АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 апреля 2023 года

Дело №

А56-118603/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Зарочинцевой Е.В., Яковца А.В., 

при участии ФИО3 (паспорт) и его представителя ФИО1 (доверенность 01.04.2023), от общества с ограниченной ответственностью «Первая Геотехническая Компания» ФИО2 (доверенность от 06.06.2022), 

рассмотрев 29.03.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Первая Геотехническая Компания» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 по делу № А56-118603/2021,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Первая Геотехническая Компания», адрес: 197342, Санкт-Петербург, Кантемировская ул., д. 4, лит. А, пом. 11Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось с иском к ФИО3 о взыскании задолженности в размере 9 166 307 руб. 58 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Научно-исследовательский и проектно-изыскательный институт «Региональная инжтехнология», адрес: 199106, 

<

...>, лит. А, оф. 637, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество).

Решением от 14.11.2022 суд взыскал с ФИО3 в пользу Компании в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в сумме 9 166 307 руб. 58 коп., из которых: 7 592 800 руб. сумма основного долга; 1 441 036 руб. 58 коп. неустойки; 132 471 руб. расходы по уплате госпошлины.

 Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 решение от 17.07.2022 отменено, в удовлетворении искового заявления отказано.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Податель кассационной жалобы указывает, что Общество не обратилось к ООО «Инжетехнология» с иском о взыскании задолженности по подрядным обязательствам в связи с чем не расплатилось с Компанией. Податель жалобы ссылается на то, что ответчик, являясь учредителем и генеральным директором обеих организаций, не предпринял никаких действий по устранению нарушений, повлекших расторжение договоров с генеральным подрядчиком. Как утверждает, податель жалобы, апелляционным судом не учтено то обстоятельство, что ФИО3 являлся учредителем и генеральным директором Общества (субподрядчика) и ООО «Инжтехнология». 

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить в силе принятый по делу судебный акт, считая его обоснованным и законным.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а ФИО3 и его представитель возражали против ее удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 14.06.2019 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области вынес решение по делу № А56-45310/2019 о взыскании с Общества суммы 482 289 руб. 60 коп., в т.ч. 472 000 руб. задолженности по договору от 14.09.2018 № 14092018-ИГМ по оплате выполненных работ, принятых по акту сдачи-приемки от 31.10.2018 № 63, 10 289 руб. 60 коп. неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства по состоянию на 08.05.2019. также 12 614 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 24.06.2019 вынес решение по делу № А56-45304/2019 о взыскании с Общества суммы 708 000 руб., неустойки в размере 15 023 руб. 76 коп., неустойки, начисленной на сумму основного долга (708000 рублей) по ставке 0,01% за каждый день просрочки оплаты выполненных работ за период с 09.05.2019 по момент оплаты, но не более 55 776 руб. 24 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 412 руб.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 09.07.2019 вынес решение по делу № А56-45316/2019 о взыскании с Общества суммы 3 487 455 руб. задолженности, 742 455 руб. неустойки, неустойки в виде пеней, начисленных исходя из 0,1% от неоплаченной суммы основного долга за каждый день просрочки, начиная с 09.05.2019 по дату фактического исполнения обязательства, а также 39 971 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 18.07.2019 вынес решение по делу № А56-45306/2019 о взыскании с Общества суммы 254 930 руб. 00 коп., из них: 250 000 руб. задолженности и 4 930 руб. неустойки по состоянию, на 08.05.2019 по договору от 10.10.2018 № Ж01018-ИЭИ, а также 8 082 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 14.08.2019 вынес решение по делу № А56-45309/2019 о взыскании с Общества суммы 2 875 000 руб. долга, 656 820 руб. неустойки, неустойки начисленной на сумму основного долга в размере 2 875 000 руб. по ставке 0,1% за каждый день просрочки оплаты выполненных работ за период с 09.05.2019 по дату фактического платежа и 40 306 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области вынес 25.12.2019 решение по делу № А56-45308/2019 о взыскании с Общества суммы 554 318 руб. 22 коп., в том числе основной задолженности в размере 542 800 руб. и неустойки в сумме 11 518 руб. 22 коп.; неустойки за просрочку исполнения основного обязательства, составляющего 542 800 руб., начисленную с 09.05.2019 по дату фактического исполнения основного обязательства, исходя из ставки 0,01% от неоплаченной или несвоевременно оплаченной суммы за каждый день просрочки.

