ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9325/2023

Дело № А41-7411/18

19 июня 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  14 июня 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 июня 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Семикина  Д.С.,

судей Досовой М.В., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 по делу № А41-7411/18 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии в судебном заседании: 

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3 - ФИО4, представитель по доверенности от 31.05.2023;

от АО «Зираат Банк Москва» - ФИО5, представитель по доверенности от 24.04.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены; 

установил:

определением Арбитражного суда Московской области от 02.02.2018 заявление о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2018 в отношении ФИО6 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.04.2019 финансовый управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6 

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.10.2019 финансовым управляющим гражданина должника утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда Московской области от 23.03.2020 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО3

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки - брачный договор от 27.10.2015, заключенный между ФИО6 и ФИО8 Иной.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.04.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022, в удовлетворении требований отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.09.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 13.04.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение

Определением от 24.04.2023 Арбитражный суд Московской области в удовлетворении заявления отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий  ФИО2 ФИО3 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области  от 24.04.2023 по делу № А41-7411/18 отменить, принять новый судебный акт.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

До начала судебного разбирательства от финансового управляющего ФИО2 ФИО3 поступили дополнения к апелляционной жалобе; от АО «Зираат Банк Москва», ФИО9, ФИО6 - отзывы на апелляционную жалобу; от АО «Зираат Банк Москва» - письменные пояснения.

Указанные документы приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 и АО «Зираат Банк Москва» поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между должником и его женой ФИО9 заключен брачный договор от 27.10.2015 (77 АБ 8646943) (далее - договор), удостоверенный нотариусом города Москвы ФИО10 (экземпляр договора хранится в делах нотариуса по адресу: ул. З и А. Космодемьянских, д. 31, корп. 2). 

Пунктами 2, 3 договора установлено, что все имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, зарегистрированное на имя ФИО6, ФИО9 с момента регистрации брака и до заключения настоящего договора, признается их личной собственностью, и в период брака и в случае расторжения брака разделу подлежать не будет. 

Все имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, которое будет приобретено каждой из сторон после заключения настоящего договора, будет являться личной собственностью того супруга, на чье имя оно приобретается (регистрируется право) и в случае расторжения брака разделу подлежать не будет (пункт 4 договора). 

Согласно пунктам 5, 6 договора денежные вклады в любой валюте, ценные бумаги и доходы по ним, доли в уставных капиталах коммерческих организаций и доходы от участия в коммерческих организациях, признаются собственностью того супруга, на имя которого они открыты (зарегистрированы) и разделу подлежать не будут. Вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и др.), включая драгоценности и другие предметы роскоши, признаются собственностью того супруга, для которого они приобретались и который ими пользовался. 

Имущество каждого из супругов не может быть признано их совместной собственностью, даже если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие). Супруг не отвечает по имущественным и/или денежным обязательствам другого супруга (пункты 7, 8 договора).

Полагая, что указанный договор является недействительной сделкой на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с настоящим заявлением. По мнению заявителя, ФИО6 и ФИО9, будучи состоящими в брачных отношениях, 27.10.2015 заключили брачный договор, как фиктивный, не порождающий никаких правовых последствий, чтобы должник избежал обращения взыскания на имущество по его обязательствам перед кредиторами.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности условий для признания сделки недействительной по части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Заявляя о недействительности брачного договора, финансовым управляющим не представлено доказательств, что оспариваемым договором причинен вред кредиторам, а именно ответчику перешло имущество, которое является совместно нажитым и на которое может быть обращено взыскание. 

Доказательств, что оспариваемая сделка является мнимой также не представлено. Финансовым управляющим и конкурсным кредитором не представлено доказательств, что после заключения сделки должник продолжил пользоваться имуществом бывшей супруги.  

Апелляционная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункты 1 и 2 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ). 

Оспаривание сделки осуществляется по специальным основаниям, поскольку договор от 27.10.2015 заключен после 01.10.2015.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Согласно пункту 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со  статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно пункту 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

С учетом разъяснений ВАС РФ, изложенных в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

1. Спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

2. Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

3. В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

4. Другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

В рассматриваемом случае брачный договор от 27.10.2015 заключен в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (02.02.2018), то есть в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий ссылается на то, что на момент совершения оспариваемой сделки, должник уже отвечал признакам неплатежеспособности. Указанные обстоятельства подтверждаются наличием вступивших в законную силу решений Измайловского районного суда г. Москвы от 02.12.2014 по делу №2-6037/14 и Басманного районного суда г. Москвы от 06.04.2015 по делу №2-1050/15. 

Судом первой инстанции отмечено, что вышеуказанные решения районных судов о взыскании с ФИО2 задолженности вступили в законную силу 02.09.2016 и 04.10.2016, то есть после заключения оспариваемого договора, следовательно, должник не обладал  признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату заключения спорной сделки.

