ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

30.08.2023

Дело № А40-86190/21

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23.08.2023

Полный текст постановления изготовлен  30.08.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Дербенева А.А., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего  ООО «УралСтройНефть» - ФИО1 по доверенности от 13.06.2023, ФИО2 по доверенности от 01.06.2023,

от АО «Транснефть-Прикамье» - ФИО3 по доверенности от 25.11.2022,  ФИО4 по доверенности от 05.12.2022,

рассмотрев 23.08.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего  ООО «УралСтройНефть»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2023 

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023

об отказе в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании дополнительных доказательств по делу; об отказе в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о проведения экспертизы по делу; об отказе в удовлетворении объединенного заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделками Контракта от 31.05.2019 №ТПК-1408/01-04-01.3/19, всех дополнительных соглашений к нему и взыскании с АО «Транснефть-Прикамье» в пользу ООО «УралСтройНефть» 116 252 724,83 рублей; о признании недействительной сделкой условий дополнительного соглашения №ТПК1408/ДС4/01-04-01.3/19 и взыскания с АО «Транснефть-Прикамье» в пользу ООО «УралСтройНефть» денежных средств в размере 22 809 574,44 руб. в полном объеме, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «УралСтройНефть»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2021 общество с ограниченной ответственностью «Уралстройнефть» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступили заявления конкурсного управляющего должника, объединенные определением суда от 14.12.2022 для совместного рассмотрения,  о признании недействительными сделками: контракта от 31.05.2019 № ТПК-1408/01-04-01.3/19, заключенного между должником и АО «Транснефть-Прикамье», а также всех дополнительных соглашений к нему в части установления размера контрактной цены работ и услуг, подлежащих оплате подрядчику, как несоответствующих рыночной стоимости, и взыскании с АО «Транснефть-Прикамье» в пользу ООО «УралСтройНефть» 116 252 724,83 руб.; о признании недействительной сделкой условий дополнительного соглашения № ТПК-1408/ДС4/01-04-01.3/19, заключенного между должником и АО «Транснефть-Прикамье», отраженных в пункте 2.2 в части уменьшения суммы выполненных работ на 22 809 574,44 руб., в пункте 2.4 в части увеличения срока гарантийного обеспечения, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с АО «Транснефть-Прикамье» в пользу ООО «УралСтройНефть» денежных средств в размере 22 809 574,44 руб.

Определением Арбитражного суда Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судом округа к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен отзыв АО «Транснефть-Прикамье»  на кассационную жалобу.

В приобщении к материалам дела объяснений конкурсного управляющего должника судебной коллегией отказано, поскольку отсутствуют доказательства их заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего настаивал на удовлетворении кассационной жалобы, представитель АО «Транснефть-Прикамье» против удовлетворения кассационной жалобы возражал по мотивам, указанным в отзыве, полагал обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

            Изучив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание  представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

            В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника ссылался на неравноценность встречного исполнения - заниженную по отношению к рыночной стоимости спорных результатов работ, как следствие, просил признать сам контракт и дополнительные соглашения к нему в части установления размера контрактной цены работ и услуг недействительными на основании положений пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, управляющий ссылался на положения статей 10, 168 ГК РФ, указывая, что при заключении контракта и дополнительных соглашений к нему было допущено злоупотребление правом, выразившееся в навязывании подконтрольному обществу заведомо невыгодных условий в части стоимости обусловленных контрактом работ.

Так, заявитель указывал, что согласно финансовому анализу деятельности должника, представленному в материалы дела, а также заключению специалиста, стоимость строительно-монтажных работ по заключенному оспариваемому контракту существенно занижена, в связи с чем образовалась недоплата по исполненным должником обязательствам.

По мнению конкурсного управляющего, должник должен был получить за выполненные работы по контракту не менее 403 017 000 руб., как следствие, сумма названной недоплаты составляет 116 252 724,83 руб. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что, реализуя цели получения услуг по строительству объектов капитального строительства в 2019 году АО «Транснефть-Прикамье» организовало размещение информации и проведение конкурентной закупки в форме открытого конкурса по лоту № 0001-204-К-Y02-03179-2019 «87-ТПК/ТПР/1-05.2019 «Строительство вдоль трассовых проездов в УРНУ, ПРНУ», по результатам которой с должником, который предложил лучшие условия исполнения обязательств, был заключен оспариваемый контракт на выполнение строительно-монтажных работ.

Таким образом, отметил суд, стоимость работ по контракту была определена коммерческим предложением, представленным самим должником.

Вместе с тем, сторонами было осуществлено исполнение договорных обязательств, в том числе, заключение дополнительных соглашений об изменении видов и объемов работ, а также приведение контрактной цены к объему фактически выполненных работ, но без изменения по существу самой контрактной цены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), в соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В настоящем случае, на основании анализа протоколов заседаний конкурсных комиссий, судами сделан вывод о том, что ценовые предложения всех участников закупок имели сопоставимые условия, как следствие, довод конкурсного управляющего должника о не рыночном размере цены оспариваемых контрактов оценен критически и отклонен, как опровергнутый представленными в материалы обособленного спора документами.

Обязательства по оплате выполненных подрядчиком работ исполнены заказчиком в полном объеме в соответствии с условиями контрактов, что заявителем не оспаривается.

