﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-16213/2018

Резолютивная часть постановления объявлена  15 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2020 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Малышевой И.А.,

судей							Лаптева Н.В.,

								Мелихова Н.В.-

при протоколировании судебного заседания с использованием средств видеосвязи помощником судьи Нурписовым А.Т.  рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом                     в Новосибирской области на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.12.2019 (судья Лихачев М.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 (судьи                 Усанина Н.В., Иванов О.А., Кудряшева Е.В.) по делу № А45-16213/2018 о несостоятельности (банкротстве) Швидь Марины Викторовны                            (ИНН 544515149921, СНИЛС №061-746-073-57), принятые по заявлению финансового управляющего имуществом должника Киселева Павла Юрьевича к Голубеву Владимиру Владимировичу, акционерному обществу «Ипотечный Агент Элбинг Столица», Территориальному Управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Новосибирской области о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 06.08.2018, применении последствий недействительности сделки, при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «МИД».

В судебном заседании в режиме вэб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняла участие представитель Территориального Управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Новосибирской области – Фадеева Д.Е. по доверенности от 27.08.2019 № ОГ-250.

Суд установил:

в деле о банкротстве Швидь Марины Викторовны (далее – Швидь М.В., должник) финансовый управляющий имуществом должника Киселев Павел Юрьевич (далее – финансовый управляющий, управляющий) обратился                   в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи квартиры должника                                    от 06.08.2018, заключенного между Территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Новосибирской области (далее -ТУ ФАУГИ в Новосибирской области, ТУ Росимущества в Новосибирской области), обществом с ограниченной ответственностью «МИД» (далее- общество «МИД»,  ООО «МИД») и Голубевым Владимиром Владимировичем (далее- Голубев В.В.).

	Ответчиками по делу привлечены Голубев В.В., акционерное общество «Ипотечный Агент Элбинг Столица» (далее-АО «Ипотечный Агент Элбинг Столица», ипотечное агентство) и ТУ ФАУГИ в Новосибирской области, Статус ООО «МИД» в настоящем деле определен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

	Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.12.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020, заявленное требование удовлетворено, суд признал недействительным договор купли-продажи квартиры должника от 06.08.2018, заключенный между организатором торгов, ООО «МИД» и Голубевым В. В., применил последствия недействительной сделки, взыскав с АО «Ипотечный Агент Элбинг Столица» в конкурсную массу должника денежные средства в сумме                                     358 006, 74 рубля, а также  восстановив задолженность Швидь М.В. перед  ипотечным агентством в размере 358 006,74 рубля.

	Не согласившись с принятыми судебными актами, ТУ ФАУГИ в Новосибирской области (далее также - кассатор) обжаловало его в кассационном порядке, ссылаясь на неверное применение судами норм материального права.

	В обоснование своей позиции по делу ТУ ФАУГИ в Новосибирской области  указывает на отсутствие оснований для признания заключенного на торгах договора купли-продажи заложенной квартиры недействительным по статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                                          «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку признание заключенной на торгах сделки недействительной невозможно без оспаривания торгов, начальная продажная  цена заложенного имущества определена заочным решением Бердского районного суда Новосибирской области от 23.05.2016 по делу № 2-4286/2018 (с учетом апелляционного определения Новосибирского областного суда от 10.11.2016) при взыскании со Швидь М.В. задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество, торги не оспорены, нарушений процедуры их проведения не установлено; в соответствии с пунктом 1 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки, совершаемые на организованных торгах на основании хотя бы одной заявки, адресованной неограниченному кругу участников торгов, а также действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих из таких сделок, не могут быть оспорены на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. Помимо этого, кассатор утверждает, что суды неверно применили последствия недействительности сделки, взыскав с ипотечного агентства в конкурсную массу должника денежные средства в размере суммы предпочтения, составляющей разницу между полученной ипотечным агентством стоимостью реализованного имущества и 80% от указанной стоимости, причитающейся ему при реализации заложенного имущества в процедуре банкротства (358 006,74 рубля) и восстановив задолженность Швидь М.В перед ипотечным агентством в аналогичной сумме, поскольку по смыслу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) применение двусторонней реституции предполагает возврат сторон в первоначальное положение, то есть возврат имущества в конкурсную массу и восстановление задолженности Швидь М.В. перед ипотечным агентством в полном объеме, а в не в размере предпочтения, определенном судом.

	На этом основании кассатор просит отменить судебные акты судов двух инстанций с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленного требования.

	Финансовый управляющий направил отзыв, который судом округа во внимание не принят ввиду несоблюдения требований статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о направлении копии отзыва в адрес других лиц, участвующих в деле в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания.

	Представитель ТУ Росимущества в Новосибирской области в судебном заседании поддержала доводы кассационной жалобы.

	Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени  и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

	Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

	Судами при рассмотрении настоящего обособленного спора установлено, что до возбуждения дела о банкротстве Швидь М.В. допустила нарушение обязательств по кредитному договору № 68781ФЛ-Р/003/14 от 10.04.2014, заключенному с акционерным обществом «Собинбанк», правопреемником которого является  ипотечное агентство.

