ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-56092/2020

город Ростов-на-Дону

27 февраля 2022 года

15АП-1197/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 февраля 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Шимбаревой Н.В.,

судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от временного управляющего должника ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.12.2021 по делу № А32-56092/2020 об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов по заявлению ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Приазовский Винный Дом» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Приазовский Винный Дом» (далее – должник) ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов требований в размере 8 517 448,32 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.12.2021 признано обоснованным требование ФИО4 к ООО «Приазовский Винный Дом» в сумме 8 437 063 руб. и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. Производство по заявлению в части установления в реестр 80 385,32 руб. прекращено.

Определение мотивировано тем, что наличие задолженности документально подтверждено, однако заявитель является заинтересованным по отношению к должнику лицом, а предоставление займов осуществлялось в период имущественного кризиса, что признано судом первой инстанции компенсационным финансированием.

ФИО4 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просила определение отменить, включить требования в реестр.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что отец заявителя, который также является участником должника, не вправе был определять направление деятельности и принимать решения обязательные для исполнения решения, в связи с чем сам факт участия не свидетельствует о заинтересованности. Также необоснованны выводы суда относительно намерения заявителя предоставить компенсационное финансирование, поскольку договоры заключены до возникновения задолженности по договорам аренды, а также ввиду того, что договор инвестирования являлся стандартным.

В отзыве на апелляционную жалобу временного управляющего ФИО2 возражала в отношении заявленных доводов, ссылалась на то, что обязательства по договору аренды не исполнялись должником на протяжении всего действия договора, а также на то, что в силу признания факта участия в обществе отец заявителя обладал сведениями об имущественном положении должника, что в совокупности свидетельствует об осведомленности заявителя о формировании признаков неплатежеспособности на момент предоставления финансирования.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.04.2021 года в отношении должника введена процедура наблюдения.

В ходе процедуры наблюдения в суд поступило заявление ФИО4 о признании её кредитором должника и включении в реестр требований кредиторов в размере 8 517 448,32 руб. Заявление мотивировано тем, что по договорам инвестирования заявителем были предоставлены денежные средства должнику, однако встречные обязательства должником не исполнены.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Пунктом 5 статьи 71 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Аналогичная позиция относительно предоставления кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197.

Из материалов дела следует, что между кредитором и должником заключены договор инвестирования № 28031902 от 28.03.2019, дополнительное соглашение от 18.10.2019 и дополнительное соглашение от 28.03.2020 к нему на сумму 3 102 000 руб. с обязательством выплаты дохода в размере 35% годовых.

Между ФИО5 и должником заключены договор инвестирования №10041903 от 10.04.2019 на сумму 1 102 000 руб. с обязательством выплаты дохода в размере 23% годовых, а также договор инвестирования №30041907 от 30.04.2019 на сумму 2 001 000 руб. с обязательством выплаты дохода 35% годовых.

В соответствии с двумя договорами цессии от 10.04.2020, права требования по договорам инвестирования, указанным выше, перешли к кредитору.

Между ФИО4, ФИО6 и должником заключен договор долгосрочной аренды от 27.09.2018 на земельный участок с кадастровым номером 23:08:0104000:802, расположенный по адресу: Краснодарский край, Ейский район, с/о Должанский, секция 1-71, контур 15, общей площадью 525 000 кв.м, а также дополнительное соглашение от 17.04.2020 к нему.

В соответствии со статьей 819 Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ), по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 настоящей главы (заем), если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

В силу статьи 810 ГК РФ, заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно статье 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии со статьей 606 ГК РФ, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статье 614 ГК РФ, арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Статьями 309,310 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом. При этом односторонний отказ от исполнения обязательств недопустим.

Факт неисполнения обязательств подтверждается вступившим в законную силу решением Ейского районного суд Краснодарского края от 18.01.2021 года по делу № 2-29/2021, которым:

-  расторгнут договор инвестирования №28031902 от 28.03.2019, в пользу заявителя взыскано 3 102 000 руб. основной задолженности по договору №28031902 от 28.03.2019 и дополнительных соглашений к нему, а также 1 597 681 руб. процентов за пользование займом за период с 28.03.2019 по 08.10.2020;

-  расторгнуты договоры инвестирования №10041903 от 10.04.2019, №30041907 от 30.04.2019, в пользу заявителя взыскано 2 001 000 руб. основной задолженности по договору №30041907 от 30.04.2019, а также 268 027 руб. процентов за пользование займом за период с 01.05.2020 по 08.10.2020; 1002 000 руб. основной задолженности по договору №10041903 от 10.04.2019, а также 48 755 руб. процентов за пользование займом за период 11.07.2020 по 08.10.2020;

-  с должника в пользу заявителя взыскана арендная плата по договору аренды от 27.09.2018 за период с 27.09.2018 по 30.10.2020 в сумме 417 600 руб.;

-  с должника в пользу заявителя взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 385,32 руб., а также судебные расходы в размере 30 000 руб.

