АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9949/22 

Екатеринбург

28 февраля 2023 г.

 

Дело № А60-31083/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Шавейниковой О.Э., Столяренко Г. М.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2022 по делу № А60-31083/2020 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 02.06.2021).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2020 общество с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее – общество «Алмаз», должник)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением суда от 04.10.2021 упрощенная процедура банкротства в отношении общества «Алмаз» прекращена, суд перешел к процедуре конкурсного производства в отношении должника с применением общих правил.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказано.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку результат рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности может повлиять на права и интересы наследников умершего ФИО6, который являлся одним из участников должника и его руководителем.

Наследники ФИО6 – ФИО7 и ФИО8 - привлечены к участию в деле.

Конкурсный управляющий представил уточнение требований, согласно которым просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Алмаз» также ФИО7 и ФИО8

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022 ФИО7 и ФИО8 на основании и в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены в качестве соответчиков.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2022 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказано.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, общество с ограниченной ответственностью «ГИФТ» (кредитор, далее – общество «ГИФТ») обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на то, что существенные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения заявления, не были исследованы и установлены, просит отменить указанный судебный акт и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы кредитор приводит доводы о том, что сделка по перечислению должником денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «Владимир и Компания» (далее – общество «Владимир и Компания»), аффилированному с должником, была безвозмездной, направленной на вывод активов должника в целях причинения вреда кредиторам. Кассатор не согласен с выводами суда о том, что указанные перечисления произведены в рамках перераспределения финансовых потоков внутри группы, настаивает на доводах о безвозмездности перечисления при наличии у должника признаков неплатежеспособности, полагает, что одобрение подобной сделки является основанием для привлечения участников к субсидиарной ответственности. Относительно сделки по приобретению за счет средств должника векселей на сумму 12 400 000 руб. кредитор указывает на то, что в рамках первого дела о банкротстве общества «Алмаз» (определение от 20.04.2018 по делу № А60-40802/2016) сделка по отчуждению в пользу ФИО9 векселей номиналом в общей сумме 12 400 000 руб. признана недействительной, поскольку установлено, что она совершена безвозмездно в пользу заинтересованного лица в целях причинения вреда кредиторам и причинила такой ущерб в виде уменьшения размера имущества общества «Алмаз». Кассатор отмечает, что с учетом принципов  обязательности и преюдициальности вступившего в законную силу судебного акта (статьи 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), совершение указанной сделки является основанием для привлечения единственного участника должника (его правопреемников), принимавшего решение о совершении такой сделки, к субсидиарной ответственности. Кредитор также приводит доводы о том, что в рамках первого дела о банкротстве общества «Алмаз» суд обязал ликвидатора ФИО5 передать конкурсному управляющему документацию должника, однако указанный судебный акт не был исполнен, документы не переданы ни в рамках дела №А60-40802/2016, ни в настоящем деле, при этом в материалы не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у участников должника (ФИО1 и ФИО4), а также бывшего ликвидатора (ФИО5) объективных препятствий к исполнению обязанности по передаче имущества и документации должника. Кассатор также не согласен с выводами суда о том, что ФИО1 не предпринимала ключевых решений относительно хозяйственной деятельности организации, полагает, что после смерти ФИО6 участники общества – ФИО1 и ФИО4 – совершили совместные действия по выводу активов, которые привели к невозможности дальнейшего осуществления хозяйственной деятельности.

Отзыв ФИО1 приобщён к материалам дела.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц, участниками общества «Алмаз» являются:

- ФИО6, впоследствии ФИО1 (с 04.05.2016, согласно записи в ЕГРЮЛ), размер доли в уставном капитале 50%.

- ФИО4, размер доли в уставном капитале 50%.

Руководителем должника являлся ФИО6 (умер 30.04.2016).

С 19.08.2016 ликвидатором общества «Алмаз» назначена ФИО5

В отношении общества «Алмаз» 30.08.2016 было возбуждено дело № А60-40802/2016 (первое дело о банкротстве общества «Алмаз») о банкротстве.

Определением от 08.05.2019 производство по делу № А60-40802/2016  прекращено в связи с отсутствием кандидатуры конкурсного управляющего.

В последующем определением от 03.07.2020 возбуждено данное дело о банкротстве общества «Алмаз» (№ А60-31083/2020), в рамках которого конкурсный управляющий 16.02.2022 обратился с рассматриваемым заявлением о привлечении ФИО1, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности заявитель указывал на совершение сделок по выводу активов должника, исполнение которых привело к невозможности погашения требований кредиторов; неисполнение обязанности по передаче документации о хозяйственной деятельности должника и имущества должника; неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не представлено в материалы дела достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия.

