ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-86824/2017

19 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.4

Резолютивная часть постановления объявлена     12 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

при участии:  

от АО «Росэксимбанк»: представитель ФИО2, по доверенности от 29.12.2021;

от Пака И.И.: представитель ФИО3, по доверенности от 13.10.2020 (с использованием сервиса Онлайн – заседание);

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-13424/2022)  АО «Росэксимбанк» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.04.2022 по обособленному спору № А56-86824/2017/суб.4, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 

о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «СМВ Инжиниринг», 

установил:

30.10.2017 ПАО «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «СМВ Инжиниринг» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением арбитражного суда от 29.11.2017. 

Определением арбитражного суда от 14.05.2018 заявление ПАО «Сбербанк России» было признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением арбитражного суда от 19.11.2018  должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее –        ФИО4,  управляющий). 

13.08.2020 конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО5 (далее – Пак И.И., ответчик) контролирующим должника лицом и о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; в части определения размера субсидиарной ответственности заявитель просил производство по заявлению приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

Определением арбитражного суда от 12.02.2021 по делу №А56-86824/2017/суб.4, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021, в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.07.2021 определение арбитражного суда от 12.02.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2021 по делу № А56-86824/2017/суб.4 отменены; дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением арбитражного суда от 07.04.2022 в удовлетворении заявленных требований также отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор АО «Росэксимбанк» (далее – Банк)  подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, заявленные управляющим требования удовлетворить, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права.

В обоснование наличия фактического контроля ответчика над Обществом податель жалобы указывает на то, что должником Паку И.И. была выдана доверенность, которая предусматривала,  в том числе полномочия на распоряжение счетами должника и участие в управлении Обществом.

Также апеллянт ссылается на участие Пака И.И. в соответствующих переговорах от имени должника и настаивает на наличии их юридической аффилированности, полагая, что суд первой инстанции при рассмотрении настоящего спора неправильно распределил бремя доказывания.  

08.07.2022 Пак И.И. представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения. 

11.07.2022 Банк представил письменные пояснения по апелляционной жалобе в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в которых он сослался, в том числе на то, что от конкурсного управляющего и кредитора скрываются документы и сведения, которые влияют на полноту формирования конкурсной массы, а также документы, позволяющие установить контролирующих должника лиц, как не раскрываются критерии аффилированности Пака И.И. и его контроля над должником. 

12.07.2022 конкурсный управляющий представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором доводы апелляционной жалобы Банка поддержал.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель                                      АО «Росэксимбанк» доводы жалобы поддержал.

Представитель ответчика, принимавший в заседании участие посредством использования сервиса Онлайн – заседание, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, единственным участником и руководителем Общества с долей в уставном капитале в размере 100% являлась               ФИО7

Согласно письму ПАО "Сбербанк" от 11.02.2019, Общество связано с                          ОАО "Русский магний" и ООО "Солимаг", а последнее подконтрольно Марку Лиснянскому. 

Банк представил в материалы дела сведения о взаимозависимости группы компаний с участием Пака И.И. и ФИО8 (л.д. 35 - 50).

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении                Пака И.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал на неподачу Паком И.И. заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом), непередачу документации должника в полном объеме и совершение ответчиком действий по принятию ключевых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на то, что с момента возникновения у общества финансовых трудностей по возврату заемных денежных средств, большую часть переговоров от имени Общества вели Пак И.И. и ФИО8, в соответствии с выданными им доверенностями; в этой связи, по мнению конкурсного управляющего, Пак И.И. являлся лицом, осуществляющим фактический контроль над должником и его расчетным счетом, вне зависимости от наличия формально-юридических признаков аффилированности. 

Суд первой инстанции в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказал по причине недоказанности конкурсным управляющим статуса Пака И.И., как контролирующего Общества лица.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - Постановление N 53).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя юридического лица, а также наличия причинно-следственной связи между этими действиями (бездействием) и возникшими для кредитора негативными последствиями, возлагается на лицо, требующее привлечения указанного лица к ответственности.

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 Постановления N 53).

