ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-23068/2018

г. Саратов

20 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена  09 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен  20 января 2025 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Измайловой А.Э., Судаковой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственность «Сплав» ФИО2, Федеральной налоговой службы

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 10 октября 2024 года по делу № А57-23068/2018

о взыскании убытков с ФИО3, ФИО4, ФИО5 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственность «Сплав» (410019, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании: представителя Федеральной налоговой службы – ФИО6, действующей на основании доверенности от 31.01.2024 № 12, представителя ФИО3 – ФИО7, действующего на основании доверенности от 20.04.2022, представителя ФИО8 - ФИО7, действующего на основании доверенности от 20.04.2022, представителя ФИО4 - ФИО7, действующего на основании доверенности от 20.04.2022, 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 04.02.2019 общество с ограниченной ответственность «Сплав» (далее - ООО «Сплав», должник) признано несостоятельным (банкротом), с применением упрощенной процедуры банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

В Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), согласно которому управляющий просил взыскать солидарно с ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «Сплав» убытки в сумме 189 331 941,11 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 10.10.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий должника, уполномоченный орган обратились в суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Саратовской области от 10.10.2024 отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование апелляционных жалоб указано, что ранее, при рассмотрении заявления уполномоченного органа о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих ООО «Сплав» лиц: ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Зодчий» (ИНН 

<

***>), ФИО9, ФИО10 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), за неправомерные действия по отчуждению транспортных средств, недвижимого имущества ООО «Сплав» на взаимозависимых лиц, за неправомерные действия по переводу деятельности должника на взаимозависимое юридическое лицо, судами установлены обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности и незаконности действий ответчиков, имеющие преюдициальное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора. Кроме того, в результате анализа и изучения документально подтвержденных сведений и документов в период с ноября 2023 г. по август 2024 г., полученных конкурсным управляющим из МРИ ФНС № 8 по Саратовской области, МРИ ФНС № 20 в отношении хозяйственной деятельности ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) и ООО «Сплав» дублер (ИНН 

<

***>), установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих, о наличии обстоятельств намеренного сокрытия ответчиками бизнес-модели ведения бизнеса должника, а именно создание общества-дублера. По мнению апеллянтов, противоправные действия по переводу бизнеса, не могли совершаться без воли вышеуказанных участников общества (выгодоприобретателей), носили целенаправленный характер, с момента вывода всех активов ООО «Сплав» утратил способность вести хозяйственную деятельность и отвечать по своим обязательствам, а его финансовые результаты деятельности стали убыточными. Податели жалоб полагают, что с ответчиков подлежат взысканию убытки в виде ущерба от изъятия из оборота запасов, от изъятия из оборота денежной наличности, от изъятия из оборота компании имущественных прав (дебиторская задолженность), упущенной выгоды (потеря дохода).

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) от ФИО3, ФИО4, ФИО5 поступили отзывы на апелляционные жалобы, ходатайство конкурсного управляющего ООО «Сплав» ФИО2 о рассмотрении апелляционной жалобы в её отсутствие.

В судебном заседании представитель Федеральной налоговой службы просил определение Арбитражного суда Саратовской области от 10.10.2024 по делу № А57-23068/2018 отменить, апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы – удовлетворить. 

Представитель ФИО3, ФИО4, ФИО5 просил определение Арбитражного суда Саратовской области от 10.10.2024 по делу № А57-23068/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 27.07.2005 собранием учредителей ФИО3 (с долей участия 33%), ФИО4 (с долей участия 33%) и ФИО8 (с долей участия 33%) принято решение о создании ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), протокол № 1.

Согласно статье 15 Устава ООО «Сплав» высшим органом общества является общее собрание участников общества, которое руководит его деятельностью.

Пункт 16.1 Устава предусматривает, что сделки, в совершении которых имеется заинтересованность ген. директора или участников общества, имеющих совместно с аффилированными лицами 20 и более процентов голосов не могут совершаться без согласия общего собрания участников общества.

Согласно сведений, ранее известных только уполномоченному органу - УФНС России по Саратовской области (материалов налогового контроля, в соответствии со статьей 102 НК КФ), и раскрытых в ходе рассмотрения обособленных споров в деле о банкротстве ООО «Сплав», а конкретно о группе лиц, в том числе входящих в состав управления ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) в период с даты открытия до даты выхода участников из общества, конкурсному управляющему стали известны обстоятельства организационного устройства и взаимоотношении с обществом-дублером ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), их хозяйственных и иных связей, организации документооборота как бухгалтерского, так и налогового.

