﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4693/2020(1,2)-АК

Дело № А60-47179/2015

26 июня 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 июня 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д., 

при участии:

представителя Кретова Н.Н. Тарасова А.С. (доверенность от 07.03.2019, диплом)финансового управляющего Шабаровой А.А.,

представителя кредитора ОАО «Альфа-банк» Быкова М.О. (доверенность от 24.09.2019)

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы кредиторов, открытого акционерного общества «Альфа-Банк» и Миронова Олега Михайловича (далее – кредиторы)

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 13 марта 2020 года 

о завершении процедуры реализации имущества гражданина,

вынесенное судьей Ворониным С.П.  в рамках дела № А60-47179/2015

о признании несостоятельным (банкротом) Кретова Николая Николаевича (далее – должник) (ИНН 666401052587),

установил:

01.10.2015 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Первая консалтинговая компания» (далее – ООО «Первая консалтинговая компания») о признании гражданина Кретова Н.Н. несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2015 указанное требование признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена Шабарова Анна Алексеевна, член некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия», требования ООО «Первая консалтинговая компания» в размере 13 620 000 руб. основного долга, проценты в размере 323 894 руб. 80 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Срок реализации имущества должника неоднократно продлялся, в том числе определением от 25.12.2019 срок данной процедуры был продлен до 28.02.2020, назначено судебное заседание для рассмотрения дела о банкротстве на 04.03.2020.

03.04.2020 от финансового управляющего Шабаровой А.А. поступило ходатайство о продлении срока реализации имущества до рассмотрения заявления кредитора Миронова О.М. об исключении требований ООО «Первая консалтинговая компания» из реестра требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.03.2020 (резолютивная часть определения объявлена 11.03.2020) в удовлетворении указанного ходатайства отказано. 

Процедура реализации имущества Кретова Н.Н. завершена, в отношении него применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств.

Не согласившись с указанным судебным актом, кредиторы обратились с апелляционными жалобами. 

Так, ОАО «Альфа-банк» считает, что в материалах дела представлен Приговор о привлечении к уголовной ответственности Должника за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство, где в полной мере отражены доказательства того, что должник действовал недобросовестно в ущерб кредиторам и злоупотреблял своими правами. Данным обстоятельствам в оспариваемом судебном акте должная оценка судом дана не была и суд первой инстанции необоснованно применил в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освободив должника от обязательств.

Миронов О.М. в своей апелляционной жалобе оспаривает возможность завершения процедуры реализации имущества Кретова Н.Н. Считает, что судом ошибочно указано, что в деле не имеется каких-либо возражений о завершении процедуры реализации имущества должника от лиц, участвующих в деле. Таким возражением является заявление кредитора Миронова О.М., которое по своему существу направлено на установление фактов о предоставлении суду недостоверных сведений должником Кретовым Н.Н. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2020 апелляционные жалобы кредиторов приняты к производству суда, судебное разбирательство по делу назначено на 25.05.2020.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 мая 2020 года рассмотрение дела отложено на 23 июня 2020 года с 14 часов 30 минут. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 июня 2020 года произведена замена судьи Васеву Е.Е. на судью Зарифуллину Л.М. для рассмотрения апелляционных жалоб кредиторов, открытого акционерного общества «Альфа-Банк» и Миронова Олега Михайловича, на определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2020 года по делу № А60-47179/2015. 

Апелляционная жалоба рассмотрена в составе председательствующего Гладких Е.О., судей Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С. 

22 июня 2020 года от Миронова О.М. поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с занятостью его представителя в другом судебном заседании. 

В судебном заседании 23 июня 2020 года представитель ОАО «Альфа-банк» доводы апелляционной жалобы поддержал. Не возражает против отложения судебного заседания по ходатайству Миронова О.М. 

Представитель Кретова Н.Н. и финансовый управляющий должника по доводам апелляционных жалоб возразили. Возражают против удовлетворения заявленного ходатайства об отложении судебного заседания. 

Рассмотрев заявленное ходатайство об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции в его удовлетворении отказал в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 158 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Кретов Николай Николаевич признан несостоятельным (банкротом) по заявлению ООО «Первая консалтинговая компания» решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2015, требования ООО «Первая консалтинговая компания» в размере 13620000 руб. основного долга, процентов в размере 323894 руб. 80 коп. судом признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением от 22.12.2015 в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включены требования акционерного общества «Альфабанк» в размере 604900000 руб. основного долга, 85066099 руб. 19 коп. проценты, 66901819 руб. 93 коп. пени.

