ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А74-5486/2020

г. Красноярск

17 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «07» апреля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «17» апреля 2025 года.  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Радзиховской В.В., судей: Петровской О.В., Хабибулиной Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём Таракановой О.М., 

при участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, находясь в Арбитражном суде Кемеровской области:  

конкурсного управляющего ФИО1, 

от общества с ограниченной ответственностью «Сибирский поставщик» - ФИО2, представителя по доверенности от 28.10.2023,  

при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):  

от ФИО3 - ФИО4, представителя по доверенности от 19.05.2024,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Хакасия от «16» декабря 2024 года по делу № А74-5486/2020, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ТАНойл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – должник, ООО «ТАНойл») обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 22.10.2020 (резолютивная часть определения вынесена 15.10.2020) в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5  

Решением арбитражного суда от 06.09.2021 (резолютивная часть объявлена 30.08.2021) должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5  

Определением арбитражного суда от 30.09.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее - ФИО1).  

16.09.2024 в арбитражный суд поступила жалоба ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель), уточненные в которой заявитель просила:  

1. признать доказанным наличие обоснованных и разумных подозрений в независимости конкурсного управляющего ФИО1 в деле № А74-5486/2020 о банкротстве ООО «ТАНойл», ввиду наличия заинтересованности с конкурсным кредитором обществом с ограниченной ответственностью «Сибирский Поставщик» (далее – ООО «Сибирский Поставщик»);  

2. признать незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в не совершении действий, направленных на субординацию требований кредиторов, предоставлявших компенсационное финансирование;  

3. признать незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в несовершении действий, направленных на привлечение Санчая Шолбана Эрес-ооловича к субсидиарной ответственности с требованием об отстранении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего;  

4. отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ТАНойл» в рамках дела о банкротстве № А74-5486/2020 в связи с наличием обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, в том числе в случае возникновения таких обстоятельств после утверждения лица конкурсным управляющим.  

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 16.12.2024 в удовлетворении жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 отказано.  

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие незаконность действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО1 либо нарушение прав кредиторов и причинение убытков такими действиями. Доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для отстранения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей конкурсного управляющего не представлены. Утверждение о том, что имеются основания для рассмотрения вопроса о субординации требований ООО «Сибирский поставщик» не подтверждено ФИО3 соответствующими доказательствами.  

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО3 обратилась в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 16.12.2024 по делу № А74-5486/2020 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1  

По мнению заявителя апелляционной жалобы, обжалуемое определение незаконно и необоснованно.  

Суд перовой инстанции необоснованно указал на то, что вывод об аффилированности не является преюдициальным, поскольку из системного анализа практики следует, что обстоятельство аффилированности ряда лиц, установленное в другом деле, принимается судами при рассмотрении дела именно в качестве не требующего дополнительного доказывания факта.  

Судом первой инстанции неверно определен фактический характер взаимоотношений ФИО6 (далее - ФИО6) и ФИО1 В данном деле заявителем представлены доказательства наличия общих бизнес-интересов между конкурсным управляющим ФИО1 и ФИО6, чья аффилированность с кредитором ООО «Сибирский Поставщик» установлена вступившим в законную силу решением суда (определение Верховного суда Российской Федерации от 07.03.2023 № 304-ЭС23-105). Фактически ФИО6 в течении 4х лет был руководителем принадлежавшего ФИО1 ООО «Сибтопсбыт», у данных лиц были общие интересы по извлечению прибыли из общества,  

Судом предъявляются излишне строгие требования к доказательствам аффилированности конкурсного управляющего и кредитора. Как следует из части 2 статьи 20.2, части 1 статьи 145 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», законом установлена возможность отстранения конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей по причине обнаружения заинтересованности по отношению к кредитору, вне зависимости от наличия иных нарушений со стороны данного лица (определение Верховного Суда Российской  

Федерации от 22.06.2022 № 305-ЭС20-23742(6)). Любые разумные сомнения в независимости арбитражного управляющего трактуются против него и в отсутствие надлежащего опровержения влекут отказ в его утверждении и отстранение от исполнения обязанностей, такой же вывод следует из Определения СК ЭС ВС РФ от 28.08.2023 № 307-ЭС23- 6153(1,4,5).  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба ФИО3 принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 07.04.2025.  

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы. Полагает, что судом первой инстанции неправильно оценены обстоятельства дела и неверно применены нормы права. Позиция конкурсного управляющего и кредитора не совпадает с позицией, выраженной в суде первой инстанции, аффилированность установлена судебным актом.  

