АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

город Омск

20 июня 2024 года20 июня 2024 года

№ дела

А46-122/2024

 

Резолютивная часть решения оглашена 06.06.2024.

Решение в полном объеме изготовлено 20.06.2024.

 

Арбитражный суд Омской области в составе cудьи И.Ю. Ширяй

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного                       заседания Курашовой А.Е.,

рассмотрев исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3,

ФИО4,

Администрации муниципального образования городской округ город-курорт Сочи Краснодарского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

o взыскании 288 364 000 руб.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО5 по доверенности от 30.10.2021 (сроком на 5 лет), личность удостоверена паспортом, предъявлен диплом о высшем юридическом образовании,

от ФИО2 - ФИО6, ФИО7, предъявлена доверенность от 20.11.2023 сроком на 1 год, личности удостоверены паспортами,

от ФИО3 – ФИО8 действующая на основании доверенности от 04.6.2024, выданной сроком на 3 года, личность удостоверена паспортом, предъявлен диплом о высшем юридическом образовании,

У С Т А Н О В И Л:

в Арбитражный суд Омской области 10.01.2024 (вх. № 2101) из Кировского районного суда города Омска поступили материалы гражданского дела № 2-5507/2023 по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 288 364 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 16.09.2023.

В ходе судебного разбирательства истец дополнительно к ранее заявленным требованиям просил (вх. от 27.11.2023 № 62402) взыскать с ответчика 7 226 000 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21.11.2023 (даты отказа от заключения мирового соглашения) по дату возврата денежных средств.

В Арбитражном суде Омской области делу присвоен номер А46-122/2024.

Определением от 15.01.2024 настоящее исковое заявление принято к производству арбитражного суда; назначено предварительное судебное заседание; к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4, Администрация муниципального образования городской округ город-курорт Сочи Краснодарского края.

22.05.2024 (вх. № 149478) в материалы дела поступило встречное исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 о признании договора о замене стороны в обязательстве и об уступке прав (о замене стороны в проекте) от 15.05.2023, заключенного между ФИО2 и ФИО3 и согласованного ФИО1, недействительным.

Определением суда от 24.05.2024 встречное исковое заявление было оставлено без движения на основании пунктов 2 и 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)

Определением суда от 05.06.2024 встречное исковое заявление возвращено ФИО2 в связи с несоблюдением правил о разграничении компетенции между арбитражными судами и судами общей юрисдикции, так как в качестве ответчика указано физическое лицо, не имеющее статуса индивидуального предпринимателя – ФИО3.

В то же время договор о замене стороны в обязательстве и об уступке прав от 15.05.2023 как доказательство по делу подлежит оценке при рассмотрении настоящего спора независимо от принятия встречного иска.

В обоснование своих требований к индивидуальному предпринимателю ФИО2 индивидуальный предприниматель ФИО1 указал на факт нарушения ответчиком соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, что выразилось в невыполнении обязательств по ремонту здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 и благоустройству прилегающей к названному зданию территории, вследствие чего истец отказался от исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 и потребовал компенсации убытков, размер которых был заранее оценен сторонами в соглашении от 09.08.2022.

Кроме того, в обоснование требований о взыскании 7 226 000 рублей, индивидуальный предприниматель ФИО1 указал на недобросовестное поведение индивидуального предпринимателя ФИО2 по поводу заключения мирового соглашения в рамках настоящего дела.

Ответчик заявленные требования не признал, заявил о ничтожности договора купли-продажи от 11.05.2023, так как его условия, по мнению ИП ФИО2, являются кабальными, указал на существенное занижение цены здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 относительно залоговой стоимости, определенной договором залога от 09.08.2022, попытку ИП ФИО1 получить двойное исполнение по соглашению о сотрудничестве от 09.08.2022. Также ИП ФИО2 заявил довод о фактическом исполнении обязательств перед ИП ФИО1 путем передачи здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 в качестве отступного.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои позиции, представитель ФИО3 просила отложить рассмотрение дела для ознакомления с его материалами. Вместе с тем об инициировании судебного разбирательства третье лицо было извещено надлежащим образом и заблаговременно, в материалах дела имеется телефонограмма ФИО3, датированная 08.02.2024, подтверждающая его осведомленность о наличии спора. Таким образом, третьему лицу было предоставлено достаточно времени для реализации принадлежащих ему процессуальных прав. По указанным причинам в удовлетворении ходатайства ФИО3 об отложении судебного заседания отказано.

В состоявшемся 06.06.2024 судебном заседании представитель ИП ФИО2 ходатайствовала об объединении настоящего дела с делом № А46-9750/2024, предметом рассмотрения которого является установление действительности договора купли-продажи от 11.05.2023, заключенного между ИП ФИО1 и ФИО3, в части указания стоимости здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 площадью 968,40 кв.м в размере 193 670 000 руб. и определения выкупной стоимости данного объекта недвижимости в сумме 400 000 000 руб.

Согласно части 2 статьи 130 АПК РФ арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения.

Арбитражный суд первой инстанции, установив, что в его производстве имеются несколько дел, связанных между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, по собственной инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения (часть 2.1 статьи 130 АПК РФ).