Согласно положениям, изложенным в пункте 3 Постановления, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"; далее - Закон о банкротстве). Кроме того, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления N 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

При ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности.

Таким образом, подтверждение факта контроля над должником не всегда должно сопровождаться исключительно представлением прямых доказательств, в том числе исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику и кредитору, относительно их деятельности.

С учетом специфики процесса доказывания по делам о привлечении к ответственности бывшего руководителя, связанной с объективными сложностями, вызванными как отсутствием у заявителей прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления раскрывать документы, отражающие реальное положение дел, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу N А33-1677/2013).

Судебная практика выработала совокупность косвенных признаков, свидетельствующих о наличии группы и подконтрольности ее единому центру. В частности, об этом могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 N 305-ЭС19-24480).

В данном случае из материалов дела следует, что в заявлении и в процессе рассмотрения настоящего спора конкурсный управляющий указывал на ряд обстоятельств, свидетельствующих, по его мнению, о возможности отнесения                 Пака И.И. к контролирующему должника лицу, в частности -  на участие ответчика в переговорах от имени Общества, получение доверенности и взаимосвязанность Пака И.И. с группой юридических лиц, в которой участвует Общество.

АО «Росэксимбанк», поддерживая доводы конкурсного управляющего о необходимости привлечения ответчика к субсидиарной ответственности и о наличии у него признаков контролирующего должника лица, также указал, что должник входил в группу компаний, управляемую Паком И.И.; генеральным директором должника являлось подконтрольное Паку И.И. лицо; участие ответчика в деятельности должника выходило за пределы ожидаемого поведения от лица, оказывающего консультационные услуги; статус ответчика подтверждается совместным участием Пака И.И. с ФИО7 и ФИО8 в различных бизнес-проектах.

Пак И.И., возражая против удовлетворения заявленных требований, сослался на то, что он в штате Общества не состоял и имущественной выгоды от деятельности Общества не получал, а в ходе переговоров самостоятельных решений не принимал и по всем вопросам исходил из позиции руководства                       ООО «СМВ Инжиниринг».

Также ответчик пояснил, что в 2016 году у ООО «СМВ Инжиниринг» возникли финансовые затруднения, в результате чего единственный участник и генеральный директор ООО «СМВ Инжиниринг» ФИО7 обратилась к Паку И.И. с просьбой об оказании консультационных услуг и об участии в переговорах от лица должника с кредиторами. 

Относительно довода заявителя и АО «Росэксимбанк» о взаимосвязанности Пака И.И. с группой юридических лиц, в которой участвует ООО «СМВ Инжиниринг», ответчик пояснил, что согласно истребованному и представленному в материалы настоящего спора регистрационному делу должника, а также на основании сведений из СПАРК и Контур.Фокус, стало возможным установить структуру управления должником.

Кроме того, ответчик сослался на то, что корпоративная структура управления должника не позволяла Паку И.И. в какой-либо период существования должника руководить им или давать обязательные для исполнения указания. Пак И.И. также указал, что входил в коллегиальные органы юридических лиц наравне с директором должника - ФИО7, но такие юридические лица не могли оказывать влияния на должника. По мнению ответчика, анализ имеющихся доказательств позволяет сделать вывод о том, что именно его действия контролировались должником и директором должника ФИО7 (например, в ОАО «Прайм Солар», где Пак И.И. был директором, а должник имел участие в капитале; в компаниях, связанных с Корпорацией Магнезиум, Пак И.И. являлся участником и руководителем некоторых из них, однако без возможности контролировать Корпорацию, должника или возглавляющих ее физических лиц).

В этой связи судом установлено, что в материалы спора конкурсным управляющим представлен анализ выписок с расчетных счетов ООО «СМВ Инжиниринг», открытых в ПАО «ПРОМСВЯЗЬ Банк», ПАО «Банк «Санкт-Петербург», АО «Росэксимбанк», ООО «ПРОМЫШЛЕННЫЙ РЕГИОНАЛЬНЫЙ БАНК», ПАО «Сбербанк России», ОАО АКБ «РУССКИЙ ЗЕМЕЛЬНЫЙ БАНК», АО «Банк проектного финансирования», на предмет перечисления денежных средств в пользу Пака И.И.

