﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-80067/2015

28 августа 2019 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     13 августа 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 августа 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Горбачевой О.В., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Царегородцевым  Е.А. 

при участии лиц согласно   протоколу   судебного   заседания

рассматривает   по  правилам  суда   первой  инстанции заявление конкурсного управляющего Зайнакова А.А.

к 1. Парфеновой Ирине  Александровне

   2. Белявскому Игорю   Евгеньевичу

привлеченное  лицо:   финансовый   управляющий  Белявского  Игоря  Евгеньевича – Ходько  Никита   Юрьевич

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «22.13»,  

установил:

Решением Арбитражного суда города   Санкт-Петербурга  и  Ленинградской   области  от 15.09.2016, резолютивная часть которого объявлена 14.09.2016, должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должником утвержден Зайнаков Айрат Агзямович. Указанные сведения опубликованы в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 01.10.2016.

 В арбитражный суд 13.03.2017 поступило заявление конкурсного управляющего должником о привлечении Парфеновой Ирины Александровны к субсидиарной ответственности как бывшего руководителя должника - и о взыскании с нее в пользу должника 20 676 845,31 руб.

Определением  от 04.07.2018   Белявский  Игорь   Евгеньевич  привлечен   соответчиком  по   обособленному   спору;   принято   уточнение  заявления,  в  котором   конкурсный   управляющий   просит  привлечь   Парфенову  И.А. и   Белявского   И.Е.   солидарно   к   субсидиарной   ответственности  по   обязательствам  ООО «22.13»;   взыскать  с  Парфеновой   И.А.  и  Белявского   И.Е.   солидарно в   конкурсную   массу   ООО «22.13» 21 126 845  руб.   31   коп. 

Определением   от 22.11.2018 суд  удовлетворил  заявление конкурсного управляющего о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности. Привлек  Белявского И.Е. по обязательствам ООО «22.13» и приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «22.13» в части определения размера субсидиарной ответственности Белявского И.Е.   В отношении Парфеновой И.А. в удовлетворении заявления отказал.

На  определение   суда АО Банк «Советский» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» и  Белявским  И.Г.  были  поданы   апелляционные   жалобы.

В апелляционной   жалобе АО Банк «Советский» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» просит  определение  от 22.11.2018  в  части   отказа   в  удовлетворении   заявления  конкурсного   управляющего  ООО «22.13» к  Парфеновой  И.А.  о привлечении  к субсидиарной   ответственности   изменить,   принять новый   судебный  акт, привлечь Белявского  И.Е. и  Парфенову  И.Е. к   субсидиарной   ответственности   по   обязательствам  ООО «22.13». Приостановить   производство   по   заявлению   конкурсного   управляющего  ООО «22.13»   в  части   определения   размера   субсидиарной   ответственности   Белявского   И.Е.   и   Парфеновой   И.Е.   до   окончания   расчета  с   кредиторами.

Податель   апелляционной   жалобы   отмечает,  что   суд   первой   инстанции   необоснованно   отказал   в  удовлетворении   заявления   в  отношении   Парфеновой   И.А.,  сделав   вывод,  что   она   не   осуществляла   непосредственное   руководство   должником,   не  поручала   этого   делать  кому-либо,  получала   только   заработную  плату   за   исполнение  обязанностей   менеджера  по   развитию  и   маркетингу,  в  то  время   как   из  материалов   дела  следует,  что   Парфенова  И.А.  совершала все  юридически значимые   действия  как   его   генеральный   директор. Из   материалов   дела   следует,  что   конкурсному   управляющему   ООО «22.13»   в  июле   2018   не   была  передана   хозяйственная,   бухгалтерская,   финансовая  документация   должника   в  полном   объеме,  печати,  штампы,   активы   должника   не   переданы.

В апелляционной   жалобе  Белявский  И.Е.  просит  определение   от 22.11.2018   отменить,   перейти к   рассмотрению  дела   по   правилам   суда   первой   инстанции;   отказать в   удовлетворении  заявления  о   привлечении   Белявского   И.Е. к  субсидиарной   ответственности.

