﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-23757/2020

16 марта 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     09 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 марта 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будылевой М.В.

судей  Горбачевой О.В., Загараевой Л.П.

при ведении протокола судебного заседания:  до перерыва – Борисенко Т.Э., после перерыва Короткевичем В.И.

при участии:  

от истца: Савиных Т.В. по доверенности от 25.12.2020;

от ответчика: Заугольников И.В. по доверенности от 01.11.2019;

от третьего лица: не явился (извещен);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-572/2021)  ООО "Колесница" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.11.2020 по делу № А56-23757/2020 (судья Рагузина П.Н.), принятое

по иску Компания «Киа Моторс Корпорейшн» (Kia Motors Corporation)

к  ООО "Колесница"

3-е лицо:  Балтийская таможня  

о взыскании 

установил:

Компания Hyundai Motor Company и Компания Кia Motors Corporation (далее – истец) обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Колесница» (далее - ООО «Колесница», ответчик) о взыскании денежной компенсации в размере 127 320 руб. в пользу Компании Hyundai Motor Company в связи с нарушением прав на товарный знак № 1036496 и денежной компенсации в размере 263 376 руб. в пользу Компании Кia Motors Corporation в связи с нарушением прав на товарный знак № 142734, товарный знак по международному сертификату № 1021380.

Определением от 24.03.2020 суд выделил требования Компании Кia Motors Corporation о взыскании денежной компенсации в размере 263 376 руб. в отдельное производство с присвоением делу номера А56-23757/2020.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Балтийская таможня.

Решением суда от 16.11.2020 исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит судебный акт отменить. Податель жалобы полагает, что истцом не был соблюден досудебный порядок урегулирования спора. По мнению ответчика, истцом не обоснован размер компенсации. Также ответчик ссылается на то, что спорный товар не имеет обозначений, сходных с товарными знаками истца. В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на наличие смягчающих и исключающих вину обстоятельств.

От истца поступили отзыв и письменные пояснения на апелляционную жалобу, в которых оспариваются доводы ответчика. 

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о месте и времени рассмотрения дела, своего представителя в судебное заседание не направило. Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы жалобы, считает решение суда незаконным и необоснованным.

Представитель истца против удовлетворения требований жалобы возражал, просил судебный акт оставить в силе по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака, зарегистрированного на территории Российской Федерации по свидетельству № 142734, в том числе в отношении товаров 12 класса МКТУ (в том числе, решетки радиаторов для наземных видов транспорта, панели кузова для транспортных средств), а также товарного знака, зарегистрированного на территории Российской Федерации по международному сертификату № 1021380, в том числе, в отношении товаров 11 класса МКТУ (в том числе автомобильные фары, лампы для направленных сигналов автомобилей, фары для автомобилей, приборы освещения).

Ответчиком 03.10.2019 был совершен ввоз товаров (приборы освещения, решетки радиаторов), маркированных товарными знаками № 142734 и № 1021380 по таможенной декларации на товары (далее - ДТ) № 10216100/031019/0024195 с целью помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления на территории Российской Федерации.

Согласно сведениям, заявленным в таможенной декларации на товары, отправитель товара: компания «CHANGZHOU GUXIN VEHICLE ACCESSORIES CO., LTD», КНР; получатель товара, декларант, а также лицо ответственное за финансовое урегулирование, - ООО  «Колесница» (ИНН 7810088126, 196240, Санкт-Петербург, ул. Кубинская д.76, кор.7 стр.1 пом.40); товары № 1-4 в контейнере OOLU6937109: «запчасти», в том числе: № 2 «приборы освещения и визуальные сигнализации для моторных транспортных средств», весом нетто 2548,18 кг, код товара по ТН ВЭД ЕАЭС 8512200009.

13.10.2019 в рамках таможенного контроля проведен таможенный досмотр (АТД № 10216100/131019/005647), в ходе которого обнаружено, что на части товара № 2 «приборы освещения», в количестве 16 шт. нанесено изображение, сходное с товарным знаком «Kia».

