АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3712/2024

26 августа 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 августа 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитиной Т.Н.

судей Черняк Л.М., Ширяева И.В.

в отсутствие лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верадо»

на решение от 16.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024

по делу №  А51-11057/2023 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Верадо»               (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 690012, 

<

...>, каб. 317) 

к Владивостокской таможне (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 690003, 

<

...>) 

о признании незаконным решения    

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Верадо» (далее – ООО «Верадо», общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 27.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров в части деклараций на товары №№ 10702070/170420/0077773 (далее – ДТ № 7773), 10702070/170420/0077825 (далее – ДТ № 7825), 10702070/200420/0079125 (далее – ДТ № 9125), 10702070/280420/0085813 (далее – ДТ № 5813).

Решением суда от 16.04.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024,            в удовлетворении заявленного требования отказано.

Воспользовавшись правом кассационного обжалования принятых по делу судебных актов, ссылаясь на нарушение судами при их вынесении норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, ООО «Верадо» в жалобе просит решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводом судов о том, что общество не представило доказательств, подтверждающих оплату товара продавцу в соответствии с согласованными условиями внешнеэкономической сделки. Считает, что действия по оплате товаров в адрес третьих лиц соответствуют нормам законодательства и положениям контракта, сам факт перевода денежных средств за товары третьим лицам не является препятствием для применения первого метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами. Полагает, что представленная обществом в ходе судебного заседания переписка с продавцом товаров является надлежащим доказательством по делу. Ведомость банковского контроля (далее – ВБК), по мнению заявителя,  подтверждает перечисление денежных средств в рамках исполнения контракта и фиксирует факт оплаты. Относительно непредставления экспортных деклараций поясняет, что указанный документ не является обязательным для представления в целях подтверждения таможенной стоимости товаров и при декларировании в распоряжении декларанта отсутствовал.

Таможня в письменном отзыве доводы жалобы оспорила, просила оставить судебные акты без изменения, в удовлетворении жалобы – отказать; ходатайствовала о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие.

ООО «Верадо», о времени и месте судебного заседания извещено по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается без их участия.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке и пределах статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдение норм процессуального права, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к выводу об отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, в марте 2020 года во исполнение контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRING VER-FOB, заключенного с компанией «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD» (продавец), в адрес общества на таможенную территорию Евразийского экономического союза из КНР на условиях FOB Шанхай ввезены товары «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки, гибкая, содержащая не менее 6 мас.% пластификаторов, толщиной не более 1 мм».

В целях таможенного оформления товаров общество подало в таможню ДТ №№ 7773, 7825, 9125, 5813, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки – «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

С целью проверки достоверности сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, в части таможенной стоимости товаров таможенным органом на основании статей 310, 324, 326 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) проведена проверка документов и сведений после выпуска товаров, результаты которой оформлены актом проверки от 17.03.2023                                                         № 10702000/211/170322/А0000793.

В рамках контрольных мероприятий таможенным органом в адрес общества направлены требования о предоставлении документов и сведений, в ответ на которые обществом даны пояснения, а также представлена часть запрошенных документов.

Поскольку представленные декларантом документы, по мнению таможенного органа, являлись недостаточными для подтверждения заявленной декларантом таможенной стоимости товаров по первому методу, таможенный орган принял решение от 27.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорные декларации, скорректировав ее с применением резервного метода на базе стоимости сделки с однородными товарами, что привело к увеличению суммы начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с решением таможенного органа в части спорных деклараций, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода определения таможенной стоимости ввозимого товара по стоимости сделки, поскольку совокупный анализ представленных пояснений и дополнительных документов не обосновал стоимостные характеристики заявленной таможенной стоимости, в связи с чем признали решение таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров соответствующим таможенному законодательству и не нарушающим права и законные интересы обратившегося лица.

