ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу

Дело №А65-7996/2021

г. Самара

3 марта 2022 года

11АП-742/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 3 марта 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Морозова В.А., 

судей Барковской О.В., Деминой Е.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от кредитора – ФИО2, представитель (доверенность от 16.02.2022);

в отсутствие других лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 24 февраля 2022 года в зале № 3 помещения суда апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от  14 декабря 2021 года (судья Алексеев С.А.)

о включении требований общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Выскогорский район, п. ж/д разъезда Киндери,

в размере 2998810 руб. 85 коп.

в реестр требований кредиторов должника по делу №А65-7996/2021

по заявлению Федеральной налоговой службы

к обществу с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Камская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Камско-Устьинский район, п.г.т. Камское Устье,

о признании несостоятельным (банкротом), 

временный управляющий ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Камская» (далее – ООО «АФ «Камская», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 (далее – временный управляющий).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №169(7131) от 18.09.2021.

19.10.2021 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» (далее – ООО «АФ «Нармонка», кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 2998810 руб. 85 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2021 требование ООО «АФ «Нармонка» к ООО «АФ «Камская» в размере 2998810 руб. 85 коп. долга признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «АФ «Камская», и требований кредиторов, признанных обоснованными в соответствии с пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но перед распределением ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «АФ «Нармонка» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить в части как необоснованное и принять новый судебный акт об удовлетворении требования ООО «АФ «Нармонка» и включении в реестр требований кредиторов ООО «АФ «Камская» в составе третьей очереди задолженности в размере 2998810 руб. 85 коп. 

В обоснование апелляционной жалобы кредитор ссылается на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела.

Кредитор считает, что указанная в требовании задолженность возникла у должника перед кредитором в период октябрь и декабрь 2019 года в связи с наличием убытков в виде стоимости утраченного поголовья с/х животных, переданных в аренду в составе производственно-технологических комплексов, доказательств наличия аффилированности кредитора и должника в указанный период материалы спора не содержат. Вывод суда первой инстанции об аффилированности должника и кредитора является ошибочным. На момент совершения сделок кредитор не был контролирующим и аффилированным лицом по отношению к должнику. Выводы суда первой инстанции на странице 9 обжалуемого определения о том, что кредитор обратился с истребованием задолженности только после введения наблюдения в отношении должника, не соответствуют действительности и опровергаются материалами дела. Судом первой инстанции не дана оценка, что у должника были денежные средства, достаточные для расчетов с заявителем по делу о банкротстве. Выводы суда первой инстанции о предъявлении кредитором требования к должнику в размере 2998810 руб. 85 коп. исключительно для получения контроля над банкротством являются неверными.

В судебном заседании представитель кредитора доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал и просил ее удовлетворить.

Другие лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом.

В соответствии с требованиями статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверяется в соответствии со статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе кредитора, заслушав выступление присутствующего в судебном заседании представителя кредитора, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

Требование кредитора предъявлено в срок, установленный пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 100 Закона о банкротстве при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и доказательства уведомления других кредиторов о предъявлении таких требований. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указываются размер и очередность удовлетворения таких требований.

Как следует из материалов дела, требование кредитора к должнику в заявленном размере основано на том, что сумма задолженности в размере 2998810 руб. 85 коп. подтверждается:

- вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020 по делу №А65-2125/2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020, в соответствии с которым с должника в пользу кредитора взыскано 436010 руб. 85 коп. убытков в виде стоимости утраченного поголовья с/х животных, переданных в аренду в составе производственно-технологических комплексов;

- вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020, в соответствии с которым с должника в пользу кредитора взыскано 2562800 руб. убытков в виде стоимости утраченного поголовья с/х животных, переданных в аренду в составе производственно-технологических комплексов.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 24 Постановления № 35, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт.

Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 37 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором разъясняется, что право конкурсного кредитора и арбитражного управляющего обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование конкурсного кредитора, является правовым механизмом, обеспечивающим право на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются. Данный механизм обеспечивает право на справедливое судебное разбирательство в целях наиболее полной его реализации и подразумевает наличие у лица, обращающегося с соответствующей жалобой по делу, в котором оно до этого не принимало участия, права представить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору.

