﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Санкт-Петербург

25 ноября 2021 года

Дело А42-2435-5/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 ноября 2021 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Богдановской Г.Н.

судей Мельниковой Н.А., Слоневской А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания Апхудовым А.А.,

 

при участии:

Корнилова Д.Г. лично (паспорт),

представителя Машихина С.В. – Кислянова В.Н. (доверенность от 16.12.2020),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36669/2021) Машихина Сергея Васильевича на определение Арбитражного суда  Мурманской области от 13.10.2021 по делу № А42-2435-5/2021, принятое

 

по заявлению Федоровой Ольги Викторовны

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Фактор плюс»,

заинтересованное лицо Корнилов Дмитрий Геннадьевич, 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Фактор плюс» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 04.06.2021 (резолютивная часть от 02.06.2021) ООО «Фактор плюс» признано банкротом как ликвидируемый должник, с открытием процедуры конкурсного производства.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 11.06.2021 № 100.

Федорова Ольга Викторовна (далее – заявившийся кредитор) обратилась в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением от 29.06.2021 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Фактор плюс» (далее – Реестр) требования в размере 124 706 118 руб. (с учетом уточнения требований).

К участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечен Корнилов Дмитрий Геннадьевич.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2021 требования кредитора удовлетворены в полном объеме.

С указанным определением суда не согласился Машихин Сергей Васильевич (далее – возражающий кредитор, податель апелляционной жалобы, апеллянт), в апелляционной жалобе просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, признав заявленные денежные требования как подлежащие удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоте.

Полагает, что суд первой инстанции при принятии решения необоснованно руководствовался выводами судов, сделанным при рассмотрении гражданских дел между Федоровой О.В. и должником, поскольку исходя из части 3 статьи 69 АПК РФ такие выводы судов не могут быть признаны преюдициальными обстоятельствами, что не препятствует иной оценки фактических отношений заявившегося кредитора и должника арбитражным судом при рассмотрении настоящего обособленного спора. Судом не приняты во внимание доводы возражающего кредитора о наличии обеспечительных мер, принятых Шалинским городским судом Чеченской Республики, что препятствовало государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости, исходя из условий соглашения от 09.11.2018, заключенного между Федоровой О.В. и должником, и стороны при заключении соглашения были осведомлены о наличии таких ограничений. Судом не дана оценка непоследовательному поведению Корнилова Д.Г., который являлся представителем ООО фирма «Арктикюраудит» - ответчика по делу №2-4350/2019 по иску должника об освобождении имущества из-под ареста и возражал против удовлетворения требований должника, в то время, как будучи представителем Федоровой О.В. при заключении соглашения от 09.11.2018 должен был заинтересован в скорейшем освобождении имущества от ограничений. То же лицо, действуя от имени Федоровой О.В., направил должнику оферту о заключении договора купли-продажи долей в недвижимом имуществе, и в то же время обжаловал решение Октябрьского районного суда г. Мурманска от 22.07.2019, которым были сняты аресты на данное имущество. Несмотря на наличие действующих ограничений в виде ареста на имущество и очевидную осведомленность об этом Федоровой О.В. и Корнилова Д.Г., Федорова О.В. направляет должнику требование об оплате убытков вследствие неисполнения обязанностей по передаче долей в праве собственности на объекты недвижимости, и наряду с этим, принимает меры по сохранению обеспечительных мер в судебном порядке. Изложенное свидетельствует о создании заявившимся кредитором и Корниловым Д.Г. искусственных обстоятельств, препятствующих исполнению должником обязательства.

Полагает, что заявленные имущественные требования обусловлены фактической аффилированностью заявившегося кредитора и должника в связи с заключением ими договора простого товарищества, каковым является соглашение от 09.11.2018, поскольку совместное ведение дел товарищей в силу норм статей 1041, 1044 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предполагает невозможность должнику осуществлять деятельность без согласия Федоровой О.В. В силу этого, заявленные убытки возникли вследствие действий взаимозависимых лиц, в связи с чем оснований для их включения в третью очередь Реестра не имеется.