Суд первой инстанции также исходил из обоснованности заявления о пропуске срока исковой давности.

В рамках апелляционного производства коллегия установила, что результат рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности может повлиять на права и интересы наследников умершего ФИО6 (ФИО7, ФИО8), которые не привлечены к рассмотрению настоящего обособленного спора, что послужило основанием для перехода к рассмотрению настоящего спора по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции и привлечению указанных лиц к участию в споре.

С учетом указанных выводов конкурсный управляющий уточнил требования, согласно которым просил установить основания для привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Рассматривая заявленные требования, апелляционный суд исходил из того, что поскольку обстоятельства, которые являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, имели место в 2015-2017 годах, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, таким образом, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующейв рассматриваемый период, предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В обоснование требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по указанному основанию управляющий указывал на совершение должником в период с 02.12.2015 по 04.05.2016при наличии признаков неплатежеспособности безвозмездных перечислений на счета третьих лиц за общество «Владимир и Компания» в сумме 64 238 187 руб. 25 коп., а также на совершение сделки по отчуждению в пользу ФИО9 векселей номиналом в сумме 12 400 000 руб., признанной недействительной определением от 20.04.2018 по делу № А60-40802/2016.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего относительно перечислений должником денежных средств в пользу общества «Владимир и Компания», суд апелляционной инстанции установил, что общества «Алмаз» и «Владимир и Компания» являются взаимозависимыми лицами, что не отрицается участниками спора, при этом в рамках дела о банкротстве последнего (№ А60-21107/20160) было рассмотрено заявление общества «Алмаз» о включении в реестр требований кредиторов (определение от 29.06.2018), в рамках которого сделан вывод, что денежные средства в сумме 64 238 187 руб. 25 коп. были перечислены должником за общество «Владимир и Компания» на счета различных организаций-контрагентов в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из чего коллегия заключила, что указанные заявителем перечисления совершены в ходе обычной хозяйственной деятельности группы компаний в результате перераспределения финансовых потоков и свободного перемещения денежных средств внутри группы компаний, что само по себе не является признаком какого-либо злоупотребления.

Относительно второй сделки (по отчуждению векселей на общую сумму 12 400 000 руб.) судами установлено, что она ранее являлась предметом рассмотрения в рамках дела № А60-40802/2016 и определением от 20.04.2018 признана недействительной, ввиду того, что совершена в пользу заинтересованного лица (ФИО9 являлся супругом участника должника – ФИО4), осведомленного о неплатежеспособности должника, в целях причинения вреда кредиторам.

Вместе с тем, доводы конкурсного управляющего о совершении данной сделки основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не послужили, поскольку, учитывая масштаб деятельности должника, его обороты в соответствующие периоды, указанная сделка в любом случае не могла стать причиной объективного банкротства должника, признак существенного влияния оспоренной сделки на изменение финансового состояния должника до банкротного судами не был установлен, обратное заявителем не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, апелляционный суд отметил, что, как указано выше, сделка признана недействительной определением суда от 20.04.2018 и в порядке применения последствий ее недействительности с ФИО9 взысканы денежные средства в сумме 12 400 000 руб., затем требования общества «Алмаз» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО9 (определение суда от 05.05.2021 с учетом постановления апелляционного суда от 24.05.2021 по делу № А60-17470/2019).

В качестве иного основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на неисполнение обязанности по передаче документации и имущества должника (абзац четыре пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве), в обоснование чего отметил, что согласно бухгалтерской отчетности за 2015 год и 1 квартал 2016 года должник располагал товаром и правами требований, однако соответствующее имущество и документация должника, в том числе раскрывающая сведения о дебиторской задолженности, не передана. 

Заявитель указывал на то, что определение суда об истребовании документов у бывшего ликвидатора должника в рамках дела № А60-40802/2016 (первое дело о банкротстве общества «Алмаз») не было исполнено, а также приводил доводы о том, что непередача документов должника существенным образом сказалась на проведении процедуры банкротства должника, в том числе обусловила невозможность анализа содержания сделок, взыскания дебиторской задолженности, оспаривания договоров, отвечающих признакам подозрительности, а значит пополнения конкурсной массы должника.

Рассматривая доводы заявителя и возражения против требований в названной части, в том числе заявление о передачи документации и имущества должника, апелляционный суд руководствовался следующим.