По общему правилу денежные требования кредиторов, подлежащие включению в реестр требований должника, подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами (абзац 1 пункта 6 статьи 16, пункт 1 статьи 71, пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве).

Разногласия между конкурсными кредиторами и арбитражным управляющим о составе, о размере и об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве (абзац 1 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

Если требования кредитора подтверждены вступившим в законную силу решением суда, то арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, не вправе рассматривать какие-либо разногласия по составу и размеру этих требований (абзац 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве). 

Это положение Закона о банкротстве дано в развитие принципов общеобязательности и стабильности судебных актов, недопустимости повторного рассмотрения тождественных судебных споров.

Таким образом, при наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет возможность его предъявления в процессе несостоятельности и очередность удовлетворения, не пересматривая спор по существу, но не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда по гражданскому делу обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику.

Принимая во внимание, что факт причинения убытков, их состав и размер подтверждены документально, в том числе вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020 по делу №А65-2125/2020 и от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020, которые в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение для настоящего обособленного спора, учитывая, что в материалы дела не представлены доказательства отмены указанных судебных актов, равно как и доказательства их исполнения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заявленное кредитором требование о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2998810 руб. 85 коп. является обоснованным.

В то же время Закон о банкротстве не запрещает суду, рассматривающему требования кредиторов, разрешать иные разногласия, например, связанные с очередностью удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам (абзац 1 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве), с пересмотром судебных актов, с их исполнением (абзац 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве).

Разрешая вопрос об очередности удовлетворения требования кредитора, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики) обобщены правовые подходы, применение которых позволяет  сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Из материалов дела следует и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что единственным учредителем кредитора является акционерное общество «Татагролизинг» (далее – АО «Татагролизинг»), которое также являлось единственным учредителем должника до 07.06.2019 согласно сведениям, представленным Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан.

В заседании арбитражного суда 10.11.2021 представитель кредитора пояснил, что аффилированность между кредитором и должником отсутствует, в 2019 году до заключения сделок между должником и кредитором доля в уставном капитале должника была продана ФИО4 до возникновения обязательств, далее доля была продана ФИО4 обществу с ограниченной ответственностью «Карст», в настоящий момент организация ликвидирована, также пояснил, что обязательства возникли в период участия ФИО4 в уставном капитале должника, АО «Татагролизинг» в настоящее время является лишь учредителем кредитора.

Между АО «Татагролизинг» и ФИО5 30.04.2019 заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале должника. Пунктом 4 указанного договора стоимость доли оценена сторонами в 10 000 руб.

Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан №27982А от 14.05.2019 отказано в государственной регистрации изменений сведений о должнике в части изменения учредителя. Отказ мотивирован тем, что ФИО5 владел не менее чем 50% голосов общества с ограниченной ответственностью «Строймонтажсервис-СК», которое на момент его исключения из ЕГРЮЛ имело задолженность перед бюджетом либо в отношении которого указанная задолженность была признана безнадежной к взысканию в связи с наличием признаков недействующего юридического лица.

Соглашением от 03.06.2019 договор купли-продажи доли в уставном капитале должника между АО «Татагролизинг» и ФИО5 расторгнут. В этот же день, 03.06.2019, между АО «Татагролизинг» и ФИО4 по письму ФИО5 (вх.№538 от 21.05.2019) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале должника. Пунктом 4 указанного договора стоимость доли также оценена сторонами в 10 000 руб., пунктом 5.1 стороны согласовали получение АО «Татагролизинг» в счет оплаты доли денежных средств в размере 10 000 руб.

Сведения о том, что единственным учредителем должника является ФИО4, внесены в ЕГРЮЛ 07.06.2019.

Верховный Суд Российской Федерации указал, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования. Если внутреннее финансирование осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц -других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании (п.2 Обзора судебной практики).

Из материалов дела также следует, что начиная с 11.12.2019 единственным учредителем и руководителем должника становится ООО «КАРСТ», соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ 11.12.2019.

В пункте 9 Обзора судебной практики также разъяснено, что очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

Из материалов дела следует, что решением единственного учредителя АО «Татагролизинг» от 24.02.2018 создается должник.

При создании организации учредитель наделил ее уставным капиталом в минимальном размере - 10 тыс. рублей (п. 1 ст. 14 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), п. 1 ст. 66.2, п. 1 ст. 90 ГК РФ).

