АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-40380/20

16 июня 2022 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена   08 июня 2022 г.

Полный текст решения изготовлен             16 июня 2022 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи  Андриановой Ю.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к федеральному государственному унитарному предприятию «Главный радиочастотный центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице филиала в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах, обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Амега» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Центр-Защиты» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Нева-Юг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Альфа-Юг Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Ростовской области, Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Московской области, Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций,

о признании договоров недействительными, об обязании заключить договор, передать имущество

при участии:

от истца: представитель по доверенности от 07.02.2022 ФИО2;

от федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр» в лице филиала в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах: представитель по доверенности от 18.01.2022 ФИО3;

от общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Амега»: представитель не явился;

от общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Центр-Защиты»: представитель по доверенности от 16.03.2022 ФИО4;

от общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Нева-Юг»: представитель не явился;

от общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Альфа-Юг Сервис»: представитель не явился;

от Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Ростовской области: представитель не явился;

от Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Московской области: представитель не явился;

от Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций: представитель не явился;

установил:

федеральное государственное унитарное предприятие «Охрана» Федеральный службы войск национальной гвардии Российской Федерации  (далее – истец, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к федеральному государственному унитарному предприятию «Главный радиочастотный центр» (далее – ответчик, ФГУП «ГРЧЦ», центр) о признании договоров  № 9590277 от 25.06.2019; № 9591026 от 25.06.2019; № 9589895 от 24.06.2019; № 9590058 от 24.06.2019; № 9590021 от 25.06.2019; № 999640 от 23.09.2019; № 9589970 от 24.06.2019, от№ 9589895 от 25.06.2019, недействительными (вследствие их ничтожности) с момента их заключения; обязании ФГУП «ГРЧЦ» в лице руководства филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Южном и Северо-Кавказском Федеральном округах заключить договор охраны; обязать передать находящиеся на праве хозяйственного ведения объекты госсобственности подохрану ФГУП «Охрана» Росгвардии в лице Управления по ЮО ЦООС (филиал)ФГУП «Охрана» Росгвардии.

 Решением суда первой инстанции от 16.07.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.10.2021, в иске отказано.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 166, 179, 181 и 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходил из отсутствия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными ввиду того, что предприятием пропущен годичный срок исковой давности для признания недействительными оспоримых сделок, о применении которого заявили ответчики, предприятие не является лицом, заинтересованным в оспаривании сделок, поскольку признание договоров недействительными не влечет возникновение у него прав на предмет договоров. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.03.2022 судебные акты по делу № А53-40380/20 отменены, дело возвращено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд кассационной инстанции указал, что суды неполно выяснили существенные для дела обстоятельства. Так обязанность центра заключить договор охраны с предприятием следует из положений пункта 1 статьи 426, абзаца первый пункта 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон N 2487-1), постановления Правительства Российской Федерации от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности", Федерального закона от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Поскольку решение Арбитражного суда Ростовской области от 16.07.2021 отменено полностью, суд рассматривает спор заново в полном объеме.

Истец просит признать недействительными договоры № 9590277 от 25.06.2019; № 9591026 от 25.06.2019; № 9589895 от 24.06.2019; № 9590058 от 24.06.2019; № 9590021 от 25.06.2019; № 999640 от 23.09.2019; № 9589970 от 24.06.2019. Истец также просит обязать ФГУП «ГРЧЦ» в лице руководства филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Южном и Северо-Кавказском Федеральном округах заключить договор государственной (не частной) охраны с ФГУП «Охрана» Росгвардии; передать под охрану объекты (охраняемые по спорным договорам), подлежащие государственной (не частной) охране ФГУП «Охрана» Росгвардии».

В ходе рассмотрения дела истцом  представлено ходатайство об уточнении исковых требований  и отказ от требования по договору от 25.06.2019 № 9589895.

В соответствии с частями 1,2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции,  изменить основание и предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований, отказаться от иска полностью или частично.

В силу части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. 

На основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ не противоречит закону и не нарушает права других лиц. 

Отказ истца от иска не противоречит закону и не нарушает права других лиц, заявлен начальником управления ФИО5, действующим на основании доверенности от 16.09.2020 №5229Д-504, содержащей право на отказ от исковых требований в связи с чем, суд принимает заявленный отказ от требований.

Право формулирования исковых требований является прерогативой истца, которая представлена ему в силу прямого указания данного в законе, в связи с чем, суд, руководствуясь положениями статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признает заявленное истцом ходатайство подлежащим удовлетворению. 

Суд полагает возможным рассмотреть дела по существу с учетом измененных исковых требований.

Таким образом, предметом рассмотрения являются требования истца к ответчикам о признании недействительными договоров № 9590277 от 25.06.2019; № 9591026 от 25.06.2019; № 9589895 от 24.06.2019; № 9590058 от 24.06.2019; № 9590021 от 25.06.2019; № 999640 от 23.09.2019; № 9589970 от 24.06.2019; обязании ФГУП «ГРЧЦ» в лице руководства филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Южном и Северо-Кавказском Федеральном округах заключить договор государственной (не частной) охраны с ФГУП «Охрана» Росгвардии; передать под охрану объекты (охраняемые по спорным договорам), подлежащие государственной (не частной) охране ФГУП «Охрана» Росгвардии».

При повторном рассмотрении дела представители истца повторили свою правовую позицию, полагают, что федеральное государственное унитарное предприятие «Главный радиочастотный центр» обязано заключить с истцом договоры охраны имущества, поскольку имущество ФГУП «ГРЧЦ» не может охраняться частными компаниями.

Представители федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр» в лице филиала в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах и общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Центр-Защиты» против удовлетворения иска возражали. Заявили о пропуске истцом срока давности.

От Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций поступил письменный отзыв, в котором поддержана правовая позиция федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр»: оспариваемые договоры заключены на охрану административных (офисных) помещений, ФГУП «ГРЧЦ» является коммерческой организацией, следовательно истец не вправе считать себя единственным исполнителем оказания услуг по охране недвижимого имущества центра.

Остальные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей указанных лиц в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом правил статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о том, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в судебном заседании, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела,  между ФГУП  «Главный радиочастотный центр» и частыми охранными предприятиями заключены договоры на оказание услуг по охране объектов, находящихся в федеральной государственной собственности: № 9590277 от 25.06.2019; № 9591026 от 25.06.2019; № 9589895 от 24.06.2019; № 9590058 от 24.06.2019; № 9590021 от 25.06.2019; № 999640 от 23.09.2019; № 9589970 от 24.06.2019 с обществом с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Амега», обществом с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Центр-Защиты», обществом с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Нева-Юг», обществом с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Альфа-Юг Сервис»

Истец полагает, что указанные договоры являются недействительным поскольку заключены в отношении объектов, подлежащих государственной охране с лицом, не относящимся к числу федеральных органов государственной власти в сфере обеспечения безопасности объектов государственной охраны и в следствие чего, не соответствуют требованиям статьи 11  ФЗ «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» и постановления Правительства Российской Федерации от 02.10.2009 №775 «Об утверждении Положения о ведомственной охране Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации».

Ответчиками  в ходе рассмотрения спора заявлено  о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации.  исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку договоры были заключены посредством проведения публичных торгов, информация о которых находится в свободном доступе, в связи с чем, истец о наличии данных сделок и их условиях мог узнать в момент их заключения, срок исковой давности в отношении указанных договор истек 26.06.2020 и 25.06.2020 соответственно.

Кроме того, суд руководствуется следующим.

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец не является стороной по сделкам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки также вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Истец не просит применить последствия недействительности сделки, просит признать ничтожными договоры.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако, избранный способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

Таким образом, заявитель должен обосновать наличие у него материально-правовой заинтересованности в деле и указать, на защиту каких именно его субъективных прав и законных интересов направлены заявленные требования, какие права заявителя могли бы быть защищены (восстановлены) в случае удовлетворения заявленных требований.