Вступившим в законную силу постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023 по делу № А57-23068/2018 по заявлению Федеральной налоговой службы о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сплав», признаны недействительными договоры купли-продажи недвижимого имущества от 05.04.2016 и замены стороны в обязательстве от 05.04.2016, заключенные между должником и ФИО3, ФИО4, ФИО5, применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника имущества (имущественных прав), являющихся предметом указанных сделок.

В рамках рассмотрения искового заявления ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве ФИО8, ФИО3, ФИО4, и иных лиц, а также в рамках рассмотрения искового заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11, ФИО12, ФИО9, ФИО10 судом первой и апелляционной инстанции сделаны выводы о том что, основания для привлечения директора общества, подлежат рассмотрению в совокупности с доводами об участии иных контролирующих должника лиц и совокупностью фактических обстоятельств совершения вменяемого действия.

В рамках настоящих обособленных споров, суды первой и апелляционной инстанций установили наличие у общества «Сплав» неисполненных обязательств перед ФНС России в размере 164 642 892 руб. (установленных решением о привлечении общества «Сплав» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2014 № 16/07), ООО «Зодчий» в размере 2 796 469 руб. (подтвержденных решением суда от 20.12.2016 по делу № А57- 28088/2016), в настоящее время задолженность включена в реестр и не погашена, о переводе бизнеса непосредственно после выездной налоговой проверки в организацию-дублера ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), выводе денежных средств и прекращении хозяйственной деятельности ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>).

Судами установлено, что организация-дублер - ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) создано 30.09.2010, поставлено на налоговый учет по юридическому адресу: 

<

...>, Литер А. Учредителями общества являлись: ФИО3 (ИНН 

<

***>) с 30.09.2010 по 11.09.2016, доля участия 33%; ФИО4 (ИНН 

<

***>) с 30.09.2010 по 11.09.2016, доля участия 33%; ФИО8 (ИНН 

<

***>) с 30.09.2010 по 11.09.2016, доля участия 33%.

Организация дублер - ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) была зарегистрирована и находилась по адресу недвижимого имущества должника, то есть фактически на территории ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>). При этом, несмотря на то, что имущество по адресу: г. Саратов. Крымский проезд, д.9, Литер А, с 2016 года было перерегистрировано на лиц, формально уже не имеющих отношение к бизнесу одноименных организаций (ФИО3, ФИО4, ФИО5), юридический адрес ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) так и не был изменен.

Перевод бизнеса на одноименное предприятие также зафиксирован в налоговых декларациях, представленных в налоговый орган, а также подтверждается движением денежных средств по расчетным счетам. Переход деятельности сопровождался резким снижением выручки ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) и одновременным ростом выручки у ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>).

Из анализа бухгалтерской отчетности ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) за 2014 год, а также более ранний период установлено отсутствие активов и пассивов бухгалтерского баланса. Налоговая и бухгалтерская отчетность подавалась с «нулевыми» показателями. Организация-дублер фактически приступила к хозяйственной деятельности только после проведения в отношении должника выездной налоговой проверки.

Установлен факт оплаты услуг по оспариванию результатов выездной налоговой проверки в суде с расчетного счета организации-дублера (платежи 01.12.2015, 12.05.2016, 23.11.2016); перевод после проведения мероприятий налогового контроля,

20 работников ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) были приняты на работу в ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>).

Взаимодействие с теми же контрагентами-поставщиками организация-дублер, как и должник, осуществляла внутригрупповые взаиморасчеты с организациями ООО «Сплав Профиль», ООО «Зодчий», ООО «Центр Метиз С». Оплата обязательств (кредиторской задолженности) за должника минуя его расчетный счет; продолжение использования в предпринимательской деятельности иным юридическим лицом бренда ООО «Сплав» после образования признаков неплатежеспособности у должника.