Согласно представленным в материалы основного дела о банкротстве сведениям налогового органа расчетные счета должника были открыты 

<

***> (АКБ «АК БАРС» (ПАО) и 14.06.2019 (ПАО «Сбербанк»).

Таким образом, с момента принятия решения о создании должника как юридического лица и до 

<

***> (дата открытия первого расчетного счета) должником не велись безналичные расчеты с контрагентами, что позволяет суду сделать вывод о том, что после создания организация и до открытия расчетного счета должник предпринимательскую деятельность фактически не вел.

Между кредитором, единственным учредителем которого является АО «Татагролизинг» (арендодатель), и должником (арендодатель) 08 июля 2019 года заключен договор аренды имущества, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное пользование производственно-технологический комплекс имущества (техника, оборудование, 7 транспортных средств, крупный рогатый скот и иное имущество), состав которого указывается в приложениях к настоящему договору, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора. Подписывая акт приема-передачи имущества, входящего в состав комплекса имущества, арендатор подтверждает, что ознакомился с имуществом и указание иных характеристик и индивидуализирующих признаков не носит для сторон обязательный характер. Крупный рогатый скот и товарно-материальные ценности (относящиеся к потребляемым вещам), входящие в состав комплекса имущества передаются с обезличиванием. В части имущества переданного с обезличиванием, арендатор в случае убыли, забоя, продажи имущества, самостоятельно восполняет численность (количество) каждой категории имущества, и обязуется возвратить арендодателю то же количество имущества (пункт 1.1. договора); срок аренды устанавливается с момента подписания договора до 31 марта 2020 года; перечень техники, оборудования и транспортных средств, входящих в состав передаваемого в аренду комплекса имущества, перечислен в приложении № 1 к договору, подписанном сторонами; перечень крупного рогатого скота, входящих в состав передаваемого в аренду комплекса имущества, перечислен в приложении № 2 к договору, подписанном сторонами.

08.07.2019 по акту приема-передачи кредитор передал, а должник принял производственно – технологический комплекс имущества, в том числе: по приложению № 2 КРС в составе: основное стадо в количестве 894 голов, молодняк в количестве 1824 головы.

Всего: 2 718 голов.

10.10.2019 стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды имущества от 08.10.2019, в соответствии с которым арендатор обязался освободить и возвратить арендованное имущество по акту – возврата. 

Далее по актам возврата № 1 от 10.10.2019, № 2 от 10.10.2019, № 3 от 31.10.2019 имущество возвращено арендодателю не в полном объеме, а именно в части КСР возврат произошел:

- по акту № 2 от 10.10.2019 в составе: основное стадо (по всем отделениям) в количестве 952 головы, основное стадо (по всем отделениям) в количестве 1728 голов;

- по акту № 3 от 31.10.2019 в составе: молодняк (по всем отделениям) в количестве 11 голов.

Таким образом, всего было возвращено 2 691 голова КРС. Разница при возврате составила 27 голов молодняка.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020, по делу №А65-2125/2020, и не подлежат дополнительному доказыванию.

Также установлено, что 17.04.2019 года между кредитором (арендодатель) и должником (арендатор) заключен договор аренды имущества, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное пользование имущественный комплекс (техника, оборудование, семена, корма, скот и иное имущество), состав которого указывается в приложении к настоящему договору, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора. Перечень техники, оборудования, скота, входящего в состав передаваемого в аренду комплекса имущества, перечислен в приложении № 1 к договору, подписанном сторонами. Скот и товарно-материальные ценности (относящиеся к потребляемым вещам), входящие в состав комплекса имущества передавались с обезличиванием.

Вместе с заключением договора от 17 апреля 2019 года, между кредитором и должником был подписан акт приема-передачи имущества от 17 апреля 2019 года, по которому ответчику было передано 508 голов основного стада КРС и 1505 голов молодняка КРС.

Соглашением от 05.12.2019 года стороны расторгли договор и должник обязался возвратить имущество в течении 7 рабочих дней со дня расторжения договора, т.е. до 16.12.2019 года.

По актам возврата № 1 от 05.12.2019 года и № 2 от 05.12.2019 года имущество было возвращено арендодателю не в полном объеме.

