; № 09АП-13585/2023

Дело № А40-58566/19

г. Москва

02 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 02 мая 2023 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л.Головачевой,

судей А.А. Комарова, Е.В. Ивановой,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО2 - ФИО3, ПАО «Промсвязьбанк»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2022 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделку должника - перечислении денежных средств в пользу ФИО4, 

вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

при участии в судебном заседании:

от ф/у ФИО3 – ФИО5 по дов. от 08.03.20203 г., 

от ФИО2 – ФИО6 по дов. от 14.04.2022 г.,

от ФИО4 по дов. от 02.02.2023 г.,

от ПАО «Промсвязьбанк» - ФИО7 по дов. от 05.07.2022 г.,

от ПАО Банк «Траст» - ФИО8 по дов. от 08.06.2021 г.,

от ООО «Левит» - ФИО9 по дов. от 20.01.2021 г., 

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2021 должник ФИО10 Дмитрии? Николаевич признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2022 финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 Евгении? Васильевич. 

В Арбитражныи? суд города Москвы 15.06.2021 поступило заявление финансового управляющего к ФИО4 об оспаривании сделок. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2022 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недеи?ствительнои? сделку должника - перечислении денежных средств в пользу ФИО4. 

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий и ПАО «Промсвязьбанк» (далее – апеллянты) обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2022 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

До заседания в апелляционный суд от ПАО Банк «Траст» поступили письменные пояснения, которые приобщены к материалам спора в порядке статьи 81 АПК РФ. От ООО «Левит» - отзыв на апелляционные жалобы, который приобщен в качестве письменных пояснений в порядке статьи 81 АПК РФ. От ФИО4 и должника – отзывы на апелляционные жалобы, который приобщены к материалам спора в порядке статьи 262 АПК РФ.

Представители финансовый управляющий, ПАО «Промсвязьбанк», ПАО Банк «Траст» и ООО «Левит» в судебном заседании поддержали доводы апелляционных жалоб.

Представители ответчика и должника возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Как следует из заявления финансового управляющего должника, заявитель просит признать недеи?ствительными платежи должника, совершенные в период с 05.05.2016 по 12.12.2017 в пользу ответчика на общую сумму 8 687 800 рублеи?; применить последствия недеи?ствительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 8 687 800 рублеи?. 

В обоснования доводов указал на обстоятельства совершения платежеи? в период подозрительности, безвозмездно; считает, что сделка подлежит признанию недеи?ствительнои? по основаниям, предусмотренным п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

В материалы дела представлен отзыв должника, из которого следует, что требования заявителя удовлетворению не подлежат. 

В обоснование доводов указал, что ответчик не знал и не мог знать о цели причинения вреда кредиторам оспариваемыми платежами (даже если допустить, что такая цель присутствовала, что Должник отрицает); не знал и не должен был знать о наличии у сделки цели причинения вреда кредиторам (хотя такои? цели в принципе не существовало); оспариваемые платежи являлись пожертвованиями, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов; преследование сторонами сделки благотворительнои? цели свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника-банкрота; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов отсутствовала, поскольку на момент совершения оспариваемых платежеи? Должник не отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества; имущество и доходы Должника за годы, предшествующие банкротству, свидетельствуют об отсутствии у Должника признаков недостаточности имущества в момент совершения оспариваемои? сделки; Должник продолжал исполнять свои обязательства перед кредиторами после совершения оспариваемои? сделки; совершение оспариваемых платежеи? не привело к появлению у Должника признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества. 

Ответчик также представил отзыв. Указал, что с 2015 осуществлял добровольные личные пожертвования на уставную деятельность Свято - Успенского Псково - Печерского монастыря, путем перечисления денежных средств на банковскую карту. 

Представил доказательства использования пожертвовании? для целеи? издания печатнои? продукции в общеполезных целях. 

Со ссылкои? на ст.126.23 ГК РФ указал, что имущество является собственностью монастыря; при этом заинтересованным лицом не является. Просил отказать в удовлетворении заявления. 