Суд пришел к выводу о том, что истец не является в соответствии с требованиями абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ и ст. 4 АПК РФ заинтересованным лицом в оспаривании сделки, поскольку при применении последствий ее недействительности у истца не может возникнуть какого-либо права на существо, являющееся предметом договора.

Таким образом, суд не усматривает нарушение прав истца при заключении оспариваемых договоров.

В связи с чем, суд повторно пришел к выводу, что требования о признании недействительными договоров № 9590277 от 25.06.2019; № 9591026 от 25.06.2019; № 9589895 от 24.06.2019; № 9590058 от 24.06.2019; № 9590021 от 25.06.2019; № 999640 от 23.09.2019; № 9589970 от 24.06.2019 удовлетворению не подлежат.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами об отсутствии оснований для удовлетворения требований о признании договоров недействительными, ввиду отсутствия у предприятия легитимации по данном требованию. Как указывает суд кассационной инстанции надлежащим и достаточным способом защиты лица, для которого обязательно заключение договора, является иск о понуждении в порядке статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации. Само по себе наличие у ответчика договоров, заключенного с иными лицами, подаче и удовлетворению такого иска не препятствует.

При первоначальном рассмотрении спора суд первой инстанции отказал в удовлетворении требования истца об обязании ФГУП "Главный радиочастотный центр" в лице руководства филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Южном и Северо-Кавказском Федеральном округах заключить договор государственной (не частной) охраны с ФГУП «Охрана» Росгвардии. 

Отказывая в удовлетворении указанного требования, суд исходил из того, что по смыслу статей 421, 426, 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, норм Федерального закона от 27.05.1996 N 57-ФЗ "О государственной охране", Федерального закона от 03.07.2016 N 226-ФЗ "О войсках национальной гвардии Российской Федерации", пунктов 16 и 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" заключение договоров о государственной охране имущества обязательно для самого предприятия, но никак не для центра, следовательно, понудить последнего к заключению договора в отсутствие его воли нельзя.

Суд кассационной инстанции с таким выводом не согласился и указал следующее.

Конституционная свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (часть 1 статьи 55 Конституции Российской Федерации) и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

В качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрен, в частности, институт публичного договора (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации; постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 N 4-П).

В соответствии с частью 3 статьи 11 Закона N 2487-1 частная охранная деятельность не распространяется на объекты государственной охраны и охраняемые объекты, предусмотренные Законом N 57-ФЗ, а также на объекты, перечень которых утверждается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.08.1992 N 587 утвержден Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется (далее - Перечень N 587), в пункте 1 которого установлено, что частная охранная деятельность не распространяется на здания (помещения), строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории федеральных органов законодательной и исполнительной власти (за исключением зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий Управления делами Президента Российской Федерации, территориальных органов Федеральной налоговой службы), иных государственных органов Российской Федерации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 1863-О-О указано, что установление в пункте 1 Перечня N 587 в качестве объектов, подлежащих государственной охране, зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий и акваторий федеральных органов законодательной и исполнительной власти, органов законодательной (представительной) и исполнительной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов Российской Федерации, органов местного самоуправления направлено на надлежащее обеспечение безопасности указанных объектов ввиду их особого статуса.

Таким образом, в целях применения пункта 1 Перечня N 587 определяющее значение имеет именно факт использования таких объектов федеральными органами законодательной и исполнительной власти и иными государственными органами Российской Федерации в процессе осуществления их деятельности.

Согласно пункту 1 Положения о радиочастотной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2014 N 434, специально уполномоченная служба по обеспечению регулирования использования радиочастот и радиоэлектронных средств при Роскомнадзоре (далее - радиочастотная служба) представляет собой единую систему организаций, находящихся в ведении Роскомнадзора, осуществляющих деятельность в области обеспечения надлежащего использования радиочастот и радиочастотных каналов, радиоэлектронных средств и (или) высокочастотных устройств гражданского назначения, экспертизы и мониторинга соблюдения законодательства в установленной сфере деятельности Роскомнадзора, а также участвующих в предоставлении государственных услуг.

