ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-2143/2019

г. Ессентуки

11 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 октября 2021 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Джамбулатова С.И., Марченко О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании ФИО2 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 08.07.2021 по делу № А63-2143/2019, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 308263224900020), принятое по заявлению финансового управляющего должником ФИО4, о признании недействительной сделкой договор купли продажи недвижимого имущества, – квартиры, площадью 16.9 кв. м, этаж 6, кадастровый номер: 26:33:110405:1048, расположенной по адресу: 

<

...>, заключенный, между ФИО5 и ФИО6; применении последствий недействительности сделки, в виде обязания ФИО6 вернуть в конкурсную массу должника спорное недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) поступило заявление ФИО2, город Пятигорск (далее – заявитель, ФИО2) о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – должник, ФИО3) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 24.04.2019 (резолютивная часть определения объявлена 22.04.2019) заявление гражданина ФИО2, г. Пятигорск признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы финансовым управляющим в официальном периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 18.05.2019 № 84. 

Решением от 18.11.2019 (резолютивная часть объявлена 11.11.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура банкротства, - реализация имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4; сведения о введении реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 231 от 14.12.2019. 

От финансового управляющего должником 05 ноября 2020 года в суд поступило заявление о признании недействительным договора купли продажи недвижимого имущества, – квартиры, площадью 16.9 кв. м, этаж 6, кадастровый номер: 26:33:110405:1048, расположенной по адресу: 

<

...>, заключенный, между ФИО5 и ФИО6; применении последствий недействительности сделки, в виде обязания ФИО6 вернуть в конкурсную массу должника спорное недвижимое имущество.

Определением суда от 16.11.2020 ФИО6, ФИО5 признаны лицами, участвующими в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника (ответчиками). Ходатайство финансового управляющего ФИО4 о принятии обеспечительных мер определением арбитражного суда от 29.01.2021 удовлетворено. Определением суда от 16.02.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 08.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.  Судебный акт мотивирован тем, что в результате совершения оспариваемой сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов, что, является основанием для отказа в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что судом при вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы материального и процессуального права. Так суд первой инстанции не учел, что на дату заключения сделки ФИО5 состояла в зарегистрированном браке с должником, т.е. являлась заинтересованным лицом, и не могла не знать о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки. Кроме того, суд не учел, что между супругой должника и ответчиком имеется фактическая аффилированность. Действия сторон направлены на выбытия из совместной собственности должника и супруги имущества, на которое могло быть обращено взыскание. Следовательно, сторонами причинен вред имущественным правам кредиторов.

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 28.08.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав позицию лица, участвующего в рамках настоящего обособленного спора и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 08.07.2021 по делу № А63-2143/2019 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, из сведений об основных характеристиках объекта недвижимости, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, стоимость квартиры с кадастровым номером 26:33:110405:1048, площадью 16,9 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...> составляет 564062.17 руб., правообладатель ФИО6 

Исходя из копии реестрового дела на объект недвижимого имущества, изначально на основании договора купли-продажи от 17.12.2015 в собственность ФИО6 перешла квартира с кадастровым номером 26:33:110405:1048, площадью 16,9 кв. м, расположенная по адресу: 

<

...>, № 85. 

Стоимость приобретаемого имущества определена пунктом 4 договора от 17.12.2015 в размере 880 000 руб. 

14 июня 2016 года, между ФИО6 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 26:33:110405:1048, площадью 16,9 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>, № 85. Цена квартиры согласно пункту 3 договора составила 880 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. Покупатель передал продавцу денежные средства в сумме 880 000 руб. (пункт 4 договора от 14.06.2016). 

Согласно пункту 5 договора купли-продажи от 14.06.2016, в продаваемой квартире на регистрационном учете состоит: ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая обязуется сняться с регистрационного учета не позднее 01.06.2017. Иных лиц сохраняющих право проживания и пользования не имеется. 

Переход права собственности на квартиру к ФИО5 зарегистрирован в установленном законом порядке 27.06.2016. 