Из анализа бухгалтерского баланса должника, установлено, что общая балансовая стоимость активов должника за 2015 год (год начала действий по переводу бизнеса, а также предшествующий году отчуждения основных средств ООО «Сплав») составляла 172 967 тыс. руб., при этом оборотные активы (запасы и дебиторская задолженность) составляли 83,3% всех активов предприятия. По результатам 2016 года балансовая стоимость активов значительно снизилась и составляла лишь 49 299 тыс. руб. - основные средства и запасы ООО «Сплав» были выведены, единственным активом должника являлась дебиторская задолженность. Фактически бухгалтерский баланс ООО «Сплав» за 2015 год представлен в налоговый орган 31.03.2016. Из анализа данных, отраженных в указанном документе, можно сделать следующие выводы: балансовая стоимость всех основных средств ООО «Сплав» составляла 34 553 тыс. руб. (строка 1150 5 баланса), т.е. на балансе предприятия фактически имелись только недвижимое имущество и транспортные средства, являющиеся предметом сделок, указанных в п. 2.1 и п. 2,2 данного заявления). Иных внеоборотных активов у должника не имелось; наиболее крупным активом ООО «Сплав» - 109 713 тыс. руб. являлись запасы (строка 1210 4 баланса), стоимость которых снижалась в течение последних двух лет (263 689 тыс. руб. - за 2014 год, 269 653 тыс. руб. - за 2013 год). Таким образом, стоимость запасов должника на дату, предшествующую отчуждению спорного имущества снизилась более чем в 2 раза по сравнению с предыдущим отчетным периодом; также крупным активом ООО «Сплав» являлась дебиторская задолженность - 63 039 тыс. руб. (строка 1230 4 баланса). Размер дебиторской задолженности за 2015 год также снизился по сравнению с показателями бухгалтерского баланса должника за 2014 год на 53 085 тыс. руб. или 45,8% (дебиторская задолженность за 2014 год - 116 124 тыс. руб.); размер обязательств ООО «Сплав» составлял всего 57 608 тыс. руб., в т.ч. заемные средства 21 500 тыс. руб., кредиторская задолженность - 36 108 тыс. руб.

12 контрагентов-покупателей ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) стали осуществлять деятельность в 2015-2017 гг. с ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), что также свидетельствует о переводе бизнеса на лицо без кредиторской задолженности и налоговых обязательств. Так, общая сумма операций по контрагентам с прекращением договорных отношений с должником и заключением новых договорных обязательств с организацией- дублером составила 83 753 040, 66 руб.

После доначисления должнику сумм обязательных платежей в результате проведения выездной налоговой проверки во втором полугодии 2015, 2016 и 2017 гг., выручка от реализации товаров перестала поступать в адрес ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) и одновременно стала зачисляться на расчетные счета взаимозависимой организации ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) по прежним договорам, минуя счет должника на сумму 1 079 459 руб.

ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) в 2015-2017 годах (т.е. после доначисления сумм обязательных платежей) произведены расчеты за 2015-2017 гг. по обязательствам ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) на общую сумму 11 339 930,83 руб., в том числе за 2015 год - 9 241 131,85 руб., за 2016 год - 2 048 658,98 руб., 2017 год - 50 140 руб.

Таким образом, в рамках обособленных сопоров уже признаны доказанными факты недобросовестного поведения участников общества ООО «Сплав» и установлены, в том числе, наличие причинно-следственной связи между недобросовестным поведением и выводом ликвидного имущества, также суды отметили что участники общества в силу своего статуса не могли не знать о наличии у должника значительного объема обязательств перед налоговым органом, однако, несмотря на это осуществили действия, направленные на вывод наличных средств со счета должника.

Учредители ФИО3, ФИО4, ФИО8, являясь лицами, контролирующими деятельность обеих организаций, умышленно, в противоправных целях осуществляли неправомерные действия в виде перевода хозяйственной деятельности должника на иное юридическое лицо, организовав ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) как центр убытков в образованной группе.

Также управляющий указывает на то, что были существенные изменения активов общества в период с 2015-2016 г., должником не была получена прибыль от продажи, дебиторской задолженности и упущенной выгоды, что в совокупности составила сумму убытков в размере 189 331 941,11 руб., которую управляющий просил взыскать в конкурсную массу.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства оснований для удовлетворения заявленных требований не нашёл.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции заявленных требований ответчиками было заявлено о пропуске управляющим срока исковой давности для предъявления требований. В обосновании указанного довода указано, что в связи с тем, что правовая природа субсидиарной ответственности и взыскания убытков является однородной, то к рассматриваемому иску подлежат применению нормы Закона о банкротстве и, в частности, положения о сроках исковой давности. В силу применимости к правоотношениям и вменяемым ответчикам действиям (бездействиям) Закона о банкротстве в редакции №134-ФЗ, предусматривающим срок исковой давности 1 год, конкурсным управляющим пропущен указанный срок.