ПАО «Промсвязьбанк» в письменных пояснениях настаивал, что перечисления не являются пожертвованиями, поскольку не соблюдены предусмотренные законом требования. Просил требования финансового управляющего должника удовлетворить. 

Банк «ТРАСТ» (ПАО) в письменных пояснениях также указал, что перечисления не являются пожертвованиями; перевод осуществлялся непосредственно ФИО4; доказательства того, что именно средства поступившие ФИО4 направлялись на нужды редакции, издание книг в материалы дела не представлено. Настаивает, что сделка совершена в целях причинения вреда, платежи причинили вред, ответчик был осведомлен о финансовом положении ответчика. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 2,19, 61.2 Закона о банкротстве, позицией, изложенной в пунктах 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, в период с 05.05.2016 по 12.12.2017 в пользу ответчика на общую сумму 8 687800 рублеи? должником осуществлены платежи. 

На даты совершения оспариваемых платежеи? у Должника отсутствовала просроченная кредиторская задолженность. 

Суд первой инстанции отметил, что наличие кредиторскои? задолженности в определенныи? момент не может являться свидетельством невозможности лиц исполнить свои обязательства.

Задолженность Должника перед ООО ЗК «Настюша» основана на судебных актах, в соответствии с которыми сделки между Должником и ООО ЗК «Настюша» были признаны недеи?ствительными и с Должника в порядке реституции были взысканы денежные средства в пользу кредитора (Постановления Девятого арбитражного суда No 09АП-1619/2019 и No 09АП1635/2019 от 22.03.2019 по делу No А40-1253/17-88-3 «Б»). 

В соответствии с правовыми позициями, применяемыми в судебнои? практике, в данном случае в связи с тем, что задолженность Должника перед кредитором возникла в результате признания сделок недеи?ствительными и применения положении? о реституции (задолженность не является возмещением стоимости неосновательного обогащения), момент фактического приобретения денежных средств Должником правового значения не имеет (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2019 No 13АП22946/2019, 13АП-22955/2019 по делу No А56-89894/2015/ж.3, оставленное без изменении? Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.06.2020 No Ф07-948/2020). 

Требования акционеров «Первобанка» основаны на Договорах поручительства, заключенных между ними и Должником. По условиям данных договоров ФИО2 предоставил кредиторам поручительство в обеспечение исполнения обязательств Питерс Интернеи?шнлИнвестмент Н.В (Основнои? должник) по договору купли- продажи от 06.11.2015/10.11.2015 акции? ПАО «Промсвязьбанк» (Договор купли-продажи акции?). 

В соответствии с условиями Договоров купли-продажи от 06.11.2015/10.11.2015 (пункт 2.5.) оплата акции? ПАО «Промсвязьбанк» осуществляется Основным должником поэтапно в течение 30 календарных днеи? по истечении 2-го, 3-го, 4-го и 5-го года со дня заключения договора по графику. 

Таким образом, оплаты должны быть осуществлены Основным Должником в ноябре 2017, ноябре 2018, ноябре 2019, ноябре 2020. В ноябре 2017 Питерс Интернеи?шнлИнвестмент Н.В осуществило первые платежи в соответствии с Договором купли-продажи акции? в адрес акционеров «Первобанка» в размере 447 460 595,14 руб. без просрочки. 

11.04.2018 АСВ направило в адрес миноритарных акционеров ПАО «Промсвязьбанк» (в т.ч. в адрес акционеров «Первобанка») требование о выкупе эмиссионных ценных бумаг акционерного общества, а в апреле-мае 2018 года АСВ осуществило обязательныи? выкуп акции? в соответствии со ст. 84.8 ФЗ «Об акционерных обществах». 

Таким образом, акции, принадлежащие миноритарным акционерам, перешли к АСВ. Ввиду применения судом к отношениям между акционерами «Первобанка», Должником и Основным Должником норм о коммерческом кредите, суд решил, что к отношениям также применима ст. 813 ГК РФ, в соответствии с положениями которои? при утрате обеспечения (акции? ПАО «Промсвязьбанк») заи?модавец вправе потребовать от заемщика досрочного возвращения заи?ма. В связи с чем акционеры «Первобанка» обратились в суд за взысканием денежных средств с Должника и Основного должника, не дожидаясь нарушения сроков по второи? оплате в соответствии с графиком. 