Как следует из акта возврата имущества № 1 от 05.12.2019 года, должник возвратил 773 головы основного стада КРС и 1070 голов молодняка КРС.

Таким образом, после расторжения договора аренды, должником не было возвращено 435 голов молодняка КРС и излишне возвращено 265 голов основного стада КРС.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020 и не подлежат дополнительному доказыванию.

Суд первой инстанции отметил, что на момент заключения договора аренды от 17.04.2019 АО «Татагролизинг» являлось как учредителем кредитора, так и учредителем должника.

Указанный статус сохранялся вплоть до 07.06.2019. При этом, после заключения договора аренды (17.04.2019) АО «Татагролизинг», как единственный учредитель должника, приняло решение о назначении руководителем должника ФИО6, соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ 24.04.2019 и являлись актуальными до 11.12.2019.

Вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020 по делу №А65-2125/2020 и от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020 установлено, что договоры аренды между кредитором и должником расторгнуты соответственно 10.10.2019 и 05.12.2019 года.

Из содержания представленной ПАО «Сбербанк» выписки по лицевому счету должника следует, что расчетные операции велись с 04.07.2019 по 01.11.2019, дальнейшее движение денежных средств по данному счету не производилось.

Из содержания представленной АКБ «АК БАРС» (ПАО) выписки по лицевому счету должника следует, что расчетные операции велись по 24.12.2019, дальнейшее движение денежных средств по данному счету не производилось.

Таким образом, с момента открытия должником первого расчетного счета 

<

***> АКБ «АК БАРС» (ПАО) и до последней операции по расчетным счетам должника (24.12.2019) прошло чуть более одного года.

За указанный период хозяйственной деятельности у должника возникла кредиторская задолженность, а также задолженность перед уполномоченным органом.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.10.2019 по делу №А65-25249/2019 с должника взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 191 249 руб. 35 коп. долга по договору № 2657 на управление имуществом (передача в эксплуатацию оборудования котельной) от 01.01.2019, 11 389 руб. 05 коп. пени, 6 000 руб. расходов на оплату услуг представителя, 7 053 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.09.2020 по делу №А07-41213/19 с должника взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью «Росагросервис», Республика Башкортостан, р.п. Чишмы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 138 150 руб. долга, 18 472 руб. 60 коп. неустойки, 5 699 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а также неустойка за период с 11.12.2019 по день фактической оплаты суммы долга в размере 0,1 % за каждый день просрочки.

В свою очередь вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.09.2020 по делу №А07-41213/19 установлено, что между обществом с ограниченной ответственностью «Росагросервис» (исполнитель) и должником (заказчик) заключен договор сервисного обслуживания № 205 от 22.03.2019. Обществом с ограниченной ответственностью «Росагросервис» во исполнение договора № 205 от 22.03.2019 г. были выполнены работы на сумму 138 150 руб., что подтверждается актами выполненных работ: 

№ 450 от 09.04.2019 г. на сумму 8 700,00 руб.; 

№ 451 от 09.04.2019 г. на сумму 4 650,00 руб.; 

№ 1070 от 03.06.2019 г. на сумму 12 300,00 руб.; 

№ 1297 от 28.06.2019 г. на сумму 30 600,00 руб.; 

№ 1298 от 28.06.2019 г. на сумму 30 700,00 руб.; 

№ 2538 от 26.09.2019 г. на сумму 22 000,00 руб.; 

№ 2539 от 26.09.2019 г. на сумму 15 500,00 руб.; 

№ 2544 от 26.09.2019 г. на сумму 13 700,00 руб.

У должника образовалась задолженность за выполненные истцом работы в размере 138 150 руб.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2021 о введении в отношении должника процедуры наблюдения установлено, что решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2020 по делу №А65-2815/2020 с должника взыскано в пользу заявителя по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Спецтехойл», г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 428 755 руб. 20 коп. задолженности.

