СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

     

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                         Дело №А03-23774/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября  2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

Усаниной Н.А., 

судей

Кудряшевой Е.В.,              

ФИО1,   

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карташовой Н.В. (до перерыва), секретарем судебного заседания ФИО2 (после  перерыва) с  использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) рассмотрел в судебном заседании апелляционные   жалобы  ФИО3 (№07АП-4914/2020(3)), финансового управляющего ФИО4 (№07АП-4914/2020(4)), общества с ограниченной ответственностью «Покров» в лице участника ФИО5 (№07АП-4914/2020(5)) на определение от 06.08.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-23774/2018 (судья Кириллова Т.Г.) о банкротстве должника-гражданина ФИО6 (656064, Россия, 

<

...>, ИНН 

<

***>, СНИЛ 059-582-605-02), принятое по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО6 ФИО4 о признании недействительной сделкой договора дарения от 26.05.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО5, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника 8 540 000 руб., 

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных тре-

бований на предмет спора, ФИО7.

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО3: ФИО8 по доверенности от 24.01.2019, сроком действия на 3 года, паспорт;

от финансового управляющего ФИО4: ФИО9 по доверенности от 01.03.2021, сроком действия на 1 год, паспорт;

от ФИО6: ФИО10 по доверенности от 02.04.2021, сроком действия на 2 года, паспорт;

от ФИО5: ФИО11 по доверенности от 01.06.2020, сроком действия на 3 года, паспорт.

                                                                УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве ФИО6 (далее - ФИО6, должник),  финансовый управляющий его имуществом ФИО4 (далее- финансовый управляющий) обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения от 26.05.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО5, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника 8 540 000 руб., в том числе: 7 430 000 руб. в счет возмещения действительной стоимости имущества на момент приобретения и 1 110 000 руб. убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества (с учетом уточнения).

Определением от 23.11.2020 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО7, являющуюся собственником спорного имущества в настоящее время.

Определением от 06.08.2021 Арбитражного суда  Алтайского края в  удовлетворении заявленных требований отказано.

В поданной апелляционной жалобе кредитор ФИО3 просит отменить  определение от 06.08.2021 полностью, вынести новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы, кредитор ФИО3 ссылается на совершение сделки  26.05.2015  в условиях неисполнения обязательств перед кредитором и оплате налогов,  тем самым, уменьшая свою имущественную массу, в дальнейшем спорное имущество отчуждается ответчиком ФИО7,  сделка по отчуждению имущества является мнимой и совершена со злоупотреблением права, в период до заключения договора должник берет в долг значительные суммы денежных средств от кредито-

ра, при этом, его имущественное положение не позволяет исполнять обязательства, что подтверждается неоднократным пролонгированием срока возврата займа, выдачи ответчиком залога для обеспечения выдачи займов; ответчик, являясь сыном должника, выдает наравне с последним кредитору гарантийные письма, обещая исполнить обязательства в полном объеме, после совершения займов, должник избавляется от ликвидного недвижимого имущества, за реализацию которого в последующем ему будет доначислен НДФЛ, а сам должник привлечен к налоговой ответственности, денежные средства, полученные от реализации имущества должник расходует на иные цели, игнорируя исполнение обязательств перед кредитором, реализуя спорное имущество, должник намерено лишает себя активов, в случае добровольной реализации которых можно было частично погасить требования кредиторов; при этом, реализация жилой недвижимости не лишила бы его конституционного права на жилище, так как он вправе проживать у своего сына, что и было подтверждено последующими действиями должника и ответчика; должник своими действиями добровольно отказался от права собственности на спорное имущество, добровольное отчуждение означает, что должник (даритель) не рассматривал имущество в качестве единственного пригодного для проживания жилья для себя и членов своей семьи, факт того, что дом являлся единственным, пригодным для постоянного проживания жилым помещением, не означает, что такое имущество допускается в качестве предмета сделки, совершенной со злоупотреблением, заведомо в отсутствие риска несения неблагоприятных последствий в виде применения последствий недействительности сделки.

