ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007,  http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-20474/2023

г. Чита

17 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 17 января 2025 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей А. В. Гречаниченко, Н. И. Кайдаш, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А. Н. Норбоевым,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 октября 2024 года по делу №А19-20474/2023,

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Нафто-Логистик» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 670045, Республика Бурятия, Улан-Удэ город, 3-я транспортная улица, дом 9, кабинет 1) к ФИО1, ФИО2 о взыскании 4 543 702 руб. 58 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание 15.01.2025 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Нафто-Логистик» (далее – истец, ООО «Нафто-Логистик») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2 (далее – ответчики), уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Гарант Ойл» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее – ООО «Гарант ойл»), о взыскании с ФИО1 4 349 001 руб. 46 коп., взыскании с ФИО1 и ФИО2 солидарно 194 701 руб. 12 коп.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.10.2024 исковые требования удовлетворены в полном объеме, в пользу  общества с ограниченной ответственностью «Нафто-Логистик» взыскано:

с ФИО1 4 349 001 руб. 46 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Гарант-Ойл»;

с ФИО1 и ФИО2 пользу общества с ограниченной ответственностью «Нафто-Логистик» 194 701 руб. 12 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по общества с ограниченной ответственностью «Гарант-Ойл» и 18 243 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО1 обжаловала его в апелляционном порядке. Заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с решением суда первой инстанции, указывая, что на момент образования задолженности на дату 09.10.2020 у ООО «Гарант Ойл» перед ООО «Нафто-Логистик»  сумма обязательств общества не превышала сумму активов общества, что подтверждается балансом ООО «Гарант Ойл» за 2020, 2021, 2022 гг.

Причиной, по которой ООО «Гарант Ойл» не смогло своевременно оплатить задолженность перед истцом, служит просроченная дебиторская задолженность контрагента ООО «Миллениумтрансстрой».

17.06.2021 решением Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-3408/2021 ООО «Миллениумтрансстрой» в пользу ООО «Гарант Ойл» были взысканы денежные средства в размере 2 230 000 руб.  и проценты за пользование коммерческим кредитом период с 09.1 1.2020 по 19.01.2021 в размере 1310 460 руб.

Дебиторская задолженность по делу № А19-3408/2021 не была фактически погашена перед ООО «Гарант Ойл» по неизвестной ей причине, т.к. взысканием должен был заниматься новый директор - ФИО2. В период своего руководства  ФИО1 успела обратилась в суд за взысканием задолженности с ООО «Миллениумтрансстрой», далее её полномочия как директора и участника ООО «Гарант Ойл» были прекращены. Как следует из материалов дела № А19-3408/2021 (спор о взыскании денежных средств с ООО «Миллениумтрансстрой» в пользу ООО «Гарант Ойл),  исполнительный лист был получен представителем ООО «Гарант Ойл» по доверенности. Представитель потерял исполнительный лист, в связи с чем дубликат исполнительного листа ООО «Гарант Ойл» был выдан повторно 21.07.2024 (информация размещена на сайте Арбитражного суда Иркутской области в карточке соответствующего дела). ФИО1 не располагает сведениями о дальнейшей судьбе дубликата исполнительного листа, т.к. она прекратила полномочия директора ООО «Гарант Ойл». В период своего руководства ФИО1 предприняла все меры для реализации права на взыскание задолженности с ООО «Миллениумтрансстрой» в пользу ООО «Гарант Ойл».

Исполнительное производство по заявлению ООО «Нафто-Логистик» было возбуждено в отношении ООО «Гарант Ойл» 18.05.2022, т.е. за две недели до смены ФИО1 на ФИО2, таким образом, ФИО1 уже не могла повлиять на расчёты с указанным кредитором.

15 июня 2022 г., при непосредственном увольнении и передаче дел, ФИО1 вернула в кассу ООО «Гарант Ойл» денежные средства в размере 1 883 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру (ПКО) № 47 от 15.06.2022, а также справкой о возврате денежных средств № 1 от 12.08.2024. Указание на то, что ответчиком не доказан факт расходования денежных средств на хозяйственную деятельность ООО «Гарант Ойл», а также,  что не произведен возврат денежных средств, израсходованных с корпоративной карты, не обоснован ввиду того, что ответчиком возвращены все денежные средства в кассу предприятия.

Задолженность ФИО1 перед ООО «Гарант Ойл» отсутствует. Суд не мотивировал признание квитанции к ПКО № 47 от 15.06.2024 недостоверным доказательством. В решении суда в обоснование данного вывода указано лишь то, что ответчиками не представлен авансовый отчёт.