Определением от 22.01.2016 в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включены требования акционерного общества «Райффайзенбанк» в размере 84450000 руб. основного долга, 2807201 руб. 19 коп. процентов за пользование кредитом, 296427 руб. 62 коп. пени за просрочку оплаты основного долга, 68187 руб. 53 коп. пени за просрочку уплаты процентов, 10157 562 руб. 42 коп.

Определением от 04.04.2016 в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование кредитора Миронова Олега Михайловича в размере 252450039 руб. 21 коп. - основного долга, 40226629 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами.

Таким образом, всего в реестр требований кредиторов Кретова Н.К. включены требований указанных кредиторов на общую сумму 1116524218 руб. 59 коп., требования первой и второй очередей отсутствуют.

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим 02.02.2016 проведена инвентаризация имущества должника, установлено наличие у должника в собственности двух земельных участков, расположенных в Тверской области, Калиновский район, Бурашевское сельское поселение, д. Боровлево, в том числе, земельный участок площадью 41250 кв.м., кадастровый номер 69;10;0000025:87, а также земельный участок площадью 41250 кв.м., кадастровый номер 69:10:0000025:114; при этом данные земельные участки были арестованы в рамках возбужденного в отношении Кретова Н.Н. уголовного дела по статьями 159, 196 УК РФ и были освобождены из-под ареста лишь после прекращения уголовного дела в 2019 году.

Земельные участки реализованы финансовым управляющим на торгах, от их реализации получены денежные средства в сумме 400000 руб., помимо этого, в конкурсную массу должника включены денежные средства должника в размере 2038570 руб., всего конкурсная масса сформирована в размере 2438570 руб., данные денежные средства распределены между кредиторами должника.

Из материалов дела следует, что в ходе процедуры банкротства Кретова Н.Н. за период с 2015 года и по настоящее время финансовый управляющий Шабарова А.А. осуществила весь комплекс мероприятий по поиску имущества должника, при этом установлено, что иное имущество у должника отсутствует, сам должник Кретов Н.Н. не работает с 2013 года, является инвалидом II группы, единственным источником его дохода является пенсия Министерства обороны Российской Федерации, выплачиваемая Кретову Н.Н. как бывшему военнослужащему; определением от 26.01.2016 признано невозможным обращение взыскания на данную пенсию по инвалидности, полученной в результате участия в боевых действиях на территории Республики Афганистан.

Как пояснил представитель должника, установлено финансовым управляющим Шабаровой А.А. и подтверждено материалами дела, обязательства гражданина Кретова Н.Н. возникли в период 2006 - 2008 годов, когда Кретов Н.Н., являясь совместно с Мироновым О.М. участниками (бенефициарами) ЗАО «Группа компаний «Линкор», осуществляли управление принадлежащим им данным активом, владеющим акциями ОАО «Наро- Фоминский хлебокомбинат», ОАО «Каравай, ОАО «Саратовмука», ОАО «Пензинский хлебокомбинат № 4», ОАО «Саратовский хлебокомбинат имени Стружкина», ОАО «Пензинский хлебокомбинат № 2», ОАО «Пензинский хлебокомбинат хлебопродуктов», а также имущественным комплексом (хлебозаводом), расположенном в г. Воскресенске Московской области.

В частности, обязательства перед кредитором АО «Райффайзенкбанк» (правопреемник ОАО «Импексбанк») возникли в связи с заключением между ОАО «Импексбанк» и ЗАО «Воскресенскхлеб» соглашения от 23.06.2006 о предоставлении кредита, в обеспечение возврата которого между банком и Кретовым Н.Н. 23.06.2006 заключен договор поручительства № ИЯ 1256-2006; решением Савеловского районного суда города Москвы от 30.04.2013 с Кретова Н.Н. как поручителя взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 171787871 руб. 48 коп.; с учетом частичного погашения задолженности в реестр кредиторов включены оставшиеся требования в сумме 97779562 руб. 42 коп.

Обязательства перед ОАО «Альфа-банк» как правопреемника ОАО Банк «Северная казна» возникли в связи с заключением 19.07.2007 между ЗАО «Группа компаний «Линкор» и ОАО Банком «Северная казна» кредитного договора А-2007-1493 о предоставлении заемщику кредита в сумме 715000000 руб., в обеспечение которого банком с участниками ЗАО «Группа компаний «Линкор» Мироновым О.М. и Кретовым Н.Н. 19.07.2007 заключены договоры поручительства; решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 18.09.2012 с Кретова Н.Н. как поручителя взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 754414011 руб. 70 коп.