Таким образом, обязательства перед акционерами «Первобанка» у Должника возникли не ранее апреля-мая 2018 г. 

Требование ПАО «Промсвязьбанк» основано на взыскании с Должника убытков. 

В настоящее время Арбитражным судом города Москвы в рамках дела NoА40- 308982/2018 рассматривается исковое заявление ПАО «Промсвязьбанк» к Должнику, а также иным лицам о взыскании убытков как с контролирующих банк лиц. Судебные акты, которыми бы с Должника были взысканы убытки в пользу ПАО «Промсвязьбанк», отсутствовали. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что доводы финансового управляющего Должника о введении в отношении ПАО «Промсвязьбанк» временнои? администрации в декабре 2017 не свидетельствуют о наличии задолженности Должника перед Банком. 

Финансовое состояние ПАО «Промсвязьбанка» не тождественно финансовому состоянию Должника. 

Кроме того, АСВ только в апреле 2018 года направило в адрес акционеров ПАО «Промсвязьбанк» требование о выкупе эмиссионных ценных бумаг акционерного общества, и только в апреле-мае 2018 года АСВ осуществило обязательныи? выкуп акции? в соответствии со ст. 84.8 ФЗ «Об акционерных обществах». 

Исковое заявление о взыскании убытков было подано в Арбитражныи? суд города Москвы 21.12.2018, то есть более, чем через год с момента совершения сделки. 

Кроме того, следует учитывать, что в соответствии с позициеи?, применяемои? в судебнои? практике, моментом возникновения обязательств по причинению убытков следует считать момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании убытков, в рамках которого установлены все элементы гражданско-правовои? ответственности (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.09.2019 No Ф05-13985/2018 по делу No А40- 179149/2017, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2020 No 09АП-35222/2020, 09АП-35225/2020 по делу No А40-47389/2017, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.12.2020 по делу А40-47389/2017 оставлено без изменения, Определение ВАС РФ от 28.07.2014 No ВАС-10068/14 по делу No А70-11981/2013, Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019 No 01АП- 5285/2019 по делу No А43- 36891/2017 и др.). 

Следует учитывать, что ущерб и его последствия в виде взыскания убытков не являются очевидными для должника, поскольку при взыскании убытков, причиненных деи?ствиями руководителя, оценке подлежит большое количество факторов, и убытки получают полноту правовои? определенности только после судебного рассмотрения (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020 No 17АП6754/2019(6,7)-АК по делу No А60-38732/2018, (Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 15.10.2020 No Ф09-5636/19 по делу No А60-38732/2018 оставлено без изменения), Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2020 No 05АП-8822/2019 по делу No А51-21835/2017 и др.). 

В силу статеи? 15, 393 Гражданского кодекса России?скои? Федерации требование о взыскании убытков носит деликтныи? характер, а не характер обязательства по договору, а значит, характер и правовая квалификация данного обязательства в качестве денежного устанавливаются вступившим в законную силу судебным актом о взыскании убытков. 

Таким образом, с момента вступления в законную силу решения суда, обязывающего ответчика возместить убытки в определеннои? денежнои? сумме, у последнего возникло перед истцом денежное обязательство (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2019 No 09АП-5968/2019 по делу No А40-265138/18). 

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что неподтвержденное требование ПАО «Промсвязьбанк» не может быть учтено при определении признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества у Должника в момент совершения сделки. Указанная позиция применяется аналогично и к требованию ПАО НБ «Траст», которое также основано на взыскании с Должника убытков (судебныи? акт о взыскании убытков отсутствует). 

В материалы спора не представлены доказательства того, что на момент спорных платежеи? Должник прекратил осуществление расче?тов с кредиторами по причине недостаточности средств.

Ответчик не является аффилированным по отношении к должнику лицом, доказательства обратного в материалы спора не представлены.

С учетом отсутствия доказательств заинтересованности ответчика по отношению к должнику, а также отсутствие документации, подтверждающеи? передачу заи?ма и доказательств расходования должником полученных от сделки денежных средств о безвозмездности сделки не свидетельствует. 