Податель   апелляционной   жалобы  отмечает,  что   определение   принято  судом   первой   инстанции   с  нарушением   норм   процессуального   права,  а  именно:  без   привлечения  к   участию  в  деле  Ходько  Н.Ю. -  финансового   управляющего  Белявского   И.Е.;   суд   первой   инстанции   неправомерно   признал   Белявского  И.Е.  контролирующим   компанию ООО «22.13»   лицом; вывод   суда   первой   инстанции  о  том,  что   документы   бухгалтерского   учета  и   товарно-материальные  ценности   находятся  у  Белявского  И.Е.  не   соответствует   имеющимся   в  деле   доказательствам.

Определением   от 26.03.2019  суд   апелляционной   инстанции  перешел к   рассмотрению  дела   по   правилам,  установленным   для   рассмотрения  дела   в  суде   первой   инстанции.   Привлек  к   участию  в обособленном   споре   финансового   управляющего   Белявского  И.Е. – Ходько  Никиту  Юрьевича.

Представитель  АО Банк «Советский» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» поддержал   доводы,  изложенные   в  заявлении.

Представитель  Парфеновой  И.А.  и   представитель   Белявского   И.Е.   возражали   против   удовлетворения   заявленных   требований. 

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц Парфенова И.А. с момента государственной регистрации должника (15.07.2010) являлась единственным участником и директором (руководителем) должника.

Парфенова И.А. представила в материалы дела нотариальное заявление о том, что являлась «номинальным» руководителем компании, в текущей хозяйственной деятельности участие не принимала,  деятельностью должника не руководила. Печать ООО «22.13» хранилась у Белявского И.Е. 

В материалы дела представлены нотариально заверенные объяснения свидетелей, из которых следует, что фактическим руководителем должника являлся Белявский И.Е.

Знак Екатерина Михайловна, присутствовавшая в судебном заседании 18.10.2017, подтвердила в устной форме при проведении опроса свидетеля, сведения указанные в нотариальном заявлении.

Парфеновой И.А. определение Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.02.2017, обязывающее Парфенову И.А. передать в срок до 20.03.2017 конкурсному управляющему имущество и документы должника, исполнено 08.07.2018, 21.07.2018. Конкурсным управляющим получено 72 килограмма документации. Печати, штампы, учредительные документы в полном объеме, материальные ценности не переданы, ввиду их отсутствия у       Парфеновой И.А.

Указывая на то, что ответчики по обособленному спору не передали документацию и материальные ценности должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в заявлении и отзывах, выслушав присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Определением суда от 25.12.2015 возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением от 15.02.2017 удовлетворено заявление арбитражного управляющего об истребовании у бывшего руководителя должником   Парфеновой  И.А. документации, относящейся к финансово- хозяйственной деятельности должника.

Статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признана утратившей силу Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», одновременно указанным законом ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2 об ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), положения Закона о банкротстве о материально-правовых основаниях субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц применяются к таким отношениям, в которых обстоятельства, являющиеся основаниями для субсидиарной ответственности, имели место после дня вступления в силу закона, которым они признаны таковыми.

Обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с рассматриваемым заявлением, имели место в тот период времени, когда действовала редакция статьи 10 Закона о банкротстве, введенная Федеральным законом от 28.06.2013 N 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

  В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

  Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 N 305-ЭС17-21627).

  Согласно пункту 3 статьи 56 ГК РФ если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

  В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

  По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

  Учитывая, что Белявский И.Е. непосредственно не являлся ни участником, ни руководителями должника, при разрешении вопроса о допустимости привлечения его к субсидиарной ответственности в числе прочего доказыванию подлежит  отнесение его к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника (акционера) или руководителя, имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью.

 Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником. (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3)).