Как полагают ответчики конкурсный управляющий и налоговый орган, как основной кредитор, обладали сведениями обо всех обстоятельствах необходимых для подачи заявления о взыскании убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности начиная с 2017 г. налоговый орган и с 2019-2020 гг. конкурсный управляющий. При этом, налоговый орган ранее уже выбрал способ защиты своих прав путем подачи по тем же основаниям заявления о привлечении к субсидиарной ответственности тех же ответчиков, в удовлетворении которого судами трех инстанций было отказано.

Таким образом, по мнению лиц, привлекаемых к убыткам, конкурсный управляющий был осведомлен о всех обстоятельствах, необходимых для предъявления иска о взыскании убытков в августе 2020 года. Настоящее заявление подано 20.09.2023, т.е. за пределами трехлетнего срока исковой давности и подлежащего применению в связи с однородностью убытков с субсидиарной ответственностью - однолетнего срока исковой давности.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что трехлетний срок исковой давности для взыскания убытков не пропущен, а  годичный срок исковой давности не может быть применим в рассматриваемом случае.

Рассматривая указанные выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) общий срок исковой давности три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В силу части 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом первой инстанции установлено, что основания, в связи с которыми конкурсный управляющий должника ФИО2 обратилась в суд с настоящим заявлением о взыскании убытков, стали известны управляющему не ранее момента принятия определения арбитражного суда от 29.11.2022 в рамках рассмотрения спора о привлечении тех же ответчиков к субсидиарной ответственности по аналогичным основаниям – ст. 61.11 Закона о банкротстве. Ранее указанной даты, управляющий не располагал такими сведениями. Также, при установлении момента осведомленности конкурсного управляющего суд учитывал отсутствие (непередачу конкурсному управляющему) первичных документов ООО «Сплав». Анализ финансового состояния должника составлен конкурсным управляющим без учета первичных документов, подлежащих исследованию в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 «Об утверждении Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа», по причине непредставления должником необходимой документации.

ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) была ликвидирована 04.06.2019, что также исключало возможность направления конкурсным управляющим запросов в адрес указанной организации и анализа данной организации на предмет перевода бизнеса.

Из документов, представленных в материалы дела о банкротстве в отношении ООО «Сплав» в рамках рассмотрения обособленных споров, сведения о переводе бизнеса изложены в процессуальных документах уполномоченного органа - заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 04.02.2022 № 18-13/002537, письменной позиции уполномоченного органа от 11.07.2022 № 18-19/015499, отзывах на апелляционные и кассационные жалобы ответчиков, а также в судебных актах - определении Арбитражного суда Саратовской области от 29.11.2022, постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023.

Таким образом, учитывая отсутствие у конкурсного управляющего документов, позволяющих проанализировать финансово-хозяйственную деятельность ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) и ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), срок исковой давности для предъявления заявления о взыскании убытков начал течь не ранее 04.02.2022, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности для обращения с указанным заявлением не истек.

Между тем, несмотря на то, что срок исковой давности для подачи заявления не пропущен, суд первой инстанции пришел к выводу, что основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего отсутствуют.

Оценив выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения годичного срока исковой давности, суд апелляционной инстанции находит их неверными, однако указанные выводы суда не привели к принятию неправильного судебного акта, поскольку судом первой инстанции не установлено иных оснований для взыскания убытков с ответчиков по следующим обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пунктом 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе единоличный исполнительный орган общества, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского (делового) оборота или обычному предпринимательскому риску (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

По смыслу приведенных положений единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент, директор) отвечает перед участниками за управление доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении сделок с иными участниками оборота.

Исходя из сути корпоративной ответственности, статья 53.1 ГК РФ применяется только к исполнительным органам юридического лица, т.е. к директорам. В свою очередь конкурсный управляющий предъявляет требования к участникам общества.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий указывает на установленную причастность ответчиков (бывших участников общества) к тому, что они имели фактическую возможность определять деятельность юридического лица и поэтому должны отвечать по статье 53.1 ГК РФ. При этом, нормы указанной статьи применяются как указано выше к исполнительным органам общества или в отношении фактических или теневых директоров. Ответчики являлись учредителями должника, но не управленцами. Конечное принятие решений лежало на руководителях в разные периоды времени.