В соответствии с указанным анализом должником были осуществлены два перечисления в пользу Пака И.И. в общей сумме 170 500 руб. с назначением платежа: «по договору об оказании консалтинговых услуг № б/н от 31.12.2017»;  иных платежей в пользу Пака И.И. конкурсным управляющим не выявлено, доказательств вывода средств на счета Пака И.И. или подконтрольных ему юридических лиц в материалы спора не представлено.

При этом, сам факт оказания должнику консультационных услуг не оспаривается ответчиком, а его участие в переговорах о реструктуризации задолженности должника также подтверждается представленными в материалы спора доказательствами, тогда как участие в переговорах фактически и составляло предмет «консультационных услуг».

В этой связи, как пояснил ответчик, договор на оказание консультационных услуг с учетом подачи рассматриваемого заявления по истечении значительного времени с момента оказания услуг должнику у него не сохранился, стоимость услуг была незначительной, тогда как, будучи физическим лицом, Пак И.И. бухгалтерию не вел, обязанности хранить какие-либо документы не имел.

Вместе с тем, конкурсный управляющий и АО «Росэксимбанк»  не указали ни на одно противоправное действие или обстоятельство причинения вреда кредиторам должника, сославшись лишь на то, что документация должника не передана и сделки в деле о банкротстве не оспорены.

Таким образом, является правильным вывод суда первой  инстанции о том, что конкурсным управляющим и АО «Росэксимбанк» не представлено достаточных доказательств того, что Пак И.И. являлся контролирующим должника лицом и имел фактическую возможность определять действия должника. 

Доводы заявителя и кредитора о возможном контроле Паком И.И. деятельности должника носят предположительный характер и не основаны на каких-либо доказательствах, отвечающих критериям относимости, допустимости и достоверности, тогда как приведенные ответчиком пояснения и представленные доказательства опровергают заявленные управляющим и кредитором доводы.

Кроме того, ни заявителем, ни кредитором не представлено доказательств того, что выданные ответчику доверенности содержали условие о возможности совершения Паком И.И. действий по заключению сделок от имени должника и о наличии каких-либо специальных полномочий действовать от имени должника или давать должнику обязательные указания. Заявителями также не представлено доказательств совершения ответчиком каких-либо недобросовестных или незаконных действий, а также получения им выгоды от таких действий, при том, что ответчик никогда не входил в органы управления должника, а деятельность                    ООО «СМВ Инжиниринг» осуществлялась исключительно под руководством ФИО7, как единственного участника и генерального директора Общества. В материалах спора также отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями Пака И.И. и наступившим объективным банкротством должника.

При этом, отказывая в удовлетворении требований управляющего о привлечении Пака И.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу в арбитражный суд заявления о признании ООО «СМВ Инжиниринг» несостоятельным (банкротом) с 11.07.2019, за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с непередачей документов конкурсному управляющему и ввиду совершения им действий по принятию ключевых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего: 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а согласно пункту 2 данной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, помимо прочего,  при наличии (доказанности) следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (п.п.2).

При этом, согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, а в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между бездействием контролирующих лиц - непередачей документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, и несостоятельностью должника.

Кроме того, в пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 означенной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведению бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом, согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Также, как  предусмотрено пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

При этом, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абз. 37 статьи 2 Закона о банкротстве), а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 38 статьи 2 Закона о банкротстве). 

В пункте 9 Постановления № 53 судам дано разъяснение, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 56 Постановления N 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем и кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

В данном случае конкурсный управляющий указал, что по состоянию на 11.07.2017 у должника имелись требования кредиторов, подтвержденные судебными актами на сумму 22 143 255,54 руб., и должник отвечал признакам несостоятельности (банкротства), а значит, по мнению заявителя, в срок не позднее 12.08.2017 Пак И.И., как контролирующее должника лицо, должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), тогда как дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СМВ Инжиниринг» было возбуждено 29.11.2017.

Однако, применительно к доводам о неподаче заявления о банкротстве Общества, суд отмечает, что ухудшение финансовых показателей могло быть обусловлено различными экономическими факторами и рисками предпринимательской деятельности.

