АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 августа 2022 года

Дело №

А56-33732/2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Васильевой Е.С., Родина Ю.А.,

при участии от Санкт-Петербургской таможни представителей ФИО1 (доверенность от 11.01.2022 № 04-25/00176) и ФИО2 (доверенность от 19.10.2021 № 04-34/32292), от общества с ограниченной ответственностью «Хели-Драйв Северо-Запад» представителя ФИО3 (доверенность от 28.10.2020), 

рассмотрев 28.07.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Санкт-Петербургской таможни на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А56-33732/2020,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Хели-Драйв Северо-Запад», адрес: 196210, Санкт-Петербург, ул. Пилотов, д. 56, лит. А, пом. 112, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Хели-Драйв Северо-Запад», общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением об оспаривании акта выездной таможенной проверки Санкт-Петербургской таможни, адрес: 199034, Санкт-Петербург, 9-я линия В.О., д. 10, корп. 2, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – таможня), от 12.02.2020 № 10210000/210/110220/А000001, заключения от 04.03.2020 по возражениям проверяемого лица на акт таможенной проверки, решений по классификации товара от 05.03.2020 № РКТ-10210000-20/000049, РКТ-10210000-20/000050, а также решения от 05.03.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары.

К участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Восход», адрес: 191144, Санкт-Петербург, Новгородская ул., д. 14, лит. А, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***> (далее – ООО «Восход»).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.09.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020, признаны незаконными решения таможни от 05.03.2020 № РКТ-10210000-20/000049, РКТ-10210000-20/000050 по классификации товара, а также решение от 05.03.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары; в остальной части заявленных требований производство по делу прекращено.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.05.2021 решение от 04.09.2020 и постановление апелляционного суда от 10.12.2020 по делу № А56-33732/2020 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 12.07.2021 в передаче кассационной жалобы общества на постановление суда кассационной инстанции от 28.05.2021 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

По итогам нового рассмотрения дела решением суда первой инстанции от 29.12.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.04.2022, решения таможни по классификации товара от 05.03.2020 № РКТ-10210000-20/000049, РКТ-10210000-20/000050, а также решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, от 05.03.2020 признаны незаконными; в остальной части производство по делу прекращено; с таможенного органа в пользу ООО «Хели-Драйв Северо-Запад» взыскано 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В кассационной жалобе таможня, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судебных инстанций обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение от 29.12.2021 и постановление от 21.04.2022, принять новый судебный акт – об отказе в удовлетворении требований. По мнению подателя жалобы, при новом рассмотрении судами не устранены обстоятельства, повлекшие отмену ранее принятых по делу судебных актов, поскольку не определена с учетом нормативных положений масса аппарата в состоянии готовности к вылету с учетом постоянно установленного оборудования. Также суды не установили, какое именно дополнительное оборудование весом 238,68 и 232,24 кг является съемным. Между тем, исходя из положений Отраслевого стандарта ОСТ 1 02565-86 «Вертолеты. Классификация масс», съемным оборудованием является целевое снаряжение, к которому в данном случае относятся складывающиеся носилки. Также в массу пустого вертолета не входит вес аэродромного оборудования – оборудования для промывки компрессора двигателя, оборудования для буксировки вертолета с максимальным взлетным весом. Оснований для исключения из массы вертолетов веса остального дополнительного оборудования для целей классификации в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности  Евразийского экономического союза (утв. решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 № 54; далее – ТН ВЭД) не имеется, а выводы судов об обратном не основаны на имеющихся в деле доказательствах, тогда как представленные таможней документы свидетельствуют о том, что масса пустого снаряженного вертолета в данном случае составляет более 2000 кг. Суды неверно применили Пояснения к примечанию 1 к субпозициям группы 88 ТН ВЭД, нормы ГОСТ Р 54580-20211 и Отраслевого стандарта ОСТ 1 02565-86 «Вертолеты. Классификация масс».

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.07.2022 (судьи Александрова Е.Н., Васильева Е.С., Родин Ю.А.) рассмотрение кассационной жалобы отложено на 28.07.2022.