По смыслу статьи 130 АПК РФ, в совокупности с положениями части 1 статьи 41 АПК РФ, стороны не лишены права заявлять ходатайства об объединении либо разъединении предъявленных требований. Однако реализация предоставленного статьей 130 АПК РФ полномочия является правом, а не обязанностью арбитражного суда, и такое полномочие поставлено в зависимость от наличия либо отсутствия целесообразности объединения требований для их совместного рассмотрения. Вопрос об объединении нескольких дел в одно производство решается судом с учетом конкретных обстоятельств.

В силу статьи 130 АПК РФ объединение арбитражных дел в одно производство должно способствовать быстрому и правильному разрешению спора в целях эффективного правосудия.

Исходя из содержания указанной правовой нормы, объединение в одно производство для совместного рассмотрения однородных дел с одинаковым кругом участвующих в них лиц, является не обязанностью, а правом суда, которое он может использовать при наличии процессуальной целесообразности объединения дел.

При этом схожесть субъектных составов и требований по указанным делам само по себе не является достаточным основанием для удовлетворения ходатайства об объединении дел.

Действительно, действующее законодательство допускает возможность объединения вышеназванных дел в одно производство для совместного рассмотрения.

В свою очередь, объединение дел в одно производство преследует цель процессуальной экономии и ускорения рассмотрения возникшего спора.

Вопрос об объединении нескольких дел в одно производство решается по усмотрению суда с учетом конкретных обстоятельств и принципа целесообразности для выполнения задач арбитражного судопроизводства, перечисленных в статье 2 АПК РФ, одной из которых является справедливое публичное судебное разбирательство в разумный срок независимым и беспристрастным судом.

Согласно части 8 статьи 130 АПК РФ, после объединения дел в одно производство рассмотрение дела производится с самого начала, следовательно, срок рассмотрения споров по указанным делам увеличится, что может привести к нарушению прав сторон на рассмотрение дел в разумные сроки.

Настоящее дело рассматривается в арбитражном суде с 10.01.2024 (дата поступления в суд, первоначально исковое заявление подано в Кировский районный суд г. Омска 12.09.2023). Дело № А46-9750/2024 поступило в арбитражный суд 03.06.2024 и на момент судебного заседания к производству принято не было. Т.е., объединение дел в одно производство приведет к затягиванию рассмотрения дела № А46-122/2024, требования истца в деле А46-9750/2024 носят самостоятельный характер; при рассмотрении данных дел подлежат установлению и доказыванию различные обстоятельства

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» следует, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора (пункт 2 статьи 166 ГК РФ) само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, а также приостановления исполнения судебного акта по правилам части 1 статьи 283 либо части 1 статьи 298 АПК РФ. Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Т.е., оспаривание сделки в деле № А46-9750/2024 не будет являться препятствием для рассмотрения настоящего спора, в случае признания сделки противоречащей законодательству, стороны вправе воспользоваться существующим процессуальным механизмом.

Оценив предметы споров по перечисленным арбитражным делам, суд считает, что объединение дел в одно производство приведет не к процессуальной экономии, а, напротив, затруднит рассмотрение дела, повлечет нарушение гарантированного статьей 6.1 АПК РФ права участников спора на судопроизводство в разумный срок.

Наличие схожего субъектного состава, и взаимосвязь предметов дел не являются достаточным основанием для объединения дел в одно производство, принимая во внимание различные обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Т.е., совместное рассмотрение в настоящем случае дел не отвечает принципам процессуальной обоснованности, целесообразности и рассмотрения дела в разумный срок, не приведет к реализации цели эффективного правосудия.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о судебном разбирательстве, явку своих представителей не обеспечили.

Ознакомившись с представленными в материалы дела документами, суд установил следующие обстоятельства.

09.08.2022 между ФИО3 (продавец) и ИП ФИО1 (покупатель) заключено соглашение о сотрудничестве, согласно которому ФИО3 в срок до 01.07.2023 обязался передать за плату в собственность ИП ФИО1 нежилые помещения площадью 119,44 кв.м в здании с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 с условием завершения работ по ремонту названного здания и благоустройству прилегающих земельных участков. Согласно дополнительному соглашению, заключенному в тот же день, цена подлежащих передаче в собственность ИП ФИО1 помещений определялась как произведение площади помещений на 350 000 рублей (119,44 кв.м х 350 000 руб/кв.м. = 41 804 000 рублей). Согласованная стоимость помещений должна быть выплачена ИП ФИО1 в течение пяти рабочих дней после регистрации залога здания отеля-пансионата в пользу ИП ФИО1 (пункт 6).

Пунктом 10.4. соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 его стороны (ФИО3 и ИП ФИО1) установили, что следствием прекращения действия соглашения о сотрудничестве по причине отказа ИП ФИО1 будет являться выплата ИП ФИО1 наибольшей, за период с 30.10.2022 и до момента отказа от соглашения, цены подлежащих передаче в собственность ИП ФИО1 нежилых помещений, но не ниже, чем исходя из 600 000 рублей за каждый квадратный метр помещений.