Отклоняя довод ПАО «Промсвязьбанк» о том, что не соблюдены предусмотренные законом требования, позволяющие отнести оспариваемые платежи к пожертвованию, ввиду того, что должник и ответчик Заярныи? А.А. не представили заключенного между ними договора пожертвования и иных доказательств того, что ФИО2 обусловил использование перечисленных ответчику средств использованием их по определенному назначению, суд первой инстанции указал, что в материалы дела нотариально завереннои? перепискои? между ответчиком с доверенным лицом ФИО2, из которои? следует, что ответчик регулярно обращался к ФИО2 с просьбои? о пожертвовании денежных средств на издание книг и ежегодных календареи?, а также (согласно существовавшеи? устнои? договоренности) с уточнением о возможности ФИО2 осуществить очередное ежемесячное пожертвование на текущую деятельность редакции издательства Монастыря, что свидетельствует об общеполезнои?, просветительскои? цели пожертвовании?. 

Суммы указанные в переписке соответствуют по датам и размерам оспариваемым платежам, полученным от ФИО2, а исполнение цели пожертвования подтверждаются представленными в материалы дела компьютерными верстками издании? и печатными изданиями, представленными на обозрение суда. 

Договор дарения движимого имущества (включая деньги) должен быть совершен в письменнои? форме, в том случае, когда дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает три тысячи рублеи? (абзац второи? п. 2 ст. 574 ГК РФ). Требования о заключении таких договоров путем составления одного документа, подписанного сторонами, законодательство не устанавливает. 

Императивные нормы о необходимости заключения в письменнои? форме договора дарения или пожертвования, где жертвователем (дарителем) выступает физическое лицо, в законодательстве отсутствуют. 

Вместе с тем, в соответствии с п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается соблюденнои?, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ. Эта норма, в свою очередь, предусматривает, что совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленныи? для ее акцепта, деи?ствии? по выполнению указанных в оферте условии? договора (в частности, уплата соответствующеи? суммы) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте. 

Из указанных норм следует, что в ответ на поступившие от религиознои? организации в лице его члена, священнослужителя - ответчика ФИО4 письменные предложения передать в дар в общеполезных целях имущество (перечислить денежные средства), ФИО2, которому поступили такие предложения, совершил деи?ствия, свидетельствующие передаче денежных средств в дар, что свидетельствует о заключении между сторонами договора пожертвования (дарения в общеполезных целях) в письменнои? форме. 

С уче?том перечисленных обстоятельств и фактов, не имеет правового значения не указание жертвователем ФИО2 в поручении на осуществление платежеи? назначения таких платежеи?. 

Также судом первой инстанции отклонены доводы кредиторов, о том, что пожертвования в Свято- Успенскии? Псково-Печерскии? монастырь могут производиться только через банковскии? счет монастыря, реквизиты которого указаны на его официальном саи?те. 

Как следует из ответа вышеуказанного монастыря на адвокатскии? запрос, пожертвования в адрес Монастыря вносятся по усмотрению жертвователеи? в любои? форме, включая перечисление на банковские карты насельников монастыря. 

Как следует из внутренних религиозных установлении?, которые распространяется на членов религиозных организации?, которым является ответчик, согласно пункту 8.7. «Отношение монашествующих к имуществу» Положения о монастырях и монашествующих, принятого на Архиереи?ском Соборе Русскои? Православнои? Церкви 29 ноября — 2 декабря 2017 года, в монастыре все имущество является общим и принадлежащим монастырю. Если монашествующим и жертвуется имущество, то жертвуется им как насельникам монастыря, а потому необходимо его признавать монастырским. 

При этом требования о фиксации и необходимости передачи денежных средств от насельников монастырю как юридическому лицу во внутренних установлениях и в деи?ствующем законодательстве отсутствуют. 