Конкурсный управляющий ФИО1 отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном ранее суду апелляционной инстанции отзыве. Полагает обжалуемое определение законным и обоснованным, считает, что жалоба с требованием об отстранении имеет цель не защитить нарушенные права заявителя, а дискредитировать конкурсного управляющего ФИО1, поскольку по его инициативе ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТАНойл». Доводы жалобы ФИО3 не доказывают обстоятельства, позволяющие сделать вывод об общности экономических интересов кредитора ООО «Сибирский поставщик» и утвержденного в деле о банкротстве ООО «ТАНойл» конкурсного управляющего ФИО1, равно как и в действиях последнего не установлены намерения на осуществление своих полномочий с нарушением принципов, регламентированных в пункте 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве. Заявитель ссылается на судебные акты, которыми установлена фактическая аффилированность иных лиц (не арбитражного управляющего ФИО1) в других делах о банкротстве, юридическая квалификация правоотношений в делах № А27-4971/2022 и № А27-29532/2019, а также установление в названных делах фактической аффилированности сторон по конкретным правоотношениям не являются преюдициальными для настоящего обособленного спора в деле № А74-5486/2020 о банкротстве ООО «ТАНойл». Доводы ФИО3 об аффилированности ФИО1 и ФИО6 основаны на том, что указанные лица в разные периоды времени являлись учредителями и/или руководителями ООО «Сибтопсбыт» (ИНН 

<

***>), однако учредитель ФИО1 не был во взаимозависимости от наемного руководителя ФИО6, юридическая связь данных лиц прекратилась в октября 2016 года, ФИО1 прекратил статус участника и руководителя ООО «Сибтопсбыт» в августе 2018 года, сам ФИО6 несколько лет назад скончался после продолжительной болезни, ООО «Металлсибирь» ликвидировано 14.09.2015, то есть за шесть лет до назначения ФИО1 конкурсным управляющим ООО «ТАНойл», ООО «Рексилл» ликвидировано 10.02.2010. Суду первой инстанции надлежало прекратить производство на основании пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по жалобе ФИО3 с требованиями об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ТАНойл» в связи с дублированием процессов.  

Представитель ООО «Сибирский поставщик» также отклонил доводы апелляционной жалобы, поддерживает позицию суда первой инстанции, поскольку заинтересованности и нетипичных действий со стороны управляющего не имеется, полагает, что заявление является фактически местью за привлечение к субсидиарной ответственности ФИО3, за счет имущества которой фактически реестр закрыт и дело о банкротстве движется к завершению. Негативных последствий для конкурсной массы нет, доводы об аффилированности являются голословными. Конкурсный  

управляющий не являлся ни учредителем, ни руководителем ООО «Сибирский поставщик», доказательства аффилированности не имеется. В рамках иных дел судами сделан вывод об аффицированности, являющийся юридической квалификацией по конкурсным отношениям сторон, который не обладает свойством преюдициальности в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. ФИО7 был привлечен к убыткам на сумму ущерба, за одни и те же действия двойная ответственность невозможна. В рамках настоящего дела имеются признаки тождественности процесса, в связи с чем производство по делу подлежит прекращению.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли. 

От Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» суду апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором организация просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 в полном объеме. Полагает, что обжалуемое определение законно и обоснованно, доказательств, подтверждающих, что конкурсному кредитору ООО «Сибирский поставщик» оказано большее предпочтение, материалы дела не содержат. Иные доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, аналогичны по смыслу изложенным выше доводам конкурсного управляющего и кредитора.  

От иных лиц, участвующих в деле, отзывы на апелляционную жалобу и ходатайства суду апелляционной инстанции не поступали.  

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, заявитель, обращаясь с настоящей жалобой, указал, что конкурсный управляющий является аффилированным (заинтересованным) лицом по отношению к конкурсному кредитору ООО «Сибирский поставщик», что является основанием для его отстранения.  

Указанная фактическая аффилированность, по мнению заявителя, привела к следующим нарушениям в процедуре банкротства ООО «ТАНойл»:  

1. реальной целью банкротства ООО «ТАНойл» является не удовлетворение требований кредиторов общества, а фактическое получение под контроль ООО «Сибирский поставщик» и аффилированных с ним лиц, в том числе конкурсного управляющего, принадлежащих ФИО3 нефтебазы и сети АЗС;  

2. отсутствию со стороны конкурсного управляющего ФИО1 активных действий по пополнению конкурсной массы общества за счет средств иных контролировавших общество лиц – ФИО8 и ФИО7;  

3. не подачу в арбитражный суд заявления о субординации требований ООО «Сибирский поставщик» при наличии обстоятельств для этого (установлен факт, что кредитор продолжал поставки продукции после длительного неисполнения ООО «ТАНойл» обязанности по оплате);  

4. несовершении действий, направленных на привлечение ФИО7 к субсидиарной ответственности.  