При таких обстоятельствах, доказательств неравноценности встречного исполнения обязательств, заявителем в материалы дела не представлено, в связи с чем, сделки не могут быть признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций, само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В настоящем случае, отметили суды, в подтверждение цели причинения вреда имущественным правам кредиторов не приведено каких-либо обстоятельств, перечисленных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, невозможно сделать правовой вывод о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ввиду отсутствия совокупности условий для установления данной цели.

Так, вопреки доводам конкурсного управляющего об обратном, спорный контракт был заключен по итогам открытых торгов, в которых должник принял участие и был признан их победителем.

При заключении контракта должнику было известно о твердой цене договора, условие о цене согласовано в контракте.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ, юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пункта 1 статьи 709 ГК РФ, в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

Согласно пункту 3 статьи 709 ГК РФ, цена работы может быть определена путем составления сметы.

Цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой.

При отсутствии других указаний в договоре подряда, цена работы считается твердой (пункт 4 статьи 709 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 740 ГК РФ предусмотрено, что по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В настоящем случае, отметили суды, должник выполнил предусмотренные договором работы и передал их результат заказчику, при этом, заказчик результат работ оплатил.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника об обратном, частичное уменьшение цены контракта в результате подписания дополнительных соглашений было вызвано не уменьшением стоимости выполняемых работ, а уменьшением объема таких работ (исключение цены сезонных работ).

Из содержания оспариваемого контракта следует, что стороны согласовали твердую цену контрактов, что не противоречит положениям пунктов 5 и 6 статьи 709 ГК РФ.

В настоящем случае, заключение специалиста, представленное конкурсным управляющим должника в обоснование доводов о том, что оспариваемые сделки подпадают под критерии подозрительных, поскольку возникли существенные расхождения по цене выполненных работ по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных работ, судами оценено критически, поскольку исследовательская часть заключения свидетельствует лишь о проведении оценщиком анализа экономической ситуации в России в 2020-2021 годы и анализа рынка строительных работ в 2021 году, а не об определении рыночной цены работ на момент заключения оспариваемого контракта.

Более того, отметили суды, формирование выводов экспертами основано на «Анализе рынка строительных работ в 2021 году», что само по себе не имеет правового значения для правильного рассмотрения дела с учетом даты заключения оспариваемого договора (2018-2020 годы).

С учетом вышеизложенного, суды пришли к выводу, что конкурсный управляющий не доказал несоответствие цены работ по оспариваемому контракту среднерыночному уровню за аналогичные работы.

Принимая во внимание, что, в силу статьи 421 ГК РФ, стороны договора строительного подряда свободны в согласовании его условий, в том числе, условий о цене, которые определяются исключительно по их усмотрению, ссылка управляющего, что сделка заключена в отсутствие равноценного встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника не обоснована.

Первоначально согласовав перечень, объемы и твердую стоимость работ, стороны в дальнейшем, путем заключения дополнительных соглашений, согласовывали изменения стоимости работ, подлежащих выполнению по контрактам, но никак не порядок определения твердой цены; контрактом установлена твердая стоимость работ, с которой должник согласился при заключении контракта, сам назвав ее на конкурентных торгах, по результатам которых был признан победителем, а сумма выполненных работ оплачена заказчиком в полном объеме.

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у заказчика (ответчика) цели занижения стоимости работ по контракту при его заключении, а также об отсутствии факта неправомерного поведения заказчика и уклонения его от согласования с должником дополнительных условий договора, касающихся объема и стоимости работ.

Доказательств, свидетельствующих, что заказчик при заключении контракта помимо цели завершения строительства объектов магистральной инфраструктуры трубопроводного транспорта на согласованных условиях, преследовал какую-либо иную цель, судом не установлено и из материалов дела не следует.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (постановление - от 14.03.2014 № 16), в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку, согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий, суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Как указывалось выше, спорный контракт был заключен по результатам торгов.

Как участник торгов, должник до подачи заявки об участии в торгах должен был оценить, являются ли приемлемыми для него предложенные организатором торгов условия контракта и, исходя из этого, решить вопрос об участии или неучастии в торгах.

При этом, должник не впервые участвовал в процедуре заключения контрактов и с ней знаком.

Также конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что в 2018-2020 годах должник прекратил исполнение обязательств в результате недостаточности денежных средств для их исполнения, а также превышения размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов).

Одним из обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию, является осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника.

В данном случае, как указано судами, конкурсным управляющим должника не представлено относимых и допустимых доказательств такой осведомленности общества, в связи с чем, как верно указали суды, правовые основания для признания оспариваемого контракта недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве также отсутствуют.

Довод заявителя о наличии в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом не обоснован какими-либо конкретными доказательствами, свидетельствующими о совершении оспариваемой сделки с незаконной целью или незаконными средствами, в обход закона, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, с намерением причинить вред другим лицам, или нарушить права и законные интересы других лиц, об установлении незаконных или несправедливых условий договора, значительно отличающихся от применяемых в аналогичных правоотношениях.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Заявляя о недействительности сделки в связи со злоупотреблением правом, заявитель не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, предполагаемые ими пороки выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований возражений.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

При этом, вопреки доводам кассационной жалобы судебная коллегия не усматривает нарушений судами при отказе в удовлетворении ходатайств о назначении судебной экспертизы и истребовании доказательств, с учетом имеющихся в материалах дела документов, в отсутствие доказательств необходимости проведения экспертизы по делу. 

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанции не было допущено таких нарушений норм права при рассмотрении настоящего обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2023  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023 по делу № А40-86190/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      А.А. Дербенев

 

                                                                                              В.З. Уддина