СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город  Томск                                                                                      Дело № А27-18971/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 февраля 2022 года

 

Седьмой Арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего                                Бородулиной И.И.

судей                                                                Зайцевой О.О.,

                                                                          ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Завод по ремонту горно-шахтного оборудования» (№07АП2115/2021(13)) на определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18971/2020 (судья Нецлова О.А.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Завод по ремонту горно-шахтного оборудования», город Новокузнецк Кемеровской области об установлении размера требований и включении их в реестр требований кредиторов должника общества с ограниченной ответственностью «Завод строительных изделий», город Новокузнецк Кемеровской области.

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Завод по ремонту горно-шахтного оборудования»: ФИО3 по доверенности от 28.12.2021 (по 31.12.2022). 

У С Т А Н О В И Л:

дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Завод строительных изделий», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – ООО «ЗСИ», должник) возбуждено определением суда от 04.09.2020. 

Определением от 12.10.2020 (в полном объеме изготовлено 19.10.2020) в отношении ООО «ЗСИ» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4. Указанные сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 15.10.2020 (сообщение № 5598322), опубликованы в газете «Коммерсантъ» 24.10.2020. 

В арбитражный суд 02.11.2020 поступило (направлено по почте 29.10.2020) заявление общества с ограниченной ответственностью «Завод по ремонту горно- шахтного оборудования» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - заявитель, кредитор, ООО «Завод по ремонту ГШО») о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 58 526 215,25 руб. 

          Заявление мотивировано наличием задолженности ООО «ЗСИ» по договорам займа от 14.04.2014 № 15-04/14, от 15.04.2015 № 35З-2015 и договору поставки от 25.06.2014№ 50. Заявление подано с соблюдением срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением от 25.11.2020 заявление принято к производству, в судебном заседании 21.12.2020 суд принял к рассмотрению требования заявителя с учетом уменьшения – в сумме 58 517 143,48 рублей основного долга. 

Определением от 28.12.2020 к участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5 в связи с наличием доводов о переходе к ней прав по договорам займа на основании сделки цессии. 

Определением суда от 16.03.2021 требования ООО «Завод по ремонту горно-шахтного оборудования» в размере 58 517 143,48 рублей основного долга включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Решением от 21.04.2021 (в полном объеме изготовлено 28.04.2021) Арбитражного суда Кемеровской области ООО «ЗСИ» признано банкротом, в отношении него введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев – до 21.10.2021; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4 до утверждения судом конкурсного управляющего должника. Указанные сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 27.04.2021 (сообщение № 6564359), опубликованы в газете «Коммерсантъ» - 15.05.2021. 

Определением от 07.06.2021 (полный текст от 15.06.2021) конкурсным управляющим в настоящем деле утвержден ФИО6. 

Определением от 25.10.2021 срок конкурсного производства в отношении ООО «ЗСИ» продлен на 6 месяцев – до 21.04.2022, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено в судебном заседании 13.04.2022. 

Постановлением от 20.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-18971-6/2020 определение от 16.03.2021 Арбитражного суда Кемеровской области  о включении требований ООО «Завод по ремонту ГШО» в реестр требований кредиторов должника оставлено без изменения.

Постановлением от 25.08.2021 Арбитражного суда Западно – Сибирского округа определение от 16.03.2021 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 20.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда  отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области. 

По результатам нового рассмотрения дела определением суда от 06.12.2021 требование ООО «Завод по ремонту ГШО»  в размере 58 517 143,48 руб. основного долга удовлетворено в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Завод строительных изделий», город Новокузнецк Кемеровской области в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Завод по ремонту ГШО»  обратилось в апелляционный суд  с апелляционной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом норм права, просит судебный акт отменить, включить требование ООО «Завод по ремонту ГШО» в размере 58 517 143,48 руб., состоящее из 545 511,70 руб., в том числе 245 689,03 руб. - сумма основного долга, 299 822,67 руб. - сумма процентов по договору займа 14 от 14.04.2014 №15-04/14; 57 932 701,04 руб., в том числе 40 000 000,00 руб. - сумма основного долга, 17 932 701,04 руб. - сумма процентов по договору займа от 15.04.2015 №353-2015; 38 930,74 руб. основного долга по договору поставки от 25.06.2014 №50 в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ЗСИ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на отсутствие оснований для понижения очередности. 

