащие доказательства вины ФИО4 в доведении должника до банкротства и невозможности исполнения последним своих обязательств.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплены опровержимые презумпции вины контролирующих должника лиц за невозможность полного погашения требований кредиторов.

При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как следует из положений пункта 3 постановления Пленума № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ; пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Помимо наличия у ответчика статуса контролирующего должника лица истец должен доказать наличие правовых и фактических оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Сам по себе лишь статус участника должника не свидетельствует о безусловности оснований для привлечения такого учредителя к субсидиарной ответственности без конкретизированных аргументов о принятии им заведомо неверных управленческих решений.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из приведенных положений закона и разъяснений следует, что ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества, и т.п.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления Пленума № 53).

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 20 постановления Пленума № 53, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае конкурсным управляющим ФИО2 не представлено доказательств того, что участник общества ФИО4 посредством своих неразумных и недобросовестных действий довел общество до банкротства либо являлся выгодоприобретателем по каким-либо сделкам, причинившим ущерб должнику, либо присвоил имущество должника.

Доказательств, свидетельствующих об имевших место фактах дачи участником директору общества обязательных для исполнения указаний, также не представлено.

При таких условиях отказ в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника признается апелляционной коллегией правильным и соответствующим материалам дела.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в обжалуемой части в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2023 по обособленному спору № А56-52579/2021/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

 

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

А.В. Радченко

 

М.В. Тарасова