﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4518/20 

Екатеринбург

18 августа 2020 г.

 

Дело № А07-990/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 августа 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Павловой Е. А., Рогожиной О. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего сельскохозяйственным производственным кооперативом «Завет» (далее – СПК «Завет», кооператив, должник) Шаймарданова Сергея Юрьевича на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан                  от  09.12.2019 по делу № А07-990/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Вертопрахова Ивана Петровича - Сафина Р.Р. (доверенность                              от 04.03.2020);

Гатиатуллина Сабирьяна Садыковича - Сафина Р.Р. (доверенность                              от 04.03.2020);

Кулмухаметова Рима Аширафовича - Сафина Р.Р. (доверенность                              от 04.03.2020).

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), приняли участие представители:

конкурсного управляющего СПК «Завет» Шаймарданова С.Ю. - Бондарева Э.Н. (доверенность от 27.02.2018 серии 02 АА номер 4429297);

Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан (далее – уполномоченный орган) - Шавалеева Э.Р. (доверенность от 14.01.2020 № 24-08/00410).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                           от 27.01.2017 принято к производству заявление уполномоченного органа о признании несостоятельным (банкротом) СПК «Завет», возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 24.06.2017 в отношении СПК «Завет» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден                  Шаймарданов С.Ю.

Решением суда от 05.03.2018 СПК «Завет»  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Шаймарданов С.Ю.

В рамках дела о банкротстве  СПК «Завет»  конкурсный управляющий Шаймарданов С.Ю. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц Батыршина Альмухамета Сулеймановича, Галямова Гамира Сальмановича, Вертопрахова И.П., Кулмухаметова Р.А., Гатиатуллина С.С. к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                          от 09.12.2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Конкурсный управляющий  СПК «Завет» Шаймарданов С.Ю., не согласившись с принятыми судебными актами, обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 09.12.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 29.05.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Конкурсный управляющий указывает, что показатели должника начиная с 2013 года свидетельствуют о постоянном снижении выручки и активов при высоком росте кредиторской задолженности (выявлены признаки преднамеренного банкротства), при этом председатель должника Галямов Г.С. реализует обществу с ограниченной ответственностью «Завет» (далее – общество Завет», директором которого является и зарегистрированному незадолго до начала вывода активов должника) в первую очередь активы, приносившие 30-40% выручки.

Конкурсный управляющий отмечает, что в 2015 году произошло выбытие самых ликвидных активов - КРС, расторжение договора аренды, увольнение всех сотрудников - контролирующие должника лица не могли не осознавать, что дальнейшая деятельность должника (неубыточная) невозможна, однако доказательств принятия ими каких-либо мер по улучшению финансового состояния не представлено.

Конкурсный управляющий также обращает внимание, что с 01.01.2016 контролирующие должника лица осознавали наступление объективного банкротства и прекратили исполнение своих обязанностей в кооперативе, фактически бросив предприятие, при этом договор аренды земельного участка с администрацией не расторгли, продолжая наращивать кредиторскую задолженность. Таким образом, дата подачи заявления для контролирующих должника лиц - 31.01.2016.

Конкурсный управляющий считает, что суды не исследовали вопрос о бездействии контролирующих должника лиц, выразившихся в непринятии мер по регистрации объектов недвижимости (по договору купли-продажи                        от 23.07.2014 приобретено 7 объектов недвижимости стоимостью                     7 460 000 руб., однако право не зарегистрировано). При этом делая вывод о наличии у конкурсного управляющего возможности самостоятельно зарегистрировать недвижимость, суды не учли, что руководитель должника правоустанавливающие документы на недвижимость не представил (акт передачи, кадастровый паспорт, доказательства оплаты, техпаспорт и т.д.).

Конкурсный управляющий полагает, что суды неверно распределили бремя доказывания: информация о заключении должником договора                                   от 23.07.2014 у конкурсного управляющего отсутствовала, в ФРС документы не сдавались - сам договор был передан контролирующими должниками лицами только 15.10.2018 без первичных документов, после чего конкурсный управляющий попытался самостоятельно получить необходимые для регистрации документы, в том числе ознакомился с материалами банкротного дела продавца (СПК «Заветы», чье право собственности зарегистрировано не было), однако там необходимые документы также отсутствовали; поданный конкурсным управляющим иск о признании права собственности до настоящего момента Арбитражным судом Республики Башкортостан не рассмотрен.