Доказательств того, что именно ответчики принимали какие-либо управленческие решения, голосовали за них или одобряли их, в материалы дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлено.

Кроме того, доказательств заключения каких-либо сделок о передаче материальных ценностей, дебиторской задолженности или свидетельства иной передачи активов (перевода бизнеса) в заявлении не приводится.

Отвечая на вопрос апелляционного суда о том, какие имеются тому доказательства, представитель уполномоченного органа прямо пояснил, что таких доказательств не имеется, а есть лишь предположение.

Заявленные требования управляющего относятся к корпоративным убыткам. За таковые наступает ответственность перед юридическим лицом, но не перед его кредиторами. Как указывает конкурсный управляющий, в основном, перед налоговым органом по налоговым обязательствам.

В период осуществления деятельности, ООО «Сплав» фактически принадлежало ответчикам. Причинение ущерба своим же интересам невозможно в рассматриваемом случае.

Таким образом, корпоративной ответственности не может быть ни у директоров, которые тогда исполняли свои обязанности в обществе, ни у участников общества.

При этом вменяемые конкурсным управляющим причиненные убытки - не могли и не повлекли банкротства компании. Судебный акт о взыскании налоговой задолженности вступил в законную силу только в декабре 2017 года. Вменяемый управляющим период перевода бизнеса и отчуждения активов (2015-2016 гг.) у должника отсутствовали признаки недостаточности имущества, неплатежеспособности и не возможности удовлетворить требования кредиторов. 

Сумма задолженности по решению налогового органа о взыскании с должника задолженности установлена 20.12.2016 по делу №А57-28088/2016, вступило указанное решение в силу в декабре 2017 г. Таким образом, все совершаемые до этого периода действия не могут рассматриваться, как повлекшие убытки для кредиторов с целью взыскания убытков к руководителям и тем более к бывшим участникам общества должника – ответчикам по делу.

Конкурсный управляющий просил взыскать убытки в виде реального ущерба – перевода наиболее ликвидного имущества на организацию-дублера, не получении прибыли от продажи, дебиторской задолженности и упущенной выгоды в размере 189 331 941,11 руб.

В обоснование указанного довода, заявитель ссылается на размер всех сумм, поступивших на счета ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) по контрагентам должника и суммой расходных операций за должника, изъятия запасов, миграции персонала.

Вместе с тем, довод о переводе выручки на компанию дублера является не подтвержденным, тождественным доводам налогового органа о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) создано в 2015 году, из данных бухгалтерского баланса и отчетности следует, что у ООО «Сплав» имелись различные контрагенты - поставщики и производители металлопроката. 

Договоры с контрагентами - поставщиками представлены в материалы дела и также были предметом исследования в рамках заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по заявлению налогового органа.

Из данных отчета о финансовых результатах ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>), следует, что у ООО «Сплав» чистая прибыль составила: за 2015 год - 2 951 000 руб., за 2016 год - 641 000 руб., за 2017 год - 1 391 000 руб.

Указанные показатели свидетельствуют о реальном ведении деятельности и совершении операций наравне с должником, как отдельное хозяйствующее лицо.

Акты сверок с поставщиками металлопроката за 2015 год свидетельствуют об активной хозяйственной деятельности ООО «Сплав» (ИНН 

<

***>) с заводами-производителями (что подтверждает факт закупки материалов, а не получения их от должника) и покупателями закупленного сырья аналогичными с должником контрагентами.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего основаны на предположениях, расчетах, полученных из заявления налогового органа, неподтвержденных допустимыми и относимыми доказательствами.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что доказательств причинения реального ущерба должнику не представлено, а размер убытков не подтвержден и не доказан, а потому заявление удовлетворению не подлежит.

Судебная коллегия выводы суда первой инстанции находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам, принятыми при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа следует оставить без удовлетворения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, корпоративная ответственность перед обществом и ответственность перед кредиторами в деле о банкротстве различны. При этом, положения статьи 53.1 ГК РФ применяется только к исполнительным органам юридического лица, т.е. к директорам, тогда как конкурсный управляющий предъявляет требования к участникам общества. Заявленные требования относятся к корпоративным убыткам, за таковые наступает ответственность перед юридическим лицом, но не перед его кредиторами. Кроме того, в период осуществления деятельности, должник фактически принадлежал ответчикам, а причинение ущерба своим же интересам невозможно. Вменяемые убытки не могли и не повлекли банкротства компании и ответственности перед кредиторами и/или должником, поскольку судебный акт о взыскании налоговой задолженности вступил в законную силу только в декабре 2017 года. Сумма задолженности по решению налогового органа о взыскании с должника задолженности установлена только 20.12.2016 по делу А57-28088/2016. Все совершаемые до этого периода действия не могут рассматриваться как повлекшие убытки для кредиторов с целью взыскания убытков к руководителям и к бывшим участникам общества должника – ответчикам по делу.

