ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

28.03.2023

Дело № А41-75589/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена       22.03.2023 

Полный текст постановления изготовлен  28.03.2023

 

        Арбитражный суд Московского округа

в составе:  председательствующего-судьи  Зеньковой Е.Л.,

судей Перуновой В.Л., Мысака Н.Я.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего должником – ФИО1, по доверенности от 21.03.2023, срок 1 год,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 18.01.2022, срок 3 года,

рассмотрев 22.03.2023 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «СТИЛ ПРОДАКТС» 

на определение Арбитражного суда Московской области от 22.09.2022

и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022

об отказе в удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СТИЛ ПРОДАКТС», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 13.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «СТИЛ ПРОДАКТС» (далее – ООО «СТИЛ ПРОДАКТС», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «СТИЛ ПРОДАКТС» открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

         Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2) на основании подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) к субсидиарной ответственности в связи с непередачей имущества и документов конкурсному управляющему, неподачей заявления о признании должника банкротом, совершением сделки по перечислению денежных средств в размере 250 000 руб. в адрес аффилированной с должником организации общества с ограниченной ответственностью «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» (далее - ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ») (с учетом изменения заявленных требований в порядке, установленном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

          Определением Арбитражного суда Московской области от 22.09.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

           Не согласившись с принятыми по обособленному спору  судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

           В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий должником ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

        На кассационную жалобу поступил отзыв от ФИО2, в котором просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

        В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должником поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

         Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

          Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

         Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей конкурсного управляющего должником и ФИО2, изучив материалы обособленного спора, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах в обжалуемой части, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

         Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

       Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

        Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункты 1 - 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

        Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

          Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

         В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

         Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

          При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

             Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской             Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

             Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

            Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

           Таким образом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

          Как установлено судами, ФИО2 с 05.11.2008 по 16.08.2020 являлась генеральным директором должника.

         Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве.

          Заявитель указывал, что ФИО2 не передала конкурсному управляющему два автомобиля (Шкода Октавиа регистрационный знак 

<

***> и Ауди Q5 регистрационный знак 

<

***>), которые согласно письму УМВД по городскому округу Электросталь от 21.03.2022 зарегистрированы за должником.

          Определением Арбитражного суда Московской области от 04.02.2021 оба автомобиля были истребованы у ФИО2

         Согласно пояснениям ФИО2, как указали суды, на момент вынесения определения Арбитражного суда Московской области от 04.02.2021 об истребовании имущества указанные автомобили не находились в собственности должника, поскольку были проданы.

         Так, суды установили, что 30.04.2018 между должником и ФИО5 (далее - ФИО5) заключен договор купли-продажи, по которому ФИО5 приобрел у должника автомобиль Шкода Октавиа, 2013 года выпуска за 245 000 руб.

         Автомобиль был передан ФИО5 по акту приема-передачи от 17.10.2019.

        31.07.2018 между должником и ФИО5 подписан договор купли-продажи, по которому ФИО5 приобрел у должника автомобиль Ауди Q5 за 392 000 руб.

         Автомобиль был передан ФИО5 по актам приема-передачи от 31.06.2019.

          Оплата за автомобили производилась ФИО5 путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника, а также на счета контрагентов и налогового органа за должника.

          Судами установлено, что в материалы дела представлены документы, подтверждающие оплату автомобилей.

           Суды установили, что в настоящий момент автомобили по-прежнему зарегистрированы за должником (в связи с наложением обеспечительных мер покупатель не смог оформить право собственности) и конкурсный управляющий вправе предпринять меры по их возврату в конкурсную массу.

           Вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за не передачу автомобилей, является правомерным.

         Суды также посчитали доводы конкурсного управляющего должником о мнимости указанных сделок несостоятельными, поскольку опровергаются материалами дела и представленными доказательствами.

          Учитывая, что по состоянию на 31.12.2018 автомобили были зарегистрированы за должником, последний был обязан уплачивать транспортные налоги.

          Заявитель просил также привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документации по ряду контрагентов.

       Суды в этой связи установили,  что в материалы дела представлены описи и чеки, подтверждающие факт отправки документов в адрес конкурсного управляющего должника. Часть документов была направлена в период с 2020 - 2021 года, оставшаяся часть - после подачи заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

       Судами отмечено, что документы по указанным контрагентам переданы по описям от 05.09.2020, 12.03.2022, 24.08.2022. Указанные документы получены заявителем, что подтверждается отчетами об отслеживании почтовой корреспонденции.

         Судами наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами не установлено. Доказательств того, что несвоевременная передача документов повлекла за собой какие-либо убытки для должника или его кредиторов, конкурсный управляющий не предоставил.