ФИО1 являлась руководителем ООО «Гарант Ойл» до 26.06.2022. В период ее руководства предприятие вело хозяйственную деятельность: закупало дизельное топливо и поставляло его конечным поставщикам. В период руководства ФИО1 признаков банкротства у ООО «Гарант Ойл» не возникло. У предприятия имелась дебиторская задолженность, которая покрывала долг по кредиторской задолженности. Действия ФИО1, как руководителя предприятия, являлись добросовестными.

С учетом указанных обстоятельств, ответчик просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

15.01.2025 от ООО «НафтоЛогистик» поступил отзыв на апелляционную жалобу. Протокольным определением от 15.01.2025 апелляционным судом отказано  в приобщении отзыва к материалам дела в связи с отсутствием доказательств направления  отзыва в адрес лиц, участвующих в деле.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Обращаясь в суд первой инстанции с иском, истец указал, что ООО «Нафто-Логистик» по УПД №830 от 09.10.2020 был поставлен, а ООО «Гарант Ойл»  принят товар – дизельное топливо ЕВРО сорт С (ДТ-Л-К5) в количестве 63,44т. на сумму 3 165 656,00 руб. 

По УПД №843 от 15.10.2020 истцом поставлен, а ООО «Гарант Ойл»  принят товар – диз.топливо ЕВРО сорт С (ДТ-Л-К5) в количестве 63т. на сумму 3 087 000,00 руб.

Ввиду неоплаты осуществленной поставки истец обратился в суд с иском к ООО «Гарант Ойл»  о взыскании задолженности.  Иск удовлетворен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.11.2021 по делу № А19-2657/2021, выдан исполнительный лист от 14.04.2022 ФС №036498010, на основании которого в отношении ООО «Гарант Ойл» было возбуждено исполнительное производство №143929/22/38002-ИП от 18.05.2022 143929/22/38002-СД в Ангарском РОСП УФССП России по Иркутской области. 

С ООО «Гарант Ойл»   взысканы 4 349 001 руб. 46 коп., в том числе, 4 171 758 руб. 85 коп. основного долга, проценты за пользование чужими денежными средствами по ст.395 ГК РФ в размере 177 242 руб. 61 коп, а также проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ по день уплаты этих средств ООО «Нафто-логистик». т.е. с 28.10.2021  по день фактического исполнения обязательства,  судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб. 

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 являлась директором ООО «Гарант Ойл» с даты регистрации 27.01.2020 по 14.06.2022, а также единственным участником общества. С 26.06.2022 ФИО1 прекратила свое участие в обществе.

ФИО2 является директором ООО «Гарант Ойл» с 15.06.2022, а также участником общества с 15.06.2022 по настоящее время с долей 50%.

Полагая, что ответчики являются контролирующими лицами ООО «Гарант Ойл», чьими действиями причинен ущерб истцу как кредитору, что является основанием возложения на данных лиц субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «Гарант Ойл», истец обратился в Арбитражный суд Иркутской области с иском по настоящему делу.

Суд первой инстанции  пришел к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в полном объеме, поскольку установил наличие всей совокупности элементов, достаточных для привлечения ответчиков  к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления  о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

17.02.2023 ООО «Нафто-логистик» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Гарант Ойл» несостоятельным (банкротом) (дело № А19-3266/2023). 

При рассмотрении  заявления судом установлено отсутствие у должника имущества в размере, достаточном для погашения расходов по делу о банкротстве, в связи с чем определением арбитражного суда от 22.02.2023 производство по делу о банкротстве на стадии обоснованности рассмотрения заявления  было прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Последствием принятия арбитражным судом подобного решения является, в частности, продолжение фактического существования организации как действующего юридического лица, в том числе сохранение сведений о нем в Едином государственном реестре юридических лиц (статья 56 Закона о банкротстве). 

В этой связи верными являются сужения суда первой инстанции о том, что  прекращение производства по делу о банкротстве на основании положений абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве является одним из установленных законом случаев, когда допускается предъявление требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц действующего юридического лица, не исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц.

Истец просил  привлечь ответчиков  к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Неправомерные действия, которые послужили основанием для обращения истца  в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением в порядке  статьи 61.12 Закона о банкротстве, имели место в период   после  01.01.2017, следовательно, подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве  в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ.