Полагая, что конкурсный управляющий ФИО1 действует в интересах кредитора ООО «Сибирский поставщик», злоупотребляет своими правами и своими действиями (бездействиями) причиняет ущерб конкурсной массе должника, что нарушает права заявителя, ФИО3 обратилась в арбитражный суд с настоящей жалобой.  

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.  

Порядок и сроки рассмотрения жалоб кредиторов на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и (или) законные интересы, установлены статьей 60 Закона о банкротстве.  

По смыслу данной нормы, кредиторам и иным лицам, участвующим в деле о банкротстве, а также в процессе по делу о банкротстве, предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) управляющего для урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав, а признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) управляющего возможно при установлении факта нарушения этими действиями определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и восстановление нарушенных прав.  

Права и обязанности управляющего обусловлены целями процедуры банкротства, целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов; при проведении процедур в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), при этом объем и перечень мер, которые должен осуществить управляющий во исполнение обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, подлежит определению в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств спора, и основной круг прав и обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего, невыполнение которых является основанием для признания его действий незаконными, определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве. Предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим.  

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у  

которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.  

Отстранение арбитражного управляющего является исключительной мерой, должно быть направлено на защиту интересов должника и кредиторов и применяться только тогда, когда очевидна его заинтересованность и неспособность к надлежащему ведению процедур банкротства.  

Исходя из положений статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) нарушили права и законные интересы заявителя, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии обжалуемых действий (бездействия) закону, а также требованиям добросовестности и разумности.  

При этом жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными и неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего нарушены права и законные интересы заявителя жалобы.  

В рамках настоящего дела ФИО3 ссылается на наличие фактической аффилированности между утвержденным конкурсным управляющим и конкурсным кредитором путем вхождения в одну группу лиц, что привело к нарушению прав иных кредиторов, невыполненению конкурсным управляющим своих обязанностей по пополнению конкурсной массы общества за счет средств иных контролировавших общество лиц – ФИО8 и ФИО7, не подаче в арбитражный суд заявления о субординации требований ООО «Сибирский поставщик» при наличии обстоятельств для этого.  

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы конкурсного управляющего ФИО1, ООО «Сибирский поставщик», Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» о наличии оснований для прекращения производства по жалобе ФИО3 в виду рассмотрения ранее судом аналогичной по содержанию жалобы, по результатам чего вынесено определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 27.04.2024., оставленное без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции.  

Согласно пункту 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.  

Основанием для прекращения производства по указанному основанию является тождественность споров. Тождественность заявленных требований определяется совпадением всех элементов требования: предмета, основания и сторон заявленных требований.  

Под предметом иска понимаются требования истца к ответчику со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, под основанием иска - фактические обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований.  

Как верно указано судом первой инстанции, в определении арбитражного суда от 27.04.2024, на которое ссылается конкурсный управляющий, содержится ссылка на иные фактические обстоятельства, в том числе на наличие аффилированности конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Сибирский поставщик» в лице представителя ФИО2 которые имеют возможность осуществлять единую, скоординированную позицию по настоящему делу о банкротстве ООО «ТАНойл», что привело к нарушениям  

при утверждении кандидатуры конкурсного управляющего в деле о банкротстве должника.  

Таким образом, несмотря на схожесть требования ФИО3 о признании незаконными бездействия конкурсного управляющего ФИО1 и отстранении последнего от исполнения обязанностей в виду его аффилированности, основания заявленных требований является различным: аффилированность конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Сибирский поставщик» не через представителя ФИО2, а через вхождение в группу компаний, аффилированных с ООО «Сибирский поставщик».  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно рассмотрел жалобу ФИО3 по существу.  

Согласно пункту 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве арбитражным судом в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам.  

Независимый характер деятельности арбитражного управляющего не предполагает наличие у него самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве. Управляющий действует в интересах гражданского правового сообщества, объединяющего кредиторов. Заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику или его кредиторам, интересы которых могут кардинально расходиться, в том числе, и в части перехода контроля за активами конкурсной массы, означает, что действия управляющего могут быть направлены на соблюдение имущественного интереса заинтересованного лица в ущерб интересам иных участников дела о банкротстве.  

Заинтересованность (аффилированность) управляющего должна проявляться по отношению к конкретному участнику дела о банкротстве - должнику либо к отдельному кредитору. В деле о банкротстве управляющий не может быть заинтересован (взаимозависим) по отношению к отдельному кредитору.  

Статья 19 Закона о банкротстве устанавливает круг заинтересованных лиц по отношению к должнику (в их числе - лицо, которое является аффилированным лицом должника), к должнику - юридическому лицу, к должнику - гражданину и закрепляет, что в случаях, предусмотренных данным Федеральным законом, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 данной статьи.  

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в одну группу лиц входят юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое или юридическое лицо.  