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Виктория» просит оставить без изменения обжалуемый судебный акт, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ООО «Завод по ремонту ГШО»  поддержал  доводы своей апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие иных лиц обособленного спора, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя ООО «Завод по ремонту ГШО», проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между 14.04.2014 между ООО «Завод по ремонту ГШО» (займодавец) и ООО «ЗСИ» (заемщик) заключен договор займа № 15-04/14 на сумму 1 300 000 руб. по 8,25% годовых на срок до 13.04.2015. Согласно пункту 2 данного договора уплата процентов производится вместе с платежами по погашению основного долга. 

Выдача займа подтверждается платежным поручением от 14.04.2014 № 288, данное обстоятельство лицами, участвующими в деле, не оспаривается. 

Дополнительным соглашением от 13.04.2015  № 1 установлен срок возврата займа до 12.04.2016, а также, что уплата процентов производится ежемесячно до 10 числа. 

Дополнительным соглашением от 12.04.2016 № 2 срок возврата займа продлен до 30.01.2019. 

15.04.2015 между ООО «Завод по ремонту ГШО» (займодавец) и ООО «ЗСИ» (заемщик) заключен договор займа № 35З-2015 на сумму 40 000 000 под 8,25% годовых на срок по 15.04.2016. 

Согласно пункту 2 данного договора уплата процентов производится вместе с платежами по погашению основного долга. Выдача займа подтверждается платежным поручением от 21.04.2015 № 370 и участвующими в деле лицами не оспаривается.

          Дополнительным соглашением от 15.04.2016 № 1 стороны установили, что уплата процентов производится ежемесячно до 10 числа, срок возврата займа был продлен до 30.10.2020.

          Обязательства по договорам займа исполнялись должником ненадлежаще. С учетом частичного прекращения обязательств исполнением, а также зачетом остаток непогашенной задолженности составил: по договору займа № 15-04/14 - 545 511,70 руб., из которых: 245 689,03 руб. – остаток основного долга, 299 822,67 руб. – остаток процентов, начисленных по состоянию на 11.10.2020; по договору займа № 35З-2015 – 57 932 701,04 руб., из которых: 40 000 000 руб. – сумма основного долга, 17 932 701,04 руб. – остаток процентов, начисленных по состоянию на 11.10.2020.

          Размер задолженности подтвержден расчетом заявителя (представлен 18.12.2020 в 09:45 мск), который иными участниками не оспорен, судом проверен и признан верным, соответствующим условиям обязательства и положениям статьи 4 Закона о банкротстве; платежными поручениями по частичной оплате долга и актами взаимозачета (том 16), поименованными в расчете. Наличие данных хозяйственных операций отражено также в документах бухгалтерского учета должника: в бухгалтерском балансе за 2015 год с расшифровкой строки 1240, оборотно-сальдовой ведомостью по счету 58.03 за 2015 год (документы представлены в электронной форме 29.01.2021 в 11:37 мск и 16.02.2021 в 12:20 мск).

           Доказательств погашения ООО «ЗСИ» заявленной задолженности в полном объеме в арбитражный суд не представлено. 

            Кроме того, 25.06.2014 между ООО «Завод по ремонту ГШО» (поставщик) и ООО «ЗСИ» (покупатель) заключен рамочный договор поставки - договор поставки № 50, предусматривающий обязанность поставщика поставить, а покупателя – принять и оплатить товар на условиях спецификаций. Договор заключен на срок до 31.12.2014 с возможностью пролонгации на тех же условиях на каждый последующий год, если за месяц до истечения срока его действия ни одна из сторон не заявит письменно о его расторжении. 

          В рамках данного договора заявитель поставил должнику товар на общую сумму 38 930,74 руб., что подтверждается УПД от 17.07.2019 № 1583, от 26.11.2019 № 2805 со ссылками на договор поставки от 25.06.2014 № 50, подписанными должником без замечаний и возражений.

          Данные хозяйственные операции также отражены в разделе 9 декларации по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) заявителя за 3 и 4 кварталы 2019 года (представлены в электронной форме 16.02.2021 в 12:20 мск).

Указывая на возбуждение дела о банкротстве и наличие задолженности, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

Суд, установив, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, действующими в рамках внутригрупповых правоотношений, в условиях имущественного кризиса ООО «ЗСИ», с учетом компенсационного финансирования, применил правовую позицию, приведенную в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, признал требования кредитора подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Нормами пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве предусмотрено, что установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 100 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

Как следует из разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Данная позиция нашла отражение в определении от 25.07.2016 Верховного Суда РФ по делу № 308-ЭС16-2411, из которого следует, что проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований в реестр требований кредиторов, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства), а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Соответственно, при предъявлении настоящих требований о включении в реестр требований кредиторов должника именно заявителю следует доказать действительность наличия у должника перед ним спорной задолженности, представив суду надлежащие доказательства.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота и иным. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

По правилам статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. 

В силу статьи 809 ГК РФ займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

   В соответствии с пунктом 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

  Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.1997 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки», покупатель обязан оплатить полученные товары в срок, предусмотренный договором поставки либо установленный законом и иными правовыми актами, а при его отсутствии непосредственно до или после получения товаров (пункт 1 статьи 486 ГК РФ).

По пункту 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Суд, оценивая представленную в материалы дела первичную документацию, установил реальность хозяйственных операций.

При решении вопроса об очередности удовлетворения требований заявителя суд пришел к выводу о наличии оснований для субординации требований заявителя.

            В соответствии с пунктом 26 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35) даны разъяснения о том, что при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Если стороны являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. 

Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17- 4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. 

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16- 1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) изложена правовая позиция, в соответствии с которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. При определении аффилированности следует учитывать не только формальную юридическую связь обществ, но экономическую и иную связь обществ, из которой можно сделать вывод о подконтрольности одного общества другому. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) напоследнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При рассмотрении требований кредиторов, обусловленных отношениями, связанными с финансированием, осуществляемым несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, необходимо учитывать правовые подходы, изложенные в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор). 

Так, понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота. Тем самым, субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности в связи с совершением заинтересованными лицам противоправных действий с целью получения необоснованных выгод от банкротства связанного с ними предприятия (пункты 1 - 9 Обзора), в случае если взаимодействие контролирующих лиц осуществлялось в пределах гражданско-правового оборота либо было очевидно для независимых кредиторов, требование такого заинтересованного лица понижению не подлежит (пункты 10, 11, 13 Обзора). 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора практики Верховного Суда Российской Федерации № 4, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. Финансирование должника может осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности (пункт 3.2 Обзора). При этом неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится аффилированный с должником кредитор, не обладающий контролем над ним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего лица (пункт 4 Обзора). 

Таким образом, в ситуации аффилированности общества и должника, при установлении факта наличия задолженности по договору поставки в предмет доказывания входит: имело ли место финансирование должника со стороны общества по договору купли-продажи; предоставило ли общество-кредитор, аффилированное с должником, финансирование под влиянием контролирующего должника лица; каково было имущественное положение должника в момент получения им финансирования.

В настоящем деле указанные обстоятельства судом установлены. Так из материалов дела следует, что на протяжении своей деятельности должник прямо или опосредованно был подконтролен семье Щ-ных (определение от 28.05.2021 об установлении ФИО7, ФИО8 (лист 25), а также определения о признании требований иных кредиторов подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Как уже было установлено судом ранее при рассмотрении требований других кредиторов, АО «АктивКапитал» являлось участником должника в период с 05.02.2016 по 13.01.2020. 

По данным ЕГРЮЛ АО «АктивКапитал» является участником ООО «Завод по ремонту ГШО» в период с 13.11.2019 по настоящее время. 

При этом в определении по настоящему делу от 04.03.2021 (по установлению требований АО «АктивКапитал») установлено, что по состоянию на 12.01.2016 50% акций АО «АктивКапитал» принадлежало ФИО5, с 13.01.2016 по 23.03.2017 – ФИО8 и ФИО7 принадлежало по 50 % акций, в период с 24.03.2017 по 27.06.2018 100% акций принадлежало ФИО8, затем – иностранному юридическому лицу, с 13.03.2019 – ФИО9 (дочь ФИО7). С 05.12.2014 до 05.02.2016 ФИО7 принадлежало 100% доли в уставном каптале ООО «ЗСИ»; с 05.02.2016 100% доли в уставном каптале ООО «ЗСИ» принадлежало АО «АктивКапитал» вплоть до 13.01.2020, когда произошла смена участника на ООО «Абсолют-НК». 

Следуя пояснениям самого заявителя и представленным им документам (том 66 листы дела 112-113, 116-119), единственным участником ООО «Завод по ремонту ГШО» на момент заключения договоров займов (апрель 2014 года и апрель 2015 года) и на момент заключения дополнительных соглашений к договорам займа (13.04.2015, 12.04.2016 и 15.04.2016) являлось ОАО «Шахта «Полосухинская». 

При первом рассмотрении суду были представлены документы, согласно которым акционером ОАО «Шахта «Полосухинская» являлась иностранная компания BRYNKEE HOLDINGS LIMITED (Кипр), у которой, в свою очередь, директором является ФИО9 - дочь ФИО7 (том 67, лист дела 42-45). 

При новом рассмотрении во исполнение определения суда от 02.11.2021 акционерное общество «Специализированный регистратор «Компас» предоставило выписки из реестра акционеров акционерного общества «Шахта «Полосухинская» (ОГРН 

<

***>). Согласно указанной информации в период с 01.12.2014 по 29.12.2019 фактическим владельцем акций АО «Шахты «Полосухинская» являлось Biyankee Holdings Limited. 

Кроме того, при новом рассмотрении ООО «Виктория» ссылалось на решение от 09.01.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-27287/2016, которым установлено, что в период с 30.08.2012 по дату вынесения решения (то есть по 26.12.2017) директором Bryankee Holdings Limited являлся ФИО7 (лист 13 решения). 

Заявителем ООО «Завод по ремонту ГШО» данные обстоятельства документально не опровергнуты, сведения о конечных бенефициарах иностранных компаний, являвшихся акционерами единственного участника заявителя - АО «Шахты «Полосухинская» не раскрыты. Иными словами, аффилированность между сторонами (заявителем и должником) в определенные периоды прослеживается через семью Щ-ных (через супругов и дочь, которые между собой также являются заинтересованными лицами в силу статьи 19 Закона о банкротстве).

 Иное заявителем не доказано при том, что бремя доказывания факта отсутствия аффилированности лежит именно на нем. 

Как указал заявитель, экономической целью сделок займа являлось размещение временно свободных денежных средств для получения прибыли в виде процентов (как и во взаимоотношениях с иными лицами), в связи с чем стороны изменили условия договоров займа, согласовав ежемесячную уплату процентов, в то время как изначально проценты подлежали выплате одновременно с возвратом тела займа. 

В подтверждение того, что сделки займа были типичными для него, кредитором представлены договоры займов с иными лицами (в эл. форме 26.11.2021 в 05:03 мск). Однако установление природы взаимоотношений ООО «Завод по ремонту ГШО» с иными лицами, которые не являются участниками данного процесса, не входит в предмет доказывания по настоящему спору. 

При отсутствии достоверных сведений о том, как иные контрагенты исполняли свои обязательства перед заявителем, судом не установлено, что соответствующие правоотношения являлись аналогичными правоотношениям заявителя с должником. Кроме того, суд не обладает информацией о наличии/отсутствии аффилированности заявителя с теми контрагентами, в отношении которых представлены договоры займа, в связи с чем нельзя утверждать, что и в отношениях с ними отсутствовало предоставление компенсационного финансирования. 

Данные доказательства не опровергают доводы возражений о предоставлении должнику компенсационного финансирования. Из расчета заявителя (изложен в ходатайстве, представленном в эл. форме 26.11.2021) следует, что по договору займа от 14.04.2014 последний платеж по уплате процентов был совершен должником 27.05.2016, затем 31.07.2018 и 30.09.2018 были подписаны акты взаимозачета, в результате которых погашен долг по процентам по сроку уплаты 10.01.2017 и 10.10.2018, после 30.09.2018 проценты не выплачивались, остались непогашенными проценты за период с января 2017 по август 2018, с октября 2018 по октябрь 2020. 

По договору займа от 15.04.2015 зачетом от 30.09.2015 прекращено обязательство по уплате процентов за апрель и май 2015 года. Гашение процентов  за период с июня 2015 года по октябрь 2020 года не производилось как путем оплаты, так и путем зачета. 

Таким образом, доводы кредитора о наличии у сделок займа экономической цели в виде получения дополнительного дохода в виде процентов по займам противоречат обстоятельствам дела, поскольку по договору от 14.04.2014 денежными средствами оплачено всего 201,4 тыс. руб., при этом платежи осуществлялись по 27.05.2016, а по договору от 15.04.2015 оплата процентов денежными средствами вообще не производилась, при том, что долг по процентам превысил 17,9 млн. руб., что существенно по сравнению с размером обязательств должника перед другими кредиторами. 