Обязательства перед кредитором Мироновым О.М. возникли в связи с неисполнением Кретовым Н.Н. обязательств по договору от 18.09.2008 купли- продажи акций ЗАО «Группа компаний «Линкор» в количестве 244143 штук, в результате приобретения которых Кретов Н.Н. стал единственным участником данного общества.

Обязательства перед кредитором ООО «Первая консалтинговая компания», право требования к которому перешло от ООО «Гарантия- Консалтинг» по договору уступки права требования от 21.10.2013, возникло в связи с заключением Кретовым Н.Н. с ООО «Гарантия-Консалтинг» 19.04.2011 договора поручительства к договору займа от 25.12.2008 с ЗАО «Пензахлебопродукт», обязательство по которому впоследствии перешло к ЗАО «Группа компаний «Линкор»; решением Воскресенского городского суда Московской области от 31.05.2012 с Кретова Н.Н. как поручителя по договору займа взыскана суммы задолженности, включенная впоследствии в реестр требований кредиторов должника по настоящему делу.

В конце 2008 года Кретов Н.Н., являясь в результате приобретения у Миронова О.М. принадлежащего последнему пакета акций, совершил сделки по отчуждению имущества ЗАО «Группа компаний «Линкор», что привело к неплатежеспособности и последующему банкротству данной организации.

По заявлению кредитора должника ООО «Уралбилдинг» от 20.09.2018 определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2010 в отношении ЗАО «Группа компаний «Линкор» была введена процедура банкротства наблюдения (дело А60-33913/2010), решением суда от 06.04.2011 в отношении ЗАО «Группа компаний «Линкор» введено конкурсное производство, определением суда от 10.04.2013 конкурсное производство в отношении должника завершено, при этом в связи с недостаточностью имущества, которое могло быть включено в конкурсную массу, расчеты с кредиторами в полном объеме не осуществлены, а какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения иного имущества должника и увеличения конкурсной массы, в ходе банкротства ЗАО «Группа компаний «Линкор» не установлены.

Приговором Чкаловского районного суда города Екатеринбурга от 06.11.2018 Кретов Н.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного кодекса Российской федерации с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев условно с испытательным сроком 3 года; от отбывания наказания Кретов Н.Н. освобожден по амнистии, судимость с него снята.

Как следует из этого приговора суда, Кретов Н.Н. был признан виновным в преднамеренном банкротстве ЗАО «Группа компаний «Линкор», что выразилось в совершении им как единственным участником данного общества, имеющего полномочия принимать решения, связанные с управлением обществом, ряда сделок по отчуждению имущества ЗАО «Группа компаний «Линкор», при этом установлено, что полученные от реализации имущества общества денежные средства Кретов Н.Н. направлял на погашение обязательств общества лишь частично.

С 2013 года в отношении Кретова Н.Н. службой судебных приставов-исполнителей велись исполнительные производства по требованиям его кредиторов, в ходе этих исполнительных производств какого- либо имущества должника не установлено.

При рассмотрении настоящего дела о банкротстве Кретова Н.Н. по инициативе кредитора Миронова О.М. судом также рассматривался вопрос об установлении местонахождения имущества должника - денежных средств, которые, по мнению кредитора, Кретов Н.Н. мог скрыть от кредиторов с целью уклонения от погашения задолженности.

В частности, кредитором Мироновым О.М. в настоящем деле было заявлено ходатайство об истребовании доказательств у ЮРИКОН ТРОЕХАНД АНШТАЛЬТ, управляющей компании фонда ФАЙНЛЭЙН, при этом Миронов О.М. указывал, что Кретовым Н.Н. по законодательству Княжества Лихтенштейн был основан семейный фонд ФАЙНЛЭЙН, при создании названного Фонда должник использовал денежные средства, которые, по утверждению кредитора, были получены Кретовым Н.Н. криминальным путем, что впоследствии должник свои права бенефициара уступил своим детям Кретову К.Н. и Ладыжниковой Е.Н., и что получение информации о сделках по передаче Кретовым Н.Н. своих прав бенефициара фонд ФАЙНЛЭЙН и времени их совершении позволит оспорить данные сделки и впоследствии обратить взыскание на денежные средства Фонда, а также повлиять на установление признаков фиктивного банкротства.