Согласно разъяснениям, изложенным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, следует, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (фактической аффилированности, заинтересованности) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

По мнению заявителя, подозрения в беспристрастности и независимости конкурсного управляющего ФИО1 подтверждаются следующим:  

- ООО «Сибирский поставщик» является аффилированным с рядом лиц, входящих в одну группу, в том числе с ФИО6.  

Вступившим в законную силу определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по делу № А27-4971/2022 установлена аффилированность между рядом лиц, в том числе: ООО «Сибирский поставщик» (кредитор в настоящем деле), ООО «Меридиан» (первоначальный кредитор в данном деле, уступил свои права требования к должнику ООО «Сибирский поставщик») и ФИО6 (генеральным директором ООО «ПТБ»);  

- ФИО1 аффилирован с ФИО6 через ООО «Сибтопсбыт».  

Как следует из сведений, размещенных в ЕГРЮЛ, ФИО1 в период с 29.07.2015 по 03.08.2018 принадлежала доля 100 % в уставном капитале ООО «Сибтопсбыт» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>). ООО «Сибтопсбыт» было учреждено 24.01.2011 ФИО6, который и оставался единственным участником данного общества до 29.07.2015. ФИО6 так же до 07.10.2016, то есть в период владения указанным обществом ФИО1, являлся генеральным директором ООО «Сибтопсбыт». Таким образом, по мнению заявителя, ФИО1 является фактически аффилированным с ФИО6 и иными входящими в установленную определением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по делу № А27-4971/2022 группу лицами, в том числе кредитором - ООО «Сибирский поставщик»;  

- ФИО1 являлся арбитражным управляющим ООО «Итатский нефтеперерабатывающий завод» по предложению аффилированного с ним кредитора. Деловые и иные взаимосвязи ФИО1 с указанной группой лиц, в которую входит и ООО «Сибирский поставщик» (кредитор в настоящем деле) продолжились и далее. 16.05.2016 ООО «СпецСтройМонтаж», обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании банкротом ООО «Итатский нефтеперерабатывающий завод». При подаче заявления о банкротстве ООО «СпецСтройМонтаж» предложило кандидатуру арбитражного управляющего ФИО1, являющегося членом Союза «Кузбасская Саморегулируемая организация арбитражных управляющих» для утверждения в деле о банкротстве должника. Постановлением Арбитражного суда Западно-сибирского округа от 29.03.2024 по делу № А27-29532/2019 установлена аффилированность ООО «СтройИнвест», ООО «СпецСтройМонтаж», а так же ФИО9 и ФИО6 (является аффилированным с кредитором лицом);  

- ФИО1 фактически аффилирован с лицами входящими в одну группу с ООО «Сибирский поставщик» через ООО «Металлсибирь». Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.03.2024 по делу № А27-29532/2019 установлено, что ФИО9 и ФИО6 являлись участниками и руководителями ООО «Еврокар». Указанное общество было реорганизовано в форме присоединения к ООО «Металлсибирь» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>), единственным участником которого с 30.11.2013 являлся ФИО1  

- ФИО1 фактически аффилирован с лицами входящими в одну группу с ООО «Сибирский поставщик» через ООО «Рексилл». ФИО1 с 01.12.2008 являлся единственным участником ООО «Рексилл» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) зарегистрированного по адресу: 650051, 

<

...> к.а. По этому же адресу находилось и ООО «Сибнефтепродукт» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), единственным учредителем, которого на момент ликвидации был ФИО6  

Выше приведенные факты, по мнению заявителя, однозначно подтверждают наличие взаимосвязи между ООО «Сибирский поставщик» и ФИО1 через ФИО6, ООО «Итатский нефтеперерабатывающий завод», ООО «Металлсибирь», ООО «Рексилл».  

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы об аффилированости конкурсного управляющего и кредитора через факт участия управляющего в деле о банкротстве  

ООО «Итатский нефтеперерабатывающий завод», поскольку как указано выше, в силу специфики осуществления арбитражным управляющим деятельности по ведению процедуры банкротства сам по себе факт осуществления арбитражным управляющим соответствующих функций автоматически не может свидетельствовать о нарушении арбитражным управляющим принципа независимости и возникновения конфликтов интересов между ним и кредиторами, должником.  

Иные обстоятельства, в частности участие ФИО1 в ООО «Рексилл» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>), ООО «Металлсибирь» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>), капитале ООО «Сибтопсбыт» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) также не могут свидетельствовать об аффилированости конкурсного управляющего в смысле статьи 19 Закона о банкротстве.  