 Как следует из материалов дела, прямых доказательств осуществления Белявским И.Е. соответствующих функций, не подтверждено прямыми доказательствами. В частности, исходящими от него документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику, относительно его деятельности, в том числе в отношении сделок с имуществом должника и его финансовыми активами, заключению им гражданско-правовых договоров, составлением документов налоговой и бухгалтерской  отчетности и.т.д.

 Вместе с тем, по смыслу положений статьи 10 Закона о банкротстве и правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7), в связи с тем, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, а напротив, обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника, а его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения, судам следует проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника.

 В процессе доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, судам необходимо принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов. В то же время необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7)).

 Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

 Должник зарегистрирован в качестве юридического лица 15.07.2010.

 Как следует из материалов дела, нотариальных - протоколов осмотра доказательств - почтового ящика Парфеновой И.А., Белявский И.Е. (адрес электронной почты -Igor.Beliavskiy@globalpointagency.com) 03.05.2011 ставит вопрос об изменении состава участников должника и   смене генерального директора общества с Парфеновой И.А. на другое, не аффилированное к группе компаний лицо [стр. 1-4 том 15, протокол осмотра доказательств от 15.10.2018 78 АБ 5787347, далее - протокол).

  Парфенова И.А.  письмом от 03.02.2014 обращается к Белявскому И.Е.  с просьбой о перечисление ей заработной платы за ноябрь (стр. 22 том 15); 26.02.2015 просит перечислит ей зарплату за октябрь, ноябрь (стр. 34, том 15).

  Подобные взаимоотношения, по мнению суда, можно охарактеризовать как отношения подчиненного и руководителя даже в отсутствии документально подтвержденной организационной подчиненности.

В письме от 17.02.2014  тема  - «закрытие проекта ООО 22.13 Москва» Белявский И.Е. отдает распоряжение о проведение описи имущества общества и его дальнейшем перераспределении по объектам группы компаний «GlobalPointFamily» и на склад (стр. 30, том 15).

Письмом от 28.02.2014 Белявский И.Е.  отдает распоряжение о погашение задолженности по заработной плате сотрудникам, о подготовке спецификаций по материальным ценностям с целью их дальнейшей реализации, а также подаче заявления на банкротство ООО «22.13» (стр. 28-29 том 15).

  Также 28.02.2014 Белявский И.Е. в письме описывает алгоритм действий уклонения от погашения кредиторской задолженности, в том числе перед работниками. Списание имущества с баланса ООО «22.13», поиск доверенного лица на кандидатуру участника и генерального директора ООО «22.13» на период банкротства общества, смена участника и генерального директора общества, подача обществом-должником заявления в суд о признании несостоятельным (банкротом). Указанные мероприятия, по мнению Белявского И.Е., позволят аккумулировать имеющуюся у ООО «22.13» задолженность в один судебный процесс по делу о несостоятельности (банкротстве), в рамках которого задолженность будет списана, а само общество ликвидировано (стр. 28, том 15).

 В письме от 12.09.2014 тема «ООО 22.13» Белявский И.Е. указывает, что при обсуждении тактики общения со средствами массовой информации,  «поскольку Вы являетесь генеральным директором, то комментарии для прессы должны исходить от Вас и от меня».

 В письме от 16.03.2015 тема - «план/вопросы/встречи» Белявский И.Е. раскрывает механизм вывода активов должника на третье лицо, описывает  наличии двух источников кредитования на оборудование, отнесенное к основным средствам, приобретенное через лизинговую компанию без обременения, включая кредит банка «Советский» под обеспечение этого оборудования.

 В пункте 11 указанного выше письма  Белявский И.Е. раскрывает план работы с группой компаний включающей ООО «22.13» из которого следует, что ответчик планировал организовать подушку безопасности за счет вывода части клиентских поступлений,  с целью возможности начать деятельность с ноля (стр. 113-115, том 8 материалов дела).