В свою очередь, цель оспариваемых пожертвовании? соответствовали уставнои? деятельности Монастыря, закрепле?ннои? в пункте 3.1. Устава Монастыря, а именно: распространение православных религиозных убеждении? непосредственно или через средства массовои? информации, в том числе собственные; издательская и полиграфическая деятельность; производство, в том числе передача для собственных нужд, религиознои? (в том числе, богослужебнои?) литературы. 

Достижение общеполезнои? цели и изложенных обстоятельств перечисления оспариваемых платежеи? также подтверждается имеющимся в материалах дела, письмом Свято-УспенскогоПсково-Печерского монастыря от 10 июня 2022 г. No56, из которого следует, что благотворитель ФИО10 Дмитрии? Николаевич в 2015 -2017 годах осуществлял добровольные личные пожертвования на уставную деятельность Свято-Успенского Псково- Печерского монастыря через игумена Августина (Заярного), насельника монастыря. За счет данных пожертвовании? ФИО2 в период с 20 января 2015 года по 30 декабря 2017 года издательством Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря под руководством игумена Августина (Заярного) были изданы печатные издания, согласно перечню, соответствующему печатным изданиям, представленным в материалы настоящего дела. 

Также указанным письмом подтверждается факт осуществления ФИО2 регулярных пожертвовании? на текущие нужды редакции издательства Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря через игумена Августина (ответчика). 

Ввиду изложенного, форма пожертвования, которое осуществила супруга должника ФИО2 08 августа 2018 году на издание календаря Свято-Успенского Псково- Печерского монастыря, путем непосредственного перечисления денежных средств в АНО «Издательскии? дом «Слово», на факт которого ссылается кредитор ПАО «ПСБ», не имеет правового значения для рассматриваемого спора и не исключает возможность внесения пожертвования в интересах Монастыря в другои? форме. 

Суд первой инстанции также отметил, что является несостоятельным довод кредитора ПАО «Промсвязьбанк» о том, что денежные средства не носили целевои? характер и не расходовались на нужды монастыря или на издание религиозных книг, а были использованы ответчиком на личные нужды, 

Ссылка кредитора на выписку по счету ответчиканесостоятельна, поскольку на указанныи? счет в спорныи? период поступали денежные средства от других лиц в размере более 1 500 000 руб., которые в части расходовались на текущие нужды ответчика, как насельника Монастыря. Поступившие суммы от ФИО2 были использованы в целях обеспечения деятельности издательства Монастыря и издания религиознои? литературы. В свою очередь, установление порядка финансирования, перечня и размеров расходов для обеспечения ответчиком деятельности возглавляемого им издательства, а также издания соответствующих печатных издании?, не входит в предмет доказывания по настоящему спору, учитывая правовую природу пожертвовании? и особыи? правовои? статус религиозных объединении? и их членов. 

Кроме того, неосновательно утверждение кредитора о том, что Календарь за 2018, которыи? был издан за счет поступившего от ФИО2 пожертвования (No27 в заявлении финансового управляющего) от 5.12.2017 г. в размере 530 000 рублеи?, был издан за счет пожертвования ФИО10 ои? Л.Н. 08.08.2018 г. Пожертвование ФИО10 ои? Л.Н., как видно, сделано в августе 2018 года и было направлено на издание Календаря на следующии?, 2019 год, поскольку является нецелесообразным издание Календаря на год, которыи? истекал на момент пожертвования. Кроме того, Монастырь ежегодно издает различные календари, а спорные пожертвования были направлены на издание печатных материалов в память и в отношении архимандрита, отца ФИО11. 

Оспариваемые платежи направлялись должником к ответчику не как физическому лицу, а как монаху, священнослужителю, известному духовному лицу, насельнику Монастыря, имеющему послушание от наместника Монастыря в виде издательскои? и просветительскои? деятельности. 

Согласно Уставу Русскои? Православнои? Церкви, «монастырь — это церковное учреждение, в котором проживает и осуществляет свою деятельность мужская или женская община, состоящая из православных христиан, добровольно избравших монашескии?? образ жизни для духовного и нравственного совершенствования и совместного исповедания православнои?? веры». Монашествующие добровольно отрекаются от всего личного, связывающего их со светскои? жизнью. 