Вместе с тем, определением от 18.03.2019 суд отказал в удовлетворении данного ходатайства исходя из того, что в силу положений статьи 552 Закона о лицах и компаниях 1926 года (Закон «Личное и корпоративное право (ОГР) от 20 января 1926 года») имущество, внесенное в семейный фонд, является собственностью фонда до момента окончания его деятельности, в связи с чем восстановление Кретова Н.Н. в правах как выгодоприобретателя не может повлиять на формирование конкурсной массы, поскольку из смысла параграфа 36 ст. 52 названного Закона Княжества Лихтенштейн следует, что даже в случае банкротства выгодоприобретателя кредиторы не вправе лишить последнего права на бенефициарный доход; суд указал, что заявителем не представлено доказательств, того, что истребуемые документы находиться в распоряжении ЮРИКОН ТРОЕХАНД АНШТАЛЬТ, при этом суд принял во внимание ответ прокуратуры Лихтенштейна, штаб подразделения финансовой разведки от 11.10.2017, что ЮРИКОН ТРОЕХАНД АНШТАЛЬТ является представительством Фонда ФАЙНЛЭЙН и обладает статусом управляющей компании в отношении ХАРИЗМА КОММЕРЧИАЛ ГРОУП Инк, кроме того, суд указал, что запрашиваемые документы не имеют существенного значения для рассмотрения настоящего дела о банкротстве. Указанное определение кредиторами не обжаловалось.

Суд первой инстанции указал, что в деле о банкротстве Кретова Н.Н. кредиторы должника не представляли информацию о наличии у должника какого-либо имущества, о совершении должником сделок, связанных с выводом имущества и сокрытием его от кредиторов, занимая пассивную позицию по этим вопросам, жалобы на бездействие финансового управляющего Шабаровой А.А. и на непринятию ею мер по поиску имущества должника кредиторы не заявляли, возражения и замечания на отчеты финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества должника от кредиторов не поступали, на проводимые по инициативе финансового управляющего собрания кредиторов кредиторы не являлись (в частности, на общее собрание кредиторов от 22.03.2019 явился сам должник Кретов Н.Н., кредиторы на этом собрание не явились, что следует из протокола от 22.03.2019).

В связи с этим, проанализировав все приведенные обстоятельства, суд первой инстанции сделал вывод, что финансовым управляющим Шабаровой А.А. приняты исчерпывающие меры к установлению имущества должника в целях формирования конкурсной массы, финансовым управляющим представлены отчеты о своей деятельности и о ходе процедуры реализации имущества гражданина, в том числе, отчеты по состоянию на 22.03.2019, от 15.04.2019, от 18.07.2019, от 12.09.2019, от 20.12.2019, от 02.03.2020, содержащие сведения о проведенных мероприятиях и о результатах процедуры реализации имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев, указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пункты 7, 8 статьи 213.9, пункты 1, 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

В соответствии с анализом финансового состояния Кретова Н.Н. при проведении процедуры реализации имущества фактов ведения должником финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности не установлено, необходимые показатели для расчетов коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности отсутствуют, подлежащие оспариванию сделки не выявлены.

Должник отвечает признаку неоплатности, критерием которого является превышение обязательств над величиной всего имеющегося у него имущества, признаки фиктивного и преднамеренного банкротства у должника финансовым управляющим не выявлены, требования конкурсных кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, остались неудовлетворенными по причине отсутствия у должника имущества, подлежащего включению в конкурсную массу и реализации.

Поскольку материалами дела подтверждено отсутствие у должника иного имущества, а также отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника для последующей реализации имущества с целью проведения расчетов с кредитором, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что все мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина завершены и имеются основания для завершения этой процедуры.

Суд первой инстанции верно отметил, что наличие принятого судом к производству заявления кредитора Миронова О.Н. об исключении требований ООО «Первая консалтинговая компания» из реестра требований кредиторов должника не является препятствием для завершения процедуры реализации имущества должника, поскольку это заявление не связано с вопросами формирования конкурсной массы, с погашением требование кредиторов, более того, данное требование может быть рассмотрено как спор между кредиторами и после завершения процедуры реализации имущества.