Ответчики в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Уполномоченный орган в своем отзыве поддерживает позицию конкурсного управляющего, просит обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, СПК «Завет» зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 10.11.2011. 

Учредителями кооператива являлись Галямов Г.С., Батыршин А.С., Вертопрахов И.П., Гатиатуллин С.С., Кулмухаметов Р.А., председателем с 10.01.2011по 06.03.2017 являлся Галямов Г.С., с 28.03.2017 по 26.02.2018 Гатиатуллин С.С.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                           от 27.01.2017 на основании заявления уполномоченного органа возбуждено дело о банкротстве СПК «Завет».

Определением суда от 24.06.2017 в отношении должника введено наблюдение; решением суда от 05.03.2018 должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Шаймарданов С.Ю.

Определением суда от 10.06.2019  производство по делу о банкротстве должника приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В реестр требований кредиторов должника включены следующие кредиторы:

- уполномоченный орган (определение суда от 24.06.2017) в размере 3 515 005 руб. 79 коп.;

- государственное унитарное сельскохозяйственное предприятие «Башсельхозтехника» (определение суда от 19.10.2017) в размере                 1 171 536 руб. 77 коп. основного долга, 41 833 руб. 62 коп. неустойки (обязательства 2011 года);

- индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства Серпков Владимир Павлович (определение суда от 19.10.2017) в размере 440 986 руб. основного долга, 148 474 руб. 58 коп. процентов (дело                 № А07-1770/2017 уступка 2013 года);

- государственное унитарное сельскохозяйственное предприятие «Башплемсервис» (определение суда от 24.05.2018) в размере 14 883 руб. (поставка 2015 года);

- администрация муниципального района Абзелиловский район Республики Башкортостан в лице Комитета по управлению собственностью Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан по  Абзелиловскому району (определение суда от 17.04.2019) в размере 283 857 руб. 74 коп. долга, пени в размере 121 873 руб. 26 коп. за реестр (аренда земельного участка от 2010 года, просил - основной долг за период с 01.07.2014 по 10.04.2017 в размере 615 162 руб. 63 коп., пени за период с 15.08.2014 по 10.04.2017 в размере 122 269 руб. 42 коп., суд применил срок исковой давности).

Также во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены физические лица (23 работника) и уполномоченный орган на сумму                  4 500 000 руб., закрыта только на 12,2%.

Определением суда от 28.02.2019 отказано конкурсному управляющему в признании недействительными договоров купли-продажи от 25.12.2014, 24.12.2015, заключенных должником с обществом «Завет», применении последствий недействительности сделок в виде взыскания                                         10 146 427 руб. 96 коп., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания 10 146 427 руб. 96 коп. 

В рамках настоящего дела о банкротстве СПК «Завет» временным управляющим в ходе проведения анализа финансового состояния должника было установлено, что согласно данным, предоставленным Управлением ПФР в Абзелиловском районе Республики Башкортостан задолженность СПК «Завет» по страховым взносам в Пенсионный фонд и фонды ОМС по состоянию на 01.01.2017 составляла 4 554 344 руб. 43 коп., в том числе основной долг в размере 3 542 678 руб.49 коп., пени в размере                                     1 011 665 руб. 94 коп.

Исходя из расчета по начисленным и уплаченным страховым взносам за период, начиная с 2014 года, следует, что на начало отчетного периода:

- 2014 задолженность СПК «Завет» составила 1 154 357 руб. 20 коп., на конец отчетного периода 2014, остаток страховых взносов, подлежащих уплате, составил 1 154 357 руб. 20 коп.;

- 2015 задолженность СПК «Завет» составила 1 154 357 руб. 20 коп., на конец отчетного периода 2015, остаток страховых взносов, подлежащих уплате, составил 2 322 511 руб. 63 коп.;

- 2016 задолженность СПК «Завет» составила 2 322 511 руб. 63 коп., на конец отчетного периода 2016, остаток страховых взносов, подлежащих уплате, составил 2 334 604 руб. 27 коп..