В ходе таможенного контроля Балтийской таможней в адрес представителя правообладателя товарного знака, принадлежащего компании «Kia Motors Corporation», был направлен запрос с просьбой сообщить, имеются ли на обнаруженном таможенном органом товаре признаки контрафактности продукции.

07.11.2019 в Балтийскую таможню поступило письмо от 28.10.2019 № ЗИС-22308/2019 от представителя правообладателя, что товар является контрафактным по следующим признакам: поверхность товара, ввезенного Обществом, глянцевая, когда как  поверхность оригинального - матовая; способ нанесения артикула, товарного знака и иных данных - шрифт на контрафактном и оригинальном товаре отличается; отличается толщина обода на товарном знаке «Kia»; подобный оригинальный товар имеет в сборе коннектор, провода и цоколь ламп (товар Общества идет без данной комплектации); оригинальный товар имеет отметку маркером, что свидетельствует о проверке его качества (на товарах Общества такая пометка отсутствует); упаковка товара не соответствует оригинальной упаковке правообладателя: коробка товара является неоригинальной, как так оригинальная содержит надпись «Genuine Parts», товарный знак «КIА», а также этикетку с информацией о товаре.

07.11.2019 должностным лицом отдела торговых ограничений и экспортного контроля Балтийской таможни вынесено определение о возбуждении в отношении ответчика дела № 10216000-2680/2019 об административном правонарушении, предусмотренном  частью  1 статьи  14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) и проведении административного расследования.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.07.2020 по делу № А56-39635/2020 ООО «Колесница» привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.10 КоАП РФ.

Кроме того, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Указанное требование оставлено без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, признал их обоснованными по праву и по размеру.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы жалобы, не находит оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Пунктом 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 этой же статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как отмечено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 10), в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Исходя из изложенного, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 59 - 62, 154, 162 постановления N 10, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

Факт ввоза товара на таможенную территорию Российской Федерации с заявлением таможенного режима, предполагающего использование указанного в ней товара в гражданском обороте на территории Российской Федерации, подтверждается подачей ответчиком в таможенные органы декларации на товар.

Согласие истца, как обладателя исключительного права на товарные знаки №142734 и № 1021380, на ввоз ответчиком товара, маркированного товарными знаками, принадлежащим истцу, в материалах дела не представлено и истцом отрицается. При этом сам факт предоставления правовой охраны товарным знакам на территории Российской Федерации подтвержден материалами дела и сторонами дела не оспаривался.

Законность сделки купли-продажи между ответчиком и его поставщиком не свидетельствует об отсутствии нарушения исключительных прав истца.

Устанавливая факт сходства до степени смешения, суд первой инстанции исходил из того, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и может быть разрешен с позиции рядового потребителя без назначения экспертизы.

Кроме того, 25.02.2020 в соответствии со статьей 26.4 КоАП РФ таможенным органом вынесено определение о назначении экспертизы объектов интеллектуальной собственности - товара (далее - товар), явившегося предметом административного правонарушения. Проведение экспертизы поручено ООО «Соэкс-Нева».

Согласно экспертному заключению от 19.03.2020 № 001-01252-20 обозначение, нанесенное на пластиковом корпусе товара в виде сочетания букв KIA, выполненное в овале, является сходным до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками по свидетельству РФ № 142734, по международному сертификату № 1021380; обозначение нанесенное на товар «задний фонарь», являющийся предметом административного правонарушения, является сходным до степени смешения с зарегистрированным товарными знаками по свидетельствам № 142734, №1021380, принадлежащими Компании «Kia Motors Corporation» по признакам: по сходству словесных обозначений, звуковому сходству, графическому, смысловому сходству внешней формы, сходству первого впечатления, по тождеству или сходству пространственно доминирующих элементов, способности ввести в заблуждение потребителя относительно изготовителя товара и по иным признакам. Товар «задний фонарь», являющийся предметом административного правонарушения, является однородным товарам, на которые распространяют свое действие зарегистрированные товарные знаки № 142734, №1021380, принадлежащие Компании «Kia Motors Corporation»; изображения возможно признать применимыми и узнаваемыми для публичного и потребительского восприятия изображением владельца товарного знака Kia. У потребителя имеется возможность увидеть заднюю часть товара «задний фонарь» при проведении осмотра товара; на образце не имеется четко читаемого текста с надписью «Kia», однако имеется изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками №142734, №1021380.