Суд первой инстанции также учел, что дальнейшее продление процедуры реализации имущества на неопределенный срок повлечет неоправданные расходы, приведет к увеличению срока рассмотрению дела о банкротстве должника, которое уже рассматривается длительное время с октября 2015 года без какой - либо его перспективы с учетом того, что к настоящему времени истекли все установленные законом сроки предъявления каких-либо дополнительных требований, сроки спаривания сделок по правоотношениям, имевшим место в 2006-2008 годах, их которых возникли обязательства должника,

При таким обстоятельствах ходатайство финансового управляющего Шабаровой А.А. о продлении процедуры реализации имущества должника, на котором финансовый управляющий не настаивает, оставляя данный вопрос на усмотрение суда, суд счел не подлежащим удовлетворению, а процедуру реализации имущества – подлежащей завершению.

Согласно статье 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

В силу пунктов 3, 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура. Выплата фиксированной суммы вознаграждения финансовому управляющему осуществляется за счет средств гражданина, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Из материалов дела следует, что кредитором ООО «Первая консалтинговая компания» платежным поручением от 05.10.2015 № 184 в депозит суда в целях оплаты вознаграждения финансового управляющего должника в деле о банкротстве Кретова Н.Н. были внесены денежные средства в размере 10000 руб., т.е. в размере, действующем на момент возбуждения дела о банкротстве Кретова Н.Н. в 2015 году.

Учитывая, что включенные в конкурсную массу денежные средства финансовым управляющим были распределены между кредиторами, и что иных средств, необходимых для оплаты финансовому управляющему фиксированного вознаграждения, не имеется, данная сумма вознаграждения в размере 10000 руб., внесенная кредитором в депозит суда, подлежит выплате финансовому управляющему Шабаровой А.А. при предоставлении последней своих банковских реквизитов.

Со всеми вышеуказанными выводами суда первой инстанции апелляционная коллегия соглашается и поддерживает их. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Миронова О.М. в части завершения процедуры не находит. Доводы об отсутствии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника не основаны на законе и не могут быть признаны судом апелляционной инстанции обоснованными. 

Между тем, суд апелляционной инстанции не может признать правильными выводы суда первой инстанции относительно применения к должнику правил об освобождении должника от исполнения обязательств. 

Согласно пункту 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных названным Законом.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45), следует, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении процедуры банкротства.

В пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении процедуры указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствования недобросовестному поведению граждан, направленному на освобождение от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении процедуры банкротства в отношении должника указать на неприменение правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Суд первой инстанции счел, что фактов такого противоправного поведения должника в настоящем деле не установлено. При этом принял во внимание, что признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в отношении должника отсутствуют и в деле о банкротстве не выявлены, должник Кретов Н.Н. активно сотрудничал с финансовым управляющим, предоставляя сведения о себе, о своем финансовом и имущественном положении; признаков неразумного и недобросовестного поведения на стороне должника не установлено; по материалам дела не усматривается, что Кретов Н.Н. скрывал необходимую информацию либо предоставлял недостоверные сведения, касающиеся осуществления мероприятий банкротства; неблагополучное финансовое состояние должника связано с объективными обстоятельствами и не усматривается цели Кретова Н.Н. в незаконном освобождении от долгов; отсутствуют какие-либо основания полагать, что должник уклонялся от исполнения своих обязательств перед кредиторами; напротив, материалы дела свидетельствуют о том, что должник принимал меры по частичному погашению задолженности за счет собственных доходов, которых в настоящее время у него недостаточно для полного погашения его долгов; сам должник после банкротства ЗАО «Группа компаний «Линкор» не осуществляет какой-либо деятельности, приносящей доход, единственным источником его дохода является пенсия по инвалидности, следовательно, Кретов Н.Н., имея перед кредиторами обязательства, возникшие в период его предпринимательской деятельности, нуждается в социальной реабилитации в виде освобождения от этих обязательств, исполнить которые он в настоящее время не в состоянии.

При этом суд первой инстанции счел, что рассмотренное в отношении Кретова Н.Н. уголовное дело свидетельствует о его вине в преднамеренном банкротстве ЗАО «Группа компаний «Линкор», дело о банкротстве данного общества связано с банкротством и самого Кретова Н.Н., поскольку его обязательства производны от обязательств принадлежащего ему ранее актива, однако отсутствует прямая причинно-следственная связи между противоправными действиями Кретова Н.Н., приведшими к банкротству ЗАО «Группа компания «Линкор», и неспособностью самого Кретова Н.Н. исполнить обязательства перед кредиторами. 