Апелляционная коллегия не может согласиться с указанным выводом судом, поскольку при заключении брачного договора, должник не мог не понимать, что при оставлении судебных актов судов общей юрисдикции без изменения для него наступят неблагоприятные последствия ввиду того факта, что к нему могут быть предъявлены требования о взыскании денежных средств в значительном размере.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что АО «Зираат Банк (Москва)» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом). Требования заявителя основаны на неисполнении должником обязательств по кредитным договорам от 28.03.2013 № КЮ-013/13, от 08.07.2013 №КФ-098/13.

Согласно пояснениям финансового управляющего задолженность по кредитному договору от 28.03.2013 №КЮ-013/13  составила 6 110 291 руб. 85 коп. по состоянию на 22.09.2014, по кредитному договору от 08.07.2013 №КФ-098/13  – 837 033 руб. 12 коп. по состоянию на 08.10.2014. На момент заключения оспариваемой сделки у ФИО6 имелась задолженность в совокупном размере 6 970 557 руб. 70 коп. Впоследствии должник частично погасил задолженность на общую сумму 11 767 руб. 27 коп., что составляет 0,17% от совокупного объема задолженности. 

Погашение имеющейся задолженности на сумму менее 1% её объема свидетельствует о недостаточности денежных средств для надлежащего исполнения обязательств. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2018 в отношении должника ФИО6 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов, требования АО «Зираат Банк (Москва)» в размере 6 935 557 руб. 70 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 наличие у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, подтверждают факт неплатежеспособности должника на дату совершения сделки.

В материалах дела о банкротстве должника отсутствуют доказательства наличия активов (в т.ч. на дату совершения оспариваемой сделки) за счет реализации которых требования Банка могли быть удовлетворены.

Таким образом, на момент совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности. 

Поскольку оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами - супругами, наличие осведомленности ФИО9 о неплатежеспособности должника презюмируется.

Апелляционная коллегия отмечает, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Данный правовой подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

С учетом изложенного отсутствие признака неплатежеспособности должника на момент совершения сделки не исключает цель причинения вреда в результате совершения такой сделки и не является достаточным и безусловным основанием для отказа в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Судом установлено, что бывшей супруге должника ФИО9 принадлежит следующее имущество: земельный участок и двухэтажный жилой дом по адресу: 

<

...>; автомобиль TOYOTA CAMRY 2016 года выпуска, гос. номер 

<

***>; автомобиль TOYOTA RAV4 2015 года выпуска, гос. номер 

<

***> 197RUS. 

Указанное имущество принадлежит супруге должника по условиям оспариваемого брачного договора. 

В результате заключения договора режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного  во время брака, был изменен в пользу ФИО9 Следовательно, должник утратил права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед Банком.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника безвозмездно с заинтересованным лицом, в результате чего должник утратил ликвидное имущество, приобретенное в период брака, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Следовательно, брачный договор является недействительным по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий просит признать спорную сделку недействительной на основании статей 10,168, 170 ГК РФ.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и недействительна на основании статей 10, 168 ГК РФ; такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки. Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено на основании статьи 10 ГК РФ только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой им сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В рассматриваемом споре финансовым управляющим не приведено доводов о наличии у оспариваемой сделки каких-либо иных пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, предусмотренной пунктом статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, основания для признания брачного договора недействительным по статьям 10, 168, 170 ГК РФ отсутствуют.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора ответчик заявил о пропуске срока финансовым управляющим на обжалование сделки. 

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ сроки исковой давности по недействительным сделкам: срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Само по себе признание должника несостоятельным (банкротом) не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был финансовый управляющий или кредиторы знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Судом установлено, что 26.12.2019 финансовым управляющим от конкурсного кредитора получены сведения о спорном брачном договоре. 

27.12.2019 финансовым управляющим направлен запрос должнику о предоставлении документов.

23.03.2020 принято решение о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) и введении реализации имущества. 

21.10.2020 через систему подачи документов «Мой арбитр» подано заявление о признании недействительной сделки. 

22.10.2020 заявление о признании недействительной сделки зарегистрировано в системе «Мой Арбитр». 

Учитывая изложенное, финансовым управляющим не пропущен срок для подачи заявления о признании сделки недействительной.

Также апелляционной коллегией учтено, что в период с 16.04.2019 по 25.10.2019, то есть более полугода, финансовый управляющий в данной процедуре совсем отсутствовал.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения жалобы финансового управляющего должника, следовательно, определение Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 по делу № А41-7411/18 подлежит отмене.

На отмену судебного акта арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Нарушений норм процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266 – 268, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 24.04.2023 по делу № А41-7411/18 отменить.

Брачный договор от 27.10.2015 признать недействительным.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия. 

 

Председательствующий 

 

Д.С. Семикин

Судьи

 

М.В. Досова

Н.Н. Катькина