Вместе с тем, как следует из адресной справки, после заключения указанного договора 19.08.2016 произведена регистрация места жительства продавца ФИО6 по адресу проданной ФИО5 квартиры. 

25 августа 2016 года между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорной квартиры, по цене 880 000 руб. По условиям договора продавец передает, а покупатель приобретает в собственность квартиру с кадастровым номером 26:33:110405:1048, площадью 16,9 кв. м, расположенную по адресу: 

<

...>, № 85. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. 

Согласно пункту 5 договора в продаваемой квартире, на регистрационном учете состоят ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения; указанные лица сохраняют право пользования квартирой после подписания договора. Расходы по заключению настоящего договора несет покупатель.

Переход права собственности к ФИО6 зарегистрирован в установленном законом порядке 07.09.2016, о чем произведена соответствующая запись в реестре № 26-26/028- 26/028/202/2016-8023/2. 

На момент совершения указанных соглашений купли-продажи имущества ФИО5 состояла в зарегистрированном браке с должником ФИО3 (запись акта от 04.09.2004 № 879). 

В свою очередь ФИО3 выразил нотариальное согласие на отчуждение квартиры (согласие 26АА 2452683), удостоверенное 25.08.2016 нотариусом города Пятигорска Ставропольского края РФ ФИО9 

На основании решения суда о расторжении брака от 26.03.2018 мирового судьи судебного участка № 8 города Пятигорска Ставропольского края произведена запись акта о расторжении брака № 394 от 26.06.2018 между ФИО5 и ФИО3 

На основании заявления ФИО2, определением арбитражного суда возбуждено производство по делу №А63-2143/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3. 

Полагая, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.08.2016 по отчуждению квартиры заключен супругой должника с аффилированным лицом в период подозрительности и при неравноценном встречном исполнении, является недействительной сделкой по основаниям п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 167-168 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

Согласно части 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку оспариваемая сделка совершена после 01 октября 2015 года, то может быть оспорена в рамках дела о банкротстве должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор заключен 25.08.2016, то есть сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (22.02.2019), то есть попадает в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В п. 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Из материалов дела следует, что на дату заключения договора от 25.08.2016 у должника имелись неисполненные обязательства, а именно: ПАО «Сбербанк России» по эмиссионному контракту № 1044-Р-590320786 от 14.06.2012 в сумме 355 838,70 руб.; ПАО «Банк ВТБ» по кредитным договорам от 07.02.2013 № 625/1559-0003480, от 24.05.2012 № 633/1559-0001783, в сумме 110 500, 66 руб.; ФИО10 по договору оказания услуг от 08.07.2016 в сумме 3 501 542,47 руб., которые в последующем включены в реестр требований кредиторов.

Между тем, неисполнение обязательств перед ФИО10 послужили основанием для возбуждения дела о несостоятельности банкротстве должника.

Также на дату заключения договора имелось возбужденные в отношении должника исполнительное производство: 38387/18/26030-ИП от 31.05.2016.

При таких обстоятельствах, у должника на дату заключения договора имелись не исполненные обязательства, в связи с чем, должник отвечал признаку неплатежеспособности.

При этом, спорная сделка совершена супругой должника.

Ответчик в силу статьи 19 Закона о банкротстве не является аффилированным по отношению к должнику, либо его супруге, лицом.

Между тем, важно заметить, что в своем заявлении сам управляющий указывает на то, что стороны сделки являются заинтересованными лицами, но никаких фактов заинтересованности не указано, доказательств фактической аффилированности также не представлено.

При этом, суд исходит из того, что даже в случае заключения сделки между аффилированными лицами не является безусловным основанием для признания сделки недействительной.

В свою очередь, суд исходит из того, что оспариваемая сделка не была направлена на причинение имущественного вреда правам кредиторов должника и самому должнику и не ущемляла интересы кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу положений статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В качестве основания для признания недействительным договора купли-продажи истец указывает на притворность данной сделки, которая в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ относится к категории ничтожных сделок.

