﻿810/2019-30397(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-29969/2018

г. Краснодар

24 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2019 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 24 июля 2019 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Ташу А.Х., судей Алексеева Р.А. и Бабаевой О.В., при участии в судебном заседании  от истца – общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация  "Карат"» (ИНН 6164296573, ОГРН 1106164001041) – Молдобаевой О.А. (доверенность  от 16.07.2019), от ответчика – федерального государственного казенного учреждения  «Поликлиника № 1 Федеральной таможенной службы» (ИНН 6164314945,  ОГРН 1136164007924) – Масленникова Д.С. (доверенность от 10.01.2019), рассмотрев  кассационную жалобу федерального государственного казенного учреждения  «Поликлиника № 1 Федеральной таможенной службы» на решение Арбитражного суда  Ростовской области от 01.02.2019 (судья Брагина О.М.) и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 (судьи Ванин В.В., Маштакова Е.А.,  Чотчаев Б.Т.) по делу № А53-29969/2018, установил следующее.  

ООО «Частная охранная организация "Карат"» (далее – общество) обратилось  в арбитражный суд с иском к ФГКУ «Поликлиника № 1 Федеральной таможенной  службы» (далее – учреждение) о признании недействительным решения учреждения  об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 11.12.2017   № Ф.2017.545235 (далее – контракт) (уточненные требования).  

Решением от 01.02.2019, оставленным без изменения постановлением суда  апелляционной инстанции от 22.04.2019, иск удовлетворен.  

В кассационной жалобе учреждение просит отменить обжалуемые судебные акты  и принять новое решение об отказе в удовлетворении требований истца. По мнению  заявителя, истец самовольно без согласия ответчика изменил существенные условия  контракта в отношении цены и объема оказываемых услуг. Общество не соответствует  требованиям к участникам закупки, в связи с чем ответчик имеет право на расторжение  контракта в одностороннем порядке. При этом у истца с момента получения решения об  

одностороннем отказе от контракта был достаточный срок для устранения выявленных  недостатков и продолжения сотрудничества с ответчиком, однако общество выявленные  нарушения не устранило. Ответчик неоднократно просил истца устранить допущенные  нарушения и начать оказывать услуги в соответствии с конкурсной документацией,  однако общество отвечало отказом. Вывод судов первой и апелляционной инстанций об  изменении режима охраны без изменения общей цены контракта и объема оказываемых  услуг противоречит представленным в материалы дела доказательствам. Письмо  от 18.03.2018 не является соглашением об изменении существенных условий контракта,  так как не совершено в той же форме, что и контракт, и, более того, подписано  неуполномоченным лицом. Кроме того, истец выставлял ответчику счета на оплату за  полный объем оказанных услуг вплоть до 10.08.2018, несмотря на письмо от 30.03.2018.  Более того, вывод судов о том, что отсутствие у ответчика тревожной сигнализации  и тревожной кнопки делает невозможным подключение объекта учреждения к пульту  централизованной охраны (ПЦО) истца, противоречит техническому заданию, которое  является частью контракта. Суды неправомерно не учли доводы учреждения  об отсутствии у охранников спецсредств и оружия.  

 В отзыве общество просит оставить судебные акты без изменения, кассационную  жалобу – без удовлетворения.  

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для отмены  обжалуемых судебных актов.  

Как следует из материалов дела, учреждение (заказчик) и общество (исполнитель)  по результатам электронного аукциона заключили контракт, по условиям которого  заказчик поручил, а исполнитель принял на себя обязательство оказывать услугу  по физической охране объекта учреждения на условиях контракта согласно расчету  стоимости (приложение № 1) и графика дежурств на объекте (приложение № 2).  

С января по март 2018 года исполнитель оказывал заказчику услуги по охране  объекта, а заказчик принимал оказанные услуги. Услуги оказывались обществом  в соответствии с техническим заданием, утвержденным начальником отдела материально- технического снабжения Холодовым О.И.  

30 марта 2018 года обществу поступило письмо учреждения за подписью  Холодова О.И. с просьбой в связи с возникшей необходимостью изменить режим охраны  объекта без изменения общей цены контракта и общего объема оказываемых услуг:  с января по март 2018 года осуществлять охрану силами не менее 5 охранников, с апреля  

по май – силами 3 охранников, с июня по август – силами 2 охранников, с октября  по ноябрь – силами не менее 7 охранников, в декабре – силами не менее 10 охранников.  

В августе 2018 года учреждение провело проверку оказания исполнителем услуг  и составило акты несоответствия, в которых указало на отсутствие устройства вызова  группы быстрого реагирования, подключенного к ПЦО охранного предприятия (акт  от 03.09.2018), осуществление охраны силами 2 охранников 03.08.2018 и 06.08.2018,  осуществление охраны силами 3 охранников 07.08.2018 и 08.08.2018, отсутствие  устройства вызова группы быстрого реагирования, подключенного к ЦПО охранного  предприятия, а также спецсредств у охранников (акт от 08.08.2018), осуществление  охраны силами 3 охранников 15.08.2018, 16.08.2018 и 17.08.2018, отсутствие устройства  вызова группы быстрого реагирования, подключенного к ПЦО охранного предприятия,  а также спецсредств у охранников (акт от 17.08.2018).  