В абзаце 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей в значимый для настоящего спора период) содержится правило о том, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), несет субсидиарную ответственность по его обязательствам, а в абзаце 4 данной нормы закреплена презумпция того, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие отсутствия в результате действий и/или бездействия такого контролирующего лица к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, либо отсутствия в них информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо искажения указанной информации, повлекшего существенное затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов; для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве; при этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника или совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 61 Постановления № 53 в удовлетворении иска о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного вне рамок дела о банкротстве, не может быть отказано только потому, что о наличии оснований для привлечения к ответственности кредитор (кредиторы) узнал или должен был узнать до завершения конкурсного производства. В этом случае к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на данного проинформированного кредитора (кредиторов), применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, к остальной части требования о привлечении к субсидиарной ответственности применяется исковая давность, предусмотренная пунктом 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Рассмотрев возражения ответчиков, заявление о пропуске срока исковой давности относительно указанной части требований и установив, что рассматриваемое дело является вторым делом о банкротстве общества «Алмаз», при этом в рамках рассмотрения первого дела о банкротстве (№ А60-40802/2016) определением от 23.05.2017 суд обязал ликвидатора ФИО10 передать конкурсному управляющему документы и сведения о деятельности должника, однако указанный судебный акт не был исполнен,  апелляционный суд сделал вывод, что в целях защиты имущественных прав заинтересованные лица, в том числе кредиторы должника, состав которых в обоих делах о банкротстве совпадает, могли обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках первого дела или после его прекращения, однако соответствующим правом не воспользовались, а на момент обращения с рассматриваемым заявлением трехлетний срок исковой давности, подлежащий исчислению в рассматриваемом случае с даты открытия конкурсного производства в деле № А60-40802/2016, то есть с 26.01.2017, истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования (пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В качестве третьего основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в сроки, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, приводил доводы о том, что руководители должника продолжали убыточную деятельность должника, а впоследствии совершали действия, направленные на сокрытие имущества и на ликвидацию общества, в результате которых возникли новые обязательства, а также отмечал, что добросовестное исполнение руководителем обязанности по подаче заявления позволило бы должнику погасить требования в большем размере.

Управляющий указывал, что поскольку согласно реестру требований кредиторов, требования к должнику возникли уже в 1 квартале 2016 года, при этом, одно из требований основано на решении Арбитражного суда Пензенской области от 19.10.2016 по делу № А49-8230/2016, которым с общества «Алмаз» в пользу общества «ГИФТ» взыскано 4 005 537 руб. 33 коп., обязанность контролирующих должника лиц подать заявление о банкротстве должника возникла в сентябре 2016 года (три месяца после возникновения обязательства оплатить товар 06.06.2016).

Рассматривая заявление в названной части, апелляционный суд исходил из следующего. 

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 указанного Федерального закона.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве

Исследовав материалы дела, апелляционный суд установил, что рассматриваемое дело является вторым делом о банкротстве общества «Алмаз», первое дело (№ А60-40802/2016) было возбуждено 30.08.2016 по заявлению кредитора, прекращено определением от 08.05.2019 на основании пункта 9 статьи 45 Закона о банкротстве, настоящее дело (второе дело о банкротстве) возбуждено 03.07.2020 также по заявлению кредитора; включенные в реестр в рамках данного дела требования, в том числе общества «ГИФТ», также были признаны обоснованными и включены в реестр в рамках первого дела о банкротстве.

Исходя из того, что дело о банкротстве предприятия было возбуждено по заявлению кредитора до истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, при этом после прекращения первого дела о банкротстве должник деятельность не осуществлял, новые обязательства не возникли, суд апелляционной инстанции сделал вывод об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании  пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Заявленные в рамках апелляционного производства доводы о том, что признаки неплатежеспособности должника возникли еще в 1 квартале 2016 года в связи с возникшей задолженностью перед обществом с ограниченной ответственностью «Виалко Групп» в сумме 714 562 руб. 80 коп., взысканной решением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2017 по делу № А40-81113/2016, а также в связи с переводом должником на себя долга в размере 1 040 796 руб. (долг был переведен с общества «Владимир и Компания»), были рассмотрены и отклонены апелляционной коллегией ввиду того, что указанные обязательства с учетом сведений об экономических показателях деятельности должника в соответствующий период не свидетельствуют о наличии признаков объективного банкротства, иное в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не доказано, а потому обязанность по предъявлению заявления о признании должника банкротом отсутствовала.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по заявленным конкурсным управляющим основаниям, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Отказывая в части требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче имущества и документации должника (абзац четыре пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве) суд также исходил из обоснованности заявления о пропуске срока исковой давности в соответствующей части.

Суд кассационной инстанции полагает, что, исходя из предмета и основания заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены верно, приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены. Оснований для их иной оценки у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2022 по делу № А60-31083/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ГИФТ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                             Г.М. Столяренко