Доказательств использования указанных товарных знаков на законных основаниях ответчиком не представлено.

Факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки был установлен судом на основании доказанности введения обществом в гражданский оборот Российской Федерации товара, маркированного товарными знаками истца, путем его ввоза на таможенную территорию Таможенного союза под таможенной процедурой "выпуск для внутреннего потребления" без согласия правообладателей.

В постановлении от 13.02.2018 N 8-П Конституционный Суд Российской Федерации дал разъяснение, согласно которому статья 1487 ГК РФ предусматривает национальный режим исчерпания исключительного права, которое означает, что на территории определенного государства исключительное право на размещенный правообладателем на конкретном товаре товарный знак, подлежащее правовой охране на территории данного государства, исчерпывается с момента первого введения товара в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории данного государства. Региональное же исчерпание прав предполагает исчерпание правообладателем исключительного права на товарный знак в рамках таможенной территории нескольких государств, и региональный принцип исчерпания исключительного права предусмотрен только для стран - членов ЕАЭС. Тогда как при международном исчерпании прав исключительное право на товарный знак признается исчерпанным по отношению к конкретному товару с момента его первого введения в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории любого государства.

В свою очередь, статьей 1487 ГК РФ установлено, что не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Таким образом, импорт на территорию Российской Федерации товаров из других иностранных государств, не являющихся членами ЕАЭС, возможен только с согласия правообладателя.

С учетом приведенных положений статей 1484 и 1487 ГК РФ, а также правовой позиции, изложенной в пункте 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", ввоз ответчиком на территорию Российской Федерации товаров, маркированных товарными знаками истца, без его согласия является незаконным. При этом ввоз на территорию Российской Федерации товара с размещенным на нем товарным знаком является формой использования товарного знака. Следовательно, ввоз такого товара без согласия правообладателя является нарушением его исключительных прав.

Независимо от того, законно или незаконно размещены товарные знаки на ввозимом на территорию Российской Федерации обществом товаре, такие действия, осуществленные без получения согласия правообладателей, являются нарушением исключительных прав последних на принадлежащие им товарные знаки.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении N 8-П указал, что при применении положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487, пунктов 1 и 2 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ отсутствуют конституционно-правовые основания для назначения таких мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, как изъятие из оборота и уничтожение товаров, ранее введенных правообладателем в гражданский оборот на территории другого государства и ввезенных на территорию России без его согласия (параллельный импорт), в отличие от последствий ввоза поддельных товаров, изъятие и уничтожение которых может не производиться лишь в порядке исключения (если введение таких товаров в оборот продиктовано необходимостью защиты общественно значимых интересов).

Однако это не исключает применение иных последствий нарушения исключительного права на товарный знак.

Суд по интеллектуальным правам неоднократно отмечал, что установление судами при рассмотрении дел, касающихся импорта товаров, юридического статуса ввезенных товаров (введены ли они в гражданский оборот ранее самим правообладателем на территории другого государства (параллельный импорт) либо являются контрафактными, маркировка товарного знака на которые нанесена без согласия правообладателя), является существенным для правильного разрешения настоящего дела.

Из решения суда первой инстанции усматривается, что нарушением исключительного права правообладателя товарных знаков признан ввоз товара, маркированного товарными знаками, на территорию Российской Федерации; в материалы дела не представлены доказательства того, что товарные знаки на ввезенном товаре нанесены с согласия правообладателя.

Изложенные обстоятельства подтверждают факт нарушения ответчиком исключительного права истца на товарные знаки.

Размер компенсации определен истцом исходя из сведений о количестве ввезенного ООО «КОЛЕСНИЦА» товара по ДТ №10216100/031019/0024195 под № 2, а именно, приборы освещения в количестве 16 единиц, на которые незаконно нанесен товарный знак истца. Представителем правообладателя ООО «Мобис Партс СНГ» письмом Исх. № 0512/1 от 05.12.2019 был рассчитан размер ущерба, при котором стоимость аналогичного, оригинального товара - ФАРА ЗАДНЯЯ В СБОРЕ составляет 16 461,68 руб. 