В судебном заседании 28.07.2022 представители таможни поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель общества возражал против ее удовлетворения.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, своего представителя в суд не направило, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в его отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, общество приобрело у корпорации Делавера «Bell Helicopter Textron Inc» (Техас, США) по договору купли-продажи от 10.07.2018 № 17726 в соответствии с дополнением к нему от 29.08.2018 № 1 два новых вертолета Bell-429 (серийные номера 57355, 57356).

В 2019 году указанные вертолеты ввезены обществом на условиях поставки FCA Прага на территорию Российской Федерации по декларациям на товары (далее – ДТ) № 10210200/020919/0140519, 10210200/020919/0140530, помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления. Услуги таможенного представителя обществу оказывало ООО «Восход».

Заявленный при декларировании вес брутто/нетто каждого воздушного судна составил 1950 кг, при этом в соответствии с информацией завода-изготовителя, изложенной в технических характеристиках Белл 429, минимальная сухая масса воздушного судна составляет 1915 кг/1921 кг.

При таможенном декларировании обществом в отношении вертолетов заявлен код 8802 11 000 3 ТН ВЭД «Летательные аппараты прочие (например, вертолёты, самолёты); космические аппараты (включая спутники) и суборбитальные и космические ракеты-носители: - вертолёты: -- с массой пустого снаряжения аппарата не более 2000 кг: --- гражданские: ---- прочие», которому соответствует ставка ввозной таможенной пошлины 10% таможенной стоимости.

В ходе внеплановой выездной таможенной проверки таможня запросила дополнительные документы и сведения, а также провела 30.01.2020 осмотр помещений и территории ангара общества по адресу: Санкт-Петербург, ул. Пилотов, д. 56А, и установила, что в ангаре находятся два одновинтовых гражданских вертолета темной окраски с рулевым винтом, с двумя газотурбинными двигателями и полозковыми шасси Bell-429, с серийными номерами согласно заводским шильдам – 57355 и 57356, с бортовыми номерами RA-01636 и RA-01637 соответственно, производства компании «Bell Helicopter Textron Inc».

По сведениям, полученным из Росавиации и Северо-Западного центра по сертификации гражданской авиации, а также согласно сертификатам летной годности, справке от 12.07.2019, акту взвешивания от 11.06.2019, справке от 12.06.2019, акту взвешивания от 12.06.2019 масса вертолета RA-01637 № 57356 составляет 4 853 фунтов или 2 201,42 кг, масса вертолета RA-01636 № 57355 – 4 867,5 фунтов или 2 207,86 кг.  

Указанные сведения о весовых характеристиках воздушных судов позволили таможенному органу прийти к выводу о том, что общество неверно определило массу воздушного судна.

Поскольку определенная таможенным органом по сертификатам летной годности масса каждого из воздушных судов превышает 2000 кг, таможня по итогам проверки приняла решения от 05.03.2020 № РКТ-10210000-20/000049, РКТ-10210000-20/000050, согласно которым ввезенные вертолеты отнесены в товарную подсубпозицию 8802 12 000 1 ТН ВЭД «Летательные аппараты прочие (например, вертолёты, самолёты); космические аппараты (включая спутники) и суборбитальные и космические ракеты-носители: - вертолёты: -- с массой пустого снаряженного аппарата более 2000 кг: --- гражданские», которому соответствует ставка ввозной таможенной пошлины 12,5%.

Также таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары от 05.03.2020, что повлекло доначисление 24 543 686,86 руб. ввозной таможенной пошлины и 4 908 737,36 руб. налога на добавленную стоимость.

Посчитав незаконными акт выездной таможенной проверки № 10210000/210/110220/А000001, заключение по возражениям проверяемого лица на акт таможенной проверки, решения по классификации товара, а также решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

При новом рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций повторно пришли к выводу об отсутствии у таможни оснований для классификации вертолетов по коду 8802 12 000 1 ТН ВЭД, в связи с чем признали решения по классификации товара, а также решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, незаконными; в остальной части заявленных требований производство по делу прекратили.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, приходит к следующим выводам.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно прекратили производство по делу в части требований общества об оспаривании акта выездной таможенной проверки от 12.02.2020 № 10210000/210/110220/А000001 и заключения от 04.03.2020 по возражениям проверяемого лица на акт таможенной проверки, поскольку названные акт и заключение не могут являться предметом оспаривания в порядке, предусмотренном главой 24 АПК РФ. Акт и заключение не относятся к ненормативным правовым актам, поскольку не содержат обязательных предписаний, распоряжений, влекущих юридические последствия, не устанавливают прав и не возлагает на заявителя каких-либо обязанностей, следовательно, прав и законных интересов заявителя в сфере публичных правоотношений не затрагивают и не нарушают. По сути, акт проверки и заключение по возражениям на акт лишь фиксируют определенные установленные таможней обстоятельства и факты.