Изучение обжалуемых судебных актов и доводов кассационной жалобы, исследование материалов дела показали, что суды не допустили неправильного применения норм материального права, существенного нарушения норм процессуального права, исходили из конкретных обстоятельств дела и доводов лиц, участвующих в деле, которым дана соответствующая правовая оценка, поэтому суд округа полагает, что оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда не имеется.

Согласно пунктам 9, 10, 15 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

Из пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС следует, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при                        их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная                   в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 49) разъяснено, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье ГАТТ VII 1994, исходит из их действительной стоимости – цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума ВС РФ № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

Пунктом 1 статьи 313 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Исходя из пункта 3 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, может проводиться как до, так и после выпуска товаров.

По результатам проведения проверки таможенных, иных документов               и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся                                 в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии                    с ТК ЕАЭС, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях – в соответствии                                    с законодательством государств-членов о таможенном регулировании (пунктом 3 статьи 326 ТК ЕАЭС).

В пункте 3 статьи 112 ТК ЕАЭС указано, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Подпунктом «б» пункта 11 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289, предусмотрено, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля (в том числе в связи с обращением) или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов: недостоверных сведений, заявленных в ДТ; несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ; необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ.

Судами установлено, что при таможенном оформлении ввезенных товаров и в ходе контрольных мероприятий обществом в качестве подтверждающих документов по спорным декларациям представлены: внешнеторговый контракт от 01.02.2020 № 15 PVSPRING_VER-FOB, агентский договор от 21.10.2014 № 14-А, приложения к контракту                             от 11.03.2020 № 73, от 16.03.2020 № 75 от 18.03.2020 № 76, от 30.03.2020 № 78, инвойсы, коносаменты, упаковочные листы, заявления на перевод с дополнительными соглашениями, отчеты агента, прайс-листы, запрос у инопартнера экспортной декларации, ведомость банковского контроля, выписки по счетам. По ДТ № 7773 представлены приложение от 16.03.2020 № 75 на сумму 27 677,45 долл.США, инвойс от 16.03.2020 № VER-FOB-075, прайс-лист и др.; по ДТ № 7825 –  приложение от 11.03.2020 № 73 на сумму 27 708,88 долл.США, инвойс от 11.03.2020 № VER-FOB-073, прайс-лист и др.; по ДТ № 9125 – приложение от 18.03.2020 № 76 на сумму 27 780, 88 долл.США, инвойс от 18.03.2020 № VER-FOB-076, прайс-лист и др.; по ДТ № 5813 – приложение от 30.03.2020 № 78 на сумму 27 761,16 долл.США, инвойс от 30.03.2020 № VER-FOB078, прайс-лист и др.

Согласно условиям вышеуказанных приложений к контракту оплата производится покупателем в течение 60 дней с момента отгрузки товара продавцом. Оплата товара должна быть произведена по следующим банковским реквизитам: бенефициар – компания «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD», банк бенефициара – Hangzhou United Rubal Commercial Bank Co Ltd.

В этой связи в графах 22, 42, 45 спорных деклараций общество заявило указанную стоимость ввезенных товаров и произвело исчисление таможенных платежей от указанной стоимости, включая расходы                           на перевозку.

Изучив представленные документы, таможенный орган                                  с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Таможенным органом в ходе проверки установлено, что ИТС товаров, ввезенных по спорным декларациям, составил 1,3 долл.США/кг, в то время как по данным информационно-аналитической системы в течение 90 дней до даты ввоза сравниваемых товаров ИТС аналогичных товаров составил от 2,02 до 2,31 долл.США/кг, что указывает на занижение уровня заявленной таможенной стоимости относительно средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров на 35–43%.

При этом указанный уровень цен идентичных (однородных) товаров сложился по прямым поставкам между иными российскими импортерами                и производителем товаров компанией «ZHEJFNG MSD NEW MATERIAL CO., LTD».

В этой связи суды обоснованно сочли, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости и запроса у декларанта дополнительных пояснений и документов по факторам, влияющим на значительно более низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем материалами дела подтверждается, что достоверность                 и количественная определенность заявленной таможенной стоимости                        не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания                  и характера документов, представленных с декларациями,                                       что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнений таможенного органа                    в обоснованности применения первого метода определения таможенной стоимости.

Письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров                                  на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, последним не представлены.

Суды верно отметили невозможность рассматривать представленные прайс-листы продавца в качестве документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, так как данные прайс-листы не обусловлены соответствующими статистическими, технологическими и сравнительными данными; не содержат информацию, позволяющую определить стоимостные характеристики товаров по спорным декларациям, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения и коммерческие документы по спорным поставкам.

Ценовое отклонение товаров также нашло отражение в коммерческих документах по спорным поставкам, в соответствии с которыми стоимость одних и тех же товаров на сопоставимые даты указана в различных ценах.

На основании изложенного суды обоснованно сочли, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Проанализировав положения контракта, представленные декларантом приложения к контракту от 11.03.2020 № 73, от 16.03.2020 № 75 от 18.03.2020 № 76, от 30.03.2020 № 78, дополнительные соглашения к контракту, заявления на перевод, суды установили, что часть платежей по спорным поставкам осуществлена в адрес третьих лиц.

При этом суды обоснованно признали, что буквальное толкование пунктов 1.1, 3.1 и 3.3 контракта определяет возможность оплаты за товары в адрес третьих лиц путем согласования приложения к самому контракту, однако из представленных приложений следовало условие об оплате товара продавцу по контракту.

Обстоятельство, что осуществление платежей на счета третьих лиц осуществлено в соответствии с дополнительными соглашениями к контракту не отменяет выводов судов, учитывая, что неотъемлемой частью контракта являются приложения на каждую товарную партию, которыми зафиксировано соглашение сторон по оплате товара на счета продавца.

При этом документов, обосновывающих объективные причины перевода денежных средств в адреса третьих лиц, декларантом                                  не представлено.

При таких обстоятельствах суды обоснованно согласись с таможней, что представленные таможне дополнения к контракту по каждой поставке, заявления перевод, инвойсы и упаковочные листы не соотносятся между собой и с условиями контракта.

Доводы общества о наличии у декларанта возможности осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих обязательств                            по внешнеторговому контракту отклонены судами, поскольку указанное                    не отменяет обязанность общества документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами, что соответствует общим требованиям применения метода по стоимости сделки                   с ввозимыми товарами, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, тогда как в спорной ситуации сопоставимость стоимости ввозимых товаров                      с размером осуществляемых валютных операций не усматривается.

Утверждение декларанта о подтверждении оплаты и перечисления денежных средств в рамках исполнения контракта ВБК являлось предметом рассмотрения судов обеих инстанции и оценено судами критически, так как из материалов камеральной таможенной проверки и уголовного дела установлено, что размер отраженных в ВБК платежей по спорному контракту не соответствует реальной стоимости импортированных товаров, в связи с чем сведения, отраженные в ведомости, не подтверждают исполнение обществом своих обязательств по оплате ввезенных товаров в полном объеме, указанное свидетельствует о подтверждении декларантом цены ввезенных товаров документами и пояснениями, противоречащими представленным доказательствам и несоответствующими действительности.

При этом суды учли письмо иностранного контрагента от 27.07.2023 о статусе компаний, на счета которых были направлены платежи по рассматриваемым поставкам, в котором содержится только информация о реквизитах иностранных компаний и сфере их деятельности, но не основания для осуществления валютных расчетов с указанными компаниями.

Принимая во внимание справочную информацию о правилах получения валютной выручки и ее хранения на зарубежных счетах компаниями материкового Китая, доведенной до таможни письмом ФТС России от 05.08.2022 № 16-73/44869 с приложением письма Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской Народной Республике от 03.08.2022 № 25-13-16/0805, суды обоснованно отметили, что согласно указанным правилам валютные платежи в рамках внешней торговли должны осуществляться по принципу «получатель валютной выручки – экспортер, отправитель валютного перевода – импортер».