В тот же день, 09.08.2022, ФИО3 и ИП ФИО1 заключили договор залога, согласно которому устанавливался залог здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 в целях обеспечения исполнения обязательства ФИО3 по выплате ИП ФИО1 компенсации на случай отказа от соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022. Залог зарегистрирован 06.09.2022, регистрационная запись за номером 23:49:0302032:1588-23/235/2022-27 и, таким образом, обременение здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 возникло к 06.09.2022.

09 и 12 сентября 2022 года ИП ФИО1 произвел в пользу ФИО3 платежи на сумму 41 804 000 рублей.

Дополнительным соглашением от 28.02.2023 площадь подлежащих передаче помещений увеличена до 492,65 кв.м. Сроки передачи помещений и завершения работ по ремонту здания, а также благоустройству земельных участков изменены не были. Порядок определения цены помещений был изменен: цена помещений определялась исходя из цены одного квадратного метра в размере 200 000 рублей. Всего ИП ФИО1 должен был выплатить (492,65 х 200 000 = 98 530 000 рублей). Со стороны ИП ФИО1 обязательство по оплате подлежащих передаче помещений исполнено путем выплаты в сумме 91 304 000 рублей (платежные поручения от 25.05.2023 № 29, от 18.05.2023 № 26, от 17.04.2023 № 20, от 20.03.2023 № 13, от 28.02.2023 № 11, приходные кассовые ордера от 12.09.2022 и 09.09.2022).

При этом пунктом 6.4. соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, в редакции дополнительного соглашения от 17.04.2023 № 2, установлено, что срок платежа в размере 15 642 000 рублей наступает лишь после передачи ФИО2 права аренды земельного участка с кадастровым номером 23:49:0302031:7 и расположенного на участке сооружения (бассейн) ИП ФИО1 или названному им лицу. Доказательства передачи истцу права аренды земельного участка с кадастровым номером 23:49:0302031:7 в материалах дела отсутствуют, соответственно, невозможно сделать вывод о наступлении срок платежа в части 15 642 000 руб.

Кроме того, тем же пунктом 6.4. соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, в редакции дополнительного соглашения от 17.04.2023 № 2, ИП ФИО1 предоставлено право приостановить платежи в случае непредоставления или неполного предоставления проектной и рабочей документации по ремонту здания отеля-пансионата и благоустройства прилегающей территории. Доказательств передачи такой документации в материалы дела также представлено не было. По убеждению суда, выплата части цены помещений в размере 91 304 000 рублей из 98 530 000 рублей на дату подачи иска не образует нарушения со стороны ИП ФИО1 ввиду не наступления сроков оплаты, а также учитывая внесение оставшихся 7 226 000 руб. в процессе мирного урегулирования спора (платежное поручение от 09.10.2023 № 52).

Из указанной суммы 41 804 000 рублей внесены ИП ФИО1 на счет ФИО3 с 09.09.2022 по 12.09.2022. А в период с 28.02.2023 по 25.05.2023 ИП ФИО1 выплатил 49 500 000 рублей, получателем которых выступил ФИО2 Из 49 500 000 рублей, полученных ФИО2, 19 500 000 рублей получены 18.05.2023 и 25.05.2023, т.е. после подписания 11.05.2023 договора купли-продажи здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 между ФИО3 и ИП ФИО1 и после подписания соглашения о замене стороны в договоре между ФИО3 и ФИО2 от 15.05.2023.

В связи с увеличением площади приобретаемых ИП ФИО1 помещений 09.03.2023 между ФИО2 и ИП ФИО1 заключен договор залога права аренды земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0302031:7 и 23:49:0302031:8, а также расположенного на земельном участке 23:49:0302031:8 объекта недвижимости с кадастровым номером 23:49:0302032:1593. Предметом обеспечения (пункт 1.3) выступило обязательство ФИО3 по выплате в пользу ИП ФИО1 компенсации на случай отказа от исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022. Тем же договором (пункт 6.5.) ФИО2 поручился перед ИП ФИО1 за исполнение ФИО3 своих обязательств из соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022.

05.05.2023 истец уведомил ФИО3 и ФИО2 (в групповом чате «Старая Мельница» в программе WhatsApp) о наличии разногласий в связи с исполнением соглашения от 09.08.2022, предложил передать здание с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 в собственность ИП ФИО1, произвести замену ФИО3 на ФИО2, обосновал свое предложение намерением сохранить договорные отношения.

07.05.2023 ИП ФИО1 направил в адрес ФИО3 и ФИО2 письмо (в групповом чате «Старая Мельница» в программе WhatsApp) в котором изложил этапы урегулирования возникших разногласий, включающие условия продления действия соглашения от 09.08.2022, последствия нарушения сроков его исполнения, а также действия сторон на случай завершения работ по ремонту здания и благоустройства территории.