Судебные акты в части прекращения производства по делу сторонами в кассационном порядке не обжалуются.

В остальной части заявленных требований выводы судебных инстанций проверены судом округа, оснований не согласиться с ними кассационной инстанцией не установлено. 

При рассмотрении спора по существу суды правомерно исходили из требований главы 3 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) с учетом установленных процессуальным законом правил доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200, части 1 - 5 статьи 71 АПК РФ).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 20 ТК ЕАЭС таможенный орган осуществляет классификацию товаров в случае выявления таможенным органом как до, так и после выпуска товаров их неверной классификации при таможенном декларировании. В этом случае таможенный орган принимает решение о классификации товаров.

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 № 54 утверждены ТН ВЭД и Единый таможенный тариф Евразийского экономического союза, которым установлены Основные правила интерпретации ТН ВЭД (далее – ОПИ ТН ВЭД).

В соответствии с правилом 1 ОПИ ТН ВЭД для юридических целей классификация товаров в ТН ВЭД осуществляется исходя из текстов товарных позиций и соответствующих примечаний к разделам или группам и, если такими текстами не предусмотрено иное, в соответствии с правилами 2(а), 2(б), 3(а), 3(б), 3(в), 4, 5, 6 ОПИ ТН ВЭД. Согласно правилу 6 ОПИ ТН ВЭД классификация товаров в субпозициях товарной позиции должна осуществляться в соответствии с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также положениями ОПИ ТН ВЭД при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей данного правила также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» суд проверяет обоснованность классификационного решения, вынесенного таможенным органом, исходя из оценки представленных таможенным органом и декларантом доказательств, подтверждающих сведения о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара, имеющих значение для его правильной классификации согласно ТН ВЭД, руководствуясь ОПИ ТН ВЭД, а также принятыми в соответствии с ними на основании пункта 6 статьи 21, пунктов 1 и 2 статьи 22 ТК ЕАЭС решениями Федеральной таможенной службы и Комиссии по классификации отдельных видов товаров, если такие решения относятся к спорному товару. Для целей интерпретации положений ТН ВЭД судами также учитываются Пояснения к ТН ВЭД, рекомендованные Комиссией в качестве вспомогательных рабочих материалов.

Как видно из материалов дела, и общество, и таможня относят вертолеты к товарной позиции 8802 ТН ВЭД «Летательные аппараты прочие (например, вертолеты, самолеты); космические аппараты (включая спутники) и суборбитальные и космические ракеты-носители: - вертолеты». Однако далее общество относит вертолеты к коду 8802 11 000 3 ТН ВЭД «-- с массой пустого снаряженного аппарата не более 2000 кг: --- гражданские: ---- прочие», тогда как таможня полагает, что они подлежат классификации по коду 8802 12 000 1 ТН ВЭД «-- с массой пустого снаряженного аппарата более 2000 кг: --- гражданские».

Таким образом, исходя из текста сравниваемых товарных субпозиций для правильной классификации вертолетов необходимо установить, превышает ли масса пустого снаряженного аппарата 2 000 кг.

В силу Примечания 1 к субпозициям группы 88 ТН ВЭД в субпозициях 8802 11 - 8802 40 термин «масса пустого снаряженного аппарата» означает массу аппарата в состоянии готовности к вылету за вычетом массы экипажа, топлива и оборудования, за исключением постоянно установленного оборудования.

Согласно Пояснениям к Примечанию 1 к субпозициям группы 88 ТН ВЭД постоянно установленные элементы оборудования не включают в свой состав, например, аварийное оборудование (то есть спасательные шлюпки, парашюты и желоба для аварийной эвакуации пассажиров) и сменное оборудование для систем вооружения.