25.12.2014 и 24.12.2015 СПК «Завет» в лице председателя Галямова Г.С. заключены договоры купли-продажи КРС от 2014 и 2015 с обществом «Завет» в лице директора Галямова Г.С. на общую сумму 10 146 427 руб. 96 коп.

В 2015 году заключены договоры купли-продажи КРС на сумму                   6 897 497 руб. 78 коп., что подтверждается товарными накладными:                         от 31.12.2015 № 62 на сумму 2 293 847 руб. 82 коп., от 31.12.2015 № 63 на сумму 4 190 324 руб. 50 коп., от 31.12.2015 № 64 на сумму 390 700 руб. 46 коп., от 31.12.2015 № 65 на сумму 22 625 руб.

В 2014 заключены договоры купли-продажи КРС на сумму                                   3 248 930 руб. 18 коп., что подтверждается товарно-транспортной накладной                 от 25.12.2014 на сумму 3 248 930 руб. 18 коп. и счет-фактурой от 31.12.2014                                              № 30 на сумму 3 248 930 руб.18 коп.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц Галямова Г.С., Батыршина А.С., Вертопрахова И.П., Гатиатуллина С.С., Кулмухаметова Р.А. в соответствии со сформированным реестром требований кредитора должника в размере 7 893 054 руб. 81 коп., ссылаясь на то, что на момент совершения сделок в 2014 и 2015 годах, должник имел фактическую возможность погасить возникшую задолженность перед кредиторами, документы в подтверждение оплаты СПК «Завет» за переданный товар отсутствуют, после совершения сделки по передаче имущества контролирующее лицо должника продолжало осуществлять пользование и владением данным имуществом, обратился в суд с заявлениями о признании сделок по реализации КРС недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Более того, конкурсный управляющий указывал, что документы бухгалтерского учета и отчетности не содержат в полном объеме информации об имуществе и обязательствах должника и их движении; в бухгалтерской отчетности неполно отражены активы и искажены финансовые показатели; частично отсутствует первичная бухгалтерская документация, что не позволяет выявить дебиторскую и кредиторскую задолженность. По состоянию на 2016 год количество застрахованных лиц СПК «Завет» составило 1 человек, в соответствии с требованиями, установленными пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель СПК «Завет» должен был обратиться в суд с заявлением о признании его банкротом в срок не позднее 31.01.2016, что не было сделано.

Уполномоченный орган, поддерживая позицию конкурсного управляющего, сослался на положения пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указав, что договоры купли-продажи КРС от 24.12.2015, 25.12.2014, заключенные Галямовым Г.С. были направлены на вывод активов должника в связи с отсутствием встречного исполнения, в результате совершения указанных сделок Галямовым Г.С. причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника. 

Кроме того, уполномоченный орган обращал внимание, что несвоевременная передача имущества, а также ненадлежащее ведение бухгалтерского учета, подтверждается тем, что только в судебном заседании, назначенном на 15.10.2018 (в рамках обособленного спора по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о признании договоров купли-продажи недействительными) представителю конкурсного управляющего была передана копия договора купли-продажи имущества от 22.06.2016 № 3, заключенного между СПК «Заветы» в лице конкурсного управляющего Кашаева Р.Г. и СПК «Завет» в лице председателя Галямова Г.С. о покупке 7 объектов недвижимости (склад № 1, склад № 2, склад № 4, склад № 8, склад № 12, по адресу: Республика Башкортостан, Абзелиловский район, с. Гусево, здание клубнехранилища по адресу: Республика Башкортостан, Абзелиловский район, с.Янгельское, санпропускник по адресу: Республика Башкортостан, Абзелиловский район, с. Первомай) и самоходной техники ДОН-1500 на сумму 650 000 руб. Указанное имущество на балансе предприятия не находилось, конкурсным управляющим при проведении инвентаризации данное имущество не выявлено, в конкурсную массу не включено.

