ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-10688/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 14.05.2019

Постановление в полном объеме изготовлено  11.06.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Афанасьева Е.И., судей Волковой Ю.А. и Волошиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Прониной О.М., при участии в судебном заседании от ООО «Тульская дезинфекционная станция» – Цвирко С.Н. (доверенность от 28.01.2019), Якуниной В.Н. (доверенность от 27.07.2017), от ОАО АК «Тулаагропромстрой» – Уварова Б.М. (доверенность от 12.12.2018), в отсутствии иных лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего открытого акционерного общества агропромышленной компании «Тулаагропромстрой» Овчинникова Владимира Валентиновича и акционерного общества «Перспектива» на определение Арбитражного суда  Тульской области от 29.10.2018 по делу                                    № А68-10688/2015 (судья Козлова И.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества агропромышленной компании «Тулаагропромстрой» (ОГРН 1027100965814, ИНН 7107016849) Овчинникова Владимира Валентиновича о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Тульской области от 13.12.2016 в отношении открытого акционерного общества агропромышленная компания «Тулаагропромстрой» (далее – должник) введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО6. 

Решением суда от 11.04.2017 открытое акционерное общество агропромышленная компания «Тулаагропромстрой» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО6. 

Определением суда от 12.02.2018 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего открытого акционерного общества агропромышленная компания «Тулаагропромстрой», конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд 29.08.2018 с заявлением о признании недействительной сделки должника по правилам главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в котором просил признать недействительным договор о переводе долга № 3868 от 09.09.2013, заключенный между ООО «СтройСервисПроект» и ОАО АСК «Тулаагропромстрой», и применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующими обязательства сторон по договору о переводе долга № 3868 от 04.09.2013.

Определением суда от 29.10.2018 заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества агропромышленная компания «Тулаагропромстрой» оставлено без удовлетворения по причине пропуска срока исковой давности.

В жалобе (с дополнением) конкурсный управляющий должника просит определение суда от 29.10.2018 отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование своей позиции ссылается на неправильное применение норм материального права. Указывает на то, что о совершении оспариваемой сделки конкурсный управляющий ОАО АК «Тулаагропрострой» узнал из решения Арбитражного суда Тульской области от 02.10.2017 по делу № А68-5596/2017 по иску ООО «Анкер» к ООО «Тульская дезинфекционная станция» о взыскании задолженности по договору № 3846 о долевом участии в строительстве жилого дома от 27.11.2013 в размере 45 995 000 рублей, при рассмотрении которого ООО «тульская дезинфекционная станция» представило договор о переводе долга № 3868 от 09.09.2013. Отмечает, что законодательство связывает начало течения срока исковой давности с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, или когда оно, действуя в пределах предоставленных ему прав, должно было узнать о совершении сделки и о том, что эта сделка нарушает его права. Ссылается на отсутствие у конкурсного управляющего ОАО АК «Тулаагропрострой» сведений о заключении спорного договора, в связи с непередачей генеральным директором должника документов, касающихся возникновения, изменения или прекращения имущественных прав общества, а также бухгалтерской документации. Полагает, что срок исковой давности не пропущен.

В жалобе АО «Перспектива» просит определение от 29.10.2018 отменить, заявленные требования удовлетворить. В обоснование своей позиции ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права. Указывает на отсутствие в оспариваемом договоре условий о безвозмездной передаче долга, что свидетельствует о наличии дарения между ООО «СтроСервисПроект» и ОАО АК «Тулаагропромстрой». Считает, что на момент подачи заявления срок исковой давности не пропущен.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель от ОАО АК «Тулаагропромстрой» доводы жалоб поддержал, представители  ООО «Тульская дезинфекционная станция против доводов жалоб возражали.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив доводы апелляционных жалоб и материалы дела, заслушав представителей сторон, явившихся в судебное заседание, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 04.09.2013 между ООО «Тульская дезинфекционная станция» и ООО «СтройСервисПроект» заключен договор купли-продажи объектов недвижимости по адресу: Тульская область, Ленинский район, СП Ильинское, дер Варваровка, д.1а. Сумма договора составила 45 000 000 рублей.

24.09.2013 Управлением Росреестра по Тульской области была осуществлена регистрация права собственности ООО «СтройСервисПроект» на данные объекты.

04.09.2013 между ООО «СтройСервисПроект» (должник) и ОАО АК «Тулаагропромстрой» (новый должник) заключен договор о переводе долга № 3868, по условиям которого новый должник принимает на себя обязательства должника перед ООО «Тульская дезинфекционная станция», именуемое в дальнейшем «кредитор» на сумму 45 000 000 рублей по договору купли-продажи недвижимости от 04.09.2013 (пункт 1.1 договора).

Пунктом 2.1 договора определено, что новый должник становится правопреемником должника по задолженности должника перед кредитором на сумму, указанную в пункте 1.1.

Указанный договор письменно согласован с кредитором – ООО «Тульская дезинфекционная станция».

10.12.2013 на основании договора о переводе долга № 3869 ОАО АК «Тулаагропромстрой» перевело указанную задолженность на ООО «Анкер».