С учетом приведенных нормативных положений для разрешения настоящего спора по результатам исследования представленных в дело доказательств необходимо определить массу аппарата в состоянии готовности к вылету с учетом постоянно установленного оборудования.

По правилам распределения бремени доказывания, установленным статьей 65, частью 5 статьи 200 АПК РФ, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Из акта проверки и документов, представленных сторонами в дело, следует, что вес воздушных судов по разным источникам различен.

Таможенный орган, принимая оспариваемые решения, руководствовался сведениями, отраженными в сертификатах летной годности, отчетов компании-изготовителя о средней массе и центровке от 11.06.2019, от 12.06.2019, согласно которым масса вертолета № 57356 составляет 2 201,42 кг, а масса вертолета № 57355 – 2 207,86 кг, то есть превышает 2 000 кг.

Вместе с тем суды установили, материалами дела подтверждается и таможней не оспаривается, что указанный в сертификатах летной годности вес включает в себя как массу пустого воздушного судна, массу постоянно установленного оборудования, так и массу дополнительного оборудования (съемного и несъемного); данный вес определен после прибытия вертолетов в Прагу и дооснащения воздушных судов дополнительным оборудованием, предназначенным для выполнения авиамедицинских работ, поиска и спасения, лесоавиационных работ.

Таким образом, поскольку масса воздушных судов, указанная в сертификатах летной годности, включает в себя массу пустого снаряженного аппарата, а также массу дополнительного съемного оборудования и расходуемой нагрузки, то приведенная в сертификате масса воздушного судна не является массой пустого снаряженного аппарата в смысле Примечания 1 к субпозициям группы 88 ТН ВЭД.

В связи с этим суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, указал на необходимость исследования отчетов компании-изготовителя о средней массе и центровке от 29.11.2018 и от 18.02.2019,  отчетов от 12.06.2019 и от 11.06.2019, а также письма компании-производителя «Bell Helicopter Textron Inc» от 06.08.2020 № МЕВ-20-0065,  во взаимосвязи с иными, имеющимися в деле документами, для целей определения, какое оборудование относится к постоянно установленному, а какое является дополнительным съемным оборудованием и не должно учитываться при определении массы пустого снаряженного аппарата.

Удовлетворяя заявленные требования, судебные инстанции проанализировали имеющиеся в деле и дополнительно представленные сторонами документы и пришли к выводу о том, что при новом рассмотрении дела таможней обязанность по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемых решений, должным образом не реализована, суду не представлены и в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, достоверно свидетельствующие о том, что применительно к спорным вертолетам показатель массы пустого снаряженного аппарата превышает 2 000 кг.

Суды приняли во внимание, что в ТН ВЭД при разграничении товарных подсубпозиций 8802 11 000  и 8802 12 000 используется термин «масса пустого снаряженного аппарата», между тем, в Российской Федерации данный термин нормативно не установлен, а действующие документы по стандартизации содержат иные определения для классификации масс вертолетов. 

Так, согласно пункту 3.1.6 «ГОСТ Р 54580-2011. Национальный стандарт Российской Федерации. Воздушный транспорт. Требования и процедуры по контролю массы воздушного судна в процессе технической эксплуатации. Основные положения» (утв. приказом Росстандарта от 01.12.2011 № 686-ст) масса пустого воздушного судна: масса воздушного судна в пустом состоянии, определяемая согласно утвержденным эксплуатационным документам. Примечание. Масса пустого воздушного судна включает в себя все оборудование, имеющее фиксированное размещение и установленное на воздушном судне.

Таким образом,  положения  ГОСТа содержат отсылку к утвержденным эксплуатационным документам на воздушное судно.