	Заочным решением Бердского городского суда Новосибирской области от 23.05.2016 по делу № 33-11141/2016, измененным апелляционным определением Новосибирского областного суда от 10.11.2016 в части определения подлежащей взысканию суммы неустойки, с должника  взыскано: 1 443 200,38 руб. - основного долга, 201 097,34 руб. - процентов по кредиту, 200 000 руб. – неустойки, 30 863,54 руб. - судебных издержек, а также обращено взыскание на предмет ипотеки – квартиру, определена начальная продажная цена квартиры (3 046 702, 40 рублей) и способ реализации заложенного имущества путем продажи с публичных торгов.

	Решением Бердского городского суда Новосибирской области от 05.03.2018 по делу № 2-317/2018 с должника также взысканы проценты по кредиту в размере 374 332,71 рубль и государственная пошлина в сумме 6 943 рублей.

	Для взыскания присужденных ипотечному агентству сумм в отношении должника возбуждено исполнительное производство от 29.03.2017                                   № 15380/17/54013-ИП, в рамках которого 31.07.2018  проведены торги по реализации заложенного имущества (протокол о результатах публичных торгов по продаже арестованного имущества от 31.07.2018 № 3), с победителем торгов Голубевым В.В. заключен договор  купли-продажи от 06.08.2018 по цене 2 338 996 рублей, из которых ипотечное агентство как залоговый кредитор получило 2 027 350,98 рублей в результате распределения денежных средств в ходе исполнительного производства.

	Определением суда от 13.07.2018 принято к производству заявление должника о признании банкротом Швидь М.В.

	Решением суда от 11.09.2018 должница признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества.

	Указывая на совершение сделки после возбуждения дела о банкротстве должника, с предпочтительным удовлетворением требований залогового кредитора перед другими кредиторами, финансовый управляющий оспорил заключенный с победителем торгов Голубевым В.В. договор купли - продажи квартиры от 06.08.2018 как сделку с предпочтением на основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

	Удовлетворяя заявленное требование и признавая недействительным договор купли - продажи квартиры от 06.08.2018 как сделку с предпочтением, суд первой инстанции, выводы которого поддержаны апелляционным судом, пришел к выводу о том, что при заключении оспариваемого договора залоговому кредитору (ипотечному агентству) оказано предпочтение, поскольку его требования удовлетворены в полном объеме, а не в размере восьмидесяти процентов от стоимости реализованного имущества, причитающихся  залоговому кредитору при реализации имущества в процедуре банкротства. С учетом изложенного, суды применили последствия недействительности сделки, взыскав с ипотечного агентства в конкурсную массу должницы задолженность в размере предпочтения, эквивалентном двадцати процентам от стоимости реализованного на торгах имущества, и восстановив сумму задолженности Швидь М.В. перед ипотечным агентством в аналогичной сумме.

	При этом судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее:

	В силу подпункта 1, 2 статьи  131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

	В составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

	Особенности правового положения кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, установлены в статье 18.1 Закона о банкротстве; положениями пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога.

	В соответствии с пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, предусматривающим порядок удовлетворения требований кредиторов гражданина, восемьдесят процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, направляется на погашение требований кредитора по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, остальная сумма распределяется в порядке, установленном указанной нормой права.

	Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018) ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части восьмидесяти процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

	Таким образом, залоговый кредитор как в исполнительном производстве, так и в деле о банкротстве гражданина обладает специальным статусом по сравнению с другими кредиторами должника, его права подлежат защите посредством первоочередного удовлетворения его требований за счет стоимости залогового имущества в размере восьмидесяти процентов от стоимости реализованного предмета залога.

	В рассматриваемой ситуации финансовый управляющий оспорил как сделку с предпочтением по пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве договор купли-продажи от 06.08.2018, заключенный с  победителем публичных торгов по реализации залогового имущества – квартиры должника, обремененной ипотекой (залогом) банка, правопреемником которого в настоящем споре является ипотечное агентство.

	Торги проведены в  ходе исполнительного производства после принятия к производству суда заявления о банкротстве должника, но до признания его банкротом.

	Победителем торгов признан добросовестный приобретатель                   Голубев В.В., предложивший максимальную цену приобретения квартиры, с которым на данных условиях впоследствии был заключен оспариваемый договор купли-продажи реализованного имущества на торгах от 06.08.2018. 

	Денежные средства, уплаченные покупателем по договору купли-продажи имущества, реализованного на торгах, за вычетом необходимых удержаний, были перечислены службой судебных приставов ипотечному агентству как залоговому кредитору.

	Таким образом, ипотечное агентство как залоговый кредитор получило удовлетворение своих требований за счет залогового имущества в размере ста процентов от стоимости реализованного предмета залога, а не восьмидесяти процентов, на которые оно вправе было претендовать при реализации предмета залога на торгах в ходе исполнительного производства.

	Положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, на которую сослался финансовый управляющий и суды,  касаются сделок должника, влекущих за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами. 