11.05.2023 между ФИО3, являвшимся собственником здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588, и ИП ФИО1 заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО3 передал в собственность ИП ФИО1, в том числе, здание с кадастровым номером 23:49:0302032:1588. Цена здания определена пунктом 4 договора в размере 193 670 000 рублей. При этом пунктом 5.3. договора купли-продажи от 11.05.2023 установлено, что не выплаченная ИП ФИО1 часть цены приобретенных объектов недвижимости оплачивается не ранее 15 и не позднее 30 дней после завершения исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 (завершение работ по благоустройству здания отеля-пансионата и благоустройство прилегающей территории, обеспечение возможности эксплуатации комплекса, включая здания с кадастровыми номерами 23:49:0302032:1588 и 23:49:0302032:1592, компенсация расходов по оформлению прав на земельные участки, занятые названными зданиями). Договор купли-продажи от 11.05.2023 между ФИО3 и ИП ФИО1 был также согласован ФИО2

15.05.2023 между ФИО3 и ФИО2 заключено соглашение о замене стороны в обязательстве и об уступке прав, которым все права и обязанности ФИО3 из соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 и из договора купли-продажи от 15.05.2023 были переданы ФИО2. Замена лица в обязательствах согласована ИП ФИО1

При этом из переписки (в групповом чате «Старая Мельница» в программе WhatsApp за период с 10.04.2023 по 14.05.2023) следует, что дальнейшее обсуждение вопросов, связанных с исполнением соглашения от 09.08.2022 участники вели и после заключения договора купли-продажи между ФИО3 и ИП ФИО1

27.08.2023 ИП ФИО1 направил в адрес ФИО2 уведомление о продолжении сотрудничества, согласовывающее действия сторон в зависимости от предстоящего рассмотрения дела по иску Департамента имущественных отношений Администрации г. Сочи о сносе здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 судом общей юрисдикции.

01.09.2023 ИП ФИО1 направил в адрес ФИО2 уведомление об отказе от исполнения соглашения от 09.08.2022 и потребовал выплаты 295 590 000 рублей.

02.09.2023 ИП ФИО1 заявил о зачете требования в части 7 226 000 рублей.

12.09.2023 ИП ФИО1 обратился с исковым заявлением в Кировский районный суд г. Омска о взыскании с ФИО2 288 364 000 рублей, представляющих собой сумму задолженности ФИО2, уменьшенную на 7 226 000 рублей.

05.10.2023, в ходе рассмотрения дела Кировским районным судом г. Омска, между ИП ФИО1 и ФИО2 подписано мировое соглашение, пунктом 1 которого предусмотрена выплата ФИО2 7 226 000 рублей в срок до 09.10.2023. Условиями подписанного сторонами мирового соглашения ИП ФИО2 признавал задолженность перед ИП ФИО1 в части 300 000 000 рублей, а ИП ФИО1 частично прощал долг (отказывался от взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами), а также предоставлял ИП ФИО2 отсрочку исполнения обязательств до 19.10.2024.

09.10.2023 ИП ФИО1 выплатил ФИО2 7 226 000 рублей, что соответствовало условиям подписанного мирового соглашения. Вместе с тем последнее судом утверждено не было.

В материалы дела представлена переписка сторон за период с 14.08.2023 по 11.10.2023, указывающая на ведение переговоров об урегулировании разногласий, которые не завершились достижением соглашения. В отсутствие последнего спор передан на разрешение суда.

Исследовав и оценив обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд полагает, что заявленные требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства, одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 данной статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) к отдельным отношениям сторон по договору.

Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. (пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Согласно статье 1 Федерального закона от 25.02.1999 № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме  капитальных вложений» (далее - Закон № 39-ФЗ) инвестиционная деятельность - вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта. На основании пункта 1 статьи 8 приводимого закона отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с ГК РФ.

Необходимость выявления природы договоров, именуемых сторонами «инвестиционными», неоднократно высказывалась в судебных актах высших судебных инстанций (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 № 4784/11, от 24.01.2012 № 11450/11, от 05.02.2013 № 12444/12, от 25.03.2014 № 10614/13, и связана с тем, что понятие «инвестиции» не имеет собственного строгого или общепризнанного юридического содержания, а потому при использовании в наименованиях договоров оно может обозначать разнообразные отношения, складывающиеся между участниками гражданского оборота (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.03.2023 № 307-ЭС22-22917).

Согласно разъяснению, приведенному в п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 54 от 11.07.2011 при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 («Купля-продажа»), 37 («Подряд»), 55 («Простое товарищество») ГК РФ и т.д.

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 455 ГК РФ предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара (договор купли-продажи будущей вещи).

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 54 от 22.11.2016 разъяснено, что при разрешении споров, касающихся исполнения обязательств по передаче исполнения одним кредитором другому, суд проверяет, является ли соглашение между кредиторами предусмотренным законом или иными правовыми актами договором, например договором комиссии, агентским договором или договором простого товарищества (главы 51, 52 и 55 ГК РФ), смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ).

С учетом изложенного суд квалифицирует заключенное 09.08.2022 соглашение о сотрудничестве как договор купли-продажи, поскольку его предметом является передача в собственность ИП ФИО1 физически существующих нежилых помещений. Выполнение работ по ремонту здания и благоустройству прилегающей территории не образует самостоятельного обязательства перед истцом, поскольку по существу ИП ФИО1 заказчиком работ не выступает, результат работ не принимает, а условия об объеме работ опосредуют требования к качеству помещений, выступающих товаром, т.е. улучшают свойства существующего объекта.

Доказательства исполнения обязательств по ремонту здания отеля-пансионата «Старая Мельница» (кадастровый номер 23:49:0302032:1588) и благоустройству прилегающей территории в материалы дела не представлены.

