ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

14.03.2019                                                                              Дело № А41-69026/16

Резолютивная часть постановления оглашена 6 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 марта 2019 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей – Каменецкого Д.В., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 по доверенности от 10.12.2018;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 10.05.2018,

вынесенное судьей Левченко Ю.А.,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018,

принятое судьями Муриной В.А., Катькиной Н.Н., Коротковой Е.Н. 

о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ОПЛ-Ресурс»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2017 общество с ограниченной ответственностью «ОПЛ-Ресурс» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности генерального директора должника – ФИО1 в размере 76 441 529 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 10.05.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018, указанное заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представители ФИО1 в судебном заседании суда кассационной инстанции доводы кассационной жалобы поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей ответчика, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив, в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, единственным учредителем, одновременно генеральным директором и единоличным исполнительным органом должника до введения процедуры конкурсного производства являлся ФИО1

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника указал, что бывшим контролирующим должника лицом не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему должника документации должника, предусмотренная положениями статьи 126 Закона о банкротстве, руководителем должника также своевременно не была исполнена обязанность по подаче заявления в суд о признании должника несостоятельным (банкротом), что, по мнению конкурсного управляющего должника, является основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2015 по делу № А40- 173814/15 удовлетворен иск общества с ограниченной ответственностью «Травертино», в пользу которого с должника взыскано 76 441 529,36 руб. 

Указанная задолженность образовалась в результате неисполнения должником обязательств по оплате товара, принятого в соответствии с договором поставки нефтепродуктов от 31.05.2013 № 092/2013.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что бывшим руководителем должника конкурсному управляющему должника ни документов, ни товарно-материальных ценностей, печатей и штампов передано не было, тем самым нарушено требование статьи 126 Закона о банкротстве, что является основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям поддержал, указав следующее.

Поскольку заявление конкурсного управляющего было подано в суд после 01.07.2017, к рассматриваемым отношениям подлежат применению нормы Главы III. 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено указанным Федеральным законом, в целях указанного Федерального закона, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Таким образом, ФИО1 являлся контролирующим должника лицом.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Статьей 61.11 Закона о банкротстве установлено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Вместе с тем, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Между тем, определением Арбитражного суда Московской области от 21.02.2017 требования общества с ограниченной ответственностью «Травертино» к должнику признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО4 требования общества «Травертино» в размере 76 441 529,36 руб. основного долга включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Этим же определением суд обязал руководителя должника в пятнадцатидневный срок предоставить временному управляющему перечень имущества должника, в том числе, имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Однако доказательств исполнения возложенной на руководителя должника обязанности, последним в материалы дела не представлено.

Впоследствии, решением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование ФИО1 также исполнено не было, бухгалтерская и иная документация, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему должника переданы не были, а доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Как следствие, суды пришли к выводу о том, что в отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что контролирующим должника лицом исполнена обязанность по сохранности и передаче всех документов юридического лица без исключения (включая первичные оправдательные и финансовые документы, бухгалтерскую отчетность и т.п.) как на период ведения хозяйственной деятельности должника, так и на дату открытия конкурсного производства и назначения конкурсного управляющего, а также обязанность по передаче таких документов лицом ответственным за ведение и хранение документов, усматривается вина и выявлено противоправное поведение контролирующего должника лица.

Между тем, отсутствие необходимой информации об имущественных правах и обязанностях должника не позволило конкурсному управляющему осуществить действия по формированию конкурсной массы для целей удовлетворения требований кредиторов.

Суды отметили, что ФИО1 обязан были принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника гражданского оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру их участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. 

Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом. 

Таким образом, принимая во внимание факт того, что отсутствие необходимых документов не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности исходя из презумпции, изложенной в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом, судом апелляционной инстанции отклонен довод о том, что вся документация должника м была передана ФИО1 ФИО5, назначенному на должность генерального директора должника решением единственного участника должника от 14.08.2017. 

В обоснование данного довода заявителем в суд апелляционной инстанции было представлено решение № 1 единственного участника, акт приема-передачи документации ФИО5

Пределы рассмотрения дела арбитражным апелляционным судом установлены статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе, в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Вместе с тем, представляя указанные копии документов в суд апелляционной инстанции, ФИО1, в нарушение части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не привел уважительных причин невозможности их представления в суд первой инстанции, соответственно, не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств судом апелляционной инстанции.

Согласно статьям 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе, представления в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Суд апелляционной инстанции отнесся критически к упомянутым документам, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения ФИО1 определения Арбитражного суда Московской области от 21.02.2017, которым суд обязал руководителя должника в пятнадцатидневный срок предоставить временному управляющему перечень имущества должника, в том числе, имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1, являясь, в то же время, единственным участником должника, действуя добросовестно и разумно, уведомил арбитражного управляющего о принятии им решения № 1 от 14.08.2017 и передаче всей документации новому директору, при этом, не исполнив определение суда от 21.02.2017 о передаче временному управляющему должника необходимой документации.

Таким образом, установлена причинно-следственная связь между бездействием бывшего руководителя должника и наступившими неблагоприятными последствиями, в связи с чем приходит к выводу об уклонении бывшего руководителя должника от передачи бухгалтерской и иной документации предприятия как временному управляющему, а впоследствии и конкурсному управляющему.

Вследствие нарушения бывшим руководителем должника пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и неисполнения своей обязанности по передаче документов арбитражному управляющему, были нарушены интересы кредиторов должника. 

Непередача документации исключила возможность выявления и реализации конкретного имущества общества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Таким образом, принимая во внимание наличие судебного акта о возложении на руководителя обязанности по передаче арбитражному управляющему документов должника, факт того, что отсутствие необходимых документов не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника, суд пришел к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности исходя из презумпции, изложенной в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Между тем, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что имеются основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, ввиду заключения им договора поставки от 31.05.2013 № 092/2013, который не был оплачен своевременно должником, то есть действия ФИО1 фактически направлены на заключение заранее неоплатного договора.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

В соответствии с пунктом 16 постановления от 21.12.2017 № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом, следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Допустимых доказательств того, что ФИО1 был заключен заранее неоплатный договор, заключение которого направлено на причинение существенного вреда кредиторам, материалы дела не содержат, при том, что встречное исполнение по данному договору обществом было получено.

Между тем, ошибочный вывод суда не привел к вынесению неправильного судебного акта.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

На момент рассмотрения спора в суде первой инстанции, размер взыскиваемой суммы денежных средств был определен судом в соответствии с размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и неудовлетворенных в деле о банкротстве должника.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет 76 441 529,36 руб.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что конкурсным управляющим не направлялись соответствующие запросы об истребовании информации и сведений, судебной коллегией отклоняются, как не основанные на фактичекских обстоятельствах дела.

Копии запросов приобщены к материалам дела, о фальсификации представленных доказательств суду не заявлялось.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РоссийскойФедерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актовправо оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами нормматериального и процессуального права и не позволяют ему непосредственноисследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оцениваютдоказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основепринципов состязательности, равноправия сторон и непосредственностисудебного разбирательства, что недопустимо. 

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.Аналогичная правовая позиция содержится в определении ВерховногоСуда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первойинстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силустатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, анесогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует онеправильном применении судом норм материального и процессуального праваи не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которыесуды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и приниматьрешение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иноесвидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенномнарушении норм процессуального права и нарушении прав и законныхинтересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактическисвидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании сами заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимопри проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 10.05.2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018 по делу № А41-69026/16 оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Председательствующий-судья          Н.Н. Тарасов 

Судьи:                     Д.В. Каменецкий

 

                                                                                                    Н.А. Кручинина