АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-677/2023

г. Краснодар

27 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2024 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Андреевой Е.В., судей Посаженникова М.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном  заседании от общества с ограниченной ответственностью «Металл-Люкс»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 25.09.2023),  в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного  разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении  дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной  сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу публичного  акционерного общества «Магнитогорский металлургический комбинат» на определение  Арбитражного суда Ростовской области от 27.12.2023 и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 03.05.2024 по делу № А53-677/2023  (Ф08-5750/2024), установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Агро-Альянс» (далее –  должник) ООО «Металл-Люкс» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд  Ростовской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  задолженности в общем размере 52 456 155 рублей 59 копеек, в том числе: по договору  поставки от 25.02.2016 № 168 в размере 10 609 842 рублей, по договору займа  от 10.04.2018 № 1 в размере 35 510 339 рублей 13 копеек, по договору поставки  от 09.01.2019 № 36 в размере 6 335 974 рублей 46 копеек (подтверждена решением  Арбитражного суда Ростовской области от 20.01.2023 в размере 6 335 974 рублей  46 копеек).  

Определением суда от 27.12.2023, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 03.05.2024, в третью очередь реестра требований кредиторов  должника включено требование общества в размере 52 456 155 рублей 59 копеек, из  

которых: 50 353 990 рублей 06 копеек – основной долг, 2 102 165 рублей 53 копейки –  пени (учтены отдельно).  

В кассационной жалобе и письменных пояснениях ПАО «Магнитогорский  металлургический комбинат» (далее – комбинат) просит отменить судебные акты и  направить спор на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, суды допустили в  судебные заседания от общества неуполномоченное лицо. Вывод судов о размере  задолженности, подлежащей включению в реестре требований кредиторов должника,  по договору поставки от 25.02.2016 № 168 и договору займа от 10.04.2018 № 1, а также об  отсутствии доказательств компенсационного финансирования не соответствует  фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Вывод судов об  аффилированности кредитора и должника противоречит правовой позиции, изложенной  в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197,  от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413.  

В отзыве на кассационную жалобу и дополнительных пояснениях общество просит  оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.  

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы отзыва и  пояснений.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что  кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, определением суда от 07.06.2023 в отношении  должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2  

В обоснование заявленных требований общество ссылается на следующее. 

Должник и общество заключили договор займа от 10.04.2018 № 1 на общую сумму  68 926 880 рублей, который выдан кредитором несколькими траншами, последний из  которых датирован 29.06.2018. Возвраты займа должник производил систематически,  начиная с 08.02.2019 до 28.10.2019; всего возвращено 47 953 613 рублей 21 копейка,  остаток долга с процентами составил 35 510 339 рублей 13 копеек.  

Должник (поставщик) и общество (покупатель) также заключили договор поставки  от 25.02.2016 № 168, согласно которому поставщик обязался передать в собственность,  а покупатель – принять и оплатить продукцию в количестве и сортаменте в соответствии с  условиями данного договора. На начало 2020 года переплата со стороны общества  составила 10 406 271 рублей 52 копеек, с февраля 2020 года по декабрь 2020 года  осуществлена поставка товара должником обществу на общую сумму  26 496 429 рублей 52 копейки, обществом за период с марта 2020 года по сентябрь  

2020 года произведена оплата товара на сумму 26 700 тыс. рублей. Итого размер  переплаты составил 10 609 842 рублей.  