Как следует из отрытых сведений Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Рексилл» прекратило свою деятельность 10.02.2010, ООО «Металлсибирь» прекратило деятельность 14.09.2015, ООО «Сибтопсбыт» прекратило деятельность – 24.09.2021, при этом ФИО1 согласно его пояснениям, прекратил участие в обществе 02.08.2018 (согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц с 03.08.2018 единственным участком общества являлся ФИО10).  

В рамках настоящего дела ФИО1 утвержден определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 30.09.2021, то есть по истечении 3 лет с момента прекращения участия ФИО1 в ООО «Сибтопсбыт», и более 5 и 10 лет в отношении ООО «Металлсибирь» и ООО «Рексилл» соответственно. Доказательства того, что после 2018 года конкурсный управляющий работал совместно с ФИО6, отсутствуют.  

Следовательно, указанные ФИО3 обстоятельства и судебные акты не подтверждают факт наличия у конкурсного управляющего ФИО1 общих экономических интересов вне дела о банкротстве должника с кредитором – ООО «Сибирский поставщик» либо аффилированными ему лицами, либо подконтрольности их друг другу на момент исполнения ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего ООО «ТАНойл», и, соответственно, о наличии заинтересованности конкурсного управляющего по отношению к названному кредитору.  

Иных доказательств наличия связей, предусмотренных статьей 19 Закона о банкротстве, материалы дела не содержат.  

При таких обстоятельствах доводы заявителя жалобы о фактической заинтересованности управляющего ФИО1 и ООО «Сибирский поставщик» носят исключительно предположительный характер и не могут явиться основанием для отстранения конкурсного управляющего от исполнения обязанностей.  

Доказательств того, что арбитражный управляющий ФИО1 действовал исключительно в интересах одного кредитора - ООО «Сибирский поставщик», совершал действия, нарушающие права иных кредиторов, не имеется. Иных жалоб на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1 не подавалось.  

Доказательств, подтверждающих, что конкурсному кредитору ООО «Сибирский поставщик» оказано большее предпочтение материалы дела также не содержат.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что указанные выше обстоятельства свидетельствует об отсутствии оснований для признания жалобы обоснованной в части наличия фактической аффилированности (заинтересованности) конкурсного управляющего ФИО1 по отношению к мажоритарному кредитору ООО «Сибирский поставщик» и отстранении ФИО1 от возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должником.  

Кроме того, согласно позиции Верховного Суда РФ относительно отстранения арбитражных управляющих по признаку заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к кредитору, должнику, изложенной в определениях от  

20.02.2017 № 309-ЭС14-647, от 14.02.2019 № 309-ЭС18-334 (3), от 13.03.2019 № 305-ЭС18-7372 (2), выявленная заинтересованность (фактическая либо юридическая по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве) арбитражного управляющего по отношению к должнику, кредиторам, не является сама по себе самостоятельным и достаточным основанием для отстранения арбитражного управляющего.  

Ключевым условиям для отстранения арбитражного управляющего в случае выявления заинтересованности является наличие фактов нарушения со стороны арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов, недобросовестности арбитражного управляющего, а также наличие действий арбитражного управляющего в ущерб интересам должника и кредиторов, негативных последствий, вытекающих из заинтересованности арбитражного управляющего.  

В силу пункта 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», арбитражный суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении конкурсного управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными.  

Кроме заинтересованности, ФИО3 полагает, что есть основания для признания действий конкурсного управляющего ФИО1 не соответствующими Закону о банкротстве в части не совершения действий, направленных на субординацию требований кредиторов, предоставлявших компенсационное финансирование, и не совершения действий, направленных на привлечение Санчая Шолбана Эрес-ооловича к субсидиарной ответственности.  

Арбитражный управляющий в целом и конкурсный управляющий в частности, как ключевая фигура в деле о банкротстве конкретного должника является самостоятельным субъектом, его отношения с кредиторами должника не строятся на отношениях подчинения. Совершая те или иные действия (воздерживаясь от них), арбитражный управляющий обязан исходить из принципов добросовестности и разумности этих действий (бездействия) (статья 20.3 Закона о банкротстве).  

Являясь самостоятельным лицом, арбитражный управляющий сам вправе определять порядок и сроки совершения необходимых действий в ходе процедуры банкротства, применяемой в отношении должника, поскольку со дня его утверждения он является руководителем должника.  

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов  

Согласно положениям статьей 20.3, 60, 129, 145 Закона о банкротстве вменяемые конкурсному управляющему действия (бездействие) должны привести к реальному нарушению прав кредиторов должника. Аналогичная правовая позиция поддержана в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2024 № 303-ЭС21-17605(85).  

В пункте 5 статьи 129 Закона о банкротстве установлены полномочия конкурсного управляющего, в том числе предъявлять требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника при наличии оснований, установленных федеральным законом.  

Из диспозиции указанной нормы следует, что обращение в суд с соответствующим заявлением обусловлено наличием оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.  