Финансовым управляющим ФИО4 также подана апелляционная жалоба на состоявшийся по делу судебный акт, в которой просит отменить определение суда  от 06.08.2021, вынести  новый судебный акт  об удовлетворении требований финансового управляющего.

Финансовый управляющий указывает на то, что  ввиду совершения сделки по выводу имущества из конкурсной массы, применений последствий в виде взыскания денежных средств, возможности приобретения замещающего жилья, исходя из действующих нормативов, выводы  суда об исполнительном иммунитете как основания для отказа в удовлетворении требований несостоятельны; площадь индивидуального жилого дома, являвшегося предметом сделки (261,2 кв.м.) в любом случае значительно превышает разумный уровень для удовлетворения конституционно значимых потребностей должника; судом не дана оценка наличию признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату совершения сделки, притворности сделки, договор дарения от 26.05.2015  является притворной сделкой, прикрывая своей формой иное содержание, ко-

торое вкладывал в него ФИО6, а именно - завещание, это подтверждается и тем обстоятельством, что после совершении данной сделки ФИО6 нес бремя содержания своего имущества, которое и не переходило из его обладания (продолжал там проживать до 2019, заключал договоры подряда на проведение монтажных работ по газоснабжению дома по ул.Фурманова, 30,  на техническое обслуживание газового оборудования, являлся потребителем по лицевому счету на поставку электроэнергии до 2018 и т.д.), то есть, на дату заключения сделки целью ФИО6, как утверждается в отзывах заинтересованных лиц, распределение наследства в пользу одного из сыновей; ничтожную сделку нельзя оздоровить, она является ничтожной с момента совершения, более того, сам факт совершения ничтожной сделки подтверждает недобросовестность ее участников. 

ООО «Покров» в лице участника ФИО5 в поданной апелляционной жалобе просит отменить определение суда от 06.08.2021 и вынести новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что должнику и ответчику было известно об уголовном деле №123542 в отношении должника, Постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию вынесено 24.05.2017, где следствие считает доказанным совершение преступления в отношении ООО Покров и его участников, один из которых ФИО5, в отношении которого должником и было совершено преступление, соответствующими постановлениями участники ООО «Покров» (кроме должника) и ООО «Покров» признаны потерпевшими по уголовному делу, следовательно, и это не отрицается должником и ответчиком, договор дарения был заключен с целью избежать ответственности по гражданскому иску о возмещении вреда, убытков и т.д., что является неправомерным мотивом с порочной целью с нарушением интересов потерпевших по уголовному делу №123542;  таким образом, действия должника и ответчика были направлены на причинение вреда ФИО5, другим лицам, такие действия являются неправомерными и признаются злоупотреблением правом, суд не дал оценку и не выяснил эти обстоятельства, не учел заявления должника и ответчика во взаимосвязи с уголовным делом в отношении должника; представленный договор №Ф-30 от 01.06.2015  на строительство жилого дома, на основании которого произведен капитальный ремонт, стоимость работ  составила 8 985 280 руб., не подтверждает никаких работ, которые не производились, поскольку ООО «Покров» не работало на момент проведения таких работ, (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2020  по делу №А03-8101/2019, на странице 9 указано, что ООО «Покров» является недействующим юридическим лицом на протяжении  более  10 лет (на дату 2017 года)), соответственно  ответчики  не  могли 

приобрести черепицу «Покровъ», которую согласно техническим условиям от 2004г.  производило ООО Покров до 2007г., также, к материалам дела приобщены аналоги проектов балконов на 2015г., такие проекты хранятся в программе дилера, производителя без сроков хранения, соответственно ничто не мешало ответчикам распечатать у себя, у дилера или производителя проекты балконов по договору Ф-30 на строительство жилого дома от 01.06.2015, где были бы указаны цены, заказчик, даты, параметры балкона и т.д., согласно этим аналогичным проектам балконов, приблизительно на ту же дату, цена за балкон вместе с работами и материалами составляла около 25 000 руб., тогда как по договору Ф-30 аналогичный балкон стоит более 200 000 руб., что вызывает сомнения в достоверности, как цен, так и самого договора; ответчик никак не смог объяснить, где он приобрел черепицу «Покров» спустя 9 лет, как ее прекратило производить ООО «Покров»,  разницу в цене на балконы, не предоставил никаких подтверждающих документов; в суд были предоставлены фотографии с фототаблицей, на которых  запечатлен ребенок - ФИО12 с разницей фотографий в 10 лет, где на заднем плане отчетливо видно, что за 10 лет дом не претерпел никаких изменений,  соответственно, никакой перестройки дома не было.

