﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-52760/2017

26 августа 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.6

Резолютивная часть постановления объявлена  17 августа 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 августа 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Ракчеевой М.А.,

судей Изотовой С.В., Кротова С.М.,  

при ведении протокола судебного заседания  помощником Нетрусовой Е.А.,

при участии финансового управляющего Баринова С.Л. (паспорт) и Матвеева Р.А. (паспорт)

рассмотрев 17.08.2021 в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Баринова Сергея Леонидовича на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.05.2021 по делу № А56-52760/2017/сд.6,    

установил:

В июле 2017 года Гаджиханов Меджид Мухсинович обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании гражданина Мартынова Андрея Ивановича несостоятельным (банкротом).

Определением от 07.09.2017 указанное заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по настоящему делу.

Определением от 06.02.2018 заявление Гаджиханова М.М. признано обоснованным, в отношении гражданина-должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим назначен Баринов Сергей Леонидович. 

Решением от 28.06.2018 Мартынов А.И. признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена реализация имущества, финансовым управляющим утверждено то же лицо – Баринов С.Л. 

В июле 2020 года финансовый управляющий в рамках настоящего дела подал заявление о признании недействительной расписки от 10.05.2017, в соответствии с которой должник получил от индивидуального предпринимателя Матвеева Романа Андреевича, ОГРНИП 316784700097951, 1 169 605 руб. 35 коп. в счет оплаты по договору купли-продажи квартиры № 21 площадью 43,2 кв. м с кадастровым номером 78:15:0008055:1237, находящейся по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ивана Черных, д. 19, а также применении последствий недействительности этой сделки.

Определением от 21.05.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, финансовый управляющий гражданина-должника обжаловал его в апелляционный суд. В своей апелляционной жалобе ее податель просил отменить обжалуемый судебный акт и полностью удовлетворить ранее поданное им заявление.

Как указывает податель жалобы, в рамках настоящего дела им оспорены помимо прочего сделки купли-продажи двух других квартир № 67 и 41, расположенных по следующим адресам: Санкт-Петербург, бульв. Новаторов, д. 60 и ул. Ивана Черных, д. 19, покупателем которых выступило то же лицо –      Матвеев Р.А.; в связи с этим податель жалобы посчитал необходимым привести подробную хронологию взаимоотношений сторон; так, изначально публичное акционерное общество «Финансовая корпорация «Открытие» (далее – Банк) выдало кредит обществу с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Сетевая интеграция», поручителями последнего выступили гражданин-должник и его супруга Мартынова Елена Ивановна, в отношении которой в настоящий момент также возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) за номером А56-56150/2017; помимо этого супруги передали в залог в пользу кредитной организации все три имевшиеся у них в собственности квартиры, включая спорную; впоследствии Матвеев Р.А. выкупил права требования Банка к ООО «Сетевая интеграция» и, не предприняв попытки по обращению к последнему за погашением задолженности, заключил соглашение с супругами об отступном, по которому Мартынов А.И. и Мартынова Е.И. должны были передать принадлежащие им квартиры Матвееву Р.А.; вместе с тем из-за отказа регистрирующего органа в регистрации перехода права собственности на указанное имущество 10.05.2017 стороны подписали между собой 3 отдельных договора купли-продажи в отношении каждой из квартир, по которым квартира      № 21 была оценена сторонами в 2 900 000 руб., квартира № 67 – в 2 600 000 руб., а квартира № 41 – в 3 300 000 руб., при этом продавцами по первым двум договорам выступил гражданин-должник, а по последнему – его супруга; после этого стороны подписали акт взаимозачета от той же даты, по которому зачли денежные требования Матвеева Р.А. к супругам в счет исполнения его обязательств по договорам купли-продажи квартир; поскольку стоимость всех 3 квартир была выше размера выкупленных Матвеевым Р.А. у Банка прав требования, Матвеев Р.А. уплатил Мартынову А.И. разницу, о чем была оспоренная в рамках данного дела расписка, в которой гражданин-должник подтвердил получение соответствующей суммы от Матвеева Р.А. в виде наличных средств в размере свыше 1 100 000 руб.