          Само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

         Повторно исследовав материалы дела, апелляционная коллегия не нашла оснований для удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

          Отклоняя ссылку на непередачу ФИО2 базы «1С», суд апелляционной инстанции верно отметил, что заявитель не ссылался на указанное обстоятельство в суде первой инстанции как на основание для привлечения ФИО2 к ответственности. 

          Заявитель также просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделки по перечислению денежных средств в размере 250 000 руб. в адрес ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ», поскольку указанной сделкой был причинен существенным вред имущественным правам кредиторов должника.

         Судами установлено, что 14.04.2017 с расчетного счета должника на расчетный счет ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» были перечислены денежные средства в размере 250 000 руб.

           На дату совершения сделки ответчик являлся мажоритарным участником (доля 95%) и генеральным директором должника, а также генеральным директором ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ».

            Указанная сделка была признана недействительной определением Арбитражного суда Московской области от 13.10.2021 по делу № А41-75589/19, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» в конкурсную массу 250 000 руб.

          Суды в этой связи установили, что 07.03.2017 между должником (поставщик) и ООО «КМК-Калуга» (заказчик) заключен договор поставки № 05/03-2017, в соответствии с которым должник обязался поставить в адрес заказчика товар согласно спецификации. 

           Для исполнения договора должник привлек ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» в качестве субпоставщика, которому 14.04.2017 должник перечислил 250 000 руб.

ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» поставило должнику товар, что подтверждается УПД от 14.07.2017 № 82. Впоследствии должник исполнил обязательство по поставке товара перед заказчиком, что подтверждается УПД от 09.10.2017 № 106, от 09.10.2017 № 71.

           При рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ» заняло пассивную процессуальную позицию, не представило отзыв и доказательства, опровергающие доводы конкурсного управляющего о недействительности сделки.

        ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, однако суд апелляционной инстанции отказал в приобщении доказательств, подтверждающих возмездность сделки.

         Судом первой инстанции отмечено, что ФИО2 в рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не участвовала, о принятом определении узнала только после его публикации.

          Вынося определение о признании сделки недействительной, суд руководствовался отсутствием первичной документации, подтверждающей факт встречного предоставления должнику со стороны ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ».

ФИО2, воспользовавшись своими процессуальными правами, представил доказательства возмездности сделки.

           Поскольку сделка была совершена 14.04.2017, для квалификации действий ответчика подлежит применению абзацы 2, 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), согласно которым пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

              Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

          При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

           Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзацев 2, 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

           Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Согласно пункту 23 Постановления № 53, к числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

            Между тем, как установили суды, конкурсным управляющим должником не доказано ни одно из обстоятельств, указанных в пункте 23 Постановления № 53.

             В рамках настоящего обособленного спора ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности за совершение сделки с ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ».

             Закон о банкротстве в части срока исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности следует применять в той редакции, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

           Статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ был установлен годичный срок исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, исчисляемый со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (субъективный срок), но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (объективный срок).

          Судами отмечено, что заявитель исполнял обязанности временного управляющего, а потому имел доступ к счетам должника и имел возможность проанализировать все подозрительные перечисления должника в адрес контрагентов, в том числе в адрес ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТ». Таким образом, о сделке заявитель должен был узнать не позднее 13.08.2020 (день вынесения решения о признании должника банкротом).

          Между тем совершение сделки заявлено конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности только 22.03.2022 путем подачи заявления об изменении, то есть годичный срок на подачу заявления конкурсным управляющим пропущен: вынесение определения о признании сделки недействительной лишь констатирует сам факт ее недействительности, но не продлевает срок исковой давности.

         Для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности не требуется в обязательном порядке оспаривать сделку, на что прямо указано в пункте 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

         В данном случае для требований, содержащихся в заявлении об уточнении требований, датой подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности будет дата подачи соответствующих изменений и проверка соблюдения срока для обращения с названным заявлением должна проводиться применительно к дате подачи указанных уточнений в суд.

          Исследовав материалы дела, суды пришли к обоснованному выводу о пропуске заявителем срока исковой давности для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделки с ООО «МЕДУЗА ПРОЕКТЫ».

          Судам доказательства наличия иных сделок, позволяющих прийти к выводу о признании их в качестве причин, в результате которых должник был признан несостоятельным (банкротом), не представлено.

           Учитывая изложенные обстоятельства, суды правомерно отказали в привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по указанному в заявлении основанию.

           Суд апелляционной инстанции также не установил оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за не обращение в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании должника банкротом.

           Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

           В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом.