Таким образом, совокупный размер требований ФИО4 к ООО «Приазовский Винный Дом» составляет 8 517 448,32 руб.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В определении Верховного Суда РФ от 25.11.2015 № 308-ЭС15-93062 по делу N А63-3521/2014 отмечено, что по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера. Судебная коллегия отметила, что иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается наличие задолженности в размере 8 437 063 руб., что не оспаривается участвующими в деле лицами, управляющим по результатам исследования финансовой отчетности так же указано на наличие задолженности, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии у должника перед кредитором неисполненного обязательства в размере 8 437 063 руб.

Однако, временным управляющим заявлено о понижении очередности погашения требований ввиду наличия заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником. Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания.

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), фактическая аффилированность доказывается через подтверждение возможности контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения должником предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как установлено судом и не оспаривается заявителем, ФИО4 является дочерью ФИО5, который с 04.07.2019 является участником должника. Долю в размере 0,2% ФИО5 приобрел у ФИО6

Соответственно, судом первой инстанции верно установлено, что заявитель является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

По общему правилу действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявления о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

Оценивая наличие обстоятельств, свидетельствующих об имущественном кризисе, суд первой должник обладал признаками состояния неплатежеспособности с 2017 года. В 2018-2019 годах состояние ухудшилось. В 2020 году несостоятельность должника приобрела явный характер, что отразилось на том, что должник фактически перестал обслуживать имеющуюся кредиторскую задолженность.

О наличии таковых признаков кредитору, как аффилированному лицу, финансово-экономическое состояние должника не могло быть не известно. То обстоятельство, что отец заявителя не входил в круг исполнительных органов, не исключает наличие у него права ежегодно знакомиться с результатами экономической деятельности и финансовой отчетностью общества.

При наличии указанных показателей, свидетельствующих о росте кредиторской задолженности, заявитель совершала действия, явно свидетельствующие о предоставлении компенсационного финансирования. 

В соответствии с п.3.2 поименованного выше Обзора, финансирование может осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности. В случае, если после наступления согласованного в договоре срока возврата займа контролирующее должника лицо не принимало мер к его истребованию, такое поведение свидетельствует о том, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника.

Невостребование контролирующим лицом денежных средств в разумный срок после возникновения обязательства, равно как отказ от реализации права на своевременное истребование, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока исполнения финансового обязательства по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Из заявления и материалов дела следует, что заявитель и ФИО6 совместно как арендодатели заключили договор аренды от 27.09.2018. Срок оплаты аренды согласно заключенного договора, один раз в год, является более длительным, чем общепринятые сроки (ежемесячно или ежеквартально). За период действия договора аренды (более двух лет) должник не производил по нему оплат, кредиторами до сентября 2020 года не производилось действий, направленных на взыскание задолженности. Соответственно, неисполнение обязательств с момента подписания договора свидетельствует о предоставлении необоснованной отсрочки.

Дополнительным соглашением от 17.04.2020 к договору аренды от 27.09.2018 должник, с одной стороны, и ФИО4, ФИО6, с другой стороны, увеличили стоимость аренды до 12 000 руб. за га, при этом распространили новую стоимость аренды на все непроизведенные платежи, то есть, с учетом отсутствия выплат по договору, на все арендные платежи, начиная с даты заключения договора.

Таким образом, с момента начала действия договора должник не исполнял обязательства, а увеличение размера арендной платы произведено в период после возникновения признаков неплатежеспособности и предшествующий возбуждению дела о банкротстве, что также свидетельствует о намерении в последующем увеличить размер обязательств, подлежащих включению в реестр. На момент подписания указанного соглашения должник обладал признаками неудовлетворительного финансового состояния, что подтверждается данными бухгалтерского учета.

Также компенсационным финансированием является заключение договора уступки прав требования в период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве, что подтверждается пунктом 6.2 Обзора от 29.01.2020. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о предоставлении контролирующим должника лицом компенсационного финансирования, без которого должник не смог бы осуществлять деятельность, и признал требования подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В части установления расходов по уплате государственной пошлины в размере 50 385,32 руб., а также судебных расходов в размере 30 000 руб. производство по заявлению прекращено в связи с тем, что данные требования относятся к текущим обязательствам должника, что подтверждается статьей 5 Закона о банкротстве. В части прекращения производства по заявлению апелляционная жалоба доводов не содержит, основания для переоценки выводов суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.12.2021 по делу № А32-56092/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Н.В. Шимбарева

 

Судьи                                                                                             М.Ю. Долгова

 

Н.В. Сулименко