По условиям пунктов 3 и 14 соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 существенным условием договора является отсутствие всяких обременений помещений в пользу третьих лиц, отсутствие споров об их принадлежности к моменту государственной регистрации перехода права собственности на помещения покупателю; продавец заверяет покупателя в том, что собственность продавца на здание с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 и его право аренды земельных участков, на которых расположено здание, основан на действительных и исполненных в установленном порядке сделках.

Однако в материалы дела представлены доказательства существования спора о признании недействительными договоров аренды земельных участков, занятых зданием отеля-пансионата (кадастровые номера земельных участков: 23:49:0302031:5, 23:49:0302031:6), а также земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0302031:8 и 23:49:0302031:9. Также в производстве Хостинского районного суда г. Сочи находится дело № 2-3013/2022 по иску Администрации муниципального образования городской округ город-курорт Сочи к ФИО3 о сносе здания отеля-пансионата, расположенного в пределах земельных участков 23:49:0302031:5 и 23:49:0302031:6.

Указанное свидетельствует о нарушении продавцом условий соглашения о сотрудничестве, в том числе, и в части заверения об обстоятельствах.

В соответствии со статьями 1 и 10 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, злоупотребление субъективными правами может стать основанием для отказа в их защите.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23.06.2015 при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Оценивая поведение лиц, участвующих в деле, суд, в частности, отмечает, что в силу договора о залоге от 09.03.2023 ФИО2 являлся залогодателем и поручителем за исполнение ФИО3 соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022. При этом на основании договора купли-продажи от 12.07.2021 ФИО2 приобрел у общества с ограниченной ответственностью «Компания «Старая Мельница» ряд объектов недвижимости, включая здание отеля-пансионата с кадастровым номером 23:49:0302032:1588, а 30.11.2021 последнее продано ФИО3 Бoльшая часть денежных средств (49 500 000 руб.), выплаченных ИП ФИО1 по соглашению от 09.08.2022, получена ИП ФИО2

В связи с чем можно прийти к выводу, что ответчик на протяжении длительного периода времени (не позднее, чем с 12.07.2021) имел отношение к владению и распоряжению объектами недвижимости, расположенными в пределах обособленной территории (пункт 4.4, подпункт «а» пункта 6.4). ИП ФИО2 также имел заинтересованность и в заключении и исполнении соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, поскольку выступил гарантом его исполнения со стороны ФИО3 Впоследствии, ИП ФИО2 согласовал заключение договора купли-продажи от 11.05.2023 между ФИО3 (продавец) и ИП ФИО1 (покупатель) согласно которому истец приобрел в собственность, в том числе, здание отеля-пансионата с кадастровым номером 23:49:0302032:1588.

Как уже указывалось, доказательства выполнения ремонта здания отеля-пансионата и благоустройство прилегающей территории не представлены.

Таким образом, суд полагает доказанными доводы ИП ФИО1 о том, что соглашение о сотрудничестве от 09.08.2022 не было исполнено со стороны ФИО3, а затем – после передачи прав и обязанностей по нему ИП ФИО2 – и ИП ФИО2 При этом от ИП ФИО1 были сокрыты значимые обстоятельства, влияющие на возможность надлежащего исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022.

Соответственно, суд признает, что право ИП ФИО1 на получение исполнения по соглашению о сотрудничестве от 09.08.2022 было нарушено и ИП ФИО1 вправе требовать соответствующей компенсации.

Истец квалифицирует последнюю в качестве убытков.

В этой связи суд полагает необходимым отметить, что условие о выплате истцу наибольшей, за период с 30.10.2022 и до момента отказа от соглашения, цены подлежащих передаче в собственность ИП ФИО1 нежилых помещений, но не ниже, чем исходя из 600 000 рублей за каждый квадратный метр помещений, согласована сторонами в пункте 10.4. соглашения о сотрудничестве.

В случае, если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности из причинения вреда применению не подлежат, на что обращено внимание в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 1399/13.

В последнем, в частности отмечено различие правовой природы обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Поскольку, в рамках настоящего дела рассматривается исполнение ответчиком обязательств из соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, подлежат применению нормативные положения, регулирующие договорную ответственность.

Как следствие, необходимость подтверждения истцом наличия состава правонарушения, наступления вреда и размера этого вреда, противоправности поведения ответчика, причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями отсутствует, поскольку установление указанных обстоятельств необходимо для наступления деликтной ответственности. В рассматриваемом же случае, по мнению суда, необходимо исследовать вопрос о наличии оснований договорной, а не деликтной ответственности.

В материалах дела имеется подписанное ответчиком мировое соглашение по настоящему делу до его передачи Кировским районным судом г. Омска на рассмотрение арбитражного суда. Во исполнение мирового соглашения ИП ФИО1 перечислил ИП ФИО2 7 226 000 рублей. Однако, примирительные процедуры к разрешению спора не привели, тем не менее, полученные от истца денежные средства возвращены не были.

Из представленной переписки сторон следует, что как до истечения срока исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, так и после его истечения, а также после обращения ИП ФИО1 в суд с иском о взыскании задолженности велись переговоры по урегулированию возникших разногласий. Принимая во внимание содержание переписки, поведение ИП ФИО1 представляется добросовестным.

