ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

05.05.2023

                 Дело № А40-71552/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27.04.2023

Полный текст постановления изготовлен  05.05.2023

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М., 

судей: Каменецкого Д.В., Михайловой Л.В. 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 17.07.2020); 

от конкурсного управляющего ООО «Майнинг Менеджмент» - ФИО3 (доверенность от 01.08.2022); 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Майнинг Менеджмент»  ФИО4 на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2023 по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств в размере 25 500 000 руб. в пользу ИП ФИО1 в период с 26.04.2019 по 23.05.2019, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Майнинг Менеджмент»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы 28.02.2022 ООО «Майнинг Менеджмент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

27.09.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств в размере 25 500 000 руб. в пользу ИП ФИО1 в период с 26.04.2019 по 23.05.2019. денежных средств.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2023, в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств в период с 11.04.2019 по 23.05.2019 в пользу ИП ФИО1 в размере 25 500 000 руб. отказано.

Не согласившись с судебными актами по делу, конкурсный управляющий ООО «Майнинг Менеджмент» ФИО4 обратился  в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит  определение Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2023 отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что  судом оставлены без внимания доводы конкурсного управляющего о том, что ему не были переданы первичные учетные документы бывшим руководителем должника, что подтверждается материалами дела (запросами, не исполненным определением суда об истребовании документов). Так же претензия направленная конкурсным управляющим в адрес ФИО1 оставлена без ответа, никакой первичной документации об исполнении договоров перевода долга и уступки прав, указанных судом в качестве основания перечисления денежных средств им представлено не было. Таким образом, в отсутствие доказательств надлежаще осведомленности конкурсного управляющего о представленных ответчиком в судебное заседание доказательств по делу, при наличии ходатайства конкурсного управляющего о необходимости ознакомления с документами, ввиду их отсутствия, суд первой инстанции, нарушая процессуальные права стороны по делу принял в единственном судебном заседании обжалуемое определение.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

В судебном заседании  представитель конкурсного управляющего ООО «Майнинг Менеджмент» - ФИО3  на доводах кассационной жалобы настаивал, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании  возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание,  проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о наличии оснований  для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Основанием для обращения в суд конкурсного управляющего  в рамках настоящего обособленного спора  послужило то, что в ходе выполнения мероприятий конкурного производства управляющим было установлено, что с нескольких расчетных счетов, в период апрель - май 2019 года ООО «Майнинг Менеджмент» оплатило на расчетный счет ИП ФИО1 денежные средства в размере 25 500 000 руб., по договору перевода долга от 07.02.2019, согласно уведомлению ООО «Георесурс» об уступке прав от 10.04.2014 на основании решения AC А40-206078/17.

Между тем, у конкурсного управляющего отсутствуют документы, подтверждающие наличие у должника каких-либо оснований для осуществления указанных сделок - действий по перечислению денежных средств, получателем которых являлся ИП ФИО1, в том числе отсутствует договор перевода долга от 07.02.2019 и уведомление ООО «Георесурс» об уступке прав от 10.04.2014.

Конкурсным управляющим также не установлено наличие оснований для осуществленных платежей в пользу ИП ФИО1, указанных в решении Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-206078/17 от 22.08.2018, на которое имеется ссылка в назначении платежа.

Ссылаясь на наличие признаков неплатежеспособности у должника на дату совершения сделки, отсутствие бухгалтерской документации, подтверждающей встречное предоставление по сделке, конкурсный управляющий просил  признать указанные платежи должника недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По результатам судебного разбирательства суды пришли к выводу, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсным управляющим не  представлено доказательств того, что оспариваемые сделки привели к полной или частичной утрате возможности удовлетворить требования кредиторов.

Кроме того, сославшись на положения  ч. 1 ст. 65 АПК РФ, суды  возложили бремя доказывания недобросовестности контрагента должника на конкурсного управляющего,  при этом указав то, что  в рамках настоящего заявления конкурсный управляющий оспаривает произведенные должником платежи по договору перевода долга от 07.02.2019 уступке прав от 10.04.2014, что относится к исполнению сделки, а не к ее условиям. Также суды указали, что конкурсный управляющий договор перевода долга и уступки прав требований, как содержащие условия, предусматривающие неравноценное встречное исполнение обязательств исполнителем, не оспаривает.