По мнению подателя жалобы, подобного рода отношения, которые описаны им выше и очевидно носят доверительный характер, могут сложиться исключительно между заинтересованными лицами; при нормальном поведении, которое соответствует гражданскому обороту, гражданин-должник и его супруга никогда бы не продали спорные квартиры, реальная рыночная стоимость которых составляет около 13 000 000 руб. и которые были ими приобретены изначально по цене 11 500 000 руб. (5 000 000 руб. стоила приобретенная супругой гражданина-должника квартира № 41, 3 000 000 руб. и 3 250 000 руб. стоили приобретенные самим Мартыновым А.И. квартиры № 21 и 67 соответственно), всего за 7 630 394 руб. 65 коп., что составляет размер задолженности ООО «Сетевая интеграция» перед Банком, а впоследствии – Матвеевым Р.А.; с учетом этого финансовый управляющий полагает, что супруги договорились с Матвеевым Р.А. вывести из имущественной массы указанную недвижимость; даже если предположить, что разница в цене была все-таки получена Мартыновым А.И. от Матвеева Р.А., то последний все равно неосновательно обогатился за счет другой стороны сделки, так как квартиры приобретены им по фактически заниженной более чем на 35% стоимости; более того, по мнению подателя жалобы, Матвеев Р.А. не доказал наличие у него на момент выдачи спорной расписки указанной суммы денежных средств в размере 1 169 605 руб. 35 коп., равно как Мартынов А.И. не доказал их получение и дальнейшее расходование.

Также податель жалобы не согласен с выводами экспертов, сделанными ими в ходе проведения товароведческой экспертизы; обоснованные сомнения у подателя жалобы вызывает также и то обстоятельство, что Матвеев Р.А., будучи добросовестным участником гражданского оборота, должен был изначально подать заявление об обращении взыскания на спорные квартиры в судебном порядке, чего им однако сделано не было по причине того, что стоимость продажи квартир на торгах была бы существенно выше, а значит, полученную разницу Мартынов А.И. должен был бы отдать супругам, из-за чего их имущественная масса пополнилась бы; кроме того, податель жалобы считает, что достаточной для погашения долга перед Мартыновым А.И. была бы продажа всего двух квартир, однако супруги не выразили намерения сохранить в своей собственности одну из квартир; по мнению подателя жалобы, правильным разрешением сложившейся ситуации было бы обращение Мартынова А.И. с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов обоих супругов в рамках дел об их банкротстве, в ходе производства по которым он мог бы получить вырученные от продажи с торгов заложенного имущества денежные средства.

Также податель жалобы указал, что по имеющейся у него информации спорные квартиры в конце 2017 года, начале 2018 года отчуждены Матвеевым Р.А. в пользу Сикарчук Е.М., Гладковой А.Н. и Петровой Е.Н.; помимо прочего податель жалобы сослался на следующие обстоятельства, которые, по его мнению, должны учитываться в совокупности с обстоятельствами настоящего спора: в мае 2017 года, то есть когда между сторонами были заключены договоры купли-продажи квартир, а также составлен акт взаимозачета и оспоренная расписка, гражданин-должник подарил 2 имевшихся у него земельных участка, на одном из которых находился жилой дом, и квартиру № 10, находящуюся по адресу: Псковская обл., Локнянский р-н, 1-й Пролетарский пер., д. 4/5, своей дочери Бирюковой Е.А., что в целом указывает на наличие у супругов цели вывести свои активы.

В отзыве на жалобу индивидуальный предприниматель Матвеев Р.А. просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, считая его законным и обоснованным, а также указал, что его основным видом экономической деятельности согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) является купля-продажа собственного недвижимого имущества; со слов предпринимателя, спорную квартиру № 21 он приобрел с целью дальнейшей реализации после проведения в ней ремонтно-отделочных работ; в рамках обособленных споров № А56-52760/2017/сд.1 и А56-52760/2017/сд.2 судами трех инстанций подробнейшим образом исследовались все спорные документы, относящиеся к отчуждению квартир супругов в пользу предпринимателя, тем не менее финансовому управляющему было отказано в признании договоров их купли-продажи недействительными; изначально подписанное между сторонами соглашение об отступном не прошло процедуру государственной регистрации лишь по причине реорганизации Банка, который выдал кредит ООО «Сетевая интеграция»; более того, в материалы дела представлен договор аренды сейфовой ячейки, который был заключен Матвеевым Р.А. в момент подписания с Банком и супругами соглашений об уступке права требования и отступном; при этом финансовый управляющий не приводит никаких разумных доводов относительно оснований для заключения указанного договора с условием доступа продавца к ячейке после государственной регистрации перехода права собственности на все 3 квартиры к покупателю; из выписки с открытого Матвееву Р.А. счета в кредитной организации следует, что у него имелись достаточные денежные средства для расчетов с Мартыновым А.И.; также Матвеев Р.А. пояснил, что ему не было известно и не могло быть достоверно известно о признаке неплатежеспособности гражданина-должника; по мнению Матвеева Р.А., банкротство Мартынова А.И. является преднамеренным и в настоящий момент контролируется им самим; доводы финансового управляющего должника относительно приобретения         Матвеевым Р.А. спорных квартир по заниженной цене не соответствуют действительности, так в ходе проведенных по настоящему делу судебных экспертиз было установлено, что цена, по которой предприниматель приобрел данные квартиры, отличалась от рыночной стоимости в среднем не более чем на 15%; также ответчик указал, что оспоренная управляющим расписка является доказательством передачи денег, но никак не сделкой, а потому она не может быть оспорена в качестве сделки. 

