390/2023-23559(1) 

 ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-1045/2023

Дело № А41-56760/21

10 марта 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2023 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю., судей Терешина А.В., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на  определение Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2022 года по делу   № А41-56760/21,  

при участии в заседании: от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 15.02.2022, 

от АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» - ФИО4, доверенность  от 20.06.2022,  

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2022 индивидуальный  предприниматель ФИО2 (далее – должник) была признана несостоятельной  (банкротом), в отношении должника была введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5.  

В рамках дела о банкротстве должника 11.04.2022 конкурсный кредитор – АО  «Первоуральскбанк» – обратился в суд с заявлением к ответчику Агушевой Елене  Георгиевне с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными  сделками платежей на общую сумму 1 231 490 рублей, произведенных должником на счет  ответчика в период с 07.10.2019 по 03.11.2020, о применении последствий  недействительности сделок.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.12.2022 заявление  конкурсного кредитора АО «Первоуральскбанк» было удовлетворено, признаны  недействительными сделками платежи на общую сумму 1 231 490 рублей, совершенные  должником на счет ответчика в период с 07.10.2019 по 03.11.2020, применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу  должника денежных средств в размере 1 231 490 рублей.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, должник обратилась в Десятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить  определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявленных требований.  

К апелляционной жалобе должника было приложено ходатайство о приобщении к  материалам дела дополнительных доказательств – договоров займа.  

В соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства  принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в  деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам,  не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено  ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными  (часть 2 ст. 268 АПК РФ).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в  арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку суд апелляционной инстанции  на основании ст. 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах  дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о  возможности принятия новых доказательств, он определяет, была ли у лица,  

представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции  или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.  

В судебном заседании представитель должника поддержал заявленное ходатайство,  просил приобщить к материалам дела дополнительные доказательства.  

Суд апелляционной инстанции рассмотрев данное ходатайство не находит правовых  оснований для его удовлетворения, поскольку данное ходатайство в суде первой  инстанции должником не было заявлено. Кроме того, оригиналы договоров на обозрение  суда не представлены.  

Доказательства, подтверждающие, что указанные в ходатайстве о приобщении  дополнительных документов доказательства не были представлены в суд первой  инстанции по уважительной причине, истцом не представлены.  

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие  выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело  доказательствам и указывает на недоказанность наличия оснований для признания  спорных платежей недействительными сделками.  

В заседании суда апелляционной инстанции представитель должника поддержал  доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить.  

Представитель АО «Первоуральскбанк» возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы по доводам отзыва на нее, просил оставить обжалуемое  определение без изменения.  

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153,  156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных  лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного  заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте  «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены  арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд  приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по  следующим основаниям.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  Законом о банкротстве.  

Как следует из материалов дела, в 3-х летний период, предшествующий  возбуждению дела о банкротстве (с 07.10.2019 по 03.11.2020) должник со своих счетов,  открытых в ПАО Сбербанк и Банк ВТБ (ПАО) осуществляла переводы денежных средств  на счет ответчика в отсутствие указаний об основаниях платежей. Всего в этот период  выявлено 22 денежных перевода на общую сумму 521 010 рублей.  

Кроме того, за пределами 3-х летнего периода (с 21.02.2018 по 23.07.2018) должник  также осуществил безналичные платежи в пользу ответчика на общую сумму 1 231 490  рублей.  

06.09.2021 возбуждено дело о банкротстве должника. 

Согласно доводам кредитора, денежные средства были предоставлены должником в  условиях неплатежеспособности заинтересованному лицу с целью вывода активов.  

Кредитор оспаривает платежи по специальным банкротным основаниям (статья 61.2  Закона о банкротстве), а также по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Согласно пояснениям должника, денежные средства перечислялись в рамках  гражданских правоотношений отношений по распорядительным письмам ФИО7 во  исполнение обязательств по договорам займа и по договору от 01.09.2018 № СМ-01/09/18  оказания услуг по юридическому сопровождению, предполагающих встречное  предоставление.  

Удовлетворяя заявление кредитора, суд исходил из следующего. 

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3  настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также  конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти  

процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований  кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка  оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с  даты введения реструктуризации долгов гражданина.  