Апелляционные жалобы, как поданные на один судебный акт, приняты к совместному рассмотрению  (абзац 2 пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Должник ФИО6, заинтересованное лицо ФИО5 в  представленных отзывах возражают относительно апелляционных жалоб.

ФНС  России в представленном отзыве считает апелляционные жалобы подлежащими удовлетворению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители  ФИО3,  финансового управляющего, ФИО6, ФИО5 каждый поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица,  участвующие в обособленном споре надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее-АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 06.10.2021 объявлялся перерыв до 13.10.2021 до 09 час. 40 мин. 

Проверив в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ, правильность применения судом норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, изучив доводы апелляционных жалоб, дополнительных пояснений к апелляционной жалобы ФИО3,   поступивших на них отзывов, дополнительных пояснений к отзыву от  должника,  заслушав явившихся представителей,  исследовав  материалы  дела,  суд апелляционной  инстанции  пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, по заявлению ФНС России определением суда от 01.10.2019 в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 28.02.2020  ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должником утверждена ФИО4.

26.05.2015 между ФИО6 (должник, даритель) и ФИО5 (заинтересованное лицо, одаряемый) заключен договор дарения земельного участка, категории земель: земли населенных пунктов - для эксплуатации жилого дома, площадью 1210 кв.м, кадастровый номер: 22:63:040515:22, и расположенного на нем жилого дома общей площадью 261,2 кв.м., инвентарный номер: 01:401:002:000474300, литер: А, этажность 3, подземная этажность: 1, кадастровый номер: 22:63:040515:0022:01:401:002:000474300, по адресу: 

<

...> (пункт  1 договора дарения).

В соответствии с пунктом  5  договора дарения, имущество, определенное в пункте  1 договора, передается одаряемому в момент подписания договора.

28.05.2015 сведения о прекращении права собственности ФИО6 зарегистрированы Федеральной службой государственной регистрации кадастра и картографии по Алтайскому краю (далее - Росреестр).

Полагая, что договор дарения совершен с противоправной целью вывода активов должника на заинтересованное лицо, с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов и воспрепятствованию обращения взыскания на отчуждаемое имущество, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, оспаривая договор дарения на основании статей  10, 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из того, 

что договор дарения не мог нанести вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку  в соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее- Постановление №48), подаренное должником жилье является для него единственным, защищено исполнительским иммунитетом и оспаривание дарения не приведет к наполнению конкурсной массы, не  усмотрев в действиях  ФИО6 злоупотребления правом ввиду дарения дома в состоянии, требующим капитального ремонта  и восстановлении,  непригодности дома для жилья. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон №154-ФЗ) установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Установив, что договор дарения должника с его сыном заключен 26.05.2015, то есть до 01.10.2015, суд пришел  к обоснованному выводу о возможности оспаривания сделки на основании статьи 10 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 Постановлении Пле-

нума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Для признания недействительными договоров на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обоих сторон оспариваемой сделки.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 Постановления №25 содержится разъяснение о том, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления №25).

Согласно  пункту 1  статьи 572 ГК РФ  по договору дарения одна сторона  (дари-

тель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

На момент заключения сделки (26.05.2015) должник обладал признаками неплатежеспособности.

На дату совершения сделки имелась задолженность перед уполномоченным органом в размере 2 629 136,82 руб., в том числе 2 301 069,43 руб. задолженность по НДФЛ за 2012, 2013гг., 318 067,39 руб., пени за период с 01.01.2012 по 31.12.2013 гг., 10 000,00 руб. штрафа, что установлено Решением №РА-18-15 от 29.06.2015.