При рассмотрении обособленных споров в настоящем деле о банкротстве ООО «ТАНойл» ФИО3 было представлено в материалы дела постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.08.2020 в отношении ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.  

Как указывает ФИО3 указанным постановлением от 26.08.2020 фактически установлено, что денежные средства в размере 3 300 000 рублей находятся в распоряжении у ФИО7, который готов их вернуть.  

Тем не менее, конкурсный управляющий ФИО1 подал заявление о взыскании убытков только в 2023 году, в то время как, у конкурсного управляющего ФИО1 была реальная и эффективная возможность истребовать данные деньги у ФИО7 даже минуя судебный порядок еще 2021 году. Однако данные мероприятия проведены не были. Таким образом, действия ФИО1 как конкурсного управляющего явно направлены на создание и максимизацию задолженности, а как следствие прав требования к Туревич О  

Заявитель в судебном заседании 28.11.2024 пояснил, что единственным основанием для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности на которое он ссылается, является совершение сделки с ФИО11, в результате, которой должнику были причинены убытки в размере 3 677 702 рубля 16 копеек.  

Вместе с тем, как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 26.10.2023 по делу № А74-5486/2020, в том числе удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении контролирующих должника лица к ответственности в виде возмещения убытков, а именно: в пользу ООО «ТАНойл» солидарно с ФИО8, ФИО7 и с ФИО3 взысканы убытки в размере 3 677 702 рубля 16 копеек.  

Сумма убытков определена на основании резолютивной части решения Абаканского городского суда от 27.01.2020 по делу № 2-790/2020, которым с ООО «ТАНойл» в пользу ФИО11 взыскана задолженность по договору займа от 10.10.2019.  

То есть размер убытков равен размеру негативных последствий, вызванных неправомерными действиями контролирующих должника лиц, включая действия ФИО7  

Судебный акт о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде взыскания убытков вступил в законную силу. Задолженность, взысканная данным судебным актом, погашена в полном объеме в рамках рассмотрения дела № А74-157/2025 о признании несостоятельной (банкротом) ФИО3  

Таким образом, доводы ФИО3 о том, что конкурсный управляющий ФИО1 не предпринимает действий, направленных на истребование задолженности перед должником у третьих лиц, опровергается материалами дела о банкротстве должника.  

При этом, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для удовлетворения заявления в части доводов заявителя о несовершении ФИО1 необходимых действий для привлечения ФИО7о к субсидиарной ответственности.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в  

том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Таким образом, субсидиарная ответственность и возмещение убытков являются мерами гражданско-правовой ответственности, при этом привлечение к ответственности лица в виде привлечения к субсидиарной ответственности по тем же основаниям, по которым с лица уже взысканы убытки, приведет к повторному привлечению к гражданской ответственности за одни и те же действия, что нормами действующего законодательства не предусмотрено.  

На недопустимость возмещения убытков и привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по одним и тем же основаниям с учетом их зачетного характера по отношению друг к другу указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007 (2).  

Доказательства того, что ФИО7 являлся лицом, действия которого привели к объективному банкротству должника, суду апелляционной инстанции не представлены.  

Вышеназванные неправомерные действия ФИО7о уже явились основанием для привлечения его к гражданской ответственности в виде взыскания убытков в пользу должника. Конкурсным управляющим должника было учтено, что по сути основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с него убытков носят идентичный характер, при таких обстоятельствах предъявление требований к контролирующему должника лицу, основанных на тех же самых обстоятельствах представляет собой повторное привлечение ответчика к ответственности по одним и тем же основаниям, что недопустимо.  

Таким образом, материалами дела не подтвержден факт причинения вреда конкурсным управляющим в части не совершения действий, направленных на привлечение ФИО7 к субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции также обоснованно не нашел оснований для удовлетворения жалобы ФИО3 в части признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1, выразившегося в не подаче в арбитражный суд заявления о субординации требований ООО «Сибирский поставщик» при наличии обстоятельств для этого (установлен факт, что кредитор продолжал поставки продукции после длительного неисполнения ООО «ТАНойл» обязанности по оплате).  

Как указывает заявитель, согласно определению суда по настоящему делу от 26.01.2023 ФИО8 помимо прочего был привлечен к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.  

Согласно определению суда от 26.01.2023, судом установлено, что руководитель ФИО8 был обязан обратиться с соответствующим заявлением о банкротстве общества не позднее 12.04.2019. Таким образом, датой объективного банкротства ООО «ТАНойл» является 12.04.2019.  