Данные выводы апелляционная коллегия считает ошибочными. 

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определяет основания, при которых освобождение гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов не допускается; в частности, такое освобождение от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество (абзац четвертый).

Данное законоположение направлено в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 ГК Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4) . 

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 45 от 13.10.2015).

Из содержания пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве можно сделать вывод о направленности рассматриваемых положений на предотвращение освобождения гражданина от исполнения тех обязательств (обязанностей), которые стали следствием совершения им деяний, представляющих собой общественную опасность и наказуемых в соответствии с Уголовным кодексом Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, всего в реестр требований кредиторов Кретова Н.Н. включены требования кредиторов на общую сумму 1 116 524 218 руб. При этом данная задолженность возникла из обязательств с участием ЗАО «Группа компаний «Линкор», в котором должник был единственным акционером и контролирующим лицом.

Приговором Чкаловского районного суда города Екатеринбурга от 06.11.2018 Кретов Н.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 196 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев условно с испытательным сроком 3 года. От отбывания наказания Кретов H.Н. освобожден по амнистии. 

Как следует из этого приговора суда, Кретов Н.Н. был признан виновным в преднамеренном банкротстве ЗАО «Группа компаний «Линкор», что выразилось в совершении им как единственным акционером данного общества, имеющим полномочия принимать решения, связанные с управлением обществом, ряда сделок по отчуждению имущества ЗАО «Группа компаний «Линкор». 

Приговором установлен умысел Кретова Н.Н. на отчуждение имущества ЗАО «Группа компаний Линкор» и увеличение кредиторской задолженности ЗАО «Группа компаний «Линкор» путем совершения ряда сделок, с целью создания и увеличения неплатежеспособности ЗАО «Группа компаний «Линкор», заведомо влекущей неспособность ЗАО «Группа компаний «Линкор» удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет.

Как следует из приговора, Кретов Н.Н., являясь единственным акционером ЗАО «Группа компаний «Линкор», реализуя свой умысел, направленный на совершение действий по организации совершения сделок по отчуждению имущества ЗАО «Группа компаний Линкор» и увеличению кредиторской задолженности ЗАО «Группа компаний «Линкор», достоверно зная, что их совершение приведет к невозможности дальнейшего осуществления этим предприятием уставных видов деятельности в прежнем объеме, к неспособности Общества в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, в том числе обязательству перед ОАО «Альфа-Банк», вытекающему из кредитного договора № К-2007-1493 от 19.07.2007 в сумме 715 000 000 рублей, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет, к причинению ущерба кредиторам ЗАО «Группа компаний «Линкор», в том числе государству, умышленно, незаконно, с целью преднамеренного банкротства ЗАО «Группа компаний «Линкор», путем создания и увеличения его неплатежеспособности, в период с октября-ноября 2008 года по 14.10.2010, полностью контролируя финансово-хозяйственную деятельность ЗАО «Группа компаний «Линкор» и давая обязательные для исполнения руководителями ЗАО «Группа компаний «Линкор» указания, организовал их совершение при описанных в приговоре обстоятельствах.

Так, Кретов Н.Н. умышленно, в целях создания неплатежеспособности ЗАО «Группа компаний «Линкор», совершил заведомо убыточные для ЗАО «Группа компаний «Линкор» сделки с подконтрольными ему ООО «Уралбилдинг» и ЗАО «Холдинговая компания «Лидер», посредством которых сформировал фиктивную кредиторская задолженность ЗАО «Группа компаний «Линкор» перед ООО «Уралбилдинг» в размере 540 000 000 рублей, чем ухудшил финансовое состояние ЗАО «Группа компаний «Линкор» на указанную сумму.

Также в результате умышленных действий Кретова Н.Н. ЗАО «Группа компаний «Линкор» недополучило от совершения описанных в приговоре сделок с имуществом и ценными бумагами денежные средства в сумме 211 776 319 рублей, которые Кретов Н.Н. мог направить на удовлетворение требований кредиторов ЗАО «Группа компаний «Линкор» по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет.

Утрата принадлежащего ЗАО «Группа компаний «Линкор» имущества сделала невозможной осуществление предприятием производственной деятельности, предусмотренной Уставом ЗАО «Группа компаний «Линкор», утвержденным решением акционера ЗАО «Группа компаний «Линкор» Кретова Н.Н. № 8 от 17.02.2009.