            Исходя из абзаца тридцать седьмого статьи 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

         Превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника свидетельствует о недостаточности имущества лица (абзац тридцать шестой статьи 2 Закона о банкротстве).

          Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

            Само по себе наличие кредиторской задолженности, не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения по подаче заявления должника о признании его банкротом.

          Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

          Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. Данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

           Как установили суды, из заявления конкурсного управляющего должником следует, что ФИО2 должна была обратиться с заявлением о банкротстве должника не позднее 11.05.2017, поскольку с 11.04.2017 у должника возникла задолженность перед АО «Управление по строительству № 111» (далее - Управление) в связи с расторжением договора подряда от 24.01.2017.

            Судами отмечено, что дата 11.04.2017 - это не срок, до которого должником должны были быть исполнены денежные обязательства перед Управлением, а дата расторжения договора подряда, заключенного между сторонами, на что сам заявитель указывает в пояснениях. При этом если 11.04.2017 - дата возникновения задолженности, то и в этом случае у ответчика не возникала обязанность обратиться с заявлением о банкротстве должника не позднее 11.05.2017, поскольку на указанную дату должник не отвечал даже формальному признаку неплатежеспособности.

          Судами установлено, что по состоянию на 11.05.2017 у должника отсутствовали признаки «объективного банкротства», что подтверждается данными бухгалтерской отчетности и ответами налогового органа на письма должника. На протяжении 2017-2018 годов должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, закупал материалы, выполнял работы для заказчиков. О продолжении хозяйственной деятельности в 2017 году свидетельствуют документы, переданные ответчиком по описям от 14.08.2020, 05.09.2020, 12.03.2022, 07.05.2022.

          Суды указали, что оснований предполагать, что должник находится в состоянии имущественного кризиса у ФИО2 не было, поскольку согласно бухгалтерскому балансу за 2016 год должник получил прибыль в размере 50 000,00 руб., запасы составляли 11 083 000,00, финансовые и другие оборотные активы - 8 038 000,00 руб., материальные и внеоборотные активы - 2 844 000, руб.

          10.05.2017 должником в адрес УФНС по Московской области (далее - УФНС) направлено заявление о предоставлении отсрочки или рассрочки по уплате транспортного налога. 20.06.2017 от УФНС поступил отказ в предоставлении отсрочки или рассрочки. Налоговым органом проведен анализ финансового состояния должника на основании данных бухгалтерской отчетности за 2016 год.

            Согласно указанным данным коэффициент текущей ликвидности должника составлял 1,004, то есть, больше 1. По итогам анализа УФНС пришло к выводу об отсутствии угрозы возникновения признаков несостоятельности должника в случае единовременной уплаты налога.

           10.08.2017 должником в адрес УФНС направлено заявление о предоставлении отсрочки или рассрочки по уплате налога, сбора, страховых взносов, а также пени и штрафа, в котором должник просил предоставить отсрочку или рассрочку по уплате налогов на общую сумму 1 722 52 руб. 78 коп.

           27.09.2017 от УФНС поступил отказ в предоставлении отсрочки или рассрочки. Налоговым органом проведен анализ финансового состояния должника, по итогам которого УФНС пришел к выводу об отсутствии угрозы возникновения признаков несостоятельности должника в случае единовременной уплаты налоговой задолженности и страховых взносов.

          Учитывая изложенное, несмотря на то, что у должника имелась задолженность по обязательным платежам перед налоговым органом, последний констатировал отсутствие угрозы возникновения неплатежеспособности в случае единовременного погашения имеющейся задолженности.

          Согласно пункту 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

          Суды также установили, что надлежащих доказательств того, что являясь руководителем должника, ФИО2 своими действиями (бездействием) довела должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, в материалы дела не представлено.

           Вывод судов о том, что конкурсным управляющим неверно определена дата возникновения признаков объективного банкротства, является обоснованным.

          Учитывая изложенные обстоятельства, суды пришли к выводу, что основания для утверждения о наличии недобросовестных действий контролирующего должника лица отсутствуют.

         Принимая во внимание вышеизложенное, суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов, что материалами спора не подтверждается совершение ФИО2 виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника.

           Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

           Нормы материального права, в том числе на нарушение которых в кассационной жалобе ссылается конкурсный управляющий должником, применены судами правильно.

          Доводы кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанции, получили надлежащую оценку, с которой арбитражный суд округа согласен.

         Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии конкурсного управляющего должником с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.  Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 22.09.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022 по делу № А41-75589/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                            Е.Л. Зенькова                     

Судьи:                                                                      Н.Я. Мысак 

                                                                               В.Л. Перунова