Ответчик, является насельником Монастыря с 1994 года, в связи чем его единственным местом жительства является Монастырь, где он также зарегистрирован по месту жительства. 

Ответчик известен своеи? просветительскои? и катехизаторскои? деятельностью. 

В свою очередь должник систематически осуществлял пожертвования в церковь и ее служителям, в том числе в Свято-Успенскии? Псково-Печерскии? монастырь. 

Утверждения кредитора о том, что имуществом Монастыря являются только те пожертвования, которые сделаны во время церковнои? службы, либо во время нахождения ответчика в монастыре, основаны на неверном понимании существа правоотношении? между указанными субъектами и приведенных правовых установлении? религиознои? организации. 

При таких обстоятельствах платежи ответчику, осуществляемые должником систематически, представляют собои? общераспростране?нную практику пожертвовании? церкви и ее служителям, целью которых была благотворительность и следовательно ответчик и должник не преследовали какои?-либо противоправнои? цели. 

Ввиду перечисленных обстоятельств, поскольку ФИО2 долгие годы осуществлял благотворительную деятельность, а ответчик никогда не состоял с должником в каких-либо правоотношениях коммерческого характера, учитывая особенности правового положения ответчика и Монастыря, а также факт того что, ответчик и религиозная организация, членом которои? является ответчик, принимала пожертвования не только от должника, но и от других жертвователеи?, у ответчика отсутствовала обязанность выяснять актуальное экономическое положения должника при принятии пожертвовании? для обеспечения уставнои? деятельности Монастыря. 

Ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику (с учетом положении? статьи 19 Закона о банкротстве), не знал и не мог знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на даты принятия оспариваемых платежеи?, если таковые имели место. 

В свою очередь преследование сторонами сделки благотворительнои? цели свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имуществу кредиторов. 

С учетом изложенного отсутствует совокупность обстоятельств, необходимых и достаточных для признания благотворительных платежеи? (пожертвовании?), совершенных на банковскую карту ответчика, недеи?ствительными сделками по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделки недействительной.

Отклоняются доводы апеллянтов об осведомленности ответчика о противоправности цели сделки. Заявление финансового управляющего и апелляционные жалобы не содержат мотивированных обоснований в обоснование данных доводов. Доказательства аффилированности должника и ответчика в материалы спора не представлены. Кроме того, апеллянты не представили доказательства того, что ответчик мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств путем ознакомления с общедоступными сведениями, размещенными на официальном сайте ФССП и других источников информации.

Апеллянты указывают, что выписка по счету ответчика опровергает вывод суда первой инстанции о том, что перечисленные денежные средства являлись пожертвованием и были направлены на общественно-полезные цели. 

Между тем, апеллянты не учли, что должник осуществлял добровольные регулярные с 2015 года пожертвования ответчику (игумену Августину), являющемуся священнослужителем, монахом, насельником Епархиального Свято-Успенского Псково-Печерского мужского монастыря Псковской Епархии Русской Православной Церкви, руководителю издательства Монастыря на общеполезные цели – издательскую и просветительскую деятельность Монастыря, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, нотариально заверенной перепиской между доверенным лицом должника и ответчиком, письмами Монастыря, компьютерными верстками изданий и представленными на обозрение суда печатными изданиями. 

В связи с чем, оспариваемые финансовым управляющим платежи имеют правовую природу пожертвований религиозной организации в общеполезных целях, правовое регулирование которых осуществляется в соответствии со статьей 582 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Принимая во внимание, что оспариваемые платежи ФИО2 носили общеполезную цель, не имели и не предполагали встречного исполнения, производились безвозмездно в религиозную организацию через ее члена и были жертвователем обусловлены использованием этого имущества по определенному назначению – уставной издательской детальности религиозной организации, которое было исполнено, данные платежи нельзя считать обычным дарением.

Также отклоняется довод заявителей апелляционных жалоб о недоказанности направления денежных средств на поддержку издательства Монастыря и издание религиозной литературы и достижения общеполезной цели.

