АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000,   http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7984/24 

Екатеринбург

31 января 2025 г.

Дело № А76-18384/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Морозова Д.Н.,

судей Кочетовой О.Г., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.08.2024 по делу № А76-18384/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.06.2023 принято к производству заявление ФИО1 (далее – должник) о признании себя банкротом.

Решением суда от 24.08.2023 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.08.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024, процедура реализации имущества гражданина ФИО1 завершена. В отношении должника не применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств перед акционерным обществом «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – Россельхозбанк) и публичным акционерным обществом «Совкомбанк» (далее – Совкомбанк).

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 09.08.2024 и постановление апелляционного суда от 02.12.2024 отменить в части неприменения в отношении него правил об освобождении от обязательств, принять новый судебный акт, освободив его от исполнения обязательств перед кредиторами.

В кассационной жалобе должник ссылается на отсутствие оснований для неприменения правил об освобождении ввиду непредставления доказательств противоправности его поведения при принятии на себя обязательств перед кредиторами, его злостного уклонения от погашения обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений. Обстоятельства, свидетельствующие о принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, также не установлены.

Кассатор выражает несогласие с выводом судов о принятии им заведомо неисполнимых обязательств, указывая на то, что он рассчитывал погашать задолженность частично за счет дохода ФИО3 (супруги должника на момент заключения кредитных договоров), а также надеялся на дальнейшее повышение уровня своего дохода.

Кроме того, заявитель кассационной жалобы ссылается на необоснованность вывода судов о его недобросовестности при получении кредитов за короткий промежуток времени. Должник утверждает, что он не обладает специальными познаниями в устройстве кредитной системы, внутренних сроках обработки и внесения поступающих запросов в банковских учреждениях, в отличие от указанных кредиторов, которые являются профессиональными участниками рынка и должны самостоятельно оценивать свои риски. Очевидные признаки того, что должник изначально, принимая на себя обязательства перед кредиторами, не намеревался с ними рассчитываться, что не свидетельствует о допущении должником злоупотребления, недобросовестного поведения, негативно отразившихся на них, отсутствовали.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий поддерживает изложенные в ней доводы и просит обжалуемые судебные акты отменить.

Россельхозбанк в представленном отзыве на кассационную жалобу просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, то есть в части неосвобождения должника от обязательств перед двумя кредиторами.

Как следует из материалов дела и установлено судами, финансовым управляющим ФИО2 представлен итоговый отчет о своей деятельности и о результатах проведенных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества гражданина, составлено заключение об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника.

Финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника в размере 2 478 700,70 руб. (третья очередь, требования кредиторов первой и второй очередей отсутствуют), который погашен на сумму 67 967,54 руб. (2,74%). Расходы на проведение процедуры банкротства составили 43 672,71 руб., погашены.

В реестр требований кредиторов включены требования:

- публичного акционерного общества «Сбербанк России» в сумме 434 245,38 руб. – задолженность по кредитному договору от 27.10.2022 (определением суда от 27.11.2023);

- Совкомбанка в сумме 655 968,08 руб. – задолженность по двум кредитным договорам от 27.10.2022 (определением суда от 08.12.2023);

- Россельхозбанка в сумме 439 908,30 руб. – задолженность по кредитному договору от 28.10.2022 (определением суда от 08.12.2023);

- публичного акционерного общества «Банк ВТБ» в сумме 655 968,08 руб. – задолженность по кредитному договору от 28.10.2022 (определением суда от 11.01.2024);

- акционерного общества «Альфа-Банк» в сумме 146 964,64 руб. – задолженность по кредитному договору от 09.11.2022 (определением суда от 08.12.2023);

- уполномоченного органа в сумме 742 руб. – задолженность по транспортному налогу и налогу на имущество (определением суда от 08.12.2023).

Обращаясь с заявлением о собственном банкротстве, ФИО1 указал на наличие у него кредитных обязательств на общую сумму 1 935 093,36 руб. перед 7-ю кредиторами; помимо 5-и указанных выше банков, перед акционерными обществами «Почта-Банк» – по кредитному договору от 07.05.2020 на сумму 19 910,15 руб. и «Райффайзенбанк» – по кредитному договору от 25.09.2018 на сумму 85 498,06 руб.

С целью выявления имущества и имущественных прав должника финансовым управляющим в установленном порядке направлены запросы в регистрирующие органы и кредитные учреждения, проведена опись имущества должника, по результатам которой имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, не выявлено, а также проведен анализ финансового состояния должника; сделок, которые подлежали оспариванию, не выявлено.

Должник с 29.06.2007 по 18.07.2023 состоял в браке с ФИО3; трудоустроен в обществе с ограниченной ответственностью «Мосдорстрой» в должности водителя автомобиля. В конкурсную массу поступили денежные средства в сумме 135 997,27 руб. (заработная плата), из них 49 357 руб. выплачены должнику в качестве прожиточного минимума, остальная часть направлена на погашение текущих и частично – реестровых требований.

В собственности должника находится ? доли в праве собственности на жилое помещение, расположенное в г. Троицке Челябинской области, которое является единственным жильем должника и членов его семьи и в силу положений статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит реализации. 

Ссылаясь на то, что все возможные мероприятия реализации имущества должника окончены и дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют, финансовый управляющий ФИО2 обратилась с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 Финансовым управляющим не выявлено оснований для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации.

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО1 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Кредиторы – Совкомбанк и Россельхозбанк возражали против применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве в связи с совершением им недобросовестных действий при получении кредитов и принятием заведомо неисполнимых обязательств, одномоментного оформления крупных обязательств в различных банках, что лишило последних возможности проверки информации об иных кредитных обязательствах через бюро кредитных историй.