В судебном заседании финансовый управляющий поддержал доводы жалобы, а ответчик – отзыва на нее. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, однако в суд своих представителей не направили, что в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации не может служить препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Мартынову А.И. с мая 2011 года на праве собственности принадлежала квартира № 21 площадью 43,2 кв. м (по другим данным 42,4 кв. м) с кадастровым номером 78:15:0008055:1237, расположенная на первом этаже д. 19 по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ивана Черных, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 19.05.2011 серии 78-АЖ № 215762. В качестве основания приобретения данной недвижимости согласно представленным в материалы настоящего обособленного спора документам (договору залога) выступил договор от 30.04.2011 купли-продажи указанной квартиры по цене 2 900 000 руб., заключенный с Коршуновой Ларисой Михайловной, Коршуновым Алексеем Георгиевичем, а также Луценко Михаилом Александровичем.

Впоследствии Мартынов А.И., будучи генеральным директором и учредителем ООО «Сетевая интеграция», предоставил обеспечение исполнения обязательств последнего по договору от 30.04.2014 № Р/18/14/2/5903 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности, заключенному с Банком в целях пополнения оборотных средств названной организации, выступив поручителем заемщика и передав в залог кредитной организации, в том числе упомянутую квартиру (наряду с еще одной принадлежавшей Мартынову А.И. квартирой № 67 в д. 60 по бульв. Новаторов в Санкт-Петербурге), в связи с чем между ним и Банком был заключен договор от 30.04.2014 № Р/18/14/2/5903/5/4/З-Н залога недвижимого имущества, по условиям которого залоговая стоимость квартиры № 21 составила 2 134 200 руб. 

В дальнейшем индивидуальный предприниматель Матвеев Р.А. (цессионарий)  и Банк (цедент) подписали соглашение от 28.12.2016 об уступке прав требований к ООО «Сетевая интеграция» по упомянутым кредитному договору и договору залога квартир, стоимость которых составила 7 630 394 руб. 65 коп. и которые были уплачены Матвеевым Р.А. в пользу Банку по приходному кассовому ордеру от 28.12.2016 № 30822 и платежному поручению от 28.12.2016 № 123. 

Ввиду отказа уполномоченного органа в государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру к Матвееву Р.А. по результатам заключенного с гражданином-должником соглашения от 28.12.2016 об отступном, в мае 2017 года Матвеев Р.А. (покупатель) и Мартынов А.И. (продавец) заключили договор от 10.05.2017 купли-продажи указанной недвижимости по цене 2 900 000 руб.

Тогда же в целях расчета по указанному договору Мартынов А.И. (сторона 1), его супруга Мартынова Е.А. (сторона 2) и Матвеев Р.А. (сторона 3) подписали акт взаимозачета, в котором договорились о следующем.

Сторона 3 имеет задолженность перед Стороной 1 в сумме 5 500 000 руб. по договорам от 10.05.2017 купли-продажи квартир, включая квартиру за № 21, а также перед Стороной 2 в сумме 3 300 000 руб. по договору от 10.05.2017 купли-продажи квартиры № 41, находящейся в том же доме, что и спорная квартира.

В свою очередь, стороны 1 и 2 имеют задолженность перед Стороной 3 в размере 7 630 394 руб. 65 коп., из них 7 400 394 руб. 65 коп. задолженность по кредитному договору от 30.04.2014, а 230 000 руб. – пени за просрочку возврата кредита, начисленные за 2016 год (период с 11.01.2016 по 28.12.2016). 