В отраслевом стандарте ОСТ 1 02565-86 «Вертолеты. Классификация масс» (утв. распоряжением Министерства авиационной промышленности от 12.06.1986 № 298-06; далее – ОСТ 1 02565-86) определено, что вес снаряженного вертолета включает в себя пустой вертолет и снаряжение, в том числе:

1) Пустой вертолет:

- планер (фюзеляж, крыло, оперение, взлетно-посадочные устройства);

- винты (несущие винты, рулевые винты, пропульсивные винты);

- силовая установка (двигатели, системы двигателей, вспомогательная силовая установка с системами, топливная система, масляная система, система охлаждения, трансмиссия, а также гондолы, капоты и пилоны);

- оборудование, которое включает в себя общее оборудование и целевое оборудование (под целевым оборудованием понимаются агрегаты, проводка, элементы крепления, предназначенные для выполнения задач, связанных с целевым использованием вертолета);

2) Снаряжение:

- экипаж;

- масло (сливаемое масло малосистем двигателей и редукторов);

- невырабатываемое топливо (сливаемая часть невырабатываемых остатков топлива в баках, трубопроводах и агрегатах топливной системы);

- расходуемое снаряжение (расходные технические жидкости, газы и твердые вещества; сбрасываемые в полете элементы конструкции);

- целевое снаряжение (съемные, устанавливаемые для данного варианта применения, элементы конструкции и оборудование; съемный балласт и испытательная аппаратура; дополнительные топливные баки; специальное целевое снаряжение).

С учетом изложенного суды заключили, что оборудованием, тем более постоянно установленным оборудованием, являются агрегаты, проводка, элементы крепления. Вместе с тем все съемные элементы, устанавливаемые для соответствующего варианта применения, элементы конструкции и оборудование, а также балласт, дополнительные топливные баки, специальное снаряжение, являются целевым снаряжением вертолета и не входят в понятие пустого вертолета.

Суды установили, что спорные воздушные суда приобретены обществом у компании-изготовителя в базовой комплектации, пригодной для выполнения полетов, предусматривающей наличие постоянно установленного оборудования.

Согласно отчетам компании-изготовителя «Bell Helicopter Textron Inc» о средней массе и центровке от 29.11.2018 и от 18.02.2019 масса каждого пустого воздушного судна составляет 4 341,3 фунта или 1 969,18 кг (данная масса не включает массу дополнительного съемного оборудования), то есть менее 2000 кг. В названных отчетах содержится перечень и масса воздушных судов вместе с дополнительным оборудованием, которое таможенный орган относит к постоянно установленному оборудованию (оборудованию, имеющему фиксированное размещение).

После прибытия вертолетов в Прагу и дооснащения на чешском отделении компании «Bell Helicopter Textron Inc» дополнительным оборудованием, предназначенным для выполнения авиамедицинских и иных работ, производителем выполнено повторное взвешивание, по результатам которого составлены отчеты о средней массе и центровке от 12.06.2019 и от 11.06.2019.

Согласно отчетам от 12.06.2019 и от 11.06.2019 вес пустого воздушного судна № 57355 составляет 2 207,86 кг, а вес пустого воздушного судна № 57356 – 2 201,42 кг, то есть превышает 2 000 кг. Вместе с тем в названных отчетах также содержится перечень дополнительного оборудования, как постоянно установленного, так и съемного.

Таким образом, отчеты от 29.11.2018, от 18.02.2019, а также отчеты от 12.06.2019, от 11.06.2019 содержат различные сведения о весе «пустого воздушного судна» - в зависимости от объема установленного на дату взвешивания  дополнительного оборудования.

Общество в обоснование заявленных требований пояснило, что установленное на вертолеты в Праге дополнительное оборудование, предназначенное для авиамедицинских и иных работ, относится к съемному и не должно учитываться при определении массы пустого снаряженного аппарата для целей классификации по ТН ВЭД. Вместе с тем по прибытии вертолетов в Российскую Федерацию при подаче сведений о весе в целях получения сертификата летной годности ООО «Хели-Драйв Северо-Запад» фактически представило сведения о весе вертолетов со снаряжением, установленным для выполнения определенных авиационных работ, предусмотренных сертификатом эксплуатанта.

Исследовав отчеты компании-изготовителя от 12.06.2019 и от 11.06.2019, изучив доводы общества и приведенный в отчетах перечень дополнительного оборудования, а также вес каждой из позиций оборудования, судебные инстанции определили, что масса дополнительно установленного в Праге съемного оборудования составила в отношении вертолета № 57355 - 238,68 кг, а в отношении вертолета № 57356 - 232,24 кг. 