Определением Арбитражного суда Тульской области от 13.12.2016 по делу № А68-10688/2015 в отношении ОАО АК «Тулаагропромстрой» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим должника утвержден ФИО6

Решением суда от 11.04.2017 в отношении ОАО АК «Тулаагропромстрой» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

Определением суда от 12.02.2018 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО АК «Тулаагропромстрой», конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Полагая, что договор перевода долга от 04.09.2013 № 3868 является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий должника ФИО5 29.08.2018 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны названным Законом.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Учитывая изложенное и то, что производство по делу о банкротстве ОАО АК «Тулаагропрострой» возбуждено 01.12.2015, соответственно, оспариваемая сделка (01.04.2015) совершена в период подозрительности, установленной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих по обязательствам должника за счет его имущества.

По смыслу вышеназванных норм права и разъяснений последствием совершения должником недействительной подозрительной сделки является уменьшение конкурсной массы, что негативно отражается на возможности расчета с кредиторами.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника либо совершена при наличии условий, указанных в абзацах 3 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 постановления Пленума № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособность понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Пункт 7 постановления Пленума № 63 устанавливает, что в силу абзац первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

Обстоятельство того, что участники спорной сделки являются заинтересованными лицами в силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, по существу не оспаривается.

В то же время, сам по себе факт совершения сделки между заинтересованными лицами не свидетельствует о причинении вреда кредиторам.

Как было указано выше, необходимым условием для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является совокупность условий, в том числе наличие кредиторов, которым совершенной сделкой может быть причинен вред, а также признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату совершения сделки.

Согласно положениям абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Из положений абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Достоверные и бесспорные доказательства того, что на момент совершения сделки (04.09.2013) должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, в материалах дела отсутствуют и суду не представлены.

В частности, из бухгалтерского баланса за 2014 год следует, что на 31.12.2014 совокупные активы должника составляли 822 065 тыс. рублей; кредиторская задолженность – 5 992 тыс. рублей; на 31.12.2013 совокупные активы должника составляли 848 984 тыс. рублей; кредиторская задолженность – 3 960 тыс. рублей.

Из представленной в материалы дела выписки по расчетному счету должника за период с 01.01.2012 по 31.12.2016 (т.3, л. д. 104-167) усматривается движение денежных средств на расчетном счете должника как в спорный период, так и позднее. 

Таким образом, признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества из представленных в материалы дела документов должника на момент совершения спорной сделки не установлено.

Ссылка конкурсного управляющего на наличие кредиторской задолженности на момент совершения оспариваемой сделки перед ФНС России, ФИО7, ФИО8, АО «Российский Сельскохозяйственный банк», ФИО9 не может быть принята во внимание, поскольку сам по себе факт наличия задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, установленных статьей 2 Закона о банкротстве.

Более того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что задолженность перед ФИО8, возникшая из договора на оказание услуг № 12/08-13 от 01.08.2013, взыскана решением Центрального районного суда г. Тулы от 25.01.2016 по делу № 2-100/2016, и из договора  на оказание услуг № 10/05-13 от 15.05.2013, взыскана решением Центрального районного суда г. Тулы от 25.01.2016 по делу № 2-99/2016. 

Срок оплаты выполненных работ в указанных договорах сторонами согласован не был.

Если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода. В случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, оно должно быть исполнено в разумный срок после возникновения обязательства. Обязательство, не исполненное в разумный срок, а равно обязательство, срок исполнения которого определен моментом востребования, должник обязан исполнить в семидневный срок со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из закона, иных правовых актов, условий обязательства, обычаев делового оборота или существа обязательства (пункты 1 и 2 статьи 314 ГК РФ).

Обязательства должника по возврату кредита перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк» по кредитному договору № 

<

***> от 23.09.2011 наступили 18.12.2013, по кредитному договору № 

<

***> от 25.02.2011 – 20.11.2013, договору № 110100/0709 от 25.07.2011 – 21.10.2013. То есть после заключения оспариваемой сделки.

Задолженность перед ФИО9 у должника возникла из предварительного договора № 2868 от 08.11.2010, срок возврата денежных средств в случае незаключения основного договора сторонами не установлен. Задолженность взыскана решением Центрального районного суда города Тулы от 28.09.2015.

Задолженность перед ФИО10 у должника также возникла из предварительного договора (№ 3137 от 07.11.2011, срок возврата денежных средств в случае незаключения основного договора сторонами не установлен.

Доказательств того, что в результате оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, также в материалы дела не представлено. 

Напротив, из материалов дела следует, что 10.12.2013 на основании договора о переводе долга № 3869 ОАО АК «Тулаагропромстрой» перевело задолженность перед ООО «Тульская дезинфекционная станция» в сумме 45 000 000 рублей по договору купли-продажи недвижимости от 04.09.2013 на ООО «Анкер». Из содержания решения Арбитражного суда Тульской области от 02.10.2017 по делу № А68-5596/2017 следует, что соглашением о погашении взаимной задолженности от 10.12.2013 ООО «Анкер» произвело взаимозачет своей задолженности по договору о переводе долга № 3869 от 10.12.2013 и задолженности ООО «Тульская дезинфекционная станция» по договору          № 3846 от 27.11.2013 в размере 45 000 000 рублей.