Суд отклоняет доводы ИП ФИО2 о кабальности и несправедливости условий договора купли-продажи недвижимого имущества от 11.05.2023, заключенного с согласия ответчика между ФИО3 и ИП ФИО1 Так,  цена договора определена в соответствии с условиями ранее заключенных соглашений о передаче в собственность ИП ФИО1 отдельных нежилых помещений в здании. Ранее отмечалось, что в соответствии с дополнительным соглашением от 28.02.2023 к соглашению о сотрудничестве от 09.08.2022, цена каждого помещения определялась исходя из стоимости каждого квадратного метра в размере 200 000 рублей. При этом получателем денежных средств, подлежащих выплате ИП ФИО1, указан сам ФИО2 (п. 4 дополнительного соглашения от 28.02.2023). Учитывая, что общая площадь здания отеля-пансионата с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 составляла 968,4 кв.м, суд находит общую цену здания, определенную договором купли-продажи от 11.05.2023 в размере 193 670 000 рублей справедливой, соответствующей ранее согласованной сторонами цене каждого отдельного помещения с учетом ремонта и благоустройства территории (968,4 х 200 000 = 193 680 000). Тем более, принимая во внимание угрозу сноса здания по иску Администрации г. Сочи, неисполнение соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 и угрозу обращения взыскания на заложенное имущество по требованиям ИП ФИО1

Последний производил выплату цены приобретаемых помещений как до заключения договора купли-продажи от 11.05.2023, так и после его заключения, а также после замены стороны в соглашении о сотрудничестве от 09.08.2022 с ФИО3 на ИП ФИО2 Денежные средства ответчиком приняты, доказательств обратного не представлено. Так, после подписания договора ИП ФИО1 выплатил в пользу ИП ФИО2 3 500 000 рублей 18.05.2023 и 16 000 000 рублей 25.05.2023.

Как отмечено в пункт 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

При изложенных обстоятельствах суд признаёт поведение ИП ФИО2 противоречивым и непоследовательным, в связи с чем подлежит применению принцип эстоппель.

Кроме того, пункт 5.3. договора купли-продажи содержит запрет на завершение оплаты здания ИП ФИО1 без согласия продавца до завершения исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, а продавец наделяется правом отказаться от договора купли-продажи и потребовать возвращения в свою собственность здания при условии исполнения им соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 (пункт 7). Следовательно, заключая договор купли-продажи от 11.05.2023, его стороны предусмотрели возможность его расторжения при условии исполнения продавцом обязательств из соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 и сохранения, таким образом, права собственности продавца на здание отеля-пансионата.

Довод ИП ФИО2 о том, что цена объектов недвижимости не может быть ниже залоговой, также подлежит отклонению. Суд соглашается с позицией истца в той части, что заключая договор купли-продажи, стороны договора не подразумевали исполнение денежного обязательства перед ИП ФИО1 в связи с нарушением срока исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 – к дате заключения договора купли-продажи срок исполнения соглашения о сотрудничестве не истек, денежное обязательство перед ИП ФИО1 не возникло. Более того, преамбула договора купли-продажи, его пункты 4, 5.3., 6 и 7 содержат прямые указания на ожидание сторон договора завершения исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, то есть передача здания в собственность ИП ФИО1 не отменяла и не изменяла необходимости исполнения обязательств по его ремонту, а также благоустройству территории. Данные обстоятельства исключают возможность признания передачи здания в собственность ИП ФИО1 способом прекращения обязательств продавца в связи с соглашением о сотрудничестве от 09.08.2022. Целью договора купли-продажи от 11.05.2023 являлось усиление контроля над исполнением соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 со стороны ИП ФИО1 При этом другая сторона договорных отношений (ФИО3, затем ИП ФИО2) не лишена возможности возвращения в свою собственность здания или отдельных нежилых помещений в нем в случае завершения исполнения ими соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022.

При этом, по убеждению суда, даже частичное исполнение соглашения повлечет возникновение у ответчика права требовать возврата части предмета купли-продажи пропорционально исполненному, поскольку иначе на стороне истца образуется неосновательное обогащение. Вместе с тем порядок реализации прав сторон на отказ от исполнения договора купли-продажи от 11.05.2023 выходит за рамки настоящего спора и судом не исследуется.

Ранее уже указывалось, что какие-либо доказательства несения расходов, направленных на исполнение соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 со стороны ФИО3 или ИП ФИО2 не представлены.

По смыслу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Так, из переписки участников процесса следует, что заключение договора купли-продажи, с возможностью его расторжения в случае исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, являлось условием предотвращения отказа истца от исполнения соглашения от 09.08.2022 по истечении срока его исполнения – 01.07.2023. Из материалов дела следует, что отказ от соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 был направлен ИП ФИО1 01.09.2023 после исчерпания возможности достижения соглашения об условиях продолжения сотрудничества с ответчиком.

При этом в ходе судебного разбирательства представитель истца подтвердил готовность возвратить здание отеля-пансионата в собственность продавца в случае исполнения обязательства по возмещению ИП ФИО1 потерь, связанных с нарушением соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022. Так, в материалы дела представлено предложение об урегулировании спора, направленное в адрес ИП ФИО2 22.03.2024 и содержащее предложение о возвращении здания отеля-пансионата в собственность ИП ФИО2 (с учетом принятия им на себя всех прав и обязанностей, в том числе, по договору купли-продажи от 11.05.2023).