Пункты 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве обязывают руководителя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Истец указал, что ответчик ФИО1   должна была обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) не позднее  31.12.2020, иной даты судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Материалы дела позволяют согласиться  с суждениями суда первой инстанции о том, что ответчиками как  контролирующими должника лицами с момента создания ООО «Гарант Ойл» была выбрана модель ведения дел указанного должника с повышенными рисками неисполнения принятых на себя обязательств, поскольку общество не обладает внеоборотными активами, в том числе основными средствами, а оборотные активы в основном состоят из дебиторской задолженности.

Повышенные риски неисполнения принятых на себя обязательств обществом «Гарант Ойл» обусловлены тем, что общество было создано 27.01.2020  с уставным капиталом 10 000  руб., тогда как обществом приняты  на себя обязательства на сумму, превышающую  10 000  руб., что подтверждается финансовыми показателями по итогам 2020 года. С учетом прекращения исполнения денежных обязательств перед кредитором ООО «Нафто-Логистик» в конце 2020 года, у ООО «Гарант Ойл» возникли признаки неплатежеспособности с  31.12.2020. Ответчиками данные доводы истца не опровергнуты.

При этом  после возникновения признаков неплатежеспособности, должник  - ООО «Гарант Ойл»  продолжил наращивать кредиторскую задолженность.

В таких условиях (наличия финансового кризиса) ФИО1 как  директор  общества  с 27.01.2020 до 14.06.2022 обязана была обратиться с заявлением о признании ООО «Гарант Ойл» несостоятельным (банкротом),  начиная с 30.12.2020 по 31.01.2021, из чего верно исходил суд первой инстанции. Однако, доказательств обращения с соответствующим заявлением ответчиком не представлено.

В материалы дела представлена  выписка по расчетному счету общества  № 40702810218350010935 в ПАО «Сбербанк России», которая подтверждает факт расходования ответчиком ФИО1 денежных средств с корпоративной карты на личные нужды в сумме 1 771 000 руб.

При этом  в период  управления обществом  ответчиком  ФИО1  были совершены операции по выводу  с расчетного счета  крупных сумм  с 23.07.2020  по 24.07.2021 как в виде  переводов денежных средств, так и в виде  снятия наличных.

Ответчиком не представлено доказательств того, что указанные денежные средства были израсходованы на финансово-хозяйственную деятельность ООО «Гарант Ойл».

В период с 11.08.2020  по 10.06.2021  со счета были сняты денежные средства   под отчет, но доказательств  расходования их на финансово-хозяйственную деятельность ООО «Гарант Ойл» нет.

Кроме того, 17.09.2021 на счет ГУ ФССП России по Иркутской области были перечислены 3 976 руб. с назначением платежа «Оплата задолженности по ИП № 205015/20/38034-ИП в отношении ФИО2 № 38034/21/7446604 от 07.07.2021».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что перед независимым кредитором - истцом задолженность не погашалась, тогда как перечислялись денежные средства в пользу ответчика, что свидетельствует о том, что погашение требований кредиторов стало невозможно для должника вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица – ответчика ФИО1

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, на которые указано в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет исследования по настоящему обособленному спору должны быть включены следующие обстоятельства:

-           наличие признаков неплатежеспособности должника и (или) недостаточности его имущества,

-           дата возникновения вышеназванных признаков,

-           размер субсидиарной ответственности;

-           наличие экономически обоснованного плана, позволяющего преодолеть временные финансовые затруднения.

При этом причинно-следственная связь между неподачей руководителем заявления о банкротстве должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи такого заявления, предполагается (разъяснения, приведенные в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Апелляционный суд исходит из данных   бухгалтерской отчетности за 2020 и 2021 годы, из которой  следует, что стоимость основных средств  не позволяла выполнить принятые обязательства. Структура основных средств представляла собой запасы и дебиторскую задолженность, доказательств ликвидности таких активов не представлено.  Доводы о том, что у  предприятия имелась дебиторская задолженность, которая покрывала долг по кредиторской задолженности, не подтверждены, а являются личными суждениями заявителя апелляционной жалобы, не основанными на доказательствах, то есть это всего лишь предположения ответчика.

Указанные  финансовые показатели за 2020 и 2021 годы   свидетельствуют о наличии финансового кризиса в обществе, а соотношение активов общества и размера кредиторской задолженности означает, что по состоянию на  31.12.2020 должник отвечал признакам недостаточности имущества, о чем правильно указал суд первой инстанции,  проанализировав и движение денежных средств по расчетным счетам общества. 