В соответствии  со статьей 44 Налогового Кодекса Российской Федерации обязанность по уплате налога наступает с момента появления объекта налогообложения, объект налогообложения как совокупность налогооблагаемых операций является сформировавшимся к моменту окончания налогового периода. Налоговый период формируется применительно не к отдельным финансово-хозяйственным операциям или иным имеющим значение для налогообложения фактам, а в совокупности соответствующих операций (фактов), совершенных в течении налогового периода.

ФИО6 не задекларировал свой доход за 2012, 2013 гг., моментом возникновения обязанности по уплате налога является день окончания налогового периода, а не день представления налоговой декларации или день окончания срока уплаты налога, которые он должен был оплатить в 2013, 2014 гг., соответственно, не выполнив обязанности добросовестного налогоплательщика, допустил нарушение налогового законодательства, в связи с чем, был привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения (Решение №РА-18-15 от 29.06.2015).

Также имелась задолженность перед ФИО3  в сумме 31 061 227 руб. по договорам займа:   от 27.09.2008 в сумме 5 700 000 руб., проценты за пользование денежными средствами 12 877 643,84 руб. - начало просрочки исполнения обязательств по возврату займа - 01.04.2009;  от 23.01. 2009 в сумме 2 500 000 руб., проценты за пользование денежными средствами 4 689 041,1 руб. - начало просрочки исполнения обязательств по возврату займа - 02.04.2009; от 03.03.2009 в сумме 3 000 000 руб., проценты за пользование денежными средствами 5 546 712,33 руб. - начало просрочки по исполнению обязательств по возврату займа - 02.07.2009  (Определение Арбитражного суда  Алтайского края от 13.11.2019);  ФИО5 в сумме 4 000 000 руб. - начало просрочки исполнения обязательств - 25.08.2006 (заявление о включении в реестр 

от 17.03.2020).

Сделка совершена с заинтересованным лицом - сыном ФИО5  (факт родства подтверждается сведениями, представленными из органов ЗАГС по Алтайскому краю).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены надлежащие доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Из изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 №1795/11 по делу №А56-6656/2010 позиции следует, что для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

Сделками по отчуждению имущества должник не вправе создавать невозможность исполнения уже принятых на себя обязательств.

С учетом изложенного, исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные доказательства, проанализировав фактические обстоятельства, учитывая наличие родственных связей между участниками договора дарения (статья 19 Закона о банкротстве), оценив, в том числе, поведение сторон, предшествующее совершению спорной сделки, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у должника и заинтересованного по отношению к нему лица цели, направленной на вывод имущества для исключения возможности обращения на него взыскания (сохранив при этом за ним фактический контроль в рамках одной семьи).

Принимая во внимание, заинтересованность  одаряемого с дарителем, осведомленность одаряемого (ФИО5) о неоплаченной задолженности перед кредиторами  ФНС России и  ФИО3 , перед последним был залогодателем, презюмируется. 

23.01.2009 между ФИО3 и ФИО6 заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передал в собственность ФИО6 денежную сумму в размере  2 500 000,00 руб. на срок по 01.04.2009 под 25% годовых, а ФИО6 обязался возвратить ФИО3 сумму займа по истечении срока действия настоящего договора.

Срок действия договора займа от 23.01.2009 неоднократно продлевался его сторонами.

03.03.2009 между ФИО3 и ФИО6 заключен договор займа, по условиям которого ФИО3 передал в собственность ФИО6 денежную сумму 

в размере 3 000 000 ,00 руб., на срок по 01.07.2009 под 25 % годовых, а ФИО6 обязался возвратить ФИО3 сумму займа по истечении срока действия настоящего договора.

Срок действия договора займа от 03.03.2009 неоднократно продлевался его сторонами.