Как уже неоднократно указывалось, пунктом 10 соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 его стороны предусмотрели право ИП ФИО1 отказаться от исполнения соглашения в случаях нарушения его условий. Последствием прекращения соглашения от 09.08.2022 является выплата в пользу ИП ФИО1 наибольшей – за период с 30.10.2022 до момента отказа от соглашения – рыночной цены помещений, подлежавших передаче в собственность ИП ФИО1, но не ниже, чем исходя из 600 000 рублей за каждый квадратный метр помещений.

Из материалов дела следует, что в собственность ИП ФИО1 подлежали передаче помещения площадью 492,65 кв.м. Данное обстоятельство не оспаривалось лицами, участвующими в деле и подтверждено представленными суду доказательствами. Согласно пункту 10 соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 размер выплаты не может быть менее (600 000 х 492,65) 295 590 000 рублей. Первоначально ИП ФИО1 заявлено требование о взыскании 288 364 000 рублей в связи с зачетом встречных требований на сумму 7 226 000 рублей (295 590 000 – 7 226 000 = 288 364 000).

С точки зрения принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) согласование размера компенсации одной из сторон на случай нарушения обязательства представляется допустимым; обязательство по выплате денежной суммы, размер которой определяется разумно ожидаемым эквивалентом надлежащего исполнения, может быть признано и исполнено, в том числе принудительно.

ИП ФИО2 против расчета размера взыскания не возражал, настаивая на том, что не является стороной обязательства и не может быть обязан к выплате денежных средств в пользу ИП ФИО1 с учетом передачи в собственность последнего здания отеля-пансионата.

Размер взыскиваемой суммы соответствует условиям соглашения от 09.08.2022, а также подтвержден представленным заключением специалиста от 29.04.2024 № 21ЭМ-03/2024 в соответствии с которым рыночная стоимость одного квадратного метра нежилых помещений в здании с кадастровым номером 23:49:0302032:1588, с учетом завершения всех работ, предусмотренных соглашением о сотрудничестве от 09.08.2022, по состоянию на 01.07.2023 составила 639 972 рублей, что на 39 972 рублей превышает показатель, использованный ИП ФИО1 для расчета взыскания.

Значение средней рыночной стоимости одного квадратного метра помещений, подлежавших передаче в собственность ИП ФИО1, определено специалистом как находящееся в интервале от 650 000 до 750 000 рублей в периоде с 30.10.2022 до 01.09.2023.

Следовательно, расчет размера взыскиваемой суммы суд признает верным, а само требование обоснованным. Учитывая условия заключенного соглашения от 09.08.2022, представленные ИП ФИО1 доказательства рыночной стоимости помещений, подлежавших передаче в его собственность в результате исполнения соглашения от 09.08.2022, суд признает обоснованным размер заявленных требований, так как в случае завершения исполнения соглашения от 09.08.2022 в собственности ИП ФИО1 оказались бы объекты недвижимости, рыночная цена которых была не менее (492,65 х 650 000) 320 222 500 рублей. Размер заявленных ИП ФИО1 требований не превышает указанную сумму.

Суд не может согласиться с доводами ИП ФИО2 о том, что передача в собственность истца здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 влияет на размер выплаты, установленной пунктом 10 соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022. Выше были приведены мотивы отклонения доводов о признании передачи здания в собственность ИП ФИО1 отступным. Основания прекращения обязательств установлены главой 26 ГК РФ и применительно к обязанности выплатить ИП ФИО1 компенсацию, обусловленную неисполнением соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, не установлены. Суд повторно отмечает как готовность ИП ФИО1 возвратить здание с кадастровым номером 23:49:0302032:1588 в собственность продавца в случае исчерпания законного интереса ИП ФИО1 в получении исполнения по соглашению о сотрудничестве от 09.08.2022, так и наличие иных способов прекращения взаимных обязательств.

Так, истец не оспаривает обязанности оплатить часть цены здания с кадастровым номером 23:49:0302032:1588, не внесенную к настоящему времени в силу пункта 5.3. договора купли-продажи от 11.05.2023 (поставлена в зависимость от завершения исполнения обязательств по соглашению от 09.08.2022). В то же время признание обоснованным заявленного требования означает, что у ИП ФИО2 имеется встречное обязательство по выплате в пользу ИП ФИО1 денежных средств в размере, превышающем остаток задолженности истца по договору купли-продажи от 11.05.2023. Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23.06.2015 признание условия, которому недобросовестно воспрепятствовала сторона, наступившим является одним из способов преодоления последствий недобросовестного поведения. Следовательно, при уклонении ИП ФИО2 от исполнения решения суда по настоящему делу заинтересованное лицо вправе будет заявить о зачете встречных требований и завершить, таким образом, расчеты по договору купли-продажи от 11.05.2023, заключенному ИП ФИО1 и ФИО3

Суд также отклоняет возражения ИП ФИО2 о том, что он не может быть понужден к исполнению соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 в части выплаты денежных средств ИП ФИО1. В материалы дела представлено соглашение о замене стороны в обязательстве и об уступке прав (о замене стороны в проекте) от 15.05.2023, заключенное между ФИО3 и ФИО2 Названным соглашением произведена замена ФИО3 на ФИО2 во всех обязательствах с участием ИП ФИО1 – в соглашении о сотрудничестве от 09.08.2022, в договоре купли-продажи от 11.05.2023. Соответственно, с 15.05.2023 именно ИП ФИО2 принимал решения о дальнейшем ходе сотрудничества с ИП ФИО1, о необходимости достижения соглашения или, напротив, о выходе из переговоров с передачей разногласий на разрешение суда.