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или  другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В данном случае оспариваемые платежи совершены в пределах 3-х летнего срока до  дня возбуждения дела о банкротстве, что позволяет их оспорить по правилам пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех  лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона  знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт  2 статьи 61.2Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  

недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Как следует из текста правовой нормы и приведенных разъяснений, указанные  основания должны быть доказаны в совокупности.  

Суд установил наличие признаков неплатежеспособности должника по состоянию на  30.07.2018, что подтверждается следующими доказательствами.  

12.02.2018 между АО «Первоуральскбанк» и ООО «Смартех» заключен договор  факторинга по которому Банку были уступлены права требования к АО «УПРАВЛЕНИЕ  ВОЛС-ВЛ» по договору № УВВ-77Д-0016-18 от 17.01.2018.  

12.02.2018 между АО «Первоуральскбанк» и ФИО2 был заключен договор  поручительства во исполнение вышеуказанного договора.  

Срок исполнения обязательств по договору факторинга наступил 30.07.2018 что  установлено апелляционным определением Московского областного суда от 14.07.2021 по  делу № 2-50/20 (страница 8 определения).  

30.09.2018 между Банком и Юдиной И.В. подписан акт сверки о наличии  задолженности по основному долгу в размере более 41 000 000 руб.  

Указанная задолженность послужила основанием для возбуждения дела о  банкротстве и введения процедуры реструктуризации.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью  понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных  средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано  иное.  

В материалы дела не предоставлены доказательства того, что по состоянию на  30.07.2018 ФИО2 располагала денежными средствами в размере, позволяющим  выплатить долг перед кредитором и исполнять текущие денежные обязательства перед  иными кредиторами.  

Поскольку долг перед АО «Первоуральскбанк» не погашен до настоящего времени,  суд полагает, что причиной неоплаты долга явилось именно отсутствие денежных средств.  

Получение ФИО2 кредитов в различных банках в 2018-2019 годах является  доказательством дефицита собственных денежных средств, учитывая, что требования АО  «Райффайзенбанк», ООО «Бланк Банк», АО «Альфа-Банк», ПАО Сбербанк и другими  предъявлены ко включению в реестр.  

Наличие у должника дорогостоящего имущества не противоречит выводу о наличии  признака неплатежеспособности, поскольку Закон о банкротстве разделяет состояние  неплатежеспособности, выражающееся в отказе от исполнения денежных обязательств по  причине дефицита денежных средств, и состояние недостаточности имущества  (объективное банкротство), выражающееся в превышении размера денежных обязательств  и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества  (активов) должника.  

Соответственно, неплатежеспособный должник также является банкротом по смыслу  пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве.  

Как видно, из представленных в дело материалов не позднее 30.07.2018 ФИО2  отвечала признакам неплатежеспособности.  

К аналогичным выводам пришел и Десятый арбитражный апелляционный суд в  постановлении от 19.09.2022 по настоящему делу.  

Как следует из пояснений банка, ответчик отвечал признакам заинтересованности в  соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве по следующим основаниям.  

ФИО2 являлась с 03.06.2016 и до момента банкротства общества единоличным  исполнительным органом ООО «Смартех».  

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в период с 03.05.2017 - 10.07.2017 участниками ООО  «СМАРТЕХ» (прежнее наименование ООО «РБС ТЕЛЕКОМ») являлись ФИО8- 80%, ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>) - 20%., с 10.07.2017 по 08.08.2019  единственным участником ООО «СМАРТЕХ» является ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>).  

В период с 15.02.2017 участником ООО «АИСТ» (ИНН 

<

***>) с долей 90% в  уставном капитале являлся ООО «РБС ТЕЛЕКОМ» (правопреемник ООО «СМАРТЕХ»), а  генеральным директором с 30.04.2019 являлась ФИО2  

ООО «РБС» и ООО «АИСТ» находятся по одному адресу.  

Основным и единым видом деятельности ООО «РБС», ООО «СМАРТЕХ», ООО  «АИСТ», ООО «Торговый дом РБС» является деятельность в области связи на базе  проводных технологий.  

Бенефициаром ООО «Смартех» и ООО «РБС» является ФИО8 (установлено вступившими в законную силу судебными актами –  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2022по делу №  А40-292132/18, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  26.08.2020 по делу № А40-292132/18).  

ФИО7 являлся с 30.10.2015 и до момента банкротства общества единоличным  исполнительным органом ООО «РБС» (ОГРН 

<

***>).  

ФИО6 являлась супругой ФИО7 

ФИО7 и ФИО6 расторгли брак на основании совместного заявления от  31.08.2019, при этом запись о прекращении брака внесена 03.10.2019- копию  свидетельства о расторжении брака прилагаю.  

Как следует из ответа ФНС № 22 по Московской области от 18.01.2022 № 08-10/  00197, в 2018 году ФИО2 являлась сотрудником ООО «РБС», генеральным  директором которого являлся ФИО7  

Кроме того, ФИО2 осуществляла перечисления как на ФИО7, так и на  его бывшую супругу ФИО6 (определением от 12.12.2022 суд признал  

недействительными сделками платежи, совершенные должником в пользу Агушева Игоря  Валерьевича на общую сумму 521 010 рублей).  

Косвенно факт аффилированности подтверждается и тем обстоятельством, что  ФИО2 осуществляла спорные платежи не в счет собственных обязательств перед  ФИО6, а по распорядительным письмам ФИО7, просившего об их  зачислении на счет ФИО6  

Как видно, ФИО7 и ФИО2 являлись руководителями организаций,  входящих в одну группу компаний, подконтрольных одним и тем же лицам, то есть  связаны между собой общими корпоративными (внутригрупповыми) интересами.  

В такой ситуации ФИО6 также отвечает критерию заинтересованного лица в  понятии пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве по отношению к должнику.  

Указанные признаки суд нашел достаточными для подтверждения факта  заинтересованности между должником и ответчиком по признаку пункта 1 статьи 19  Закона о банкротстве, поскольку и должник и супруг ответчика были вовлечены в процесс  управления подконтрольными им юридическими лицами, аффилированными по  отношению другу к другу.  

Как достоверно следует из материалов дела, безналичные платежи совершались без  указания оснований платежей.  

Согласно отзывам должника и ответчика, платежи осуществлены в рамках  существовавших между сторонами гражданско-правовых обязательств:  

в рамках процентных договоров займа от 16.08.2018, от 09.04.2019 между ФИО7 и ФИО2 (заемщик);  

в счет оказанных ФИО7 юридических услуг ООО «Смартех» в 2018-2019  годах по договору от 01.09.2018 № СМ-01/09/18.  

Договоры займа не представлены в материалы дела. 

В материалы дела представлен договор 01.09.2018 № СМ-01/09/18 на оказание услуг  по юридическому сопровождению, подписанный между ООО «СМАРТЕХ» в лице  ФИО2 и ИП ФИО7 Согласно доводам должника, платежи в сумме 219  542,26 рублей были перечислены в счет услуг, оказанных в рамках этого договора, что  подтверждено актом сверки и бухгалтерскими справками.  

К представленным должником доказательствам, представленным в обоснование  платежей, суд относится критически.  

К правоотношениям сторон подлежит применению повышенный стандарт  доказывания - пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве». О применении вышеуказанных правил в деле о  банкротстве указывалось в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 27.12.2017), согласно которому к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные  требования.  

Указанный правовой подход является универсальным в рамках рассмотрения споров  при банкротстве и подлежит применению при судебной оценке не только при  рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости  установления соответствия действительности любых правоотношений сторон, связанных с  оценкой доказательств в обоснование заявленных требований и возражений.  

Учитывая, что ответчик и должник по делу являются заинтересованными лицами,  судом применяется повышенный стандарт доказывания.  

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью  вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга  перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового  требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в  связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально  существующая задолженность.  

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта  доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть  установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности  требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике  это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних  атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих  требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как  в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок  (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.  

При этом следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилироваными  лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт  доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен  исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность  экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором  внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с  противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу  "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных  лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения  Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от  11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления  прав.  