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 26.11.2020 (резолютивная часть определения вынесена 19.11.2020) признано обоснованным заявление ООО «Меридиан», удовлетворено заявление о замене кредитора «Меридиан» на правопреемника - ООО «Сибирский поставщик». Требование ООО «Сибирский поставщик» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 11 143 605 рублей 90 копеек, в том числе: 7 390 214 рублей 20 копеек основного долга; 3 753 391 рубль 70 копеек неустойки, которая учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.  

Заявленные ООО «Меридиан» (ООО «Сибирский поставщик») требования были основаны на решении Арбитражного суда Кемеровской области от 23.01.2020 по делу № А27-28245/2019 (вступило в законную силу 26.02.2020) в соответствии с которым с должника в пользу ООО «Меридиан» взыскан долг в размере 7 322 088 рублей 20 копеек, неустойка за просрочку оплаты поставленного товара в размере 1 703 207 рублей 02  

копейки с 09.05.2019 по 14.01.2020, неустойка в размере 0,2% от суммы задолженности за каждый день просрочки платежа, начиная с 15.01.2020 по день фактического исполнения обязательства, расходы по уплате государственной пошлины в размере 68 126 рублей.  

Как установлено решением Арбитражного суда Кемеровской области от 23.01.2020 по делу № А27-28245/2019 задолженность ООО «ТАНойл» перед ООО «Меридиан» (первоначальный кредитор, уступивший свои права требования ООО «Сибирский поставщик») образовалась в связи с не полной оплатой поставленного товара по универсальным передаточным документам (УПД) № 690 от 23.04.2019, № 695 от 24.04.2019, № 696 от 24.04.2019, № 700 от 25.04.2019, № 705 от 26.04.2019, № 720 от 29.04.2019, № 730 от 01.05.2019, № 760 от 07.05.2019, № 775 от 10.05.2019, № 830 от 21.05.2019, № 840 от 23.05.2019, № 880 от 31.05.2019, № 930 от 10.06.2019, № 950 от 14.06.2019, № 980 от 20.06.2019, № 990 от 21.06.2019, № 1005 от 24.06.2019, № 1225 от 20.07.2019, № 1275 от 25.07.2019, № 1515 от 18.08.2019, № 1525 от 19.08.2019, № 1686 от 05.09.2019, № 1725 от 09.09.2019, № 1885 от 25.09.2019.  

По мнению заявителя, из указанного следует, что в период объективного банкротства ООО «ТАНойл», при неисполнении обязанности по оплате товара ООО «Меридиан» продолжало поставки, чем фактически предоставляло компенсационное финансирование ООО «ТАНойл». Конкурсным управляющим также не был рассмотрен вопрос о признании сделок по перечислению ООО «ТАНойл» в пользу ООО «Меридиан» денежных средств – недействительными как направленные на причинение вреда иным кредиторам ООО «ТАНойл» и возвращения перечисленных в пользу ООО «Меридиан» средств в размере 8 725 000 рублей, тогда как действуя разумно и добросовестно в интересах кредиторов, должника и общества конкурсный управляющий должен был установить данный факт и обратиться в суд с соответствующим заявлением, направленным на субординацию требований ООО «Сибирский поставщик» и привлечение ООО «Меридиан» к субсидиарной ответственности. ФИО1, будучи фактически аффилирован с ООО «Сибирский поставщик» и ООО «Меридиан» таких действий не совершил.  

Согласно абзацу девятому пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику. Вместе с тем, законодательство о банкротстве не предусматривает обязанности управляющего заявлять возражения по всем требованиям кредиторов.  

Предполагается, что добросовестным и разумным будут действия управляющего по заявлению возражений по требованиям, в отношении которых у управляющего имеются сомнения в их обоснованности. Возражения, заявляемые конкурсным управляющим, должны быть обоснованными и подтвержденными соответствующими доказательствами.  

То обстоятельство, что конкурсный управляющий не обратился с заявлением о субординации требований кредитора, не является основанием для удовлетворения жалобы на его действия.  

Утверждение о том, что имеются основания для рассмотрения вопроса о субординации требований ООО «Сибирский поставщик» не подтверждено ФИО3 соответствующими доказательствами.  

При рассмотрении вопроса о включении ООО «Сибирский поставщик» в реестр требований кредиторов должника ФИО3 возражения не заявлялись.  

16.09.2024 в арбитражный суд от ФИО3 поступило заявление о пересмотре по вновь открывшимся основаниям определения о включении в реестр требования кредитора ООО «Сибирский поставщик» и необходимости субординации данного требования, в котором просит суд признать требования ООО «Сибирский поставщик» в размере 11 143 605 рубле 90 копеек подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов третьей̆ очереди включенных в реестр требований кредиторов должника.  