В свою очередь вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2020 по делу №А65-2815/2020 установлено, что во исполнение заключенного сторонами договора поставки №13-05/2019-1163 от 13 мая 2019г. общество с ограниченной ответственностью «Спецтехойл» по универсальным передаточным документам – счетам-фактурам №1021 от 16.05.2019г., №1444 от 16.06.2019г., №1585 от 10.07.2019г., №1666 от 17.07.2019г., №1706 от 19.07.2019г., №1816 от 31.07.2019г., №1963 от 13.08.2019г., №2077 от 22.08.2019г., №2131 от 27.08.2019г., №2163 от 29.08.2019г., поставило должнику продукцию на общую сумму 538 755 руб. Вместе с тем, товар ответчиком не был оплачен в полном объеме, в связи с чем, сумма задолженности составила 428 755 руб. 20 коп., которая на день рассмотрения настоящего дела не погашена.

Анализ указанных выше судебных актов позволил суду первой инстанции прийти к выводу, что договор № 2657 на управление имуществом (передача в эксплуатацию оборудования котельной), договор № 205 и договор поставки № 13-05/2019-1163 были заключены должником с указанными выше кредиторами соответственно 01.01.2019, 22.03.2019 и 13.05.2019, то есть в период, когда единственным учредителем должника являлось АО «Татагролизинг».

Заключенные между кредитором и должником договоры аренды имущественных комплексов (что повлекло обязанность возвратить арендованное имущество) прекратили свое действие 10.10.2019 и 05.12.2019, при этом, по актам возврата арендованное имущество было в конечном счете возвращено должником кредитору (пусть и не в полном объеме), что позволило суду первой инстанции сделать вывод о том, что основные активы, позволявшие должнику вести хозяйственную деятельность, выбыли из владения и пользования должника в пользу кредитора.

Впоследствии вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020, по делу №А65-2125/2020, а также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020 с должника было взыскано в пользу кредитора 2 998 810 руб. 85 коп. задолженности.

Как уже было установлено выше, начиная с 11.12.2019 единственным учредителем и руководителем должника становится ООО «КАРСТ», соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ 11.12.2019.

Согласно общедоступным сведениям из ЕГРЮЛ ООО «КАРСТ» исключено из реестра как недействующее юридическое лицо.

Согласно абз. 2 п. 4 ст. 65.2 ГК РФ участник корпорации обязан участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом размере.

По общему правилу в связи с неопределенностью, присущей предпринимательской деятельности, учредителям хозяйственного общества заранее может быть неизвестно, является ли формируемый ими уставный капитал достаточным или нет.

Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае у учредителя организации АО «Татагролизинг» при создании должника-агрофирмы не было какой-либо неопределенности относительно рынка и масштабов деятельности нового, созданного им, участника гражданского оборота.

Уже на начальном этапе АО «Татагролизинг» было заведомо известно, что организация не имеет возможности вести нормальную предпринимательскую деятельность в сфере сельского хозяйства ввиду очевидного несоответствия полученного ею имущества (денежные средства в сумме 10 тыс. рублей) объему планируемых мероприятий.

Из содержания вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020 следует, что имущественный комплекс (техника, оборудование, семена, корма, скот и иное имущество) был передан кредитором должнику по договору аренды. При этом, как уже отмечалось ранее, единственным учредителем кредитора является АО «Татагролизинг», которое также являлось единственным учредителем должника на дату заключения договора аренды (17.04.2019) и до 07.06.2019.

Также из содержания вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020 по делу №А65-2125/2020 следует, что между кредитором и должником 08 июля 2019 года был заключен еще один договор аренды имущества, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное пользование производственно-технологический комплекс имущества (техника, оборудование, 7 транспортных средств, крупный рогатый скот и иное имущество).

АО «Татагролизинг» намеренно отказалось от предусмотренных законом механизмов капитализации через взносы в уставный капитал (ст. 15 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) или вклады в имущество (ст. 27 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) и воспользовалось предусмотренным законом минимальным размером уставного капитала, не выполняющим гарантирующую функцию, ограничившись заключением обществом с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» (контролируемый АО «Татагролизинг» кредитор) с должником договоров аренды, предусматривающих передачу должнику имущественных комплексов для целей ведения хозяйственной деятельности. При этом, на момент заключения договора аренды от 17.04.2019 АО «Татагролизинг» контролировало и должника.