Достижение общеполезной цели и изложенных обстоятельств перечисления оспариваемых платежей также подтверждается имеющимся в материалах дела, ответами Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря от 10 июня 2022 г. №56 и от 06 декабря 2022 г. №92 из которых следует, что благотворитель ФИО2 в 2015 -2017 годах осуществлял добровольные личные пожертвования на уставную деятельность Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря через игумена Августина (Заярного), насельника монастыря путем перечисления пожертвований на банковскую карту ответчика. 

Данные пожертвования учитывались во внутреннем учете Монастыря. За счет данных пожертвований ФИО2 в период с 20 января 2015 года по 30 декабря 2017 года издательством Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря под руководством игумена Августина (Заярного) были изданы печатные издания, согласно перечню, соответствующему печатным изданиям, представленным в материалы настоящего дела, которые также учитывались во внутренней документации Монастыря. Также указанными письмами подтверждается факт осуществления ФИО2 регулярных пожертвований (150 000 руб. ежемесячно) на текущие нужды редакции издательства Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря через игумена Августина (ответчика).

Ссылка апеллянтов о том, что денежные средства не были израсходованы на издание религиозной литературы опровергается представленными в материалы дела доказательствами, доказательства обратного не представлены. 

Неуказание в назначении платежа на общеполезную цель не опровергает тот факт, что спорные платежи являлись пожертвованием, учитывая наличие переписки должника с ответчиком по данному вопросу.

При этом, характер оспариваемого платежа (пожертвование) в принципе не предполагает встречного исполнения со стороны его получателя.

В силу пункта 1 статьи 582 ГК РФ, пожертвованием признается дарение вещи или права в общеполезных целях.

Пожертвования могут делаться гражданам, медицинским, образовательным организациям, организациям социального обслуживания и другим аналогичным организациям, благотворительным и научным организациям, фондам, музеям и другим учреждениям культуры, общественным и религиозным организациям, иным некоммерческим организациям в соответствии с законом, а также государству и другим субъектам гражданского права, указанным в статье 124 ГК РФ.

Таким образом, пожертвование представляет собой безвозмездную передачу имущества одним лицом другому.

Апеллянты не представили доказательства того, что спорные платежи имели цель вывода активов должника (денежных средств).

Таким образом, материалы дела не содержат доказательств, объективно свидетельствующих о том, что должник, совершая оспариваемые платежи, и ответчик - принимая их, действовали исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям позволяет прийти к выводу о том, что чем ближе дата совершения оспариваемой сделки к дате возбуждения дела о несостоятельности (банкротства), тем более низкий стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условие для признания сделки недействительной, поскольку предполагается априорная вероятность наличия признаков вредоносности оспариваемой сделки.

Данный вывод применим в обратном порядке к ситуациям, когда дата совершения оспариваемой сделки удалена от даты возбуждения производства о несостоятельности (банкротстве) должника, тем более высокий стандарт доказывания недобросовестности контрагента.

Учитывая, что оспариваемые платежи совершены почти за три года до возбуждения дела о банкротстве квалификация поведения ответчика на предмет недобросовестности должна осуществляться исходя из повышенного стандарта доказывания в отличие от аналогичных сделок, заключенных в преддверии банкротства должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В материалы спора не представлены доказательства того, что имеется совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной по заявленным основаниям.

При этом, коллегия судей считает необходимым отметить, что согласна с доводами апеллянтов о наличии признаков неплатежеспособности на дату оспариваемых платежей. Вопреки выводам суда первой инстанции в указанной части уже в иных судебных актах, но в рамках данного дела была рассмотрена природа обеспечительных платежей, и сделаны выводы о наличии признаков неплатежеспособности при совершении иных сделок но в схожий период. 

В тоже время, вся совокупность, установленная ч. 2 ст. 61. 2 Закона О банкротстве,  необходимых для признания сделки недействительной апеллянтами не доказана. Умысел на причинение вреда кредиторам должника при получении денежных средств ответчиком – ФИО4 не установлен.

Иные доводы заявителей апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.12.2022 по делу № А40-58566/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО2 - ФИО3, ПАО «Промсвязьбанк» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     Ю.Л.Головачева  

Судьи:                                                                                                          А.А. Комаров

 

Е.В. Иванова