﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5418/18 

Екатеринбург

02 октября 2019 г.

 

Дело № А50-11093/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 октября 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Новиковой О.Н., Сушковой С.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ахмадиевой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Вагановой Евгении Владимировны на определение Арбитражного суда Пермского края от 15.04.2019 по делу № А50-11093/2016 и постановление Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, приняли участие Ваганов В.Б.; а также представители:

Вагановой Е.В. – Григорьева Г.А. (доверенность от 02.07.2019);

Орехова Д.Л. – Худяков В.А. (доверенность от 14.06.2018);

публичного акционерного коммерческого банка «Уральский финансовый дом» (далее – банк) - Федосеев А.А. (доверенность от 24.01.2019).

 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.11.2017 Ваганов В.Б. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Мозолин Андрей Александрович.

Ваганова Е.В. 06.11.2018 обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 31.10.2014, заключенного между должником и Ореховым Д.Л., и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества, а также о признании недействительным договора ипотеки от 31.10.2014, заключенного между банком и Ореховым Д.Л., и о применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования записи в Едином государственном реестр недвижимости (далее – ЕГРН) о регистрации обременений в пользу банка.

Определением суда от 15.04.2019 (судья Копанева Е.А.) в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019 (судьи Плахова Т.Ю., Романов В.А., Чепурченко О.Н.) определение суда от 15.04.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Ваганова Е.В. просит обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам спора. Заявитель указывает на недоказанность материалами спора наличие у Орехова Д.Л. финансовой возможности передать должнику 18 000 000 руб. Заявитель полагает, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; действительной целью ее совершения являлось получение должником кредитных средств, при этом он не имел намерения в действительности отчуждать спорное имущество, а преследовал цель сохранить его от возможного обращения на него взыскания в результате неисполнения долговых обязательств. По мнению заявителя, выводы судов о том, что на дату заключения спорной сделки отсутствовал признак неплатежеспособности должника, противоречат материалам дела. Кроме того, заявитель считает ошибочными выводы судов о пропуске им срока для обращения в суд с настоящим заявлением. То обстоятельство, что Ваганова Е.В. ранее не принимала участие в споре, инициированном Мозолиным А.А., не оспаривала решение, принятое на собрании кредиторов, об отказе от заявления, не может влиять на право заявителя обращаться с самостоятельным иском. Также заявитель отмечает, что участие ее в собрании и голосование не повлияло бы на результат такого голосования, поскольку размер ее требований по состоянию на 30.11.2017 составлял 8,58% от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника; таким образом, Ваганова Е.В. не обладала необходимым размером требований для подачи заявления об оспаривании сделки. Обращает внимание не то, что об обстоятельствах, порочащих оспариваемую сделку, она не могла узнать ранее 26.07.2018, когда было проведено по инициативе финансового управляющего собрание кредиторов, на котором решался вопрос об отказе от требования в рамках обособленного спора по заявлению финансового управляющего об оспаривании сделки. Помимо изложенного, заявитель указывает на осведомленность банка о неплатежеспособности должника и об отчуждении имущества должника без равноценного встречного предоставления; банк не проявил достаточной степени заботливости и осмотрительности в отношении проверки сведений, связанных с принятием в залог спорного имущества, наличие или отсутствие сведений о неплатежеспособности другой стороны сделки.

Орехов Д.Л., банк, финансовый управляющий должника представили отзывы на кассационную  жалобу, в которых просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, кредитор Ваганова С.В., обращаясь с настоящим заявлением, указала, что 31.04.2014 между должником и Ореховым Д.Л. был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 31.01.2014, на основании которого последний приобрел следующее имущество:

нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 732,30 кв.м, этаж 1,2, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Куйбышева, д. 140, кадастровый (условный) номер объекта 59:01:4411453:301;

441/1000 доли в праве на нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 61,40 кв.м этаж цокольный 1,2,3 адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Куйбышева, д. 140, кадастровый (условный номер) объекта 59:01:4411453:298;

441/1000 доли в праве на нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 46,30 кв.м, этаж цокольный 1,2,3 адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Куйбышева, д. 140, кадастровый (условный номер) объекта 59:01:4411453:299;

441/1000 доли в праве на нежилое помещение, назначение: нежилое, общая площадь 46,30 кв.м, этаж цокольный 1,2,3 адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Куйбышева, д. 140, кадастровый (условный номер) объекта 59:01:4411453:300;

227/1000 доля в праве на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-хозяйственные учреждения и организации, общая площадь 1528 кв.м, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Куйбышева, д. 140, кадастровый (условный номер) объекта 59:01:4411453:289. 

Согласно пункту 2.1 договора имущество было продано за 25 000 000 руб. Ореховым Д.Л. приобретенное по указанному выше договору недвижимое имущество было передано в залог банку по договору от 31.10.2014. 