Расчет произведен по формуле: 16 461.68 * 16 шт. = 263 386.88 рублей. Таким образом итоговая сумма ущерба, указанная в письме представителя правообладателя Исх. № 0512/1 от 05.12.2019, имеющемся в материалах дела, 263 386,88 рублей.

Из материалов дела усматривается, что истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 263 376 руб.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, исходя из доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца, учитывая объем и характер ввезенных товаров, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, суд признал заявленный истцом размер компенсации 263 376 руб. обоснованным, соответствующим принципам разумности и соразмерности.

Таким образом, апелляционный суд полагает правомерным вывод суда первой инстанции об обоснованности исковых требований по праву и по размеру.

Доводы ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка урегулирования спора отклоняются апелляционным судом.

Согласно части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившей в силу с 01.06.2016 и измененной впоследствии с 12.07.2017, если для определенной категории споров федеральным законом установлен претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора, либо он предусмотрен договором, спор передается на разрешение арбитражного суда после соблюдения такого порядка.

На основании пункта 5.1 статьи 1252 ГК РФ, введенного в действие с 12.07.2017, с учетом подпункта 3 пункта 1 этой же статьи в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подведомствен арбитражному суду, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

При этом иск о возмещении убытков или выплате компенсации может быть предъявлен в случае полного или частичного отказа удовлетворить претензию либо неполучения ответа на нее в тридцатидневный срок со дня направления претензии, если иной срок не предусмотрен договором.

Под претензионным или иным досудебным порядком урегулирования спора понимается одна из форм защиты гражданских прав, которая заключается в попытке урегулирования спорных вопросов непосредственно между предполагаемыми кредитором и должником по обязательству до передачи дела в арбитражный суд.

Обязательный претензионный порядок разрешения споров служит целям добровольной реализации гражданско-правовых санкций без обращения за защитой в суд. Совершение спорящими сторонами обозначенных действий после нарушения (оспаривания) субъективных прав создает условия для урегулирования возникшей конфликтной ситуации еще на стадии формирования спора, то есть стороны могут ликвидировать зарождающийся спор, согласовав между собой все спорные моменты, вследствие чего не возникает необходимость в судебном разрешении данного спора.

В Обзоре судебной практики N 4, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015, разъяснено, что претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату государственной пошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Из приведенных положений следует, что установление обязательности досудебной стадии призвано обеспечить более оперативное, менее формализованное и затратное (в сравнении с судебным процессом) разрешение споров.

Поскольку российским законодательством не установлено каких-либо требований или условий к форме и содержанию претензионного письма, то оно должно недвусмысленным образом говорить о наличии материально-правового спора, подлежащего урегулированию сторонами, а те вопросы, которые не урегулированы применительно к порядку досудебного урегулирования споров, могут быть реализованы сторонами по своему усмотрению.

17.01.2020 истец направил в адрес ответчика досудебную претензию с требованием в добровольном, досудебном порядке выплатить компенсацию за допущенное нарушение исключительных прав. В подтверждение факта соблюдения претензионного порядка истцом представлены копия претензии и квитанция об отправке ответчику претензии ценным письмом с описью вложения. Согласно информации с сайта почты России, данное отправление было получено ответчиком 28.01.2020.

Позиция ответчика сводятся к тому, что к претензии не были приложены документы, подтверждающие полномочия истца, между тем, ответчик знал об основаниях и размере требований истца, следовательно, при наличии сомнений в полномочиях лица, подписавшего претензию, имел возможность обратиться за соответствующими разъяснениями к правообладателю.

Апелляционный суд полагает, что ответчик не был лишен возможности разрешения спора мирным путем, следовательно, претензионный порядок разрешения спора считается соблюденным. 

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

На основании изложенного, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального и процессуального права принял законное и обоснованное решение. Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено. 

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.11.2020 по делу №  А56-23757/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Будылева

 

Судьи

О.В. Горбачева

 Л.П. Загараева