Соответствующие требованиям части 2 статьи 262 АПК РФ отзывы на апелляционную жалобу не представлены.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов ведет арбитражный управляющий или реестродержатель; требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Как предусмотрено частью 2.1 статьи 225 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов ликвидируемого должника в деле о банкротстве составляется в порядке, установленном настоящим Законом.

Исходя из положений части 1 статьи 71 и части 2 статьи 100 Закона о банкротстве, требования кредитора направляются в арбитражный суд и арбитражному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В данном случае требования Федоровой О.В. основаны на вступившем в законную силу решении Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021 по делу №2-7/2021, которым в пользу Федоровой О.В. солидарно с Корнилова Д.Г. и ООО «Фактор плюс» взыскано, в том числе, 124 958 118 руб. убытков.

Нормой статьи 16 АПК РФ установлен принцип обязательности вступивших в законную силу судебных актов, который призван обеспечить признание перед неограниченным кругом третьих лиц публичное подтверждение права лица, которому предоставлена судебная защита в порядке статьи 4 АПК РФ.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

Таким образом, вступивший в законную силу судебный акт является достаточным подтверждением обоснованности заявленного требования, в том числе его размера, что исключает необходимость проверки материальных оснований возникновения заявленного требования.

В абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), разъяснено, что подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

Из правовых подходов, сформированных в Обзоре, следует допустимость понижение очередности удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно пункту 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В силу пункта 3.2. Обзора компенсационное финансирование может осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности

Такой порядок ведения хозяйственной деятельности характерен для аффилированных лиц, поскольку обусловлен общностью их экономических интересов, направленных на сохранение капитала внутри группы лиц.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входят в одну группу лиц с должником, а также лица, которые являются аффилированными лицами должника.

Согласно положениям статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В силу части 1 статьи 67.3 Гражданского кодекса Российской Федерации хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное товарищество или общество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6), доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Между тем доказательств корпоративной либо фактической аффилированности заявившегося кредитора и должника апеллянтом не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что фактическая аффилированность заявившегося кредитора и должника следует из согласованных и непоследовательных действий Федоровой О.В. и её представителя Корнилова Д.Г. в силу заключения заведомо неисполнимого соглашения от 09.11.2018, которым предусмотрена обязанность должника по отчуждению доли в праве на недвижимое имущество в пользу Федоровой О.В. в условиях существующих и вновь возникших по инициативе Федоровой О.В. обременений в виде ареста на отчуждаемое недвижимое имущество, апелляционный судом не могут быть приняты во внимание как подтверждающие факт взаимозависимости заявившегося кредитора и должника.

Из материалов дела, а также обстоятельств, установленных при принятии решения Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021 по делу №2-7/2021, следует, что недвижимое имущество, являвшееся предметом соглашения от 09.11.2018, было приобретено порядке реализации конкурсной массы юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), при наличии наложенного в рамках уголовного дела ареста.

Исходя из части 1 и части 2 статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия; наложение ареста на имущество состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

Арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении (часть 9 той же статьи).

Таким образом, арест – это временная мера, направленная на обеспечение имущественных интересов управомоченного лица.

Пунктом 4 соглашения от 09.11.2018 предусмотрено, что обязанность ООО «Фактор плюс» по заключению с Федоровой О.В. договоров купли-продажи объектов недвижимого имущества исполняется после снятия арестов и обременений, и заключение такого соглашения не противоречит статье 157 ГК РФ.

Допустимость сохранения ареста, наложенного в рамках уголовного дела, при открытии конкурсного производства должника, в том случае, если арест наложен не в пользу потерпевших, являющихся конкурсными кредиторами (в данном случае такой арест наложен в пользу ОАО «МРСК Северо-Запада», ОАО «Генерирующая компания», АО «Башкирская генерирующая компания», ОАО «ТГК-1», ОАО «ОГК-2», что следует из решения Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021 по делу №2-7/2021, л.д. 13оборот), подтверждается правовыми позициями, сформированными в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 1-П от 31.01.2011 и постановлении Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 17219/10 от 21.06.2011.

Таким образом, сохранение ареста при  отчуждении недвижимого имущества в пользу его приобретателя на публичных торгах явствует не только для сторон сделки, что следует из анализируемых условий соглашения от 09.11.2018, но и из требований действующего законодательства, то есть является объективным.