Во всех вышеуказанных делах истцом являлась Компания.

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) 08.04.2020 поступило заявление Компании о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области 26.02.2021 прекратил дело № А56-27392/2020 по заявлению Компании о рассмотрении заявления о банкротстве Общества на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), то есть в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Обращаясь с настоящим заявлением, истец ссылался на то, что на сегодняшний день все исполнительные производства о взыскании с Общества судебным приставом-исполнителем Правобережного отдела судебных приставов Невского района окончены на основании пункта 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», где взыскателем является Компания, и у истца отсутствуют иные возможности взыскания задолженности по решениям суда, при этом, истец ссылался на неподачу руководителем должника заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), в связи с чем, скрыл от кредиторов информацию о неудовлетворительном финансовом положении должника.

Кредитор ссылается на то, что его денежные требования, установленные вступившими в законную силу решениями суда, остались без удовлетворения по вине руководителя должника, который своевременно не подал заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) и скрыл от кредиторов информацию о неудовлетворительном финансовом положении должника.

Суд первой инстанции, установив, что ответчик являлся учредителем и генеральным директором в Компании и в ООО «Инжтехнология», им не предприняты меры по взысканию задолженности с ООО «Инжтехнология», не подано заявление о банкротстве должника, удовлетворил исковое заявление Компании. 

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что истец не доказал необходимую совокупность юридически значимых обстоятельств для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в порядке статьи 61.12 Закона о банкротстве, а именно за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

 Апелляционным судом также установлено, что ООО «Инжтехнология» не смогло получить денежные средства за фактически выполненные работы, что привело к невозможности оплаты Обществу и соответственно выполненных Компанией работ.

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.07.2020 по делу № А56-125570/2019 было прекращено производство по делу о банкротстве ООО «Инжтехнология» в связи с отсутствием имущества и денежных средств, достаточных для финансирования процедур банкротства.

Сделав вывод о том, что обращение должника в лице ответчика к ООО «Инжтехнология» не привело бы к положительному результату, апелляционный суд отказал в удовлетворении иска. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения  судами норм материального и процессуального права,  пришел к следующим выводам. 

Пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве предусмотрено право лица, имеющего право на обращение с заявлением о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц, обратиться после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, если его требования не были удовлетворены в полном объеме, и ему станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на такое обращение обладает, в случае прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, заявитель по делу о банкротстве, которым, в данном случае, является Компания.

Основаниями для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве является совокупность следующих обстоятельств: совершение контролирующим лицом в отношении должника действия (бездействие), в том числе не отвечающего критериям добросовестности или разумности, закрепленным в пункте 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ); невозможность осуществления должником расчетов с кредиторами; причинно-следственная связь между указанными обстоятельствами.

Пунктом 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующего лица в случае, когда невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве или должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Статус единоличного исполнительного органа Общества в период заключения договора, нарушение условий которого явилось основанием для возбуждения в отношении Общества процедуры по делу о банкротстве, позволяет квалифицировать ФИО3 применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве, как контролирующее должника лицо, непосредственно отвечающее, в том числе, и за результаты его текущей деятельности.

В силу разъяснений пункта 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), даче указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Перечень такого рода действий является открытым.

Пунктом 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

При этом, бремя доказывания отсутствия его вины в несостоятельности должника возлагается на контролирующее лицо, с учетом того, что именно оно, в отличие от заявителя - независимого кредитора - обладает всей полнотой сведений и документации о деятельности должника, и причинах ухудшения его финансового положения.