Возражая против неприменения правила об освобождении от исполнения обязательств, должник сослался на обстоятельства получения кредитов и целях их использования. Так, должник пояснил, что кредитные средства израсходованы на ремонт квартиры, помощь родственникам.

При рассмотрении вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов суды усмотрели в действиях должника недобросовестность, что явилось основанием для неприменения правила об освобождении от долгов перед двумя кредиторами.

При этом суды руководствовались следующим.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Однако процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В рассматриваемом случае судами установлено, что ФИО1 одновременно обратился в кредитные учреждения с заявлениями на получение кредитов и в период с 27.10.2022 по 28.10.2022 (за 2 дня) заключил:

со Сбербанком – кредитный договор от 27.10.2022, на сумму 425 000 руб.;

с Совкомбанком – кредитные договоры от 27.10.2022 на суммы 425 000 руб. и 120 000 руб.;

с Россельхозбанком – кредитный договор от 28.10.2022 на сумму 425 000 руб.;

с Банком ВТБ – кредитный договор от 28.10.2022 на сумму 90 000 руб.

Оформляя указанные обязательства, должник скрыл информацию от банков об одномоментном получении заемных средств на значительную сумму в нескольких кредитных учреждениях. Как указывается кредиторами, порядок выгрузки информации в бюро кредитных историй (в течение нескольких рабочих дней) не позволил кредитным организациям получить информацию об указанных действиях должника.

Требования нескольких банков включены в реестр требований кредиторов должника, так как ФИО1 не исполнил обязательства по кредитным договорам.

Судами осуществлена проверка наличия у должника возможности получить доходы, позволяющие исполнить возникшие кредитные обязательства. Так, в результате заключения указанных кредитных договоров ежемесячные обязательства должника после получения всех кредитов за незначительный промежуток времени составили 68 392,71 руб., тогда как из представленной в материалы дела справки о доходах должника за 2022 г. средний доход в месяц составил 52 016,22 руб., в связи с чем судами сделан вывод об отсутствии у должника заработка в достаточном для погашения задолженности размере (за вычетом прожиточного минимума).

В связи с изложенным суды пришли к выводу, что должником намеренно создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду единовременной подачи нескольких заявок и практически одномоментного оформления договоров.

Как отметили суды, само по себе подписание должником в короткий промежуток времени кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.

При этом суды учли, что надлежащего обоснования произведенных трат крупной суммы денег (свыше 1,4 млн руб.), в том числе на нужды родственников, а также причинах кредитования в различных банках в незначительный промежуток времени ФИО1 не представил. Суды критически отнеслись к доводам должника о том, что кредиты в Совкомбанке и Россельхозбанке получены для проведения капитального ремонта в квартире, являющейся единственным жильем, отметив, что такие действия явно выходят за пределы разумного поведения должника при принятии кредитных обязательств и не могут быть объяснены отсутствием финансовой грамотности.

Суды также учли, что с заявлением о признании себя банкротом ФИО1 обратился 14.06.2023, то есть менее чем через 8 месяцев после оформления кредитов в октябре 2022 г., по которым внесено всего 5 платежей.

Ввиду изложенного суды констатировали, что должник, подав заявки на получение кредитов и заключив в короткий промежуток времени несколько кредитных договоров, ввел в заблуждение банки относительно уровня своей кредитоспособности, скрыл сведения об объеме своих обязательствах, фактически предоставив недостоверные сведения о финансовом состоянии, сделал невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков, поскольку по смыслу части 3.7 статьи 5 Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» (в редакции Федерального закона от 31.07.2020 № 302-ФЗ) информация о кредитной истории должника передается кредитными организациями в бюро кредитных историй не позднее окончания третьего рабочего дня, следующего за днем получения информации.

Подобное поведение само по себе неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Поскольку принятие гражданином на себя столь значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера, как уже отмечалось, возлагают на последнего встречную обязанность по раскрытию своего имущественного положения, цели получения кредита (займа), его расходовании и иных сведений, необходимых для финансового анализа, проверки и выявления подлежащего включению в конкурсную массу имущества. 

В данной ситуации, суды, принимая во внимание обозначенное правовое регулирование, установленные в деле факты получения должником денежных средств в размере, не позволяющем обслуживать имеющиеся обязательства, представление им в банки недостоверных сведений и последующее сокрытие имущества (отсутствие документального подтверждения расходования кредитных средств, в частности на ремонт квартиры, нужды родственников), не применили в отношении ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований двух кредиторов, заявивших о неприменении положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве перед ними по заключенным кредитным договорам.

Суд округа полагает данные выводы судов основанными на законе. 

Проверяя доводы кредитора о наличии такого основания для неосвобождения от исполнения обязательств, как недобросовестность поведения должника, выразившаяся в умышленном и злонамеренном принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств для списания их в последующем посредством процедуры потребительского банкротства, суд первой инстанции обоснованно возложил бремя опровержения приводимых доводов (подтвержденных соответствующими доказательствами) на должника.

Однако, как уже было указано, заявленные должником возражения были исследованы и оценены, по итогам чего суды заключили, что он приводимые кредиторами доводы в нарушение статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опроверг, обоснование добросовестности своего поведения (либо простой неразумности, либо объективной невозможности исполнения обязательств, в том числе вследствие нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств) – не представил.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания.

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций. Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки.

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.08.2024 по делу № А76-18384/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                       Д.Н. Морозов 

Судьи                                                                                    О.Г. Кочетова 

                                                                                              О.Н. Новикова