При этом ответчиками не доказано наличия  экономически обоснованного плана, позволяющего преодолеть временные финансовые затруднения, возникшие у общества.

В этой связи выводы суда первой инстанции правомерны в части оснований, предусмотренных статьёй 61.12 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Указанные обстоятельства установлены судом первой инстанции правильно применительно к периодам осуществления деятельности ответчиков как участников корпорации.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности ФИО1 определен судом первой инстанции применительно к объему долга, подтверждённого  решением  Арбитражного суда Иркутской области от 10.11.2021 по делу №А19-2657/2021, в соответствии с которым с ООО «Гарант Ойл» взыскано в пользу ООО «Нафто-Логистик» 4 349 001,46 руб.

Исходя из указанного решения,  размер ответственности ФИО1 равен сумме взысканных судом процентов в порядке ст.395 ГК РФ, начисленных на сумму 4 171 758,85 руб. с 01.02.2021 по 15.07.2022 и с 16.07.2022 по 21.02.2023  -  солидарно с ответчиком ФИО2

Приведенный истцом расчет  признан арифметически верным, соответствующим положениям статьи 395 ГК РФ. Ответчиком ФИО1  представленный расчет не оспорен, обоснованный контррасчет не представлен.

ФИО2, являясь директором должника с 15.06.2022 по настоящее время, обязан был обратиться с заявлением о признании ООО «Гарант Ойл» несостоятельным (банкротом) в месячный срок, начиная с 15.06.2022 по 15.07.2022, однако соответствующих мер не принял, о чем обоснованно указал суд первой инстанции.

Размер ответственности ФИО2 правильно определен  исходя из решения Арбитражного суда Иркутской области от 10.11.2021 по делу №А19-2657/2021 в части начисления процентов за пользование чужими денежными средствами по ст.395 ГК РФ на сумму основного долга 4 171 758,85 руб. с даты, когда не исполнена обязанность,  предусмотренная ст. 9 Закона о банкротстве (для ФИО2 - 16.07.2022) до 22.02.2023 - даты возбуждения дела №А19-3266/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гарант Ойл» (за период с 16.07.2022 по 21.02.2023). 

 Приведенный истцом расчет  признан арифметически верным, соответствующим положениям статьи 395 ГК РФ. Ответчиком ФИО2  представленный расчет не оспорен, обоснованный контррасчет не представлен.

Помимо указанного, судом первой инстанции правомерно учтено, что действиями ответчиков причинены убытки кредитору общества, размер которых также охватывается расчетами, приведенными выше. 

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как верно указал суд первой инстанции, во вред должнику и его кредитору совершены действия по получению денежных средств с расчетного счета ООО «Гарант Ойл» под отчет ФИО1,  а также израсходованы принадлежавшие должнику денежные средства,  в том числе, посредство использования корпоративной карты на цели, не связанные с финансово-хозяйственной деятельностью юридического лица (например, приобретение товаров, покупка авиабилетов, услуги такси)  Соответчиком ФИО1 в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих расходование полученной денежной суммы на хозяйственные нужды организации.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка квитанции к приходному кассовому ордеру в подтверждение факта возвращения в кассу ООО «Гарант Ойл» № 47 от 15.06.2022 на сумму 1 883 000 руб., а также справке  № 1 от 12.08.2024 о возврате денежных средств.

Данные доказательства обоснованно не признаны судом первой инстанции относимыми и допустимыми, поскольку  авансовые отчеты  с прилагаемыми подтверждающими документами приведённые расходы не представлены.  

Суд первой инстанции обоснованно указал, что  внесение в кассу организации столь  значительных денежных средств в наличной форме, с учетом отсутствия доказательств расходования ответчиком денежных средств должника, не соответствует стандартам добросовестного поведения. Денежные средства  на расчетный счет ООО «Гарант Ойл» не зачислялись, несмотря на обязанность организаций вносить поступившие наличные денежные средства на счет (пункт 3 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У). 

Приняв во внимание изложенное, суд первой инстанции   верно указал, что   действия контролирующих должника лиц явились причиной объективного банкротства ООО «Гарант Ойл». 

При рассмотрении дела соответчиками не раскрыты экономические мотивы совершения перечисления денежных средств должника и выдачи их под отчет контролирующим лицам, не раскрыта картина хозяйственной деятельности должника, не представлены первичные документы, обосновывающие совершение данных сделок и действий. 