Указанное следует из разъяснений пунктов 18, 19 Постановления № 53, в силу которых контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Неисполнение обязательства Обществом перед Компанией, в том числе в рамках исполнительного производства свидетельствует о возникновении у Общества признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Между тем, момент наступления неплатежеспособности должника надлежащим образом заявителем не подтвержден.

Из материалов дела о банкротстве Общества следует, что на момент заключения договоров субподряда с Компанией признаки неплатежеспособности отсутствовали, так как Общество являлось подрядчиком действующих договоров, направленных на исполнение работ по государственным контрактам. 

Как правильно указал апелляционный суд, в данном конкретном случае, заявителем не доказано наличие признаков неплатежеспособности Общества и не указан размер обязательств должника, возникших после истечения предполагаемого срока для подачи заявления должника.

Истец не указал в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика дату возникновения признаков объективного банкротства у Общества, а также размер обязательств должника, возникших после истечения предполагаемого срока для подачи заявления должника.

Таким образом, истец не доказал необходимую совокупность юридически значимых обстоятельств для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в порядке статьи 61.12 Закона о банкротстве, а именно за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Довод подателя жалобы о неправомерности действий ответчика отклоняется как недоказанный. 

 Исходя из приведенных выше положений законодательства, в круг доказывания по настоящему делу входит добросовестность действий единоличного исполнительного органа должника по организации хозяйственной деятельности юридического лица, как в ходе заключения договоров, так и в последующем.

При этом, именно ответчик должен был раскрыть информацию, подтверждающую, что его действия при управлении Обществом, в том числе в связи с возникновением неисполненного обязательства перед кредитором, являлись добросовестными и разумными, а несостоятельность должника вызвана объективными причинами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.)..

Как разъяснено в пункте 3 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Кроме того, в силу разъяснений пункта 4 Постановления № 63, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, то есть, так как речь идет о коммерческой организации - для извлечения прибыли от предпринимательской деятельности.

Факт принятия ответчиком таких мер на момент заключения договоров субподряда и на стадии их исполнения исследован апелляционным судом. 

Как правильно указал апелляционный суд,  действия ответчика нельзя квалифицировать как неправомерное виновное поведение. 

Из материалов дела следует, что договоры с Компанией были заключены в целях выполнения работ по государственным контрактам, заключенным государственным заказчиком – государственным бюджетным учреждением «Дирекция капитального строительства» и ООО «Инжтехнология»; договоры были заключены в условиях стабильного финансового состояния Общества,  после получения от заказчика авансовых средств. 

Расторжение заказчиком государственных контрактов с ООО «Инжтехнология» было оспорено ООО «Инжтехнология» в Арбитражном суде города Севастополя. 

ООО «Инжтехнология» было несогласно с расторжением государственных контрактов в одностороннем порядке заказчиком, в связи с чем в судебном порядке оспаривало такое расторжение,  однако не получило удовлетворительного результата.

Ответчик в ходе рассмотрения настоящего спора пояснил причины несогласия с расторжением контрактов и невозможностью предоставления всех необходимых доказательств в суд города Севастополя в спорный период времени. 

По итогам оценки представленных доказательств апелляционный суд пришел к обоснованному выводу, что доказательств выхода ответчика  в своей деятельности  за пределы обычных предпринимательских рисков не имеется, как и отсутствуют доказательства несоответствия принципам добросовестности и разумности. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств наличия непосредственной вины ответчика в несвоевременной оплате задолженности перед истцом не представлено, тогда как отсутствие возможности получения денежных средств с Общества не свидетельствует о безусловном основании для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ответчик не может нести субсидиарную ответственность в связи с банкротством юридического лица в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 по делу № А56-118603/2021 оставить без изменения, а  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Первая Геотехническая Компания» - без удовлетворения. 

 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

Е.В. Зарочинцева

 А.В. Яковец