При этом, как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

 Само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных финансовых показателей, видов деятельности, экономических факторов и т.д., с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов бухгалтерского баланса юридического лица в связи с осуществлением им хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

Таким образом, действующее законодательство не предполагает, что контролирующее Общество лицо обязано обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом, как только активы Общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

В этой связи следует также учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации)  в результате его деятельности, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) контролирующего должника лица должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Также в обоснование своей позиции конкурсный управляющий указал, что согласно бухгалтерской отчетности за 2017 год (бухгалтерский баланс за 2017 год), на учете у должника имелись активы на сумму 801472000 руб.; в этой связи заявитель полагал, что  в связи с непередачей имущества и документации должника конкурсный управляющий лишен возможности определить контрагентов (дебиторов), размер их задолженности, а также возможности предъявить требования контрагентам (дебиторам). По мнению заявителя, непередача                     Паком И.И. конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

АО «Росэксимбанк», поддерживая доводы конкурсного управляющего, указало, что Пак И.И., владея и пользуясь финансами должника, располагая доступом и имея контроль над финансовыми документами, несет аналогичную ответственность за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему                                 ООО «СМВ Инжиниринг» документов и ценностей должника.

В этой связи судом установлено, что определением арбитражного суда от 28.01.2020 по обособленному спору №А56-86824/2017/истр.2 конкурсному управляющему было отказано в удовлетворении его заявления об истребовании документов у бывшего генерального директора ООО «СМВ Инжиниринг» ФИО7

Вместе с тем, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим и кредитором в материалы спора не представлены доказательства наличия у Пака И.И. первичных учетных документов, а также иных документов, подтверждающих наличие у должника активов, не указано какие именно документы находились в обладании у ответчика и не были переданы конкурсному управляющему, отсутствие которых повлияло на проведение процедуры банкротства, в том числе и на формирование конкурсной массы, оспаривание сделок должника.

При этом, как уже указывалось ранее, Пак И.И. не состоял в штате сотрудников или в штате руководства ООО «СМВ Инжиниринг» и не принимал на себя обязанности по организации и/или ведению бухгалтерского учета и хранению документов должника. 

Как следует из определения арбитражного суда от 28.01.2020 по обособленному спору №А56-86824/2017/истр.2, обязанности по ведению бухгалтерского учета и хранению документов должника исполнялись бывшим руководителем и единственным участником ООО «СМВ Инжиниринг» - ФИО7, которая предпринимала действия в целях исполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что конкурсным управляющим и АО «Росэксимбанк»  не представлено доказательств, подтверждающих статус  Пака И.И., как контролирующего должника лица, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве,  наличия у ответчика обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) и по передаче конкурсному управляющему документации должника, и в целом – наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и возникшей в дальнейшем финансовой неплатежеспособностью должника, а также доказательств того, что именно действия ответчика довели должника до банкротства, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы Банка, суд апелляционной инстанции исходит из того, что доводы кредитора носят умозрительный характер и даже в своей совокупности не подтверждают статус ответчика, как контролирующего должника лица, а в частности – возможность определять действия должника, получение им выгоды от его деятельности и т.д.

Равным образом не обоснованы конкурсным управляющим и кредитором  обстоятельства, в силу которых ответчик может нести ответственность в случае его признания контролирующим должника лицом, и в частности – неисполнение им обязанности по статье 9 Закона о банкротстве, по хранению документации, как и совершение Паком И.И. каких либо сделок от имени Общества, приведших к банкротству должника.

При этом, характер действий ответчика, на который указывает Банк, как подтверждение контроля над должником, фактически находится в пределах обычной деятельности по предоставлению тех или иных услуг: консалтинговых, юридических, по ведению переговоров и т.д. 

Таким образом, в данном случае материалами спора не подтверждается совершение ответчиком виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства Общества по заявленным основаниям, следовательно, суд первой инстанции правомерно не усмотрел правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.04.2022 г. по делу № А56-86824/2017/суб.4 оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО РОСЭКСИМБАНК - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

Е.В. Бударина

 Д.В. Бурденков