По мнению уполномоченного органа, уклонение руководителя СПК «Завет» Гатиатуллина С.С. от передачи конкурсному управляющему должника документов и имущества, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей привели к несвоевременному пополнению конкурсной массы.

В отношении других ответчиков уполномоченный орган отмечал, что на общем организационном собрании по созданию СПК «Завет», состоявшемся 30.10.2011, присутствовали 5 учредителей СПК «Завет», был утвержден устав кооператива, избран председатель СПК «Завет».

Согласно статье 10 устава СПК «Завет» «Ответственность кооператива и его членов по обязательствам кооператива» члены кооператива несут субсидиарную ответственность по долгам кооператива. В соответствии с пунктом 11.1 статьи 11 устава СПК «Завет» «Органы управления кооперативом» высшим органом управления кооператива является общее собрание его членов. В соответствии с пунктом 12.1 статьи 12 устава СПК «Завет» «Общее собрание членов кооператива» к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива относится кроме прочего принятие решений о реорганизации и ликвидации кооператива.

Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива, не могут быть переданы на решение наблюдательного совета кооператива или исполнительных органов кооператива.

Очередное общее собрание членов кооператива созывается правлением и проводится не реже чем один раз в год не позднее чем через три месяца после окончания финансового года.

Уполномоченный орган отмечал, в компетенцию учредителей (пайщиков) СПК «Завет» входила обязанность по принятию решений о ликвидации кооператива, пайщики кооператива ежегодно утверждали годовые отчеты СПК «Завет» (протокол от 24.12.2015, 28.12.2016). Соответственно, уполномоченный орган утверждал, что учредителям СПК «Завет» было известно о наличии кредиторской задолженности, кроме того они могли принимать решения о прекращении убыточной деятельности предприятия и не наращивать кредиторскую задолженность, следовательно обязаны нести субсидиарную ответственность по долгам кооператива.

Таким образом, доводы о необходимости привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности сводились, по сути, к следующим основаниям:

согласно финансовому анализу должника (по итогам 2015 года показатели фиксируют убыточность деятельности) и выявленным конкурсным управляющим признакам преднамеренного банкротства, в период 2013-2015 годов в результате совокупности таких действий как: организованной ответчиками реализации всех ликвидных активов, приносивших 40 % выручки (продажа КРС аффилированному лицу – обществу «Завет»); расторжения договоров аренды земли; увольнения всех сотрудников (на 31.12.2015 штат должника состоял только из директора Галямова) – контролирующие должника лица не могли не осознавать на конец 2015 года невозможность дальнейшей безубыточной деятельности должника;

несмотря на наличие в январе 2016 года признаков объективного банкротства, контролирующие должника лица фактически прекратили исполнение своих обязанностей в кооперативе, при этом не расторгли договоры аренды земли с администрацией и продолжали наращивать кредиторскую задолженность;

бездействие контролирующих должника лиц, выразившееся в непринятии мер по регистрации объектов недвижимости и непринятию их на баланс должника (согласно отчету оценщика стоимость объектов недвижимости составляет 7 460 000 руб.), сокрытие от конкурсного управляющего на протяжении длительного времени информации о наличии у должника таких объектов (сведения о заключении такого договора купли-продажи были представлены ответчиками только в рамках иного обособленного спора об оспаривании сделок должника), а также непередача конкурсному правоустанавливающих документов на спорные объекты недвижимости – приводит к невозможности удовлетворения требований кредиторов от реализации данного имущества, влечет затягивание сроков конкурсного производства и увеличение текущих расходов (что также снижает вероятность удовлетворения реестровой задолженности).

При этом конкурсный управляющий отмечал, что еще в 2014 году в отношении продавца объектов недвижимости (СПК «Заветы») завершено конкурсное производство (определение о  завершении от 09.12.2014 по делу №А07-9929/2012), что значительно затрудняет конкурсному управляющему сбор первичных документов и оформление права собственности. 

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционный суд, пересмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции. 

В качестве оснований для отказа в удовлетворении заявления судами указано: 

в деле не имеется доказательств того, что исполнение должником просроченных обязательств на указанную конкурсным управляющим дату (31.01.2016) с учетом имеющихся активов и осуществления хозяйственной деятельности было безусловно невозможно;

судами не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия ответчиков выходили за рамки стандартной управленческой практики;

пайщики погашали задолженность, оптимизировали расходы, принимали меры для сохранения имущества;

сокращение доходов должника произошло вследствие чрезвычайных погодных ситуаций (нашествие саранчи и засуха);

невозможность осуществления хозяйственной деятельности должника обусловлена расторжением пайщиками договоров аренды земель с должником;

 пайщики должника рассматривали возможность восстановление платежеспособности или инициирования банкротства (протокол собрания учредителей от 28.12.2016);

отчуждение должником в пользу общества «Завет» имущества по договорам купли-продажи от 25.12.2014 и от 21.12.2015 – не привело к невозможности осуществления должником своей деятельности;

относительно доводов конкурсного управляющего о бездействии ответчиков, выразившимся в непринятии мер по регистрации объектов недвижимости и непринятию их на баланс должника – апелляционный суд указал, что согласно пояснениям ответчиков объекты получены должником от продавца в ненадлежащем состоянии, без правоустанавливающих документов, доказательств отсутствия у конкурсного управляющего возможности зарегистрировать за должником документы не представлено.

Между тем, по мнению суда округа, судами первой и апелляционной инстанций в указанной части не принято во внимание следующее.

Как следует из положений законодательства о банкротстве (как в ранее, так и в ныне действующей редакции), пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), наличие данной презумпции означает, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как указанные им обстоятельства привели к банкротству должника и невозможности погашения требований кредиторов (например, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства). 

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Презумпция признания банкротом вследствие бездействия контролирующих должника лиц и презумпция вины контролирующих должника лиц не освобождают заявителя от процессуальной обязанности обосновать заявленные требования, но облегчают процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Непредставление ответчиками доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами ст. 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.  

Согласно статьям 168, 170 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. В мотивировочной части судебного акта суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения.

Однако признавая приведенные ответчиками возражения обоснованными, суды не указали мотивов, по которым сочли их достаточными и исчерпывающе опровергающими доводы конкурсного управляющего.

В частности, конкурсным управляющим в соответствии с принятым стандартом доказывания  был приведен довод о том, что указанная им совокупность действий ответчиков к декабрю 2015 года привела к объективному банкротству должника, что не могли не осознавать контролирующие должника лица. Доводы заявителя основывались на финансовом анализе состояния должника, анализе совокупности всех совершенных им действий и сделок со ссылками на конкретные имеющиеся в деле документы.

К отзывам ответчиков (возражения, дополнения к возражениям) каких-либо первичных подтверждающих документов (кроме протокола собрания учредителей от 28.12.2017) – не приложено. Указание в отзывах о том, что общество «Завет» после передачи ему КРС производило оплату за должника по его обязательствам, указание о погашении пайщиками задолженности и принятии ими мер по обеспечению сохранности имущества должника – какими-либо первичными документами, приложенными к отзыву, не подкреплены.

На основании каких именно доказательств суды пришли к выводам о том, что пайщики погашали задолженность, оптимизировали расходы, принимали меры для сохранения имущества; сокращение доходов должника произошло вследствие чрезвычайных погодных ситуаций (нашествие саранчи и засуха) – из текста мотивировочной и описательной части обжалуемых судебных актов не следует (судами не указано). Присутствовавший в судебном заседании суда округа представитель ответчика затруднился пояснить суду, какими именно документами, имеющимися в двух томах настоящего обособленного спора или в материалах электронного дела, подтверждаются данные обстоятельства. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

Не получили надлежащей правовой оценки в мотивировочной части обжалуемых судебных актов и доводы заявителя о фактическом прекращении в 2016 году деятельности должника, фактическом прекращении ответчиками своих обязанностей при продолжающейся увеличиваться кредиторской задолженности. 