При таких обстоятельствах утверждение апеллянта о согласованных, то есть обусловленных субъективной волей сторон сделки, действиях заявившегося кредитора и должника, направленных на заключение сделки в условиях её заведомой неисполнимости, не могут быть признаны обоснованными, поскольку при согласовании условий соглашения от 09.11.2018 стороны действовали открыто, распределив риски невозможности заключения договора купли-продажи объектов недвижимости в связи с сохранением арестов на имущество, в том числе в пункте 6 соглашения, по которому часть негативных имущественных рисков в виде возмещения 50% расходов приняла на себя Федорова О.В.

Оценка поведения Корнилова Д.Г., изложенная апеллянтом в жалобе в части направленности на сохранение арестов на имущество, в отсутствие доказательств аффилированности Корнилова Д.Г. и Федоровой О.В., не позволяет суду утверждать о единстве воли и наличии единого экономического интереса указанных лиц, тем более, при наличии у Корнилова Д.Г. обязанностей поручителя по обязательствам, вытекающим из соглашения от 09.11.2018, принятых на основании договора поручительства от 10.01.2019 (л.д. 100).

Доводы апеллянта о том, что аналогичные непоследовательные действия совершала и Федорова О.В. в силу направления должнику требования об оплате убытков в условиях сохраняющихся обременений на имущество, отклоняются, с учетом того, что решением Шалинского городского суда Чеченской Республики от 26.05.2021 по делу №2-7/2021 установлен факт недобросовестного поведения ООО «Фактор плюс», выразившегося, в том числе, в уклонении от принятия мер по снятию таких обременений.

Утверждаемый апеллянтом в жалобе факт создания заявившимся кредитором и Корниловым Д.Г. искусственных обстоятельств, препятствующих исполнению должником обязательства, объективного подтверждения по материалам дела не находит, и напротив, опровергается выводами Шалинского городского суда Чеченской Республики по делу №2-7/2021.

Вопреки убеждению апеллянта, принятие обеспечительных мер по заявлению Федоровой О.В. при рассмотрении её гражданских исков к ООО «Фактор плюс» не свидетельствует о намеренном создании заявившимся кредитором таких препятствий, поскольку принятие таких мер направлено, прежде всего, на защиту интересов самого истца (Федоровой О.В.) с целью предотвращения отчуждения имущества третьим лицам, тогда как отмена обеспечительных мер в случае исполнения решения суда находится в сфере её процессуальной компетенции (статья 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы апеллянта о наличии оснований для субординации требования Федоровой О.В., поскольку задолженность должника сформирована под влиянием Федоровой О.В. как контролирующего лица при исполнении условий соглашения от 09.11.2018, не могут быть приняты апелляционным судом, поскольку исходя из нормы статьи 1041 ГК РФ, общность интересов договора простого товарищества является его неотъемлемым правовым атрибутом, ввиду чего сама по себе, при отсутствии иных доказательств, не может свидетельствовать о фактической аффилированности кредитора и должника.

Убеждение апеллянта в том, что условия соглашения от 09.11.2018 как договора простого товарищества во взаимосвязи с нормой статьи 1044 ГК РФ предполагают невозможность должнику осуществлять деятельность без согласия Федоровой О.В., является ошибочным, поскольку предусмотренная указанной нормой общность дел товарищей не означает субординации их участия в делах товарищества, что исключает возможность контроля одного товарища над деятельностью другого.

По изложенным основаниям апелляционный суд не может согласиться с апеллянтом в том, что заявленные убытки возникли вследствие действий взаимозависимых лиц и денежные требования подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоте.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции при принятии решения необоснованно руководствовался выводами судов, сделанным при рассмотрении гражданских дел между Федоровой О.В. и должником, при отсутствии их преюдициальности, апелляционной коллегией отклоняются с учетом дополнительно изложенного в мотивировочной части настоящего постановления.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного обжалования, в силу чего, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Мурманской области  от 13.10.2021 по делу №А42-2435-5/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Г.Н. Богдановская

 

Судьи

 

Н.А. Мельникова

 

 А.Ю. Слоневская