Обоснованным представляется апелляционному суду и вывод суда первой инстанции о необходимости  применения  в данном споре правовой позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П,  согласно которой, если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Материалы дела позволяют согласиться с суждениями суда первой инстанции о том, что  соответчиками была фактически прекращена хозяйственная деятельность ООО «Гарант Ойл», что вовсе не освобождает их от необходимости отвечать по принятым обязательствам.

Закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет «брошенный бизнес», а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу «закончил бизнес - убери за собой» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809 по делу № А41-76337/2021).

Ответчиками же, напротив,  созданы условия, при которых регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении ООО «Гарант Ойл» из ЕГРЮЛ в административном порядке как недействующего юридического лица. Как верно констатировал суд первой инстанции, на момент принятия налоговым органом соответствующего решения ответчикам было достоверно известно о вступлении в законную силу решения Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-2657/2021, соответственно, контролирующим лицам должника было известно о том, что имущественные претензии кредиторов установлены судебным актом и будут реализовываться в порядке, предусмотренном законодательством об исполнительном производстве либо Законом о банкротстве. 

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно указал, что на момент выхода ФИО1 из общества у него уже были обязательства перед истцом, подтвержденные вышеназванным решением суда на сумму более 3 000 000 руб., претензии от кредитора о возврате денежных средств были получены, но не были исполнены. Доказательств принятия ФИО1, ФИО2 попыток погашения задолженности перед кредитором на протяжении длительного времени, свидетельствующих о невозможности удовлетворения требований кредиторов ввиду недостаточности имущества и иных не зависящих от ответчика обстоятельств, в материалы дела  не представлено.

В акте приема-передачи документов ФИО2, на которые ссылается ФИО1, отсутствует указание на передачу исполнительного листа на взыскание просуженной дебиторской задолженности.

Кроме того, само по себе указанное обстоятельство вовсе не свидетельствует о том, что ФИО1 предприняла все зависящие от нее меры по погашению долга перед истцом, так как принятие решение о взыскании вовсе не гарантирует реальное поступление денежных средств от дебитора (чего и не произошло в данном случае), то есть имела место  формальная передача ФИО1 документов ООО «Гарант Ойл» новому руководителю (ФИО2), что  не освобождает соответчиков от обязанности обеспечить максимальное исполнение всех принятых обществом обязательств.

С учетом указанного, действия соответчиков, в том числе действия ответчика ФИО1, совершенные  до выхода из состава участников должника, свидетельствуют об уклонении соответчиков от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства,  направленные на уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица, о чем верно указал суд первой инстанции.  

Отсутствие в материалах дела доказательств того, что кем-либо из соответчиков, были приняты меры по раскрытию информации об имуществе ООО «Гарант Ойл», за счет которого могли быть удовлетворены имущественные интересы истца, означает, что нет  оснований  для уменьшения  размера субсидиарной ответственности ответчиков.

Доказательств принятия ответчиками каких-либо мер, направленных на погашение задолженности перед истцом в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Апелляционный суд полагает необходимым в рассматриваемом случае применить так же и  правовую позицию, сформулированную в  пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО3", о том, что  при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности должника и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредставления ответчиком суду соответствующей документации, бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчиков.

Судом первой инстанции правильно  учтено, что  при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших  юридическое лицо, объективно затруднено применительно к источникам сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

В рассматриваемом случае  доказана необходимая совокупность условий для взыскания убытков ввиду недобросовестности и неразумности действий каждого  ответчика, направленных на уклонение от уплаты задолженности путем фактического прекращения деятельности общества.

Пунктом 1 статьи 322 ГК РФ предусмотрено, что  солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 322 ГК РФ).

При этом положения названной нормы не требуют прямого указания в договоре на то, что обязательства являются солидарными, солидарность обязательств двух лиц может вытекать и из иных обстоятельств дела.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления факта причинения убытков, названные лица также несут гражданско-правовую  ответственность солидарно.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления негативных последствия для общества, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности,  определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

В  рассматриваемом случае ответчиками не опровергнуто предположение истца о том, что они действовали совместно ( пункт 1 статьи 53 ГК РФ), поэтому по общему правилу, указанные лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

При изложенных  фактических обстоятельствах настоящего дела исковое заявление подлежало удовлетворению в полном объеме, размер ответственности определен судом первой инстанции правильно, исходя из периодов осуществления руководства обществом и виновных действий, совершенных каждым из соответчиков.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 октября 2024 года по делу №А19-20474/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                           Н.А. Корзова

Судьи                                                                                   А.В. Гречаниченко

                                                                                                          Н.И. Кайдаш