Пояснениям  ФИО5 том, что дом был подарен в состоянии, требующем капитального ремонта и восстановления, на 26.06.2015 дом был непригоден для жилья, находился в аварийном состоянии: требовался демонтаж отмостки по периметру дома, демонтаж кирпичной лицевой кладки, демонтаж кровли и штукатурки, демонтаж электропроводки, системы отопления и полов, необходимо было провести земляные работы по периметру отмостки вручную с вывозом грунта, стяжка металлических замков фундамента дома по периметру, заливка бетонных пломб в местах просадки грунта, штукатурка с двух сторон и обмазочная гидроизоляция фундамента, устройство глиняного замка, устройство трехслойной отмостки, бетонной стяжки подвала, утепление стен, облицовка стен кирпичом, монтаж крыши с покрытием черепицей, переустройство утепления чердачного перекрытия, электромонтажные работы, монтаж перегородок из кирпича, штукатурка с усилением и креплением, монтаж витражного остекления трех балконов, шпатлевание стен, откосов, установка полов, устройство водоснабжения, канализации, сантехнических приборов, устройство системы отопления, проектировка и монтаж газовой котельной, устройство выгреба, в целях восстановления дома ФИО5 01.06.2015  был заключен договор №Ф-30 на строительство жилого дома, на основании которого произведен капитальный ремонт, стоимость работ составила 8 985 280 руб., судом первой инстанции не дана надлежащая правовая оценка, с учетом, приводимых доводов, возражающих кредиторов об обратном, а также действиям должника и заинтересованного лица, так должник не представил доказательств того, что не проживал в данном доме в связи с непригодностью его для жилья, не обосновал и не представил доказательств проживания в ином месте.

Представителем ответчика в материалы  дела был приобщен договор подряда на выполнение строительных работ №Ф-30 от 01.06.2015, в пояснениях представитель ответчика указывал на то, что данный договор подряда подтверждает непригодность для проживания и неудовлетворительное техническое состояние спорного объекта недвижимости.

Согласно договору работы подряда проводились организацией ООО «Сибирская долина» (ИНН 

<

***>).

Уполномоченный орган, проанализировав данную организацию, выписку из ЕГРЮЛ ООО «Сибирская долина», выписку по расчетному счету ООО «Сибирская долина»  на  момент  совершения  работ по  договору подряда, а также  первичные документы 

ООО «Сибирская долина» и участников данной организации, сделал вывод о наличии признаков аффилированности между ответчиком и подрядчиком, так на момент заключения договора подряда согласно выписки из ЕГРЮЛ на 01.06.2015 директором ООО «Сибирская долина» являлся ФИО13 (ИНН 

<

***>), в материалы дела уполномоченным органом приобщены сведения об участии лиц ФИО6, ФИО5, ФИО13   в   других организациях: Дачное некоммерческое товарищество «Приобье» (ОГРН 

<

***>), Дачное некоммерческое товарищество «Сибирская долина» (ОГРН 

<

***>).

Кроме того, из материалов дела следует, что должник значительное время после дарения, вплоть до 19.01.2018, продолжал проживать в спорном доме, так им приобретено и смонтировано котельное оборудование, заключен договор обслуживания котла между должником и ООО «ИФК» «Русьэнерго», что указывает на то, что должник не только проживал в оспариваемом жилом помещении, но и содержал его.

Ответчиком в материалы дела не представлены акт строительно-монтажных работ по  форме, утвержденной Постановлением Госкомстата РФ от 11.11.1999 №100, справка о стоимости выполненных работ и затрат, которая выдается на основании акта.

В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие нахождение дома в неудовлетворительном состоянии.

Между тем, финансовым управляющим в материалы дела представлены сведения по гражданскому делу №2-1357/09 Железнодорожного районного суда, подтверждающие нулевой износ вновь возведенного здания дома по адресу 

<

...>.

Из  материалов дела также следует, что ФИО5 располагает иной жилой недвижимостью, после дарения  спорного имущества, как установлено судом, ФИО5 реализовал  дом ФИО7.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии фактов, свидетельствующих об очевидном отклонении действий ФИО6  по реализации своих гражданских прав при заключении договора дарения от добросовестного поведения, что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы.

Никаких добросовестных мотивов отчуждать спорное жилое имущество, суд апелляционной инстанции не усмотрел, что дополнительно подтверждает преследуемую должником цель причинения вреда, презумпция наличия которой доказана и не опровергнута.

Выводы суда  о том, что спорное имущество подлежало защите  исполнительским 

иммунитетом,  нельзя признать обоснованными.