Согласно пункту 2 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 03.12.2008 N 1715 "О некоторых вопросах государственного управления в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций" Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций находится в ведении Министерства связи и массовых коммуникаций Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 11 Положения о Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.03.2009 N 228 (далее - Положение о Роскомнадзоре), Роскомнадзор является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере средств массовой информации, в том числе электронных, и массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, функции по контролю и надзору за соответствием обработки персональных данных требованиям законодательства Российской Федерации в области персональных данных, а также функции по организации деятельности радиочастотной службы; является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти по защите прав субъектов персональных данных.

Роскомнадзор осуществляет в порядке и пределах, которые определены федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника в отношении федерального имущества, необходимого для обеспечения исполнения функций федерального органа государственной власти, в том числе имущества, переданного организациям, подведомственным Службе, включая предприятия радиочастотной службы (пункт 5.9 Положения о Роскомнадзоре).

Росимущество является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению федеральным имуществом (за исключением случаев, когда указанные полномочия в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляют иные федеральные органы исполнительной власти), функции по организации продажи приватизируемого федерального имущества, реализации имущества, арестованного во исполнение судебных решений или актов органов, которым предоставлено право принимать решения об обращении взыскания на имущество, функции по реализации конфискованного, движимого бесхозяйного, изъятого и иного имущества, обращенного в собственность государства в соответствии с законодательством Российской Федерации, функции по оказанию государственных услуг и правоприменительные функции в сфере имущественных и земельных отношений (пункт 1 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 N 432).

Центр отнесен к перечню федеральных государственных унитарных предприятий, переданных в ведение Роскомнадзора (пункт 8 Перечня федеральных государственных унитарных предприятий, передаваемых в ведение Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.03.2009 N 228) и осуществляет свою деятельность в соответствии с Федеральным законом от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи", положением о радиочастотной службе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2014 N 434. Таким образом, центр отнесен к ведению федерального органа исполнительной власти, его имущество является федеральной собственностью и принадлежит предприятию на праве хозяйственного ведения.

Суд кассационной инстанции указал, что обязанность центра заключить договор охраны с предприятием следует из положений пункта 1 статьи 426, абзаца первый пункта 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона N 2487-1, постановления Правительства Российской Федерации от 14.08.1992 N 587 "Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности", Федерального закона от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Указания суда кассационной инстанции являются обязательными для суда, повторно рассматривающего дело. 

Таким образом, для центра обязательно заключение договора охраны имущества с предприятием в силу закона.

Вместе с тем, требование истца об обязании ФГУП «ГРЧЦ» в лице руководства филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Южном и Северо-Кавказском Федеральном округах заключить договор государственной (не частной) охраны с ФГУП «Охрана» Росгвардии суд оставляет без рассмотрения по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям, содержащимся в Пленуме Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 18 "О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства" (пункт 3) досудебный порядок урегулирования спора о заключении договора предусмотрен, если заключение договора является обязательным в силу закона.

Спор о понуждении заключить договор может быть рассмотрен судом по существу только в случае представления истцом доказательств, подтверждающих принятие им мер по урегулированию спора с ответчиком, предусмотренных пунктом 2 статьи 452 (п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 (ред. от 25.12.2018) "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательный досудебный порядок урегулирования спора по данной категории дел следует из системного толкования норм Гражданского законодательства РФ, в том числе ст. ст. 429, 445 ГК РФ.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 18 федеральными законами обязательный досудебный порядок урегулирования спора предусмотрен, в том числе по спорам о заключении договора в обязательном порядке (пункт 1 статьи 445 ГК РФ)

 Если сторона, для которой в соответствии с ГК РФ или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

Указанные нормы, в совокупности, свидетельствуют о том, что для обращения с иском в суд о понуждении заключить договор на определенных условиях, сторона должна соблюсти вышеуказанный досудебный порядок предъявления требования к другой стороне о заключении договора, следовательно, направить другой стороне оферту, содержащую все существенные условия договора.

