АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-16/20 

Екатеринбург

13 января 2023 г.

Дело № А60-1517/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 января 2023 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Тихоновского Ф.И.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Урал ВИН» (далее – общество «Урал ВИН», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2022по делу № А60-1517/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет». 

В судебном заседании принял участие представитель конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.02.2022)

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.08.2018 общество «Урал ВИН» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 

В арбитражный суд 26.04.2022 и 15.06.2022 поступили идентичные заявления конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 убытков в размере 58 400 000 руб., которые определением суда от 26.07.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО3 убытков отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит определение от 10.08.2022 и постановление от 01.11.2022 отменить, принять новый судебный акт, полагая, что, делая вывод о пропуске срока исковой давности по настоящему спору, суды не определили юридически значимые обстоятельства, которые заключаются в непередаче руководителем должника управляющему материальных ценностей, имущества и имущественных прав должника на сумму 58,4 млн. руб. и установлены определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2019 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2019, с даты вступления в законную силу которого, как считает управляющий, и надлежит в данном случае исчислять срок исковой давности.

ФИО3 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, по сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), общество «Урал ВИН» зарегистрировано в качестве юридического лица 24.02.2012, учредителем должника с 20.04.2017 является ФИО4, вместе с тем, согласно сведениям регистрирующего органа 03.08.2017 ФИО4 обратился с заявлением о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ об обществе «Урал ВИН» и соответствующая запись о недостоверности сведений об обществе «Урал ВИН» внесена в ЕГРЮЛ 10.08.2017, а учредителем должника является ФИО3 с размером доли в уставном капитале 100%, кроме того, ФИО3 также являлся предшествующим руководителем должника в период до 20.04.2017, а с 20.04.2017 и до момента объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом (25.07.2018) руководителем должника указан ФИО4

В рамках настоящего дела о банкротстве 09.11.2018 управляющим ФИО1 подано заявление от 16.11.2018 об истребовании у ФИО3 документов должника, со ссылкой на то, что поименованные в бухгалтерском балансе должника за 2016 год материальные ценности управляющему не переданы, а при проведении мероприятий в конкурсном производстве, в том числе, путем выхода по месту жительства ФИО4, управляющим установлено, что ФИО4 утерян паспорт, он является номинальным директором должника, документов и имущества должника у него нет, а, возражая против данных требований, ФИО3 указал, что документов должника, сформированных после 03.05.2017, он не имеет, так как фактически не руководит деятельностью должника, руководителем которого с 03.05.2017 является ФИО4, и по акту от 03.05.2017 ФИО3 передал документы по деятельности должника ФИО4, а доказательств передачи ФИО4 имущества должника, поименованного в бухгалтерском балансе общества «УралВИН» не имеется. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2019, заявление управляющего ФИО1 удовлетворено частично, бывший директор должника ФИО3 обязан передать конкурсному управляющему материальные ценности должника, имущество и имущественные права на сумму 58,4 млн. руб., в том числе основные средства на сумму 51000 руб., запасы на сумму 5 579 000 руб., дебиторскую задолженность на сумму 32 170 000 руб., финансовые вложения на сумму 19 760 000 руб., денежные средства на сумму 562 000 руб., устав номинальной стоимостью 10 млн. руб.

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, на неисполнение ФИО3 определения суда от 18.09.2019 и на то, что непередача им материальных ценностей должника на сумму 58,4 млн. руб. повлекла убытки для должника и его кредиторов, конкурсный управляющий 19.04.2022 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

Возражая против удовлетворения требований, ФИО3 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

В случае введения в отношении должника процедуры банкротства, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, или лицами, определяющими действия юридического лица, подлежит рассмотрению судом в деле о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 61.20 Закона). При этом ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации

Согласно статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности установлен в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), и на требование о возмещении убытков распространяется общий срок исковой давности – три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором. 

Поскольку требование о взыскании убытков подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении.

Цель института исковой давности - упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.11.2006 № 445-О).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность заявления ФИО3 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по настоящему спору, и, установив, что ФИО1 утвержден конкурсным управляющим должником 01.08.2018, из чего следует, что о факте непередачи имущества и документации ему должно было быть известно не позднее 05.08.2018 (три дня с даты его утверждения – пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), при том, что ранее ФИО1 также являлся временным управляющим должником и уже 09.11.2018 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об истребовании материальных ценностей должника непосредственно у бывшего руководителя ФИО3, ссылаясь на то, что документы и имущество должника не найдены, ФИО4 является номинальным руководителем должника, которому документы и имущество должника ФИО3 не передавались, в связи с чем документы и имущество должника подлежат истребованию не у ФИО4, а непосредственно у фактического владельца и бенефициара общества «УралВИН» ФИО3, названные сведения также отражены в отчете управляющего о своей деятельности от 25.12.2018, и соответствующие пояснения даны управляющим суду 27.02.2019 в ходе рассмотрения спора об истребовании документов и материальных ценностей, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что всей необходимой информацией для подачи заявления о взыскании с ФИО3 спорных убытков конкурсный управляющий в полном объеме располагал уже в период с августа 2018 года по февраль 2019 года, в то время как никаких доказательств, опровергающие названные обстоятельства, и, свидетельствующих об ином, не представлено.    

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО3 убытков за непередачу имущества должника лишь 19.04.2022, то есть спустя более, чем 3 года с того момента, когда ему стало известно о факте непередачи ему имущества бывшим руководителем должника и о нахождении имущества должника именно у ФИО3 (не позднее февраля 2019 года), суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что ФИО1 пропущен установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий трехгодичный срок исковой давности по настоящему спору, при том, что иное ФИО1, будучи профессиональным участником дела о банкротстве должника, не доказал и не привел никаких объективных препятствий для обращения в суд с рассматриваемым заявлением ранее апреля 2022 года.

Исходя из изложенного, и, установив, что материалами дела доказан факт пропуска конкурсным управляющим установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общего трехгодичного срока исковой давности, а ответчиком заявлено о применении при рассмотрении настоящего спора срока исковой давности, а также, исходя из того, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований, суды отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО3 убытков.

Довод управляющего о том, что срок исковой давности подлежит исчислению со дня вступления в законную силу судебного акта об истребовании у ФИО3 материальных ценностей должника, по результатам исследования и оценки доказательств отклонен судами как несостоятельный, не основанный на действующих нормах права и не соответствующий фактическим обстоятельствам дела, в том числе, с учетом того, что, как указано ранее, о факте непередачи материальных ценностей должника, положенном в основание требования о взыскании убытков, конкурсному управляющему было известно не позднее 01.08.2018, а об их нахождении именно у ФИО3 – не позднее февраля 2019 года, и при таких обстоятельствах нахождение на рассмотрении суда спора об истребовании у ФИО3 материальных ценностей никак не могло препятствовать обращению конкурсного управляющего с самостоятельным требованием о взыскании убытков в период с февраля 2019 года по февраль 2022, тогда как иное конкурсный управляющий не доказал, свою позицию ничем не обосновал и в судебном заседании суда округа также не смог пояснить, по какой причине управляющий не имел возможности подать настоящее заявление о взыскании убытков в пределах сроков исковой давности в период с февраля 2019 года по февраль 2022.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности обращения с требованиями, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2022по делу № А60-1517/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Урал ВИН» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийЮ.А. Оденцова 

СудьиО.Э. Шавейникова 

Ф.И. Тихоновский