Кроме того, общество (поставщик) и должник (покупатель) заключили договор  от 09.01.2019 № 36, согласно которому поставщик обязуется передать в собственность  покупателя металлопродукцию, а покупатель обязуется принять и оплатить продукцию на  условиях, определенных договором, а также спецификациями, дополнительными  соглашениями и иными приложениями к договору. За период с 09.01.2019 по 10.06.2022  поставщик во исполнение договора произведены отгрузки металлопродукции на общую  сумму 40 948 676 рублей 21 копейка, что подтверждается товарными накладными,  подписанными сторонами. За металлопродукцию покупатель (должником) перечислены  на расчетный счет истца денежные средства в общей сумме 36 697 347 рублей 96 копеек.  Стороны провели зачет взаимных требований на сумму 88 027 рублей 12 копеек, что  подтверждается актом о зачете взаимных требований. Таким образом, в целом за  поставленную металлопродукцию должник погасил задолженность перед обществом в  сумме 36 785 375 рублей 08 копеек, включая перечисленные денежные средства и зачеты  по взаимным долгам. Оставшаяся часть в размере 4 163 301 рублей 13 копеек в нарушение  пунктов 4.4, 4.5. договора должник на расчетный счет общества не перечислил. Решением  Арбитражного суда Ростовской области от 20.01.2023 по делу № А53-21281/2022  с должника в пользу общества взыскана задолженность в размере 6 335 974 рублей  46 копеек, из них 4 163 301 рубль 13 копеек – задолженность, 2 102 165 рублей 53 копейки  – пени, 17 200 рублей 80 копеек – судебные расходы по оплате услуг представителя,  53 307 рублей – судебные расходы по оплате госпошлины.  

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр  требований кредиторов должника задолженности в общем размере  52 456 155 рублей 59 копеек, в том числе: по договору займа от 10.04.2018 № 1 в размере  35 510 339 рублей 13 копеек, по договору поставки от 25.02.2016 № 168 в размере  10 609 842 рублей, по решению Арбитражного суда Ростовской области от 20.01.2023 в  размере 6 335 974 рублей 46 копеек.  

Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно руководствовались  следующим.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором – с другой стороны.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности  требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований,  поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов  кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей  (участников).  

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что в силу  пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными  могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и  взаимосвязи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суды установили, что представленными в материалы дела доказательствами  подтверждена реальность договоров займа и поставки.  

Рассматривая доводы комбината об аффилированности общества и должника, а  также наличии оснований для субординирования требований, суды, оценив  представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи в порядке  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили,  что в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, комбинат не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие  данные доводы; доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.  

Суды установили, что единоличным исполнительным органом общества с  30.11.2015 до 25.01.2021 являлась ФИО3, она же с 28.04.2010 до даты  ликвидации 09.09.2022 являлась единоличным исполнительным органом  ООО «Трейс-Дон», единственным участником которого являлся ФИО4, он  же руководитель должника и единственный участник должника.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Трейс-Дон» 21.04.2010 принято решение о  ликвидации данного общества, 28.04.2010 ликвидатором назначена ФИО3,  28.09.2010 составлен промежуточный ликвидационный баланс, 23.05.2022 налоговым  органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ,  09.09.2022 общество исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений о  нем. При этом отсутствуют сведения о ведении ФИО3 какой-либо деятельности  в качестве ликвидатора или директора общества после 28.09.2010 и до даты исключения  общества из ЕГРЮЛ.  

Принимая во внимание указанные обстоятельства и учитывая положения пункта 1  статьи 61.10 Закона о банкротстве, суды верно отметили, что статус ликвидатора не  свидетельствует о возможности ФИО3 каким-либо образом определять  действия должника или влиять на его хозяйственную деятельность.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики разрешения  споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного  Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее – Обзор), следует, что очередность  удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании,  что он относится к числу аффилированных с должником лиц. В соответствии с пунктом 4  Обзора очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом,  контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил  компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.  

Исходя из этого, суды указали, что для субординации спорного требования  необходимо установить следующие обстоятельства: наличие у кредитора статуса  контролирующего должника лица либо наличие факта аффилированности лиц при  условии, что такое лицо действовало под влиянием контролирующего должника лица;  предоставление таким лицом должнику, находящемуся в состоянии имущественного  кризиса, необоснованной отсрочки (рассрочки) платежа (компенсационного  финансирования). При этом кредитор вправе опровергнуть факт выдачи  компенсационного финансирования, представив соответствующие доказательства.  

В пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения  требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается  (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора  требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым  условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.  Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение  требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя  третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них  иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений  о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает  на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного  финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться  к нормальной деятельности.  