Предприятие не представило доказательств направления проекта договора в адрес центра.

О соблюдении обязательного досудебного порядка может свидетельствовать направление истцом проекта договора с указанием всех его существенных условий. Между тем, таких доказательств в материалы дела не представлено.

ФГУП «ГРЧЦ» отрицает факт получения от истца каких-либо проектов договора.

При первоначальном рассмотрении спора истец в качестве доказательства соблюдения досудебного порядка урегулирования спора сослался на протоколы совместной рабочей встречи руководства центра и руководства предприятия от 29.08.2020, от 14.07.2020 (том дела 1 листы дела 78-81).

Вместе с тем, из содержания указанных протоколов не следует, что центр получил от предприятия существенные условия потенциального договора.

Поскольку истцом в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие соблюдение обязательного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного ст. 445 Гражданского кодекса РФ, суд оставляет исковое заявление без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Кроме того, ни предприятие, ни центр не отрицают, что уже заключили договоры охраны некоторого имущества предприятия.

Требование истца «передать под охрану объекты (охраняемые по спорным договорам), подлежащие государственной (не частной) охране ФГУП «Охрана» Росгвардии»,  не подлежат удовлетворению, поскольку отсутствует норма права, позволяющая понудить ответчика - ФГУП «ГРЧЦ» передать имущество истцу. Истец пояснил, что указанное требование является самостоятельным и не вытекает из ранее заявленных.

Расходы по уплате государственной пошлины  подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации прекращение производства по делу (административному делу) или оставление заявления (административного искового заявления) без рассмотрения Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции или арбитражными судами является одним из оснований для возврата государственной пошлины.

В пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" разъяснено, что уплаченная государственная пошлина подлежит возврату в случае прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения по основаниям, предусмотренным статьями 148 и 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации решение о возврате плательщику излишне уплаченной (взысканной) суммы государственной пошлины принимает орган (должностное лицо), осуществляющий действия, за которые уплачена (взыскана) государственная пошлина.

Таким образом, в соответствии с указанным правовым регулированием, оставляя исковые требования без рассмотрения в части, арбитражный суд при разрешении вопроса о распределении судебных расходов, должен вернуть уплаченную заявителем государственную пошлину в соответствующей части.

Истец уплатил в бюджет государственную пошлину в размере 54 000 руб. Исходя из предмета требований государственная пошлина составляет 60 000 руб. (признание недействительными 8 договоров – 48 000 руб., обязать заключить договор – 6 000 руб., обязать передать имущество – 6 000 руб.) 

Производство по требованию о признании недействительным одного из 8 договоров прекращено в связи с отказом от иска в этой части, следовательно, истцу надлежит возвратить 70 % от уплаченной пошлины, 30 % должно остаться в бюджете, что составляет 1 800 руб. Следовательно, указанная сумма подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета. В свою очередь возвращению из федерального бюджета подлежит сумма в размере 6 000 руб., так как требование истца об обязании заключить договор оставлено судом без рассмотрения. Таким образом, в целом возвращению из бюджета подлежит сумма в размере в размере 4 200 руб.

Руководствуясь пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 110, 148, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Принять отказ федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) от иска в части требования о признании недействительным договора от 25.06.2019 № 9589895, производство по делу в указанной части прекратить.

Требования истца об обязании федеральное государственное унитарное предприятие «Главный радиочастотный центр» заключить договор охраны оставить без рассмотрения.

В остальной части в иске отказать.

Возвратить федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральный службы войск национальной гвардии Российской Федерации (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 4 200 руб., уплаченную по платежному поручению от 21.12.2020 № 5952.

Решение суда по настоящему  делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                 Ю.Ю. Андрианова