 Изложенные выше обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о создании Белявским И.Е. механизма назначения «номинальных руководителей» с целью недопущения возложения на себя какой-либо ответственности в ходе исполнительных производств, а также процедур банкротства, а также что принятием стратегических решений по руководству всей группы компаний занимался непосредственно Белявский И.Е.

  Из содержания указанной выше переписке следует, что  Белявский И.Е.  позиционирует себя как собственник имущества должника.

Морозова О.В., являвшаяся работником должника в судебном заседании, подтвердила в устной форме при проведении опроса свидетеля, сведения указанные выше и раскрытые ею в нотариальном заявлении, приобщенном к материалам дела.

  В публичных выступлениях в средствах массовой	 информации Белявский И.Е.  также позиционирует себя как владельца ООО «22.13», что подтверждается следующими публикациями (протокол осмотра доказательств от 15.10.2018 г. 78 АБ 5787346): издание The Village «Владелец GLOBAL POINT FAMILY - о скандале вокруг ресторана ООО «22.13» (стр. 41-42, том 15), The Village «Что будет с ООО «22.13» и Barbaresco» (стр. 48-49, том 15); информация с сайта «Ресторановед» (стр. 54-55, том 15); издание «Спб Собака ру» - Игорь Белявский о том, как пережить крах (стр. 62-64, том 15);  издание «Деловой Петербург» - «Рестораны исчезают» (стр. 67-69, том 15).

Пунктом 2.4.7 кредитного договора между ЗАО Банк «Советский» и  ООО «22.13» от 01.04.2013 № 123/13 было предусмотрено предоставление поручительства по кредиту Белявского И.Е. 

Между ЗАО Банк «Советский» и Белявским И.Е. (поручитель) 03.04.2013 был заключен договор поручительства № 7/123/13 по обязательствам ООО «22.13».

 Лицами, участвующими в деле, заявление о фальсификации представленных доказательств, представлено не было. 

В рассматриваемом случае, суд руководствуется разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10), которые прямо в законе не указаны. Перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 - 7 указанного постановления, не является исчерпывающим. Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником (Определение Верховного Суда Российской   Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3)).

 На основании совокупности изложенных выше обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что сторонами представлены существенные косвенные доказательства наличия у Белявского И.Е. статуса контролирующего должника лица (конечного бенефициара), которых достаточно для установления соответствующего факта.

 Какие-либо доказательства опровергающие факт того, что Белявский  И.Е. осуществлял контроль над должником и являлся конечным бенефициаром должника, а также  давал прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания, в материалы дела не представлены.

 Парфенова И.А. являлась генеральным директором должника и его единственным участником. 

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Парфенова И.А. исполняя обязанности генерального директора ООО «22.13», заключала гражданско-правовые сделки с третьим лицами от имени должника, в том числе кредитный договор от 01.04.2013 № 123/13 с  ЗАО Банк «Советский», договор займа от 01.12.001 № 2/12 с ООО «Самое главное «Счастье», договор купли-продажи от 29.05.2012 № 42т с ООО «Компания Кофе и Чая» и т.д. Составляла и подписывала документы бухгалтерской и налоговой отчетности. Парфенова И.А. в период исполнения обязанностей руководителя, обращалась от имени  должника в Прокуратуру, Земельный комитет, КУГИ, в администрацию Центрального района Санкт-Петербурга и т.д, т.е. позиционировала себя перед третьими лицами в качестве генерального директора общества (стр.97-136, том 4).

При таких обстоятельствах довод Парфеновой И.А. о том, что она являлась номинальном директором на протяжении пяти лет, противоречит материалам настоящего дела. 

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание документы из содержания, которых следует, что  Белявский И.Е. и Парфенова И.А. зарегистрированы по одному адресу: г. Санкт-Петербург, ул. Савушкина, д. 124, к.1,кв. 276 и совместно выступали залогодателя названного объекта недвижимости по договору ипотеке от 22.03.2013 38/320/12.