В связи с этим все три стороны договорились, что задолженность Сторон 1 и 2 перед Стороной 3 зачитывается в счет оплаты трех выше упомянутых квартир, в том числе спорной, следующим образом: 

- в счет оплаты квартиры № 67 с кадастровым номером 78:15:0008406:3026 из 7 630 394 руб. 65 коп. зачитывается сумма 2 600 000 руб.;

- в счет оплаты квартиры № 21 с кадастровым номером 78:15:0008055:1237 из 7 630 394 руб. 65 коп. зачитывается сумма 1 730 394 руб. 65 коп.; 

- в счет оплаты квартиры № 41 с кадастровым номером 78:15:0008055:1209 из 7 630 394 руб. 65 коп. зачитывается сумма 3 300 000 руб.

Поскольку по результатам подписания данного акта у Матвеева Р.А. осталась задолженность перед Мартыновым А.И. по договору купли-продажи квартиры № 21 (стоимость последней составила 2 900 000 руб., тогда как обязательства  были зачтены на сумму 1 730 394 руб. 65 коп.) ответчик передал наличные денежные средства гражданину-должнику в размере 1 169 605 руб. 35 коп., о чем последний составил расписку от 10.05.2017. 

Оспаривая данную расписку в рамках настоящего дела по статьям 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий указал, что, по его мнению, данный документ был составлен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку в действительности денежные средства в размере 1 169 605 руб. 35 коп. Мартынову А.И. не передавались, стороны изначально занизили стоимость продаваемых квартир с целью максимально приблизить ее к размеру требований ответчика и погасить их в кратчайшие сроки, как следствие гражданин-должник лишился принадлежавшей ему недвижимости без какого-либо равноценного встречного предоставления, а ответчик, злоупотребив правами залогового кредитора, получил неосновательное обогащение, тогда как должен был обратиться с заявлением об обращении взыскания на заложенное имущество. 

При этом доказательством того, что деньги не были переданы гражданину-должнику, является то, что указанная сумма не отражена Мартыновым А.И. в декларации по налогу на доходы физических лиц, никак не использована должником, в том числе посредством погашения задолженности перед контрагентами.

Возражая против заявленных требований, финансовый управляющий привел аналогичные изложенным в отзыве на жалобу доводы, а также представил помимо прочего выписку со своего расчетного счета за спорный период в подтверждение наличия у него достаточного количества средства для расчетов с гражданином-должником и договор проката индивидуального сейфа от 28.12.2016 № 186686, заключенный между ним, должником и индивидуальным предпринимателем Малковым Сергеем Владимировичем в обоснование реальности своих намерений по расчету за приобретенное недвижимое имущество.

В ходе судебного разбирательства в материалы настоящего обособленного спора также было представлено экспертное заключение научно-исследовательского института судебных экспертиз, подготовленное в рамках рассмотрения спора № А56-52760/2017/сд.1, согласно которому стоимость спорной квартиры № 21 составила 3 160 280 руб.  

Суд первой инстанции, установив, что обстоятельства, связанные с отчуждением всех трех ранее принадлежавших супругам Мартыновым квартир, включая спорную, были предметом судебного разбирательства в рамках рассмотрения обособленных споров № А56-52760/2017/сд.1, А56-52760/2017/сд.2, А56-52760/2017/сд.3, в ходе разрешения которых суды трех инстанций не усмотрели оснований для признания договоров купли-продажи указанной недвижимости недействительными, отказал в удовлетворении заявления Баринова С.Л., в дополнение к этому указав, что оспоренная финансовым управляющим расписка сама по себе не является сделкой, при этом зафиксированный в данной расписке факт передачи денежных средств гражданину-должнику не опровергнут, доказательства того, что стороны являлись заинтересованными по отношению друг к другу не представлены, а доводы Баринова С.Л. носят исключительно предположительный характер.

Также суд первой инстанции счел, что финансовый управляющий не привел в ходе судебного разбирательства по настоящему спору доводы, которые бы свидетельствовали о том, что имеющиеся, по его мнению, дефекты оспариваемой сделки выходят за пределы дефектов, указанных в статьях 61.2 и 61.3 Закона           № 127-ФЗ.

Апелляционный суд, изучив материалы дела, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта ввиду следующего.

Как верно указал суд первой инстанции, расписка не является сделкой, то есть действием, направленным на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей у конкретного лица. Данный документ лишь оформляет получение денежных средств стороной от другой стороны с указанием на вид гражданско-правового обязательства, во исполнение которого состоялась указанная передача, иначе говоря, расписка подтверждает исполнение покупателем спорной квартиры обязательства по ее оплате.

Между тем, как следует из пункта 1 статьи 61.1 Закона № 127-ФЗ, признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе, могут быть лишь совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки.

