СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                         Дело № А45-44496/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 апреля 2022 года.

 

  Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1,

судей

 

ФИО2

 

ФИО3, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Толстогузовой Е.В., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Первый оконный» (№ 07АП-3471/21 (11)), на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 02.02.2022 по делу № А45- 44496/2019 (судья Антошина А. Н.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Первый оконный» о включении требования в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «АктивСтройИнвест» (630000, 

<

...>/2, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - МКУ «УКС»,

  В судебном заседании приняли участие: 

от ООО «Первый оконный»: ФИО4, представитель по доверенности от 07.04.2022, паспорт;

от временного управляющего: ФИО5, представитель по доверенности от 07.02.2022, паспорт;

ООО «АктивСтройИнвест»: ФИО6, представитель по доверенности от 08.09.2021, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле: без участия (извещены); 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.02.2021 должник – общество с ограниченной ответственностью «АктивСтройИнвест» признан несостоятельным (банкротом), введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО7. 05.03.2021 общество с ограниченной ответственностью «Первый оконный» обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с уточненным в ходе судебного разбирательства заявлением о включении требования в размере 280 853 руб. 00 коп., в реестр требований кредиторов должника – общества с ограниченной ответственностью «АктивСтройИнвест».

Определением суда от 02.02.2022 заявленные требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Первый оконный» обратился с апелляционной жалобой в апелляционный суд, в которой просит его отменить. Включить требование ООО «Первый оконный в размере 280 853 руб. 00 коп. в третью очередь требований кредиторов ООО «АктивСтройИнвест». Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в определении фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств.

ОАО «КОРМЗ», временный управляющий ФИО7 в отзывах, представленных в суд в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), доводы жалобы отклонили, просят оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции.

В соответствии со статьей 123, 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, дополнений к апелляционной жалобе, отзывов, возражений на отзыв, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Оставляя заявление без удовлетворения, суд первой инстанции, выявив явные неустранимые сомнения в реальности отношений сторон, пришел к выводу об отсутствии оснований для включения заявленного требования в реестр требований кредиторов должника. Седьмой арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве. В статье 2 Закона о банкротстве указано, что для целей применения этого закона денежным обязательством является обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно пункту 5 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым не поступили возражения, при наличии доказательств уведомления кредиторов о получении таких требований, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов и доказательства уведомления других кредиторов о предъявлении таких требований. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указываются размер и очередность удовлетворения таких требований (пункт 4 статьи 100 Закона о банкротстве).

При рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр в делах о банкротстве установлен повышенный стандарт доказывания, то есть обязанность суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. 

В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Как следует из пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними, объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору или иным лицам, участвующим в обособленном споре, достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда России Российской Федерации (обзоры № 1 (2017), № 3 (2017), № 5 (2017), № 2 (2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992 (3), № 301-ЭС17-22652 (1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852 (4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

При этом, следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В связи с этим основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств. 

Таким образом, еще более повышенный стандарт доказывания применяется при наличии одновременно 2 обстоятельств: 1.Кредитор, чье требование рассматривается, является аффилированным по отношению к должнику лицом; 2.В материалы спора представлены разумные сомнения относительно мнимости договора, на котором основано требование кредитора. 

Поскольку временным управляющим и конкурсным кредитором ОАО «КОРМЗ» заявлено об аффилированности ООО «Первый оконный» с должником и мнимости задолженности, судом в данном случае применены повышенные стандарты доказывания.

Давая оценку представленным в подтверждение наличия оснований для включения требования в реестр кредиторов документам, судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда, также установила отсутствие надлежащих доказательств реальности хозяйственных отношений.

Как следует из материалов дела, между ООО «АктивСтройИнвест» (заказчик) и ООО «Гварнери» (Исполнитель) был заключен договор №025-15 от 09.07.2015, на сумму 10 503 484,00руб. В соответствии с актом о приемке выполненных работ за ноябрь 2015г. (КС-2) и справкой о стоимости выполненных работ и затрат, по ООО «Гварнери» выполнено работ на сумму 10 503 484,00руб., в т.ч. НДС. Свои обязательства должник перед ООО «Гварнери» исполнил частично на сумму 9 581 420,00руб., что подтверждается следующими документами: 

1 Платежное поручение № 608 от 14.09.2015 1 060 000,00; - 2 Платежное поручение № 663 от 18.09.2015 300 000,00; - 3 Платежное поручение № 679 от 23.09.2015 200 000,00; - 4 Платежное поручение № 752 от 02.10.2015 500 000,00; - 5 Платежное поручение № 881 от 27.10.2015 600 000,00; - 6 Платежное поручение № 980 от 10.11.2015 500 000,00; - 7 Платежное поручение № 1020 от 18.11.2015 1 000 000,00; - 8 Платежное поручение № 1092 от 26.11.2015 500 000,00; - 9 Платежное поручение № 1140 от 02.12.2015 3 000 000,00; - 10 Платежное поручение № 1141 от 02.12.2015 131 420,00 (с учетом письма №315 от 30.12.2015 о назначении платежа); - 11 Платежное поручение № 1204 от 11.12.2015 500 000,00; - 12 Платежное поручение № 25 от 30.12.2015 (утеряно) 340 000,00; - 13 Платежное поручение № 58 от 12.02.2016 500 000,00; - 14 Платежное поручение № 284 от 26.05.2016 300 000,00; - 15 Платежное поручение № 546 от 13.09.2016 150 000,00.

Вследствие частичной оплаты задолженность ООО «АктивСтройИнвест» составила сумму 922 064,00руб. 04.03.2017 между ООО «Гварнери» (Цедент) и ООО «Первый оконный» (Цессионарий) был заключен Договор уступки прав требования (цессии) от №1, по которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает права (требования) денежных средств в размере 922 064руб. к ООО «АктивСтройИнвест» по Договору №025-15 от 09.07.2015. 

04.02.2019 между ООО «АктивСтройИнвест» и ООО «Первый оконный» было заключено соглашение о зачете взаимных требований по которому в результате проведенного зачета: Задолженность ООО «АктивСтройИнвест» перед ООО «Первый оконный» по договору уступки права требования (цессии) №4 от 13.03.2017 в сумме 858 789 рублей погашена полностью: - Вексель АСИ ПГ №1 от 04.02.2019 г. на сумму 500 000 рублей, - частично вексель АСИ ПГ №2 от 04.02.2019 на сумму 358 789 рублей, Задолженность ООО «АктивСтройИнвест» перед ООО «Первый оконный» по договору уступки права требования (цессии) №1 от 04.03.2017 в сумме 641 211 рублей погашена полностью: - Вексель АСИ ПГ №3 от 04.02.2019 на сумму 500 000 рублей, - частично вексель АСИ ПГ №2 от 04.02.2019 на сумму 141 211 рублей.

Таким образом, как верно установлено судом, по результатам проведенного зачета по договору уступки задолженность по договору уступки прав требования (цессии) № 4 от 13.03.2017 погашена полностью, а по договору уступки прав требования (цессии) № 4 от 13.03.2017 осталась задолженность на сумму 280 853 рублей.. В материалы дела представлен акт сверки взаимных расчетов на 04.02.2019. Поскольку ООО «АктивСтройИнвест» оплату оставшейся задолженности до настоящего момента не произвел, кредитор обратился в суд с настоящим требованием.

Давай оценку представленным документам, возражениям временного управляющего и кредитора, а также доводам должника, и придя к выводу о том, что к выводу о доказанности наличия между кредитором и должником общности экономических интересов, поскольку поведение кредитора и должника содержит элементы, не соответствующие обычным условиям гражданского оборота между независимыми контрагентами, судом приняты во внимание выделенные временным управляющим и АО «КОРМЗ» следующие условия в правоотношениях между должником и кредиторам, не соответствующие условиям типичности: условия приобретения права требования в размере 1% от суммы требований; продолжительная пассивная позиция кредитора по отношению к должнику; не обращение к принудительному взысканию задолженности; погашение задолженности путем заключения соглашения о зачете взаимных требований; отсутствие у подрядчика необходимых ресурсов для выполнения большого объема работ (установка окон и балконов из ПВХ в строящемся многоквартирном доме), а именно: отсутствие необходимого количества специалистов (средняя численность работников - 1-5 человек), отсутствие основных средств; частичная оплата должником долга новому кредитору с использованием вексельных расчетов в рамках созданной должником схемы вывода имущества должника на физическое лицо ФИО8 (2-х этажного здания автопарковки по ул.Гребенщикова, 6/1 в г.Новосибирске); уступка долга от фирмы-однодневки накануне ее ликвидации вновь созданному юридическому лицу на следующий день после государственной регистрации ООО «Первый оконный» за 1% от стоимости уступаемого права и признание этого долга должником в отсутствие доказательств его уведомления о состоявшейся уступке. Указанные обстоятельства заявителем документально не опровергнуты. Экономическая целесообразность уступки права требования за 1% не раскрыта, как и экономическая целесообразность длительного не взыскания долга (фактически уступка состоялась в 2017 году). В материалы дела не представлены доказательства принятия заявителем мер к взысканию задолженности до возбуждения дела о банкротстве, в том числе отсутствуют гарантийные письма должника, подтверждающие намерение оплаты задолженности, в связи с чем представляется экономически неразумным ожидать оплаты от должника в течение двух лет (до подписания акта сверки) в условиях обычных деловых отношений между независимыми участниками гражданского оборота. Кредитором не опровергнут документально довод об отсутствии у ООО «Гварнери» ресурсов для выполнения заявленных работ. Не опровергают доводы возражающего кредитора и временного управляющего и представленные акты скрытых работ. Так согласно пояснениями МКУ «УКС», являющегося муниципальным заказчиком по контракту в рамках которого выполнялись работы, после ввода объекта - жилого дома по ул. Мясниковой в Калининском районе в эксплуатацию ООО «АктивСтройИнвест» (генеральный подрядчик по контракту) не передало акты освидетельствования скрытых работ в адрес МКУ «УКС». 

Заявитель указывает, что обязательства должника перед ООО «Гварнери» были исполнены по договору № 025-15 от 09.07.2015 на сумму 340 000 рублей, на момент уступки ООО «Гварнери» прав требований к должнику по договору № 025-15 от 09.07.2015 в пользу ООО «Первый оконный» обязательства должника по договору № 025-15 от 09.07.2015 были исполнены на сумму 9 581 420 рублей, размер задолженности составлял 922 064 рублей (10 503 484 – 9 581 420 (9 241 420 + 340 000), права требования которых как раз и были приобретены ООО «Первый оконный», что подтверждается договором уступки права (требования) №1 от 04.02.2017, имеющимся в материалах дела.

Вместе с тем, указанные документы предлагалось представить заявителю определениями Арбитражного суда Новосибирской области по настоящему делу от 14.04.2021 и от 25 05 2021.

Так же определениями суда по настоящему делу от 14.04.2021 и от 25.05.2021 предлагалось подтвердить оплату по договору цессии заявителем ООО «Гванери» и пояснить нерыночность стоимости в размере 1% от уступаемого требования.

Указания суда, изложенные в определениях, заявителем так же не были исполнены.

Кроме того, в качестве третьего лица к рассмотрению обоснованности требования было привлечено Муниципальное казенное учреждение «Управление капитального строительства», которое не подтвердило передачу ООО «АктивСтройИнвест» (генеральный подрядчик по Контракту №61) актов освидетельствования скрытых работ в адрес МКУ «УКС».

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указанные им документы не соотносятся с договором № 025-15 от 09.07.2017, права требования по которому приобрело ООО «Первый оконный» на следующий день после своей государственной регистрации в качестве юридического лица.

При этом, как указывает сам апеллянт, согласно договору № 025-15 от 09.07.2015 ООО «Гварнери» (г.Новокузнецк) обязано было выполнить работы по изготовлению, доставке и монтажу изделий из ПВХ в строящемся многоквартирном жилом доме в городе Новосибирске.

Однако, наличие у ООО «Гварнери» необходимых мощностей для производства изделий из ПВХ, наличие у него необходимого персонала для выполнения всех работ, наличие документов, подтверждающих реальную доставку изделий из ПВХ из г. Новокузнецка в г. Новосибирск (в Акте от 30.10.2015 указано, что доставка материалов осуществлялась комбинированными дорожными машинами мощностью не менее 210 л.с), заявителем не подтверждено.

С учетом изложенного, суд пришел к верному выводу о доказанности наличия между кредитором и должником общности экономических интересов, поскольку поведение кредитора и должника содержит элементы, не соответствующие обычным условиям гражданского оборота между независимыми контрагентами. 

При таких обстоятельствах, правомерно признан заслуживающим внимания довод об аффилированности заявителя и должника через представителя ФИО9 в совокупности с иными доказательствами по делу и признан как обстоятельство, дополнительно свидетельствующее об общности экономических интересов кредитора и должника.

Иными словами, наличие фактической аффилированности ООО «АктивСтройИнвест» и заявителя через представителя, в совокупности с указанными выше обстоятельствами, послужило основаниями для установления аффилированности между ООО «Первый оконный» и ООО «АктивСтройИнвест».

Отклоняя довод апелляционной жалобы об отсутствии оснований для применения к его требованию повышенных стандартов доказывания, поскольку считает, что оно не является аффилированным по отношению к должнику, коллегия суда исходит из следующего.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированное юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого из арендаторов (субарендаторов), на что также обращал внимание банк. Подобные факты могут свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (10 Гражданского кодекса Российской Федерации)» (Определение ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6)).

Совокупность установленных при рассмотрении настоящего обособленного спора обстоятельств свидетельствуют о том, что должник использовал две фирмы-однодневки ООО «Гварнери» и фирму-однодневку ООО «Первый оконный» для создания фиктивного документооборота. При этом, имело место длительное невзыскание долга как со стороны ООО «Гварнери», так и со стороны ООО «Первый оконный».

Кроме того, суд согласился с доводами АО «КОРМЗ» о пропуске кредитором срока исковой давности. 

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего кодекса. Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). 

Каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений по делу (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Бремя доказывания даты начала течения срока исковой давности и порядка его исчисления возлагается на лицо, заявившее о пропуске срока исковой давности. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Суд принял пояснения АО «КОРМЗ» и налогового органа о пропуске срока исковой давности о том, что окончательный расчет по договору № 025-15 от 09.06.2015, согласно пункту 2.2.2., должен был быть произведен в течение 10 (десяти) банковских дней после подписания актов выполненных работ форме КС-2. Заявителем предоставлен акт № 6 от 30.10.2015 формы КС-2 и справка № 6 от 30.10.2015 формы КС-3. Следовательно, срок окончательной оплаты согласно договору - до 16.11.2015, а начало срока исковой давности - 17.11.2015, а окончание срока исковой давности -17.11.2018. Доказательства, свидетельствующие об ином исчислении начала срока исковой давности, в материалы дела не представлены.

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности"), по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Таким образом, последующая уступка прав от первоначального обладателя права иным последующим кредиторам не влияет на начало течения срока исковой давности, который начал течь с момента наступления срока оплаты спорного долга по договору сторон.

Следовательно, как верно указано судом, и для ООО «Первый оконный» срок исковой давности истек 17.11.2018. Кредитор ссылается на акт сверки от 04.02.2019, указывая его как письменное признание должником долга. 

Согласно части 2 статьи 206 ГК РФ если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменной форме свой долг, течение исковой давности начинается заново. 

Однако, с учетом установленного факта аффилированности кредитора и должника, отсутствия доказательств экономической целесообразности непринятия мер к взысканию задолженности в течение двух лет, коллегия суда полагает правомерными выводы суда о том, что акт сверки от 04.02.2019 является мнимой сделкой, составленной с противоправной целью – создание задолженности дружественного кредитора для включения в реестр и контроля за процедурой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка недействительна. 

С учетом изложенного, в ходе рассмотрения настоящего спора кредитором не обоснована относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами реальность отношений с должником, не опровергнуты возражения иных лиц, участвующих в деле, заявивших сомнения в правомерности заявленного требования. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отказе ООО «Первый оконный» во включении требования в размере 280 853 руб. 00 коп., в реестр требований кредиторов должника – ООО «АктивСтройИнвест» в полном объеме. Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность обжалуемого решения. Доводы апелляционной жалобы в целом по существу повторяют доводы жалобы заявителя. Эти обстоятельства были предметом проверки и рассмотрения суда первой инстанции, свое несогласие с доводами заявителя суд мотивировал в определении. Несогласие ООО «Первый оконный» с выводами суда первой инстанции, основанными на оценке доказательств, имеющихся в материалах дела, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства. С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену определения суда первой инстанции.

 Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд                              

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 02.02.2022 по делу № А45-44496/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Первый оконный» - без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий  

 

ФИО1

 

Судьи

 

ФИО2

 

ФИО3