В настоящем деле при рассмотрении требований кредиторов (определения от 08.02.2021, 29.03.2021, 12.04.2021, 28.05.2021 и 28.07.2021) уже было установлено, что, начиная с 2017 года, должник прекратил исполнение части обязательств: перед акционерным обществом «Кузбасская птицефабрика» (определение суда от 16.02.2021), перед обществом с ограниченной ответственностью «БизнесАвтоСервис» (определение суда от 10.02.2021), перед ООО «ТТК» (согласно решению суда от 03.12.2019 по делу № А27-21598/2019 обязательства не исполнялись должником с января 2017 года). В последующем финансовое состояние должника только ухудшалось. Заявитель не предпринимал мер к истребованию от должника задолженности по процентам по займам и за поставленный товар, хотя общий объем этих обязательств превысил 18,2 млн. руб. Претензия от 08.02.2019 (том 66, лист дела 122-123), по мнению суда, не может расцениваться в качестве доказательства принятия мер к истребованию задолженности, поскольку отсутствуют доказательства ее направления должнику: приложенная к претензии почтовая квитанция (том 66, лист дела 124) датирована двум месяцами позднее; не доказано, что данная квитанция относится к указанной претензии. Более того, в дальнейшем кредитором не предпринято действий с целью реального получения долга с должника. Ссылка ООО «Завод по ремонту ГШО» на то, что им велись переговоры с ФИО8 об уступке ей права требования к должнику, судом отклонена как необоснованаая, поскольку, следуя материалам дела, переговоры начались не ранее мая 2020 года (том 66, листы дела 133-135, 125), то есть непосредственно в преддверии банкротства должника. 

 При таких обстоятельствах отказ заявителя, аффилированного с должником, от истребования задолженности в ситуации, когда должник находился в ситуации  имущественного кризиса, расценивается судом в качестве предоставления должнику компенсационного финансирования.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ. При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Кредитор в соответствии с процессуальными правилами доказывания доказал правомерность своих требований, фактические обстоятельства подтверждены со стороны кредитора доказательствами, отвечающими правилам об относимости и допустимости, а также правилам, предъявляемым арбитражно-процессуальным законодательством к письменным доказательствам и порядку их представления в арбитражный суд, как это установлено статьями 66, 67, 68, 75 АПК РФ. 

При этом очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. 

Между тем, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ фактические обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу, что вышеназванные действия кредитора по сути являются формами финансирования должника. 

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики). 

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. 

При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора). 

Таким образом, правоотношения между кредитором и должником имели место в условиях имущественного кризиса должника, о чем в силу аффилированности кредитор был осведомлены с самого начала отношений, при этом продолжал оказывать должнику услуги на условиях существенной отсрочки.

В период действия договоров и до обращения с настоящим заявлением ООО «Завод по ремонту ГШО» сформировавшуюся перед ним задолженность не истребовало, продолжая осуществлять экономически невыгодную для заявителя деятельность, что не соответствует нормальной коммерческой практике и не согласуется с целями деятельности заявителя как коммерческой организации – извлечение прибыли.

Кредитору было очевидно – должник, исходя из своего имущественного положения, не сможет исполнить обязательство тогда, когда наступит срок его исполнения. Иными словами, должник уже находился в ситуации имущественного кризиса, под которым понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора).

Суд первой инстанции, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, действующими в рамках внутригрупповых правоотношений, в условиях имущественного кризиса ООО «ЗСИ», с учетом компенсационного финансирования, применяет правовую позицию, приведенную в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, признавая требования кредитора подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы подателя жалобы выражают несогласие с выводами суда об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение норм права и подлежат отклонению.

В настоящем случае, поведение должника и кредитора не соответствует обычному поведению участников делового оборота, объясняется только намерением контролирующего должника лица оказать ему финансовую поддержку за счет предоставления особых условий обязательств.

Если финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для отмены определения суда, поскольку судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, дана им правильная оценка и установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является основанием для отмены судебного акта, не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 06.12.2021 Арбитражного суда Кемеровской области  по делу №А27-18971/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Завод по ремонту горно-шахтного оборудования» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

                                                                                            

Председательствующий  

 

И.И. Бородулина 

 

Судьи

 

О.О. Зайцева

 

ФИО1