Акт от 17.08.2018 с сопроводительным письмом от 23.08.2018 направлен обществу.  

Ссылаясь на нарушение исполнителем условий контракта, учреждение  на основании пункта 1 части 15 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ  «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения  государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) приняло решение об  одностороннем отказе от исполнения контракта и 11.09.2018 вручило истцу уведомление  о принятом решении, а также разместило данное решение на интернет-портале  www.zakupki.gov.ru.  

Считая данное решение учреждения незаконным, общество обратилось  в арбитражный суд с иском.  

Согласно части 8 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается  по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны  контракта от его исполнения в соответствии с гражданским законодательством  Российской Федерации. Частью 9 данной статьи установлено, что заказчик вправе принять  решение об одностороннем отказе от контракта по основаниям, предусмотренным  Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения  отдельных видов обязательств, при условии, что это предусмотрено контрактом.  

Пунктом 8.2 контракта предусмотрено, что заказчик вправе принять решение  об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным  Гражданским кодексом Российской Федерации.  

Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций  исходили из следующего.  

Из материалов дела видно, что заказчик принял решение об одностороннем отказе  от исполнения контракта в связи с тем, что 03.08.2018 и 06.08.2018 охрана осуществлялась  силами 2 охранников, 07.08.2018, 08.08.2018, 15.08.2018, 16.08.2018 и 17.08.2018 охрана  осуществлялась силами 3 охранников, отсутствовало дежурное подразделение  с круглосуточным режимом работы, имеющее постоянную связь с объектом,  отсутствовало устройство вызова группы быстрого реагирования, подключенного к ПЦО  охранного предприятия, а также спецсредства у охранников.  

Между тем суды указали, что в указанные дни проверок услуги по физической  охране объекта осуществлялись обществом в соответствии с указаниями самого заказчика,  изложенными в письме от 30.03.2018 «О режиме охраны по государственному контракту».  Суды приняли во внимание, что на основании данного письма режим охраны изменен без  изменения общей цены контракта и общего объема оказываемых услуг. Письмо  подписано работником учреждения, который подписал и техническое задание  к контракту, осуществлял общий контроль за исполнением контракта, что позволяло  исполнителю не сомневаться в наличие полномочий у данного лица для таких указаний.  При этом услуги с апреля по июль 2018 года оказывались обществом и принимались  учреждением в соответствии с соглашением сторон без претензий и возражений.  

 Суды отклонили доводы учреждения о том, что дежурное подразделение  с круглосуточным режимом работы, имеющее постоянную связь с объектом, а также  спецсредства у охранников отсутствовали, так как в материалах дела имеются документы,  подтверждающие наличие у общества собственного пульта централизованной охраны,  а также спецсредств у охранников (приказ от 22.10.2014 № 23 об организации дежурной  службы и группы быстрого реагирования на территории Ростовской области и города  Ростова-на-Дону с Приложением Регламента работы круглосуточной дежурной службы  и группы быстрого реагирования, письмо УГИБДД ГУ МВД России по Ростовской  области от 22.10.2014 № 30/37-6831 о согласовании специальной окраски  на транспортные средства ГБР, схема (описание) расположения на транспортных  средствах специальной раскраски, информационных надписей и знаков, лицензия  на осуществление частной охранной деятельности № 806, выданная ГУ МВД России  по Ростовской области, разрешение на хранение и использование оружия и патронов  к нему РХИ от 23.06.2017 № 0230918, инвентаризационная опись ТМЦ общества  от 25.06.2018 № 7).  

Ссылка ответчика на отсутствие у истца устройства вызова группы быстрого  реагирования, подключенного к ПЦО охранного предприятия, обоснованно отклонена  судами, поскольку, как следует из материалов дела и не отрицается ответчиком,  

охраняемый объект не оборудован тревожной сигнализацией, что делает невозможным  подключение указанного объекта к ПЦО истца. Монтаж тревожной сигнализации  не входил в обязанности истца по контракту.  

При таких обстоятельствах суды правомерно удовлетворили исковые требования.  

По существу доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с оценкой  судами имеющихся в деле доказательств и направлены на их переоценку, которая  не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушения норм процессуального права, предусмотренные частью 4 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора  не установлены. Основания для изменения либо отмены судебных актов по доводам  жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 01.02.2019 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 по делу   № А53-29969/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий А.Х. Ташу  Судьи Р.А. Алексеев  

 О.В. Бабаева