	Договор купли - продажи, заключенный с добросовестным  приобретателем по итогам реализации заложенного имущества на публичных торгах в ходе исполнительного производства по обращению взыскания на предмет залога, не является сделкой  с предпочтением по смыслу положений статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку он был заключен по результатам проведения неоспоренных торгов, его условия не противоречат положениям Закона о банкротстве и Гражданского кодекса Российской Федерации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2020 № 306-ЭС14-2473(4)).

	Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2016 № 305-ЭС15-1943 по делу                      № А40-186427/2013, о наличии предпочтения в случае нарушения установленного пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве порядка  удовлетворения требований кредиторов могут свидетельствовать не сами по себе публичные торги по реализации имущества должника и не акт заключения сделки по их результатам, а действия по перечислению взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от продажи в полном объеме, а не в размере восьмидесяти процентов от стоимости реализованного имущества. 

	Требование о признании незаконными действий по распределению полученного по сделке между залоговым и иными кредиторами в деле о банкротстве не заявлялось финансовым управляющим. 

	При этом формулирование предмета требований являлось его исключительной прерогативой. Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению предмета заявления финансового управляющего с целью использования более эффективного способа защиты. Такие действия являются нарушением как требований статьи 49 АПК РФ, так и принципа равноправия сторон (статья 8 названного Кодекса).

	В случае ненадлежащего формулирования  заявителем способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан самостоятельно определить, из какого правоотношения возник спор, какие нормы права подлежат применению при разрешении дела, предложив заявителю уточнить предмет заявленного требования в порядке статьи 49 АПК РФ, исходя из преследуемого им материально – правового интереса, который в данном случае заключается не в приведении сторон договора купли-продажи в первоначальное положение, существовавшее до его заключения, а в изменении порядка распределения поступивших от реализации имущества в ходе исполнительного производства денежных средств между кредиторами в деле о банкротстве.

	Таким образом, в рассматриваемой ситуации требования, заявленные финансовым управляющим, не соответствуют основаниям и тем правовым последствиям, которые он просит применить в случае их удовлетворения.

	Кроме того, в настоящем деле не исключена возможность оспаривания торгов, по результатам которых заключена сделка, по иным основаниям, связанным с нарушениями процедурного характера (по мотиву несоблюдения правил либо порядка  проведения торгов, установленных статьей 449 ГК РФ, Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве). Однако, таких оснований финансовым управляющим не заявлялось и судами не рассматривалось.

	Ссылка кассатора на положения пункта 1 статьи 61.4 Закона о банкротстве, содержащего запрет на оспаривание сделок, заключенных на организованных торгах, по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, является неосновательной, поскольку указанная норма права  применяется только в отношении организованных торгов, понятие которых дано в Федеральном законе от 21.11.2011 № 325-ФЗ «Об организованных торгах» (далее – Закон об организованных торгах), в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 2 которого организованные торги - это торги, проводимые на регулярной основе по установленным правилам, предусматривающим порядок допуска лиц к участию в торгах для заключения ими договоров купли-продажи товаров, ценных бумаг, иностранной валюты, договоров репо и договоров, являющихся производными финансовыми инструментами.

	Согласно пункту 2 статьи 1 названного Закона, его действие не распространяется на отношения, возникающие при заключении договоров путем проведения торгов в форме аукциона или конкурса в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также на отношения на оптовом рынке электрической энергии (мощности), регулируемые Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике».

	Исходя из положений статей 1, 5 Закона об организованных торгах их ключевым субъектом является организатор торговли, который должен обладать лицензией. Организованные торги проводятся по особым правилам, зарегистрированным Центральным банком Российской Федерации (статья 4 Закона об организованных торгах).

	Публичные торги, проводимые в рамках исполнительного производства, регулируются нормами ГК РФ (статьи 447-449.1) и Закона об исполнительном производстве и не являются организованными торгами по смыслу приведенных выше положений Закона об организованных торгах.

	Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2018 № 304-ЭС18-2226(1,2) по делу № А70-3765/2016.

	Отсутствие оснований для применения к спорным отношениям пункта 1 статьи 61.4 Закона о банкротстве не влияет на результат рассмотрения кассационной жалобы.

	У кассационного суда в силу его ограниченной компетенции, установленной статьями 284, 286 АПК РФ, отсутствуют полномочия на самостоятельное принятие уточнения предмета или оснований заявленного требования, в связи с чем обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение на основании части 1 статьи 288 АПК РФ для устранения допущенных недостатков, приведения предмета заявленного требования в соответствие с его основаниями.

	При новом рассмотрении судам следует предложить заявителю уточнить предмет или основания требования сообразно преследуемому им материально-правовому интересу, рассмотреть спор с учетом приведенных выше замечаний, принять судебный акт, исходя из установленных обстоятельств, распределить расходы по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.12.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 по делу № А45-16213/2018 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  АПК РФ.

председательствующий								И.А. Малышева

судьи											Н.В. Лаптев

												Н.В. Мелихов