При этом судами приняты во внимание  пояснения ответчика и представленные им доказательства,  из которых следует, что должник имел перед ответчиком неисполненные денежные обязательства в размере 68 793 200 руб., основанные на Соглашении об уступке права требования от 08.04.2019 №05/19, заключенном между ФИО1 (цессионарий) и ООО «ГеоРесурс» (цедент), согласно которому цедент уступает цессионарию право требования к ООО «Майнинг Менеджмент», вытекающие из договора о переводе долга от 08.02.2019 б/н.

ФИО1 также имел задолженность перед должником по оплате за квартиру по договору купли-продажи № 2 от 07.11.2022, согласно которому ФИО1 (покупатель) купил у ООО «Майнинг Менеджмент» (продавец) недвижимое имущество: квартиру с кадастровым номером 77:04:0004019:18183, расположенную по адресу: 

<

...>. Договор оспаривается Конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве ООО «Майнинг Менеджмент».

В результате зачета встречных однородных требований (акт зачета от 27.12.2019) стороны произвели взаимозачет взаимных обязательств, в результате которого ФИО1 погасил свой долг по оплате за квартиру, а ООО «Майнинг Менеджмент» частично погасило оставшийся долг, выплатив ответчику 25 500 000 руб.

На дату совершения спорной сделки ответчику не было известно о наличии неисполненных обязательств должника перед кредиторами. Не было ни одного судебного решения, из которого ФИО1 мог сделать вывод о наличии у ООО «Майнинг Менеджмент» задолженности перед кем-либо. Соответствующие судебные акты были вынесены после совершения спорной сделки.

Оценив представленные ответчиком доказательства, суды указали, что  в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсным управляющим не было представлено доказательств того, что ФИО1 знал или мог знать о неплатежеспособности должника. Равно как и не представлено доказательств того, что оспариваемые сделки привели к полной или частичной возможности удовлетворить требования кредиторов.

Суды также отметили, что наличие задолженности перед другими кредиторами само по себе не относится к признакам банкротства, а также не исключает возможности исполнения должником своих обязательств и не свидетельствует о неудовлетворительном финансовом положении лица. Доказательств того, что ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, заявителем также не представлено. В рассматриваемой ситуации, с учетом конкретных обстоятельств обособленного спора, управляющим не представлено доказательств того, что оспариваемой сделкой было допущено злоупотребление правом сторонами сделок во вред кредиторам. Доказательств мнимости сделки заявителем также не представлено. Кроме того конкурсным управляющим избран ненадлежащий способ защиты права.

Между тем, суд округа не может согласиться с вышеизложенными выводами судов, поскольку полагает, что судами не верно распределено бремя доказывания между участниками спора, а также один из участников  спора поставлен в преимущественное положение перед другим, что привело к неполной оценке всех обстоятельств спора, преждевременным выводам, и как следствие вынесению неправильных судебных актов.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Правосудие в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности осуществляется арбитражными судами в Российской Федерации на основании принципов равноправия и состязательности сторон (статьи 8 и 9 АПК РФ).

Принцип состязательности сторон заключается в том, что лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Данный принцип положен в основу части 3 статьи 131 АПК РФ, согласно которой отзыв на исковое заявление направляется в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, заказным письмом с уведомлением о вручении в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания.

Указав на то, что  в рамках настоящего обособленного спора  конкурсный управляющий не доказал необходимую совокупность условий при оспаривании спорных платежей,  а также то, что договоры, послужившие основанием для осуществления оспариваемого платежа, в установленном гражданским законодательством порядке недействительным не признаны; между участниками сделки отсутствует аффилированность, суды фактически  поставили ответчика в преимущественное положение. Поскольку отзыв и доказательства, на которые ответчик сослался как на основание своих доводов и возражений,  в том числе сделки, по которым ответчик получил спорный платеж, поступили  в суд первой инстанции  14.11.2022. Истец,  также 14.11.2022 направил в суд ходатайство, в котором  указал на невозможность обеспечить явку представителя в судебное заседание 16.11.2022, неполучение от ответчика письменного отзыва, при этом заявил возражение против рассмотрения дела по существу в судебном заседании 16.11.2022,  в случае представления ответчиком  отзыва и дополнительных материалов с целью ознакомления  с представленными ответчиком материалами.