Таким образом, речь о субординации требований в деле о банкротстве может идти  лишь в отношении требований, предъявленных контролирующим должника лицом, либо  аффилированным по отношению к должнику лицом при условии, что такое лицо  действовало под влиянием контролирующего должника лица.  

Суды установили, что комбинат, заявляя о понижении очередности удовлетворения  требований общества, ссылается на аффилированность сторон сделок и компенсационное  финансирование при недоказанности наличия у общества статуса контролирующего  должника лица, указывая только на связь сторон через органы управления  ликвидированного ООО «Трейс-Дон», которое фактически не осуществляло деятельность  с 2010 года, при том, что самая ранняя из спорных сделок совершена спустя 6 лет с даты  составления промежуточного ликвидационного баланса ФИО3.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и  взаимосвязи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суды установили, что доказательства действия общества под влиянием  общего для кредитора и должника контролирующего лица, материалы дела не содержат.  

Принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии у  общества статуса контролирующего должника лица и доказательств осуществления  кредитором деятельности под влиянием общего для него и должника контролирующего  лица, отсутствие доказательств как юридической, так и фактической аффилированности  общества и должника, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для  применения правил субординирования.  

Отклоняя довод о наличии компенсационного финансирования, суды исходили из  того, что это финансирование лица, которое находится в состоянии имущественного  кризиса. Если должник на момент сделок уже отвечал признакам банкротства, о которых  знали аффилированные лица, то имеются основания для применения субординации  (понижения очередности удовлетворения требования).  

Учитывая изложенное, суды обоснованно исходили из отсутствия в материалах  дела доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что имело место именно  компенсационное финансирование, со ссылкой на конкретные показатели финансово-хозяйственной деятельности общества и фактические обстоятельства дела.  

Довод комбината о том, что требования общества не подтверждаются материалами  дела, обоснованно отклонен судами по причине его необоснованности. Напротив,  представленными в материалы дела доказательствами, о фальсификации которых  участвующими в деле лицами не заявлено, подтвержден размер спорной задолженности.  Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.  

Ввиду подтвержденности требования общества в общем размере 52 456 155 рублей  59 копеек, суды правомерно включили его в третью очередь реестра требований  кредиторов должника.  

Довод кассационной жалобы о том, что суды допустили в судебные заседания  неуполномоченного лица в качестве представителя общества, отклоняется окружным  судом.  

Согласно пункту 1 статьи 36 Закона о банкротстве представителями граждан, в том  числе индивидуальных предпринимателей, и организаций, являющихся лицами,  участвующими в деле о банкротстве, или лицами, участвующими в арбитражном процессе  по делу о банкротстве, могут выступать любые дееспособные граждане, имеющие  надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела о банкротстве. Согласно  пункту 4 статьи 36 Закона о банкротстве полномочия представителей на ведение дела о  банкротстве в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и  оформленной в соответствии с федеральным законом. Как разъяснено в абзаце 2 пункта 44  постановления № 35, полномочия на ведение дела о банкротстве должны быть специально  оговорены в доверенности; доверенность на ведение дел в арбитражных судах, не  содержащая такого специального указания, не предоставляет упомянутых полномочий.  Однако требование кредитора в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве может  быть подписано и предъявлено лицом, имеющим общую доверенность на ведение дел  кредитора в арбитражных судах с правом подписания искового заявления (часть 2  статьи 62 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Как видно из материалов дела, заявление о включении требований в реестр  требований кредиторов должника подписано от имени общества директором  ФИО5 Таким образом, факт отсутствия в доверенности ФИО1  от 25.09.2023 (л. д. 12), выданной от имени директора общества ФИО5,  подписавшего заявление кредитора, специально оговоренных полномочий на ведение дела  о банкротстве не препятствовал рассмотрению судом требования кредитора. Допуск  представителя общества для дачи пояснений непосредственно в судебном заседании не  привел к принятию неправильного судебного акта.  

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг  правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы и письменных пояснений не  влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу  направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм  главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу  статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями  по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в  ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену  судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах  основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.12.2023 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2024 по делу № А53-677/2023  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.В. Андреева  Судьи М.В. Посаженников  

 Е.Г. Соловьев