Су апелляционной инстанции отмечает, что должник не занимал монополистически рынок и не являлся единственной организацией в регионе, оказывающей услуги. Контрагенты должника были свободны в выборе бизнес-партнеров и могли осуществлять совместную деятельность как должником, его дублером, так и с иными организациями региона, оказывающими сходные бизнес-услуги и работы. Доказательств того, что ответчики принуждали контрагентов должника вести совместный бизнес исключительно с организацией-дублером материалы дела не содержат.

Кроме того, судебная коллегия считает, что срок исковой давности для предъявления заявленных в настоящем обособленном споре заявителем пропущен и при этом учитывает, что требования о взыскании убытков по своей правовой природе тождественны с требованиями о привлечении к субсидиарной ответственности, которые уже ранее разрешены судом. 

Так, определением Арбитражного суда Саратовской области от 03.11.2023 рассмотрено заявление налогового органа к ФИО3, ФИО8, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности. Иск о субсидиарной ответственности является косвенным коллективным иском, который предполагает осведомленность о нем всех лиц участвующих в деле о банкротстве и их возможность присоединения к нему. Конкурсный управляющий также являлся лицом, участвующим в деле. В удовлетворении заявления отказано в связи с пропуском заявителем годичного срока исковой давности. 

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 170 АПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд, в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств. Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций, сделанные в судебных актах по вопросу о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности о доказанности перевода бизнеса бывшими учредителями – не является преюдициальным для ответчиков и не подлежат применению в рамках настоящего заявления. 

Рассматривая иск о привлечении к субсидиарной ответственности тех же ответчиков и отказывая в иске по основанию пропуска срока исковой давности, суды фактически рассмотрели иск о привлечении ответчиков к материальной ответственности (в виде субсидиарной ответственности и в виде убытков). 

Обращаясь с настоящим иском о взыскании убытков, истец фактически действует в обход права, ссылаясь на иные нормы права, позволяющие применить иной срок исковой давности, что в силу действующего законодательства недопустимо.

В соответствии с пунктом 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 и по смыслу взаимосвязанных положений абзаца первого пункта 5 и абзаца первого пункта 6 статьи 61.14, пункта 3 статьи 61.19 Закона о банкротстве не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. 

Верховный Суд РФ в определении № 308-ЭС17-6757 (2, 3) от 06.08.2018 привел позицию, которая прослеживается и в последующих определениях. Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Таким образом, иск о взыскании убытков фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, поэтому генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно, по сути, опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. 

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 20 постановления № 53 от 21.12.2017 исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма. При этом размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. 

Также, согласно правовой позиции ВС РФ, приведенной в определении от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007 (2), субсидиарная ответственность по правилам Закона о банкротстве и ответственность за причинённые должнику убытки носит зачётный характер в соответствии с положениями статьи 394 ГК РФ. Следовательно, при отсутствии процессуального тождества между требованием о взыскании убытков, причиненных контролирующим лицом, и требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, обязанность по возмещению причиненного должнику и, опосредованно – его кредиторам, убытков вследствие неисполнения обязанности, являющейся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, является в смысле статьи 308.1 ГК РФ альтернативным и прекращается при выборе кредитором конкретных форм и оснований ответственности. 

Из изложенного, следует, что рассмотренные 03.11.2023 требования налогового органа о привлечении к субсидиарной ответственности, с участием тех же ответчиков и конкурсного управляющего, в основания которых были заложены аналогичные доводы о переводе бизнеса ответчиками, не подлежат повторному рассмотрению в рамках заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

В силу требований подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина при рассмотрении апелляционной жалобы составляет 30 000 руб.

Таким образом, с ООО «Сплав подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 30 000 руб. за подачу апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 10 октября 2024 года по делу № А57-23068/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

            Взыскать с общества с ограниченной ответственность «Сплав» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 30 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                          О.В.  Грабко

Судьи                                                                                                         А.Э. Измайлова

                                                                                                                    Н.В. Судакова