В соответствии с частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.

Особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на истце лежит обязанность подтвердить, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора купли-продажи доли), а на совершение иной прикрываемой сделки. Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 02.08.2005 N 2601/05, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

В соответствии со статьями 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что ФИО5 приобрела в собственность спорную квартиру, заключив договор купли – продажи от 14.06.2016 с ответчиком ФИО6 

Согласно пункту 3 договора стоимость объекта составила 880 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. Покупатель передал продавцу денежные средства в сумме 880 000 руб. (пункт 4 договора от 14.06.2016). 

Согласно пункту 5 договора купли-продажи от 14.06.2016, в продаваемой квартире на регистрационном учете состоит: ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая обязуется сняться с регистрационного учета не позднее 01.06.2017.

После заключения сделки и регистрации перехода права собственности за ФИО5, произведена регистрация места жительства ФИО6 по адресу проданной квартиры. 

Через непродолжительное время (2 месяца), ФИО5 передает обратно в собственность ФИО6 квартиру по оспариваемому договору купли-продажи от 25.08.2016 по аналогичной цене 880 000 руб. (пункт 3 договора) договору от 14.06.2016 и его условиям. Так расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. 

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства фактической передачи денежных средств как со стороны ФИО6, так и ФИО5

В продаваемой квартире, на регистрационном учете состоят ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения; указанные лица сохраняют право пользования квартирой после подписания договора. 

С учетом изложенного, оценив положение договоров, действия сторон, суд исходит из того, что фактически спорный объект супруге должника никогда не передавался; бремя содержания жилого помещения полностью несла ФИО6

Доказательств того, что должник или его супруга когда-либо пользовались спорным имуществом, несли бремя его содержания, или иным образом реализовывали принадлежащее им право собственности, в материалах дела отсутствуют. 

Напротив, согласно копии домовой книги, с 27.01.2016 по настоящее время в спорной квартире прописаны и проживают ФИО8, - дочь ФИО6, а с 19.08.2016 и сама ФИО6 Аналогичные сведения представлены ООО «Единый расчетно-кассовый центр» в карточке учета квартиросъемщика № 135226, а также отражены в адресной справке 13291.

По информации майора милиции ФИО11 СТ.УУП ОУУП и ДН ОМВД России по г. Пятигорску, в период с 2015 г. и по настоящее время в квартире № 85 по адресу: 

<

...>, проживает гр. ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, опрошенные соседи характеризуют ФИО6 по месту жительства с положительной стороны.

На основании изложенного, исходя из содержания статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО5 не являлась собственником квартиры с кадастровым номером 26:33:110405:1048, площадью 16,9 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>, № 85. Фактическим собственником как до продажи, так и после являлась ответчик ФИО6 

Указанные выше сделки фактически не были направлены на приобретение спорного имущества в собственности супруги должника, а следовательно, его продажа не повлекла за собой уменьшение конкурсной массы должника.

Следовательно, в результате совершения оспариваемой сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, управляющий не доказал совокупность необходимых условий для признания оспариваемой сделки недействительной, а именно: не доказал факт совершения оспариваемой сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам и причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения данной сделки.

По правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в данном случае арбитражный управляющий должен доказать вышеуказанную совокупность обстоятельства, при наличии которых суда вправе признать сделку недействительной.

Исходя из вышеизложенного, основания для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Довод апеллянта о том, что действия сторон направлены на выбытия из совместной собственности должника и супруги имущества, на которое могло быть обращено взыскание, следовательно, сторонами причинен вред имущественным правам кредиторов, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в данном конкретном случае спорное имущество никогда не принадлежало супруге должника, сделки по приобретению и последующей продажи являлись мнимыми, направленными на  обеспечение займа залогом недвижимого имущества, следовательно, спорное имущество не выбывало из конкурсной массы должника, что исключает причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что иные доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 08.07.2021 по делу № А63- 2143/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 150 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

С.И. Джамбулатов

О.В. Марченко