Таким образом,  в рассматриваемом  случае  осуществление обществом валютных платежей в пользу третьих лиц, взаимоотношения которых с продавцом импортируемого товара не следуют из коммерческих и платежных документов, вступает в противоречие с действующим правовым регулированием в стране вывоза спорных товаров и не подтверждает факт оплаты ввезенного товара  в пользу  продавца.

Кроме того, следует отметить, что в рамках исполнения внешнеэкономического контракта действия покупателя по осуществлению платежей за поставленный продавцом товар на счета третьих лиц не могут быть признаны разумными для сторон сделки и заведомо влекут неоправданный повышенный риск наступления негативных последствий для покупателя, в том числе при таможенном оформлении товаров, учитывая особенности ценового уровня этих товаров (низкого уровня заявленной таможенной стоимости) и предусмотренный таможенным законодательством порядок подтверждения правильности определения таможенной стоимости товара.

Приняв во внимание, что на запрос таможни экспортные декларации страны отправления товара по ДТ №№ 7773, 9125, 5813 не представлены, суды признали обоснованными доводы таможни о том, что общество не доказало достоверность заявленной таможенной стоимости в условиях наличия ее отклонений от информации о стоимости аналогичных товаров, имеющейся у таможенных органов.

Выявленные в экспортной декларации № 220020200197800565, заявленной при таможенном оформлении товаров в ДТ № 7825, несоответствия заполнения соответствующих граф Порядку заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, направленного письмом ФТС России от 15.04.2019 № 16-31/22462, обосновано исключили возможность таможенному органу рассматривать данный документ в качестве документа, подтверждающего достоверность заявленной таможенной стоимости по ДТ № 7825.

Представленные при рассмотрении настоящего дела экспортные декларации в данном случае не могут рассматриваться судом в качестве документов, подтверждающих достоверность заявленной таможенной стоимости по спорным ДТ, поскольку заявителем не обосновано наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

В опровержение доводов заявителя жалобы о необязательности представления экспертной декларации обществом не учтено, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и, в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение), оформляется не только от имени продавца, но и проходит проверку государственными органами страны отправления.

В этой связи сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза.

По верным суждениям судов, представление дополнительных документов не устранило сомнений в достоверности и количественной определенности заявленной таможенной стоимости ввезенных по спорным ДТ товарам, поскольку каких-либо документов или сведений, объясняющих выявленные отклонения в заявленной таможенной стоимости по сравнению со стоимостью однородных товаров, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку декларантом факт оплаты товара допустимыми и достоверными доказательствами не подтвержден, учитывая низкий индекс таможенной стоимости ввезенных товаров, отсутствие документов, обосновывающих объективный характер отличия цены ввезенных товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, суды сделали правомерный вывод о том, что декларант обязанность по подтверждению достоверности заявленной таможенной стоимости не исполнил, следовательно, таможенный орган в соответствии с указанными выше нормами таможенного законодательства имел безусловные основания для принятия оспариваемого решения в части спорных деклараций.

Доводы, приведенные заявителем в кассационной жалобе, не подтверждают неправильного применения судами правовых норм, свидетельствуют о несогласии общества с той оценкой, которую суды дали фактическим обстоятельствам, являлись предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую оценку, вновь заявлены в суде кассационной инстанции и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку представленных в дело доказательств, что противоречит положениям статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, влекущих, в том числе безусловную отмену судебных актов, не установлено.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены все имеющие существенное значение для разрешения спора обстоятельства, верно применены нормы материального права, нарушений процессуальных норм, в том числе влекущих безусловную отмену обжалуемых решения и постановления, не выявлено, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Поскольку заявитель при обращении с жалобой в суд не уплатил государственную пошлину, последняя с учетом результатов рассмотрения кассационной жалобы подлежит взысканию с ООО «Верадо» в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 16.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 по делу № А51-11057/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Верадо» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 1 500 рублей.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Т.Н. Никитина

 

Судьи                                                                                    Л.М. Черняк

И.В. Ширяев