Данный вывод суды сделали с учетом письма компании «Bell Helicopter Textron Inc» от 06.08.2020 № МЕВ-20-0065, в котором производитель подтвердил, что минимальный вес 4 400 футов (примерно 1996 кг), указанный в Руководстве по летной эксплуатации Bell 429, обозначает полный вес (действительный полетный вес, включающий пилота, груз и топливо). 

Из этого же письма усматривается, что упомянутый в отчетах о средней массе и центровке от 29.11.2018 и от 18.02.2019 (по результатам взвешивания до дооснащения вертолетов оборудованием, в том числе для авиамедицинских и иных работ) средний вес пустого воздушного судна 4 341,3 фунта включает вес вертолета, произведенного в соответствии с типовой конструкцией и также вес дополнительного оборудования. В свою очередь, указанная в отчетах от 11.06.2019 и от 12.06.2019 масса включает в себя установленное дополнительное оборудование, дополнения к сертификату типа, выбранный вариант комплектации, указанные в Приложении А отчета об определении веса и центровки воздушного судна, а также неиспользуемый остаток топлива, масло двигателя и трансмиссии, гидравлическую жидкость и установленный балласт.

С учетом отчетов о средней массе и центровке от 12.06.2019, от 11.06.2019 и указанных пояснений производителя суды сочли подтвержденным наличие дополнительного съемного оборудования и сведения о его совокупной массе.

В свою очередь, таможня не опровергла основанные на сведениях из отчетов от 12.06.2019, от 11.06.2019 доводы общества о том, что масса дополнительного съемного оборудования, которую необходимо вычесть из веса вертолетов, отраженного в сертификатах летной годности (2 207,86 и 2 201,42 кг), составляет 238,68 и 232,24 кг соответственно. 

Таможенный орган не привел оснований, по которым не произведено уменьшение указанной в сертификатах летной годности массы воздушного судна, включающей в себя согласно ОСТ 1 02565-86 снаряженный вертолет (пустой вертолет и снаряжение), топливо и целевую нагрузку, соответственно, на массу снаряжения, топлива и целевой нагрузки. При новом рассмотрении дела таможня также не провела анализ перечня, характеристик и массы поименованного в отчетах от 12.06.2019, от 11.06.2019  дополнительно установленного на вертолеты оборудования, не соотнесла его с оборудованием, перечисленном в ОСТ 1 02565-86 в целях определения массы пустого снаряженного аппарата. В письме Московского авиационного института (далее – МАИ) от 01.07.2020 № 102-10-08 указано, что к целевому снаряжению, не входящему в массу пустого вертолета, следует относить только складывающиеся носилки, однако не обосновано, почему все иные, установленные для данного варианта применения, элементы конструкции и оборудование, не являются съемными, как настаивает общество, и не относятся к целевому снаряжению. 

Ссылаясь на то, что судебные инстанции не сопоставили перечень оборудования, поименованного в отчетах компании-производителя от 29.11.2018, от 18.02.2019 и в отчетах от 12.06.2019, от 11.06.2019, таможенный орган не учитывает, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля, и в данном случае судебные инстанции проверяли выводы, сделанные таможней на основе того объема документов, сведений и пояснений, которые были  собраны в ходе таможенной проверки. 

Соответствующий анализ установленного на вертолеты дополнительного оборудования и отнесение его к постоянно установленному либо съемному таможней в ходе проверки не проводились, а письмо МАИ от 01.07.2020 № 102-10-08 не содержит критериев, на основе которых дополнительное оборудование отнесено к несъемному. 

Доводы подателя жалобы о том, что минимальная масса пустого вертолета может составлять 1 915 кг только при снятом стандартном комплекте оснащения, на выводы судов не влияют, поскольку в обоснование заявленных требований общество приводило не значение минимальной массы пустого вертолета, а ссылалось на иной вес  вертолетов, который составляет 4 341,3 фунта и указан в отчетах производителя.

Между тем, в упомянутом выше письме от 06.08.2020 производитель дополнительно подтвердил, что при весе 4 341,3 фунта (то есть менее 2 000 кг) вертолет марки Bell 429, произведенный в соответствии с типовой конструкцией и с дополнительным оборудованием, в данной комплектации может проходить сертификацию.