Определением Арбитражного суда от 20.05.2016 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Ваганова В.Б.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.11.2017 Ваганов В.Б. признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Мозолин А.А.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Ваганова Е.В. обратилась в арбитражный суд с соответствующим заявлением на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в абзаца 2 пункта 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах спора доказательства, установив, что денежные средства в сумме 7 000 000 руб., полученные Ореховым Д.Л. у банка по кредитному договору от 31.01.2014 № Ф-00175-К-01-КН под залог спорного имущества, были переведены на счет Ваганова В.Б., что подтверждается выпиской по счету должника и самим должником не оспаривается, а также то, что спорное имущество было передано покупателю, право собственности за ним зарегистрировано в установленном порядке, Орехов Д.Л. уплачивает соответствующие налоги, отметив, что реальных характер отношений между должником и Ореховым Д.Л., лицами, участвующим в деле, не опровергнут, суды пришли к выводам об отсутствии правых оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, суды отклонили доводы о фактическом неиспользовании Ореховым Д.Л. приобретенного имущества со ссылкой на то, что данное обстоятельство само по себе о мнимости договора не свидетельствует, кроме того, Орехов Д.Л. представил документальное подтверждение мотивов такого поведения (в том числе болезнь Орехова Д.Л.).

Помимо изложенного, кредитор Ваганова С.В. ссылалась на наличие оснований для признания спорной сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Применение положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть направлено исключительно на обход невозможности признания сделок должника недействительными по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63). 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Приняв во внимание, что правовая позиция заявителя по спору сводится к совершению спорной сделки в целях причинения вреда, в передаче должником имущества Орехову Д.Л. в отсутствие какого-либо встречного представления, к направленности сделки по отчуждению имущества на уменьшение конкурсной массы, в результате чего кредиторы должника по денежным обязательствам несут риск неудовлетворения своих требований ввиду недостаточности имущества, отметив, что указанные обстоятельства охватываются критериями подозрительной сделки, подлежащей оспариванию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при том, что обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, заявитель не указал, суды не усмотрели оснований для признания спорной сделки недействительной по статям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Проверяя оспариваемые сделки на предмет наличия оснований для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установив отсутствие как минимум одного из обязательных признаков – осведомленность контрагента о совершении сделки в целях причинения вреда, отметив, что Орехов Д.Л. заинтересованным по отношению к должнику лицом не является, иное суду не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), указав на то, что какие-либо доказательства того, что Орехов Д.Л. знал о наличии у должника признаков недостаточности имущества, неплатежеспособности, заявителем не представлены, в материалах дела отсутствуют, суды также не усмотрели оснований для признания оспариваемый сделки недействительной по указанному основанию.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора Орехов Д.Л. заявил о пропуске Вагановой Е.В. срока исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для признания недействительной ничтожной сделки составляет три года со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а для признания оспоримой сделки недействительной - один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Суды приняли во внимание, что в данном случае Ваганова Е.В. обратилась в суд с рассматриваемым заявлением, как кредитор должника, обладающий более 10% общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника. 

В силу специфики рассматриваемых отношений, добросовестные кредиторы должны предпринимать все действия, направленные на защиту их законных прав и интересов, в том числе оспаривать сделки должника. Предпринимать указанные действия они могут с момента включения в реестр требований кредиторов, следовательно, с этого момента начинает течь срок исковой давности.

Суды учли, что требование Вагановой Е.В. включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 15.03.2017, при этом соответствующее требование было предъявлено 07.11.2016, принято к производству суда 09.11.2016, то есть с указанного момента Ваганова Е.В. как кредитор имела возможность ознакомиться с материалами дела, в которых имелись документальные сведения о спорных сделках. 

В частности, согласно пояснениям должника в судебном заседании суда апелляционной инстанции, им специально была получения и представлена арбитражному управляющему выписка из ЕГРП, приобщенная к материалам дела о его банкротстве, в которой были отражены сведения, в том числе по имуществу, отчужденному по спорному договору купли-продажи, дате договора, приобретателе имущества, основаниях отчуждения, а также ипотеке.

Учитывая приведенные обстоятельства, установив, что Ваганова Е.В. является дочерью должника, то есть заинтересованным лицом по отношению к должнику, что косвенно подтверждает факт ее осведомленности о наличии оспариваемой сделки в более ранние сроки, суды правильно заключили, что Ваганова Е.В., учитывая презумпцию осведомленности о совершении сделки ввиду наличия отношений заинтересованности с должником, имела возможность подать заявление о признании договоров недействительными по общегражданским основаниям с момента их заключения и исполнения (31.10.2014).

Приняв во внимание, что с рассматриваемым заявлением о признании указанной сделки недействительной кредитор обратился в арбитражный суд только 06.11.2018, Ореховым Д.Л. в установленном порядке заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности по настоящему заявлению, отметив, что иного суду не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды пришли к правильным выводам о том, что кредитором пропущен срок исковой давности по заявлению о признании спорной сделки недействительной.

При таких обстоятельствах суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных кредитором требований.

Кроме того, вторая сделка – договор залога оспорена Вагановой Е.В. исключительно на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российское Федерации, при этом недействительность данной обеспечительной сделки, с позиции заявителя, являлась следствием недействительности договора купли-продажи, о чем банк был осведомлен. Доводы о совершении договора залога со злоупотреблением правом не заявлены. 

Между тем, суды учли, что договор залога обеспечивал исполнение Ореховым Д.Л. своих обязательств по кредиту, полученные по которому денежные средства переданы должнику; действительность кредитного договора не оспаривается; доказательства недобросовестности банка при выдаче кредита и заключении договора ипотеки не представлены, недействительность договора купли-продажи, для исполнения которого Ореховым Д.Л. был взят кредит с предоставлением обеспечения по спорному договору ипотеки, как указано ранее, не доказана, и пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания договора ипотеки недействительным.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 15.04.2019 по делу № А50?11093/2016 и постановление Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Вагановой Евгении Владимировны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              С.А. Сушкова