Определением арбитражного суда от 06.11.2024 (резолютивная часть объявлена 24.10.2024), оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025, в удовлетворении заявления ФИО3 о пересмотре определения от 26.11.2020 о включении в реестр требования кредитора общества с ограниченной ответственностью «Сибирский поставщик» по делу № А74-5486/2020 и необходимости субординации данного требования в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТАНойл» (ИНН 

<

***>) отказано.  

При вынесении данных судебных актов, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что из положений Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, следует, что юридически значимым обстоятельством является не степень аффилированности должника и кредитора (путем корпоративных или родственных связей), а тот факт, что в силу аффилированности между должником и кредитором возникли неконкурентные правоотношения, не обусловленные экономической целесообразностью и стандартным поведением хозяйствующих субъектов в условиях обычной предпринимательской деятельности, вследствие которых кредитору предоставлены правовые и экономические преимущества.  

Между тем в пункте 2 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, поскольку действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, и если внутреннее финансирование осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.  

Таким образом, из положений Обзора от 29.01.2020 следует, что при разрешении вопроса о том, подлежит ли требования аффилированного кредитора (контролирующего должника лица) понижению в очередности, определяющим фактором является не наличие формальных признаков аффилированности, а характер гражданских взаимоотношений между должником и лицом, которое заявило требование о включении в реестр требований кредиторов. Иное бы позволяло сделать вывод о том, что требование аффилированного или контролирующего должника лица в любом случае подлежит понижению в очередности, то есть противоречило бы сложившемуся правопорядку, в том числе основополагающим принципам законодательства о банкротстве.  

Заявителем не доказано, что у ООО «Меридиан», так и у его правопреемника – ООО «Сибирский поставщик» имелся какой–либо контроль в отношении должника ООО «ТАНойл» с целью участия в распределении прибыли. Кроме того, ООО «Меридиан», как и его правопреемник ООО «Сибирский поставщик» никогда не являлись участниками и/или руководителями ООО «ТАНойл», что указывает на отсутствие у кредиторов какого– либо бенефициарного интереса в деятельности должника.  

Из материалов дела и представленных заявителем пояснений, не следует, что правоотношения ООО «ТАНойл» и ООО «Меридиан» не выходили за рамки обычного делового оборота. Нарушение договорной дисциплины имело место быть у должника со всеми контрагентами, которые включены в реестр кредиторов должника, в том числе с налоговым органом. Вследствие чего, доводы ФИО3 о компенсационном характере отношений ООО «ТАНойл» и ООО «Меридиан» являются необоснованными.  

ФИО3 не указано, каким образом наличие аффилированности между кредиторами, при отсутствии доказательств наличия заинтересованности с должником  

может привести к нарушению интересов конкурсных кредиторов и должника, а также заявителя.  

Таким образом, материалами дела не подтверждено, что имелись реальные основания для субординации требований ООО «Сибирский поставщик» по отношению к иным кредиторам.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Таким образом, в данном случае интересы подателя жалобы, являющегося лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, затрагиваются в том случае, если в результате неправомерных действий конкурсного управляющего требования кредиторов будут удовлетворены в размере меньшем, чем то было бы возможно при надлежащем исполнении конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, что, в свою очередь, безусловным образом влияет на размер субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Как верно указал суд первой инстанции, таких доказательств, в материалы дела не представлено. Определением арбитражного суда от 07.06.2024 размер субсидиарной ответственности ФИО3 определен.  

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие незаконность действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО1 либо нарушение прав кредиторов и причинение убытков такими действиями, из материалов дела следует, что ФИО1 добросовестно исполняются обязанности в деле о банкротстве ООО «ТАНойл», доказательств злоупотребления правом либо превышения должностных полномочий не представлено; доводы заявителя о том, что конкурсный управляющий действует в интересах только одного кредитора ООО «Сибирский поставщик» носят предположительный характер.  

Доводы ФИО3 о наличии у конкурсного управляющего умысла в получении контроля над имуществом ФИО3 не подтверждены доказательствами, в том числе суд учитывает, что имущество ФИО3 в конкурсную массу должника не включено и на него не может быть обращено взыскание в рамках дела о банкротстве ООО «ТАНойл»  

Исходя из вышеизложенного, по результатам исследования и оценки всех доказательств по делу, не усмотрев оснований для удовлетворения жалобы ФИО3 на конкурсного управляющего ФИО1 в связи с недоказанностью наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемых действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными, и того, что конкурсный управляющий при осуществлении им мероприятий в процедуре банкротства должника действовал недобросовестно и неразумно, суды пришли к верному выводу об отсутствии в данном случае правовых оснований для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником на основании пункта 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве, в связи с чем суды отказали в удовлетворении заявленных требований.  

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  

обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы возлагаются на её заявителя.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от «16» декабря 2024 года по делу № А74-5486/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение..  

Председательствующий В.В. Радзиховская Судьи: О.В. Петровская  

Ю.В. Хабибулина