Судом первой инстанции учтено и то обстоятельство, что в дальнейшем доля АО «Татагролизинг» была отчуждена также по минимальной стоимости 10 000 руб. исходя из минимального размера уставного капитала должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что подобные действия были сделаны с единственной целью – перераспределение риска утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта, повлекшей банкротство подконтрольной организации (должника). Однако в ситуации прибыльности данного проекта все преимущества относились бы на это контролирующее лицо. Избранная контролирующим лицом АО «Татагролизинг» процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов.

В силу п.4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При таких обстоятельствах на основании п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции признал требование кредитора, как контролирующего лица, подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункт 9 Обзора судебной практики).

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), разъяснено, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника. Очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования. Если внутреннее финансирование осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании. 

Наличие аффилированности между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную массу - само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между такими лицами. 

Из материалов дела усматривается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что единственным учредителем кредитора является АО «Татагролизинг», которое также являлось единственным учредителем должника до 07.06.2019.

Между тем предъявленная в рамках настоящего обособленного спора задолженность возникла у должника перед кредитором в период октябрь и декабрь 2019 года.

Доказательств наличия аффилированности кредитора и должника в указанный период (на момент возникновения задолженности) материалы спора не содержат. 

На момент совершения сделок кредитор не был контролирующим и аффилированным лицом по отношению к должнику.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о предоставлении кредитором должнику компенсационного финансирования.

Выводы суда первой инстанции о том, что кредитор обратился с истребованием задолженности только после введения в отношении должника процедуры наблюдения, не соответствуют обстоятельствам дела и опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в частности:

- решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020 по делу №А65-2125/2020, которым подтверждается факт обращения кредитора с иском к должнику 31.01.2020, после соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора;

- постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 по делу № А65-2125/2020, которым подтверждается, что должник обжаловал решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2020, а не признавал исковые требования, что свидетельствует об отсутствии между должником и кредитором какого-либо сговора;

- решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.01.2021 по делу №А65-2123/2020, которым подтверждается факт обращения кредитора с иском к должнику 31.01.2020, после соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора, и наличие возражений на иск, а также назначение судебной экспертизы по ходатайству должника относительно определения размера убытков;

- сведениями о возбуждении исполнительных производств, что свидетельствует о разумности и добросовестности действий кредитора по взысканию спорной задолженности в принудительном порядке;

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.12.2020 по делу №А65-20099/2020 о прекращении производства по делу о банкротстве должника по заявлению кредитора, которым подтверждается факт обращения кредитора с самостоятельным заявлением о признании должника банкротом.

Более того, если внутреннее финансирование осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании (пункт 2 Обзора от 29.01.2020).

Вывод суда первой инстанции о том, что избранная контролирующим должника лицом АО «Татагролизинг» процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов, также не соответствует обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам.

По смыслу разъяснений, данных в пункте 9 Обзора от 29.01.2020, компенсационное финансирование возможно и на этапе создания должника путем предоставления недостающих активов для ведения деятельности. Если при создании контролирующее должника лицо наделило юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировало займами (то есть бенефициар перераспределил риск утраты крупного вклада на случай возможного банкротства) требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что предоставление должнику денежных средств его учредителем носило характер корпоративного, равно как и доказательства того, что возврат предоставленного финансирования осуществлен в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами.

Учитывая, что требование основано на вступивших в законную силу решениях арбитражного суда, доказательства исполнения которых не представлены, суд апелляционной инстанции считает, что требование ООО «АФ «Нармонка» в размере 2998810 руб. 85 коп. является обоснованным и подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АФ «Камская».

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что выводы, изложенные в обжалуемом определении, в части наличия оснований для субординации требования кредитора, не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем обжалуемое определение подлежит изменению на основании пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а заявленное требование ООО «АФ «Нармонка» – удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение, вынесенное по результатам рассмотрения заявления о включении в реестр требований кредиторов должника, государственной пошлиной не оплачивается.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 декабря 2021 года по делу №А65-7996/2021 изменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» удовлетворить.

Требование общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Нармонка» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Выскогорский район, п. ж/д разъезда Киндери, в размере 2998810 руб. 85 коп. признать обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Камская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Камско-Устьинский район, п.г.т. Камское Устье.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа. 

Председательствующий судья

Судьи

В.А. Морозов

О.В. Барковская

Е.Г. Демина