Таким образом, суд, в нарушение части 3 статьи 131 АПК РФ,  не обеспечил возможность истцу  ознакомиться с отзывом ответчика и представленными им доказательствами  и в отсутствие представителя истца, при наличии заявленных возражений, рассмотрел спор по существу.

Суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела не  устранил допущенное судом первой инстанции нарушение, не дал оценки всем доводам и возражениям истца с учетом представленных ответчиком доказательств.  

В настоящем случае конкурсный управляющий, ознакомившись с представленными ответчиком доказательствами,  в суде апелляционной инстанции ссылался на совершение сделки между  заинтересованными лицами, в период неплатежеспособности и недостаточности имущества, причинение оспариваемой сделкой  вреда имущественным правам кредиторов; ее безвозмездный характер и как следствие ее ничтожность. 

Суд апелляционной  инстанции, ограничившись формальным указанием на отсутствие относимых и допустимых доказательств  со стороны истца, в том числе подтверждающих заинтересованность сторон сделки, не дал оценку конкретным доводам истца, ссылающегося на  наличие признаков аффилированности между участниками.

При этом суд округа обращает внимание суда на правовой подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, - доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Суд округа также обращает внимание, что в случае установления факта аффилированности сторон сделки (юридической либо фактической), суду следует учесть следующие подходы высшей судебной инстанции.

Применительно к отсутствию у конкурсного управляющего документов - в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2022 N 305-ЭС22-14706(1,2) сформулирован правовой подход, согласно которому при оспаривании совершенных аффилированными лицами подозрительных сделок, по общему правилу бремя доказывания совершения подозрительных сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов лежит на оспорившем их заявителе. Однако приведенных конкурсным управляющим доводов (об аффилированности сторон сделки) достаточно для того, чтобы в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного перешло на общество. Последнему не должно было составить труда дать пояснения по поводу аффилированности с должником, раскрыть разумные экономические мотивы совершения оспариваемых платежей, документально обосновать основания получения от должника денежных средств, а также реальность сложившихся с ним правоотношений.

В части установления признаков неплатежеспособности у должника на момент спорной сделки суду необходимо учитывать правовой подход, сформулированный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4), о возможности доказывания цели причинения вреда не через презумпции, перечисленные в п. 2 ст. 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", а на общих основаниях - ст. 9, 65 АПК РФ.

Кроме того, принимая во внимание установленный судом момент совершения спорной сделки, суду следует учесть правовой подход высшей судебной инстанции в отношении снижения стандарта доказывания, сформулированный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 N 301-ЭС17-7613(3).

Таким образом, судами неверно применены нормы права, что могло повлечь неправильное распределение бремени доказывания.

В этой связи, при отсутствии у конкурсного управляющего  сведений относительно всей цепочки  сделок между ответчиком и должником,  нельзя признать правомерным вывод судов, что конкурсным управляющим  не доказана необходимая совокупность условий, а также избран не надлежащий способ защиты нарушенного права.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны при неправильном применении норм процессуального  права и неправильном распределении бремени доказывания, при этом, суды не исследовали в полном объеме фактические обстоятельства спора и доводы сторон, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебного акта.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, установив все фактические обстоятельства по спору, дать оценку всем доводам сторон и представленным доказательствам, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с соблюдением требований норм арбитражного процессуального законодательства, применив нормы права, подлежащие применению и с учетом правовых подходов, сформулированных высшей судебной инстанцией, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2023 по делу № А40-71552/2021 отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий-судья Н.М. Панькова 

Судьи: Д.В. Каменецкий 

Л.В. Михайлова