Указания судов на отсутствие в деле доказательств того, что исполнение должником просроченных обязательств на указанную конкурсным управляющим дату (31.01.2016) с учетом имеющихся активов и осуществления хозяйственной деятельности было безусловно невозможно; указание на неустановление обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия ответчиков выходили за рамки стандартной управленческой практики – не могут быть признаны судом округа достаточно обоснованными. На основании каких документов и доказательств суды пришли к указанным выводам – из текста обжалуемых судебных актов не следует. Какие именно представленные ответчиками доказательства и документально подтвержденные доводы опровергают указанные конкурсным управляющим обстоятельства – в мотивировочной части обжалуемых судебных актов не указаны; не получили должной оценки и доводы заявителей о том, что фактически на имущественной базе должника контролирующими должника лицами создано иное юридическое лицо со схожим наименованием, обладающее на настоящий момент имуществом, ранее принадлежащем должнику, при том что имевшаяся у должника кредиторская задолженность осталась числиться за должником. 

Также не могут быть признаны достаточно мотивированными выводы суда относительно доводов конкурсного управляющего о бездействии ответчиков, выразившимся в непринятии мер по регистрации объектов недвижимости и непринятию их на баланс должника. Указание на наличие у конкурсного управляющего возможности самостоятельно зарегистрировать право собственности на спорные объекты недвижимости, во-первых, сделано судами без оценки доводов конкурсного управляющего о затруднительности такой регистрации без наличия первичных правоустанавливающих документов (не переданных руководителем должника - конкурсному управляющему); во-вторых, утверждения ответчиков о ненадлежащем состоянии объектов недвижимости также предметом судебной оценки (исходя из текста обжалуемых судебных актов) не являлись. Однако, исходя из предмета настоящего обособленного спора, данные обстоятельства имеют существенное значение. При этом в тексте обжалуемых судебных актов отсутствуют исследование и надлежащая правовая оценка того, по каким причинам ответчики на возмездной основе приобретали недвижимость, находящуюся, по их утверждению, в ненадлежащем состоянии и не имеющую первичных правоустанавливающих документов; причины приобретения неликвидного актива (по утверждению ответчиков) вместо расчетов с кредиторами – ответчиками также не раскрыты, судами не установлены. По каким причинам суды сочли обоснованными доводы ответчиков о низкой ликвидности объектов недвижимости и отклонили доводы конкурсного управляющего о стоимости спорного имущества более 7 миллионов рублей (согласно отчету оценщика) – в тексте обжалуемых судебных актов не указано. Чем обусловлено сокрытие ответчиками от конкурсного управляющего и кредиторов информации о принадлежности должнику объектов недвижимости (и другой информации, связанной с данными объектами – например, кто именно производил пользование данными объектами в период сокрытия информации о их наличии), - ответчиками в имеющихся в деле процессуальных документах не раскрыто, судами не устанавливалось.

Между тем без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств вывод судов о недоказанности заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности - не может быть признан в достаточной степени обоснованным и мотивированным, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности являются преждевременными.

На основании изложенного обжалуемые судебные акты подлежат отмене, обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные в мотивировочной части настоящего постановления недостатки, в том числе определить круг подлежащих исследованию и установлению фактических обстоятельств,  правильно распределив бремя доказывания между участниками спора, в частности, причины возникновения кризисной ситуации и перехода в стадию объективного банкротства (критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), наличие либо отсутствие объективных экономических причин прекращения финансово-хозяйственной деятельности должника, не обусловлено ли прекращение деятельности должника согласованными действиями должника и других лиц с целью аккумулирования в сфере юридического контроля участников должника всех активов, за счет которых должна была быть исполнена обязанность по уплате обязательств перед кредиторами и уполномоченным органом, дать оценку действиям (бездействию) каждого лица, заявленного к привлечению к субсидиарной ответственности, в том числе с учетом избранной модели ведения бизнеса, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы и возражения лиц, участвующих в деле, в полном объеме установить все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора с учетом правовых подходов к разрешению данной категории споров, закрепленных в Постановление N 53, и принять законное, обоснованное и мотивированное решение в соответствии требованиями действующего материального и процессуального законодательства.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от  09.12.2019 по делу № А07-990/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Е.А. Павлова 

 

                                                                                             О.В. Рогожина