Возражая относительно представленных ответчиком и должником документов, банк  ссылается на наличие в представленных в материалах противоречий, невозможность  соотнести спорные платежи с представленными в материалы дела договорами, указывая на  следующие обстоятельства:  

1) договоры займа в дело не представлены; отсутствует указание в основание платежа  на перечисление средств по договору займа б/н от 16.08.2018 на 540 000 руб. и договор  займа б/н от 09.04.2019 на сумму 300 000 руб.: платежи совершались путем перевода с  карты на карту, по иным реквизитам, чем указана в письме ФИО7 от 01.10.2019;  

2) отсутствует арифметическое соответствие перечислений условиям договоров по  суммам (пункты 1.1 договоров займа б/н от 16.08.2018 и б/н от 09.04.2019), условиям по  размеру процентов (пункты 2.3 договоров займа б/н от 16.08.2018 и б/н от 09.04.2019) и  порядку их уплаты (пункты 2.4 договоров займа б/н от 16.08.2018 и б/н от 09.04.2019), а  равно сведения о наличии претензионной переписки между ФИО2, ФИО7  и ФИО6;  

3) в ответ на запрос АО «Первоуральскбанк» конкурсный управляющий ООО  «Смартех» - ФИО9 не подтвердил факт заключения между ООО «Смартех» и ИП  ФИО7 договора № СМ-01/09/18 от 01.09.2018, факт подписания вышеуказанных  актов оказанных услуг к договору оказания услуг по юридическому сопровождению № СМ01/09/18 от 01.09.2018 за период с сентября 2018 года по декабрь 2018 года, а также с  января 2019 года по август 2019 года, факт отражения вышеуказанных хозяйственных  

операций общества в бухгалтерской отчетности ООО «Смартех», факт наличия  задолженности ООО «Смартех» перед ИП Агушевым И.В. которая отражена в актах  сверках, представленных должником и ответчиком.  

Суд посчитал доводы банка убедительными, при этом ответчик в судебное заседание  не явилась, отзыв и доказательства по делу не представила, возражения по доводам банка  не опровергла.  

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела  доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей  судебной инстанцией, суд пришел к выводу, что кредитором доказаны необходимые  элементы состава пункта2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания оспариваемых  сделок недействительными, а именно: спорные платежи в пределах 3-летнего периода,  предшествующего возбуждению дела о банкротстве, совершены должником в пользу  заинтересованного лица в условиях неплатежеспособности, следовательно, цель  причинения вреда интересам кредиторов предполагается, доказательства иного суду не  представлены; при отсутствии в деле достаточных доказательств получения должником  какого- либо встречного предоставления, суд приходит к выводу, что платежи совершены  безвозмездно, а следовательно, причинили вред интересам кредиторов, уменьшив  потенциальную конкурсную массу должника.  

Отклоняя доводы кредитора, доводы кредитора, основанные на положениях статей  10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд указал на следующее.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10  и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался  Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №  10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17- 4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и др.). Согласно  сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса возможно  лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы  дефектов подозрительных сделок.  

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности  сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из  недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают  приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового  принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора  в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же  общественные отношения.  

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются  оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный  пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации  сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода  правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам (определения Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307- ЭС19-20020(8,10) по делу № А56-18086/2016, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9) по делу   № А56-18086/2016).  

Сам по себе факт заключения сделки до начала течения периодов подозрительности,  предпочтительности, исключающий возможность ее оспаривания по правилам статей 61.2,  61.3 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации  возникших отношений как ничтожных. Положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации могут быть применены только к сделкам, совершенным с  пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, сделок с  предпочтением (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации от 24.10.2022 № 305-ЭС21-24325(4) по делу № А4139629/2019).  

В данном конкретном случае оспариваемые платежи полностью укладываются в  юридический состав, указанный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В дело не  представлены доказательства того, что платежи были совершены обеими сторонами  исключительно с намерением причинить вред кредиторам при обстоятельствах,  выходящих за пределы юридического состава статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, конкурсным  управляющим должника в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены  и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и  имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой  инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут  служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к  отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для  отмены судебного акта не имеется.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2022 года по делу   № А41-56760/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в  Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.   

Председательствующий С.Ю. Епифанцева Судьи А.В. Терешин 

Н.В. Шальнева