Оспаривание сделок, совершенных должником-банкротом или за его счет, имеет сугубо практические цели: либо наполнить конкурсную массу должника ликвидным имуществом для его последующей реализации и погашения требований кредиторов, либо уровнять шансы кредиторов (очередность) на соразмерное удовлетворение их требований за счет имущества, составляющего конкурсную массу должника, что следует из разъяснений в пункте 4 Постановления  №48.  Как следствие, у кредиторов должника-банкрота не может быть охраняемого законом интереса в оспаривании сделок в отношении имущества, которое ни при каких условиях не попадет в конкурсную массу должника. 

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника - гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе земельный участок и находящееся на нем жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного имущества в залоге (часть 1 статьи 446 ГПК РФ).

Давая толкование института исполнительского иммунитета Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.04.2021 №15-П (далее - Постановление №15-П) указал, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. 

Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему:

 - сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта; 

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма; 

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкци-

ей за неисполненные долги или средством устрашения должника. 

В  силу  части 5  статьи 79  Федерального конституционного закона  от 21.07.1994 

1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» правовые позиции, изложенные Конституционным Судом Российской Федерации в указанных постановлениях, подлежат применению при рассмотрении судебной коллегией кассационных жалоб ФИО14 и ФИО15 

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания. 

В первом случае, суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Во втором случае, суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Данный  правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021  №304-ЭС21-9542(1,2) по делу №А27-1729/2018.

В рассматриваемом случае, к  должнику подлежат применению, предусмотренные законом последствия злоупотребления в виде отказа в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выража-

ется в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В связи с невозможностью возврата имущества в конкурсную массу в натуре, спорное имущество отчуждено сыном должника ФИО5 ФИО7,  финансовым управляющим о недействительности договора по  отчуждению имущества новому приобретателю не заявлено, в качестве применения  последствия недействительности сделки с ФИО5 подлежит взыскания в конкурсную массу  должника ФИО6 рыночная  стоимость имущества, определенная экспертом - заключение от  04.03.2021 №01-2021 по состоянию на день совершения сделки, и убытков, связанных с изменением рыночной стоимости по состоянию на время рассмотрения спора в размере 8 540 000 руб., в том числе, 7 430 000 руб. в счет возмещения действительной стоимости имущества на момент приобретения  и 1 110 000 руб. убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества (земельного участка 1 910 000 - 800 000).

В связи с удовлетворением апелляционных жалоб в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение настоящего спора относятся на ФИО5, с ФИО5 подлежит  взысканию в конкурсную массу должника ФИО6 12 000 рублей государственной пошлины, уплаченной за подачу заявления о признании сделки недействительном (6000 руб., л.д. 39, т. 1), об обеспечении иска (3000 руб., л.д.40, т.1,  удовлетворено арбитражным судом, пункт 28 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суд Российской Федерации от 11.07.2014 №46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», согласно статье 112 АПК РФ вопрос о распределении расходов по уплате истцом государственной пошлины при подаче  заявления об обеспечении иска  разрешается  судом  по итогам рассмотрения 

дела по существу) и апелляционной жалобы (3000 руб.), в доход федерального  бюджета государственная пошлина в размере 3000 руб. по апелляционной инстанции (по  апелляционной жалобе участника ООО «Покров» ФИО5); в пользу ФИО3 в возмещение понесенных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе 3000 рублей.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 2 статьи 269,  пунктом 3 части 1 статьи 270,  статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

                                                      ПОСТАНОВИЛ: 

определение от 06.08.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-23774/2018 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Признать недействительной сделкой договор дарения от 26.05.2015, заключенный  между ФИО6 и ФИО5. Применить последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника ФИО6 8 540 000 рублей.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета 3000 рублей  государственной пошлины по апелляционной инстанции.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 в возмещение понесенных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе 3000 рублей.

Взыскать с ФИО5 в конкурсную массу должника ФИО6 12000 рублей государственной пошлины по первой и апелляционной инстанциям.

Постановление может быть обжаловано в  порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца    со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд  Алтайского края.                              

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Усанина

Судьи                                                                                                  Е.В.Кудряшева

                                                                                                            ФИО1