В январе 2010 года, точная дата следствием не установлена, Кретов Н.Н., реализуя свой умысел, в целях увеличения неплатежеспособности ЗАО «Группа компаний «Линкор», создания фиктивной кредиторской задолженности ЗАО «Группа компаний «Линкор» перед подконтрольным ему (Кретову Н.Н.) ООО «Воскресенскхлеб», поручил генеральному директору ЗАО «Группа компаний «Линкор» и ООО «Воскресенскхлеб» Глебовой С.В. подписать с ЗАО «Райффайзенбанк» договоры перевода долга по кредитным договорам № ИК 608-2006 от 29.03.2006 года и № ИК 1250-2006 от 23.06.2006. 

Кроме того, Кретов Н.Н.	умышленно, в целях увеличения неплатежеспособности ЗАО «Группа компаний «Линкор», совершил заведомо невыгодные сделки ЗАО «Группа компаний «Линкор» с подконтрольным ему (Кретову Н.Н.) ООО «Воскресенекхлеб», посредством которых сформировал фиктивную кредиторскую задолженность ЗАО «Группа компаний «Линкор» перед ООО «Воскресенекхлеб» в размере 260 000 000 рублей, тем самым увеличил неплатежеспособность ЗАО «Группа компаний «Линкор» на указанную сумму.

Приговором установлено, что Кретов Н.Н., зная о финансовом положении, не обратился с заявлением о банкротстве, а, напротив, за 2 года увеличил кредиторскую нагрузку, создал неликвидную дебиторскую задолженность, а также вывел ряд активов, что в совокупности привело к неплатежеспособности предприятия, неспособности погасить требования кредиторов в полном объеме.

В период с 01.10.08 по 01.10.10 были совершены заведомо невыгодные сделки купли-продажи, тем самым создана фиктивная кредиторская задолженность и неплатежеспособность организации, что явилось основанием для подачи взаимозависимым юридическим лицом заявления о признании ЗАО «Группа компаний «Линкор» банкротом и в дальнейшем признание его банкротом. Также были совершены сделки по отчуждению недвижимого имущества, оборудования, автотранспортных средств, ценных бумаг по заниженной стоимости и создания видимость оплаты данного имущества заинтересованным лицом. 

Указанный приговор вступил в законную силу. 

В мае 2018 года постановлением УМВД России по г. Екатеринбургу отказано в возбуждении уголовного дела по статье 196 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении банкротства Кретова Н.Н., постановлением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 25.09.2018 прекращено уголовное дело о совершении Кретовым Н.Н. преступления, предусмотренных частью 4 статьи 159, статьей 177 Уголовного кодекса Российской Федерации по фактам уклонения от погашения кредиторской задолженности и мошенничестве по эпизодам, имевшим место в 2012 - 2013 годах, в связи с истечением срока давности совершения преступлений.

Таким образом, оба уголовных дела состоялись в отношении Кретова Н.Н. и завершены для него по нереабилитирующим основаниям, то есть  по обстоятельствам, не исключающим виновность данного лица в совершении преступных деяний (пункты 34, 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, как следует из картотеки арбитражных дел (дело № А60-33913/2010, определение от 04.04.2013 о завершении конкурсного производства в отношении ЗАО «Группа предприятий «Линкор»), в дату закрытия реестра требований кредиторов ЗАО «Группа компаний «Линкор» в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования с общей суммой требований в размере 1 570 853 722,17 руб., а процент погашения требований кредиторов третьей составил всего 0,006%.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о том, что в ходе уголовного дела не установлены факты присвоения Кретовым Н.Н. денежных средств ЗАО «Группа компаний «Линкор», денежные требования к нему как к лицу, контролирующего данную организацию, не предъявлялись, гражданские иски в этом уголовном деле не рассматривались, не соответствуют как вынесенному приговору, так и обстоятельствам дела.

Суд первой инстанции не учел, что наличие кредиторской задолженности Кретова Н.Н., включенной в реестр в деле о его банкротстве, равно как и отсутствие имущества должника, являются результатом преднамеренных, умышленных и незаконных действий самого должника, установленных в рамках уголовного дела.

Кроме того, отсутствие гражданских исков в уголовном деле свидетельствует не о пассивной позиции кредиторов, как указал суд, а о том, что кредиторы ранее уже предъявили иски в суд о взыскании с должника денежных средств и погашение данной задолженности не производилось продолжительный период времени (в частности, задолженность перед АО «Альфа-Банк» размере 757 474 011 рублей 70 коп. взыскана решением Чкаловскою районного суда г. Екатеринбурга от 18.09.2012).