В Руководстве по летной эксплуатации (РЛЭ) вертолета (часть 1 - Limitation (ограничения)) предусмотрено, что минимальный взлетный полный вес (gross weight) вертолета (Minimum GW for flight) составляет 4 400 фунтов  или 1 996 кг.

Апелляционный суд также учел, что вертолеты прибыли на территорию Чехии в собранном виде «своим ходом», следовательно, были пригодны для эксплуатации в качестве воздушных судов при том, что на момент прибытия в Прагу масса каждого пустого воздушного судна составляла согласно отчетам от 29.11.2018 и от 18.02.2019 4 341,3 фунта или 1 969,18 кг. 

Фактический контроль и взвешивание спорных вертолетов таможенным органом на этапе таможенного декларирования и в ходе таможенного контроля не производились.

Ссылки таможни в подтверждение своей позиции на письмо МАИ от 28.02.2020 № 102-10-06, согласно которому для вертолета Bell 429 масса в состоянии готовности к вылету за вычетом массы экипажа, топлива и оборудования, за исключением постоянно установленного оборудования, не может составлять менее 2 000 кг, сами по себе основанием для классификации вертолетов по коду по коду 8802 12 000 1 ТН ВЭД не являются.

Помимо указанного, в письме МАИ от 28.02.2020 № 102-10-06 отмечено, что термины, используемые в документах Евразийской экономической комиссии применительно к вертолетам, недостаточно корректны для описания параметров, которые однозначно характеризуют объект при установлении таможенного сбора; в документах используется словосочетание «масса аппарата в состоянии готовности к вылету», которая может изменяться, причем в весьма широких пределах, и зависеть от выполняемого вертолетом полетного задания, температуры воздуха в точках взлета, посадки и по маршруту полета, а также от высоты их расположения над уровнем моря. ОСТ 1 02565-86 предусмотрены раздельные понятия «пустой вертолет» и «снаряженный вертолет», причем первое входит во второе. Поэтому вертолет может быть либо пустой, либо снаряженный. Согласно данному письму «получить численное значение «массы пустого снаряженного аппарата» на основе документации поставщика невозможно в принципе». 

Между тем, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности в актах законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании и иных правовых актах Российской Федерации в сфере таможенного регулирования толкуются в пользу декларанта и иных заинтересованных лиц; никто не может быть привлечен к ответственности за нарушение международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании и (или) иных правовых актов Российской Федерации в сфере таможенного регулирования, если такое нарушение вызвано неясностью правовых норм, содержащихся в таких актах (пункты 4 и 5 статьи 8 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Суды также критически отнеслись к представленным таможней заключениям АО «Вертолеты России», поскольку в заключениях отсутствует указание на то, без какого именно дополнительного оборудования невозможно использовать воздушное судно. При этом в заключениях также отмечено, что термин «масса пустого снаряженного аппарата» не используется ни в американском, ни в отечественном стандартах.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства и исследованные  доказательства в их совокупности и взаимной связи, суды пришли к выводу о том, что таможня, вопреки требованиям части 5 статьи 200 АПК РФ, не подтвердила достаточными и бесспорными доказательствами, что масса пустого снаряженного вертолета составляет более 2 000 кг, а, следовательно, не доказала правомерность классификации рассматриваемых воздушных судов по коду 8802 12 000 1 ТН ВЭД.

При таком положении суды обоснованно удовлетворили заявленные требования, признав оспариваемые решения таможенного органа о классификации товара и о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, недействительными.

Доводы кассационной жалобы аналогичны доводам, приводимым таможенным органом при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, сводятся к неверной интерпретации судами представленных в дело доказательств, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемых судебных актах, оснований не согласиться с которой у суда округа не имеется.

Кроме того, оценка доказательственной стороны спора является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 АПК РФ), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Принимая во внимание, что фактические обстоятельства установлены судами на основе полного и всестороннего исследования имеющихся доказательств, нормы материального права применены правильно, неверного распределения бремени доказывания и процессуальных нарушений, в том числе предусмотренных статьей 288 АПК РФ, судами не допущено, кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемый судебных актов.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А56-33732/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу Санкт-Петербургской таможни - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.Н. Александрова

 

Судьи

 

Е.С. Васильева

Ю.А. Родин