Из заявления об оспаривании расписки видно, что доводы финансового управляющего фактически направлены на оспаривание реальности состоявшихся между сторонами расчетов в виде получения указанных средств         Мартыновым А.И. по названной расписке, который полагал, что стороны изначально имели намерение по выводу активов гражданина-должника посредством заключения трех договоров купли-продажи квартир, стоимость которых они впоследствии специально занизили с той целью, чтобы не только погасить задолженность перед Матвеевым Р.А., но и передать ему в несколько раз превосходящее размер долга имущество, которое составило бы в будущем имущественную массу для расчетов с кредиторами. 

Согласно постановлению Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Постановление № 63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Следовательно, передача денег Мартынову А.И., оформленная распиской, могла быть оспорена финансовым управляющим как сделка.

В соответствии с пунктом 9 упомянутого Постановления № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Спорная расписка была составлена 10.05.2017, следовательно, с учетом возбуждения производства по настоящему делу в сентябре того же 2017 года при оспаривании сделки по передаче денег Мартынову А.И. финансовому управляющему достаточно было доказать наличие оснований, предусмотренных в пункте 1 статьи 61.2 Закона № 127-ФЗ.

Однако несмотря на дату выдачи расписки суд первой инстанции проверил оспоренную сделку по обоим основаниям, поскольку, как следует из того же пункта Постановления № 63, при оспаривании подозрительной сделки в любом случае подлежит проверке наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем из материалов дела не следует, что сделка по исполнению договора купли-продажи спорной квартиры, отвечает указанным в статье 61.2 Закона № 127-ФЗ критериям. 

Оспаривая сделку по специальным основаниям Закона № 127-ФЗ, а также статьям 10, 168 и 170 ГК РФ, Баринову С.Л. следовало доказать, что передача денег Матвеевым Р.А. не только должна была быть осуществлена в большем размере (неравноценность встречного предоставления), так как стоимость квартиры была, по его мнению, занижена в упомянутом договоре, но и в действительности вообще им не производилась (расписка оформлена для вида с целью вывести активы гражданина-должника в преддверии его банкротства), что возможно лишь при условии предварительной договоренности сторон сделки об указанных действиях (Матвеев Р.А. должен был знать о цели причинения вреда кредиторам Мартынова А.И.), более того, передача денег в принципе не могла быть произведена ввиду отсутствия у покупателя достаточных средств для расчетов с должником.

Вопреки данным доводам в материалах дела имеется экспертное заключение, составленное в ходе судебного разбирательства по иному спору, в рамках которого оспаривался договор купли-продажи спорной квартиры. В данном заключении эксперт пришел к выводу о том, что на момент составления расписки – 10.05.2017 квартира № 21 стоила не более 3 160 280 руб.

Изложенное послужило основанием для вывода о несущественности превышения цены, указанной в договоре купли-продажи спорной квартиры, незначительно отличающейся от установленной в экспертном заключении, над ее рыночной стоимостью, к которому пришли суды трех инстанций в рамках рассмотрения спора № А56-52760/2017/сд.1 (постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.03.2021 определение от 11.02.2020 и постановление от 25.12.2020 судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения).

Таким образом, обстоятельства, которые бы подтверждали неравноценность расчетов с Мартыновым А.И., его финансовым управляющим не доказаны.

Ссылки на наличие цели причинения вреда кредиторам должника и мнимость передачи денег, которая зафиксирована лишь в расписке, в данном случае также являются бездоказательными. В опровержение какого-либо умысла у сторон на вывод активов гражданина-должника и в обоснование реальности произведенных расчетов предприниматель указал, что покупка и продажа недвижимого имущества относится к его основным видам деятельности согласно сведениям ЕГРЮЛ, заверенной надлежащим образом банковской выпиской из лицевого счета за период с 01.11.2016 по 10.05.2017,  открытого предпринимателю в кредитной организации, подтверждается, что в день составления спорной расписки Матвеевым Р.А. были сняты 1 900 000 руб., при этом его добросовестность как стороны по договору купли-продажи следует из заключения совместно с Мартыновым А.И. в конце декабря 2016 года договора проката сейфа, что с очевидностью свидетельствует помимо прочего о намерении рассчитаться с должником за приобретаемую недвижимость.

При таком положении апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам жалобы.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 21.05.2021 по делу № А56-52760/2017/сд.6 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.А. Ракчеева

Судьи

С.В. Изотова

С.М. Кротов