Суд также не усматривает оснований для сохранения в распоряжении ответчика 7 226 000 рублей, полученных 09.10.2023 от ИП ФИО1 в процессе мирного урегулирования спора. Мировое соглашение является сделкой, для вступления в силу которой необходимо, в том числе, утверждение мирового соглашения судом (статья 141 АПК РФ, статья 153.10 ГПК РФ). Действующее процессуальное законодательство основано на исключительной добровольности урегулирования спора путем заключения мирового соглашения, что означает невозможность рассмотрения судом вопроса о его утверждении при наличии возражений любой его стороны. Однако, при этом суд полагает, что ни одна из сторон не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного, противоречивого поведения. В данном случае вопрос об утверждении мирового соглашения не был рассмотрен судом, как следствие, основания для удержания ИП ФИО2 денежных средств, полученных от ИП ФИО1 отпали.

Пунктом 4 статьи 453 ГК РФ установлено, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Суд полагает возможным применение названной нормы права по аналогии закона (ст. 6 ГК РФ) и в случае, когда исполнение произведено по подписанному, но не утвержденному, т.е. не вступившему в силу, мировому соглашению, от утверждения которого недобросовестно отказалась сторона, получившая исполнение.

В соответствии с п. 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. Оснований для исключений, установленных статьей 1109 ГК РФ, судом не установлено и, следовательно, полученные ИП ФИО2 денежные средства в размере 7 226 000 рублей подлежат взысканию в пользу ИП ФИО1

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что ИП ФИО1 не получил того исполнения, на которое рассчитывал при заключении соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 и, по истечении срока его исполнения, вправе был отказаться от его исполнения. Отказ ИП ФИО1 от исполнения соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022, по мнению суда, являлся правомерным и имел действительные основания. В этой связи на стороне ответчика возникло обязательство выплатить ИП ФИО1 возмещение, предусмотренное пунктом 10.4 соглашения от 09.08.2022.

Кроме того, суд не усмотрел оснований для признания передачи здания отеля-пансионата в собственность ИП ФИО1 отступным, освобождающим от исполнения обязательств перед ИП ФИО1 Суд принимает во внимание, что в данных обстоятельствах передача «проблемного» объекта под угрозой сноса - здания отеля-пансионата не является равноценным встречным предоставлением в пользу ИП ФИО1 и, кроме того, обратима в интересах второй стороны соглашения о сотрудничестве от 09.08.2022 в случае исполнения обязательств по выплате возмещения, предусмотренного соглашением о сотрудничестве от 09.08.2022 в пользу ИП ФИО1 (договор купли-продажи от 11.05.2023 может быть прекращен и по инициативе продавца, исполнившего свои обязательства).

Что касается процентов за пользование чужими денежными средствами, по расчёту суда их размер составит 32 620 919,44 руб. за период с 16.09.2023 по 06.06.2024:

- 189 609,21 руб. за период с 16.09.2023 по 17.09.2023 (288 364 000 руб. руб. х 2 дн. х 12% : 365 дн.);

- 4 313 609,42 руб. за период с 18.09.2023 по 29.10.2023 (288 364 000 руб. руб. х 42 дн. х 13% : 365 дн.);

- 2 607 126,58 руб. за период с 30.10.2023 по 20.11.2023 (288 364 000 руб. руб. х 22 дн. х 15% : 365 дн.);

- 3 279 834,25 руб. за период с 21.11.2023 по 17.12.2023 (295 590 000 руб. х 27 дн. х 15% : 365 дн.);

- 1 814 031,78 руб. за период с 18.12.2023 по 31.12.2023 (295 590 000 руб. х 14 дн. х 16% : 365 дн.);

- 20 416 708,20 руб. за период с 01.01.2024 по 06.06.2024 (295 590 000 руб. х 158 дн. х 16% : 366 дн.).

При изложенных обстоятельствах, суд признает требования обоснованными, а иск подлежащим удовлетворению в полно объеме.

По правилам части 1 статьи 110 АПК РФ, в связи с удовлетворением исковых требований, расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-171 и 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

требования индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) задолженность в сумме 295 590 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.09.2023 по 06.06.2024 в размере 32 620 919,44 руб. и далее по день фактической оплаты, а также 60 000 руб. государственной пошлины.

Решение вступает в законную силу и может быть обжаловано через Арбитражный суд Омской области в порядке апелляционного производства в Восьмой арбитражный апелляционный суд (644024, 

<

...> Октября, дом 42) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625010, 

<

...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объеме) постановления судом апелляционной инстанции.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия настоящего решения на бумажном носителе может быть направлена в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена под расписку.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

 

Судья                                                                                                          И.Ю. Ширяй