В силу положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, является основанием для применения закрепленной в данном пункте презумпции - пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

При этом бремя представления доказательств, опровергающих данную презумпцию, возлагается на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, что соответствует положениям пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 ГК РФ.

Определением от 15.02.2017 суд обязал  Парфенову И.А. передать конкурсному управляющему должником документы и имущество должника.

Названное определение исполнено Парфеновой И.А. в части.

Как следует из бухгалтерского баланса за 2014 и 2015 год, представленного в налоговый орган Парфеновой И.А. у должника имелись в 2014 году активы на сумму 71 628 000 руб. В 2015 году имелись активы на сумму 28 146 000 руб.  из которых 14 411 000 руб. – запасы, 3 373 000 руб. – денежные средства, 10 352 000 руб. финансовые и другие оборотные активы. 

Названные активы должника не были переданы Белявским И.Е. и Парфеновой И.А. конкурсному управляющему.

В ходе проведения инвентаризации имущества  активы должника конкурсным управляющим не обнаружены (стр.89, том 15). Документы, обосновывающие выбытие материальных активов из владения должника Белявским И.Е. и Парфеновой И.А. не представлены.

Таким образом, ответчики не исполнили в срок, предусмотренный Законом о банкротстве, обязанность по передаче конкурсному управляющему всех первичных документов бухгалтерского учета и отчетности должника; отсутствие документов воспрепятствовало формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами должника; ответчики не представили в материалы дела доказательства принятия ими всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязанности по ведению, хранению и восстановлению утраченных документов бухгалтерского учета и отчетности, обеспечению их своевременной передачи конкурсному управляющему.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В процессе рассмотрения спора ответчики не воспользовалась своими процессуальными правами на представление доказательств, подтверждающих факт неведения должником хозяйственной деятельности в спорный период и наличие объективных причин для непередачи документации, обосновывающих отсутствие у должника имущества, и на опровержение презумпции причинно-следственной связи, установленной законодателем, тем самым возложили на себя риск наступления соответствующих неблагоприятных процессуальных последствий.

Неисполнение данной обязанности, повлекшее невозможность формирования конкурсной массы, и отсутствие доказательств наличия названных документов к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом является основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего (статьи 64 и 126  Закона о банкротстве, разъяснения, содержащиеся в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Установив данные обстоятельства, суд пришел к выводу, что Белявский И.Е. как фактически контролирующее деятельность должника лицо, обладающий реальными возможностями влиять на принимаемые должником  решения, и как лицо, фактически принимавшее реализованные в хозяйственной деятельности должника управленческие решения, а также участвовавший в выводе активов должника,  наряду с Парфеновой И.А., юридически являвшееся единственным участником и единоличными исполнительными органами должника, должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «22.13» в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

На основании изложенного суд приходит к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения Белявского И.Е. и Парфеновой И.А., контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «22.13»

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 данного Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку приведенная норма носит процессуальный характер, она применима к спорным правоотношениям (часть 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ввиду незавершенности формирования конкурсной массы арбитражный суд по ходатайству конкурсного управляющего должником приостанавливает производство по обособленному спору до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

На основании изложенного и руководствуясь статьями  269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от  22.11.2018 по делу №  А56-80067/2015/суб.1   отменить.

Удовлетворить   заявление   конкурсного   управляющего   о  привлечении   Белявского   Игоря   Евгеньевича  и    Парфенову  Ирину   Александровну к  субсидиарной   ответственности.

Привлечь   Белявского   Игоря   Евгеньевича  и    Парфенову  Ирину   Александровну к  субсидиарной   ответственности  по   обязательствам  ООО «22.13».

Приостановить   производство   по  заявлению   конкурсного   управляющего  ООО «22.13» в  части   определения   размера   субсидиарной   ответственности   Белявского   Игоря   Евгеньевича  и   Парфеновой   Ирины   Александровны до окончания расчетов с кредиторами.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

О.В. Горбачева

 А.Ю. Слоневская