Погашение же должником задолженности перед банком исключительно в принудительном порядке в рамках исполнительного производства за период с 2012 по 2020 год в размере 2 099 413,87 рублей, при долге в размере 757 474 011 рублей о добросовестности должника также не свидетельствует.

Задолженность Кретова Н.Н. перед ООО «Первая консалтинговая компания» также возникла в связи с обстоятельствами, установленными в приговоре суда (решение Воскресенского городского суда Московской области от 31.05.2012 и определение от 27.08.2015 по делу № 2-132/12, согласно которым с ООО «Воскресенскхлеб» и Кретова Николая Николаевича в пользу ООО «Гарантия-Консалтинг» (правопредшественник  ООО «Первая консалтинговая компания») солидарно взыскано 13 620 000 руб. задолженности по договору займа, 323 894 руб. 80 коп. процентов за пользование заемными денежными средствами).

Задолженность Кретова Н.Н. перед АО «Раффайзенбанк» в размере 158 450 000 руб. основного долга, 2 815 693 руб. 80 коп. процентов за пользование кредитом, 296 427 руб. 62 коп. пени за просрочку оплаты основного долга, 68 187 руб. 53 коп. пени за просрочку уплаты процентов, 10 157 562 руб. 42 коп. комиссии за модификацию кредитной линии, 60 000 руб. государственной пошлины взыскана решением Савеловского районного суда г. Москвы от 30.04.2013 по делу №2-3484/13 и, как следует из данного решения, образовалась в период описанных в приговоре суда событий. 

В аналогичный по характеристике период возникла задолженность Кретова Н.Н. перед Мироновым О.М. в размере 252 450 039 руб. 21 коп. – основного долга, 40 226 629 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами (решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 14.11.2011 по делу №2-3971/2011).

Согласно статье 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений указанного Постановления также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Из приведенных норм права и разъяснений, изложенных в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств). Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно второму абзацу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, ч то закис правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина.

Суд апелляционной инстанции считает, что собранными по делу доказательствами подтверждены неправомерные действия должника Кретова Н.Н. при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство, установлено, что должник действовал недобросовестно в ущерб кредиторам и злоупотреблял своими правами. Недобросовестное поведение должника установлено приговором суда, вступившим в законную силу. 

Апелляционная коллегия считает, что подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Указанные фактические обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствуют о недобросовестности должника при возникновении и исполнении обязательств перед конкурсными кредиторами.

При таких обстоятельствах, при доказанности наличия недобросовестности в поведении Кретова Н.Н. и причинно-следственной связи между таким поведением должника и его последующей финансовой несостоятельностью, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для освобождения указанного должника от обязательств, не может быть признан правильным, не соответствует имеющимся в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам, противоречит цели законодательно закрепленной привилегии потребительского банкротства в виде освобождения от долгов добросовестного лица, не допускающего злоупотребления правом и стремящегося совершить все необходимые действия в целях расчета с кредиторами.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора суд апелляционной инстанции применяет стандарт поведения добросовестного и разумного гражданина, который предполагает осуществление легальной и легитимной предпринимательской деятельности, направленной на  улучшение своего материального состояния и приобретение материальных благ, вложение в развитие своей приносящей доход деятельности. 

Действия же Кретова Н.Н., повлекшие в итоге его банкротство, не могут быть признаны апелляционной коллегией соответствующими стандарту добросовестного поведения.

В связи с этим суд апелляционной инстанции не установил оснований для применения к должнику правил освобождения от обязательств, предусмотренных ст. 213.28 Закона о банкротстве.

В ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со ст. 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017)», утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017). 

В связи с изложенным определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2020 года по делу № А60-47179/2015 в части применения в отношении Кретова Николая Николаевича положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ. 

В остальной части определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2020 года по делу № А60-47179/2015 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу Миронова О.М. – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2020 года по делу № А60-47179/2015 в части применения в отношении Кретова Николая Николаевича положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» отменить. 

Не применять в отношении Кретова Николая Николаевича правила об освобождении от исполнения обязательств. 

В остальной части определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2020 года по делу № А60-47179/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

Л.М. Зарифуллина 

 

Т.С. Нилогова