Таким образом, совокупность обстоятельств, необходимых для признания оспариваемого договора недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствует.

В соответствии с частью 2 статьи 170  ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу данной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Исходя из положений пункта 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В силу пункта 1 статьи 391 ГК РФ должник может перевести долг с согласия кредитора на другое лицо.

Из материалов дела видно, что у сторон были намерения создать соответствующие последствия – перевести долг ООО «СтройСервисПроект» в определенной сумме на ОАО АК «Тулаагропромстрой», согласие кредитора - ООО «Тульская дезинфекционная станция» содержится в самом договоре.

Согласно пункту 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В силу пункта 2 статьи 572 ГК РФ обязательным признаком договора дарения (безвозмездного договора) должно служить вытекающее из договора ясно выраженное намерение передать вещь или право в качестве дара.

В данном случае из оспариваемого договора не усматривается ясно выраженного намерения ООО «СтройСервисПроект» совершить безвозмездный перевод долга, следовательно, отсутствуют основания полагать, что стороны приняли на себя обязательства с целью дарения.

Бесспорные доказательств, подтверждающие намерение должника безвозмездно перевести долг на нового должника, конкурсным управляющим должника суду не представлены.

Соответственно, оснований считать указанную сделку притворной не имеется.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ) (абзац 4 пункта 4 постановления Пленума № 63).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из содержания приведенной нормы следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Согласно пункту 3 статьи 10 ГК РФ на основании презумции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребило свое право исключительно во вред другому лицу.

Действующим законодательством предусмотрена возможность заключения договора о переводе долга.

Достаточных и бесспорных доказательств того, что право на заключение договора о переводе долга использовано сторонами договора злонамеренно, с целью нанести вред должнику или его кредиторам, конкурсным управляющим ОАО АК «Тулаагропромстрой» также суду не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемого договора недействительным по основаниям статей 10 168 ГК РФ также не имеется.

Кроме того, ООО «Тульская дезинфекционная станция» заявило о пропуске конкурсным управляющим ОАО АК «Тулаагропромстрой» срока исковой давности для предъявления настоящего заявления.

Указывая на пропуск срока исковой давности, суд области свой вывод  мотивировал тем, что заявление о признании оспариваемой сделки недействительной подано в арбитражный суд 29.08.2018 вновь назначенным конкурсным управляющим ОАО АК «Тулаагропромстрой» ФИО5, который одновременно являлся и конкурсным управляющим ООО «Анкер» с 23.11.2017, а в силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве процессуальным правопреемником внешнего управляющего ООО «Анкер» ФИО11 с 16.08.2016, то есть за пределами годичного срока исковой давности, учитывая, что судом была установлена своевременная передача бухгалтерской документации ООО «Анкер» внешнему управляющему ФИО11, а оспариваемый конкурсным управляющим ФИО5 договор о переводе долга № 3868 от 09.09.2013 был в свою очередь отражен в бухгалтерских документах ООО «Анкер» в частности в договоре о переводе долга № 3869 от 10.12.2013 по которому ОАО АК «Тулаагропромстрой» и перевело задолженность на ООО «Анкер».

При этом судебная коллегия считает необходимым отметить, что конкурсный управляющий оспорил договор перевода долга от 04.09.2013 № 3868 как по специальным, так и по общегражданским основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со статьей 181 ГК РФ срок исковой давности для признания недействительной ничтожной сделки составляет три года со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а для признания оспоримой сделки недействительной – один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 73 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ). В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского счета, заключенный с нарушением требований о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) разъяснено, что течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Изменение состава юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве с момента назначения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника. Конкурный управляющий при предъявлении иска заменяет органы управления и реализует права общества на защиту нарушенного права.

Таким образом, назначение конкурсного управляющего само по себе не прерывает и не возобновляет течения срока исковой давности, не изменяет общего порядка исчисления срока исковой давности.

Поскольку оспариваемый договор подписан сторонами 04.09.2013, срок исковой давности по требованию о признании его недействительным должен исчисляться с момента его подписания. Соответственно, трехгодичный срок исковой давности (для признания недействительной ничтожной сделки) истек 04.09.2016, тогда как настоящее заявление подано 29.08.2018.

В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Доводы заявителей жалоб о том, что срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен, не заслуживают внимания, поскольку в любом случае совокупность обстоятельств, необходимых для признания оспариваемого договора недействительным по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ конкурсным управляющим ОАО АК «Тулаагропромстрой» не доказана.

Следует также отметить, что конкурсным управляющим ОАО АК «Тулаагропромстрой» не представлено достоверных доказательств отсутствие сведений о в договоре о переводе долга № 3869 от 10.12.2013 в программе 1-С бухгалтерия ООО «Анкер».

Иные доводы апелляционных жалоб не влияют на законность и обоснованность обжалуемого определения, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб конкурсного управляющего открытого акционерного общества агропромышленной компании «Тулаагропромстрой» ФИО5 и акционерного общества «Перспектива» и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 29.10.2018  по делу                                    № А68-10688/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий 

Судьи                                                                              

Е.И. Афанасьева

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина