Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-16270/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 19 июля 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Шаровой Н.А.,

судей                                                                  Глотова Н.Б.,

ФИО1 -

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нурписовым А.Т. рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество МК «Контур») на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 (судья Винникова О.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024 (судьи Дубовик В.С., Иванов О.А., Михайлова А.П.) по делу № А45-16270/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «СМУ 9» (ИНН 

<

***>, ОГРН 1165476163852;далее – общество СК «СМУ 9», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий) о признании недействительными платежей, совершенных жилищно-строительным кооперативом «На Петухова» (далее – кооператив «На Петухова») за счёт средств должника в пользу общества МК «Контур» (далее также – ответчик), применении последствий недействительности сделок.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуальные предприниматели ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 9» (далее – общество «СМУ № 9), закрытое акционерное общество «Новосибирскжилстрой-2».

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Гофман Н.В.) в заседании участвовали: ФИО9 – директор общества МК «Контур» (решение от 06.12.2018); ФИО10 – представитель управляющего по доверенности от 12.12.2023 № 14.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками платежей, совершённых кооперативом «На Петухова» за счёт средств общества СК «СМУ 9» (после возбуждения дела о его банкротстве и в части - после введения  наблюдения) в пользу общества МК «Контур» с назначением «оплата за выполненные работы по договору подряда от 20.08.21№ 14-2021», применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 7 665 478 руб.

Определением суда от 08.12.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.02.2024, заявление управляющего удовлетворено.

В кассационной жалобе общество МК «Контур» просит отменить обжалуемые судебные акты, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в обоснование ссылается на реальность выполнения ответчиком работ по договору подряда, что подтверждено актами и справками по формам КС-2, КС-3, договором аренды, штатным расписанием, договорами подряда с иными заказчиками на выполнение работ; заказчик – кооператив «На Петухова» подтвердил реальность выполнения работ; отсутствие у должника признаков неплатёжеспособности (на дату совершения спорных сделок установлена задолженность только перед обществом с ограниченной ответственностью «ЮСТ» (далее – общество «ЮСТ»), остальные требования кредиторов признаны обоснованными и включены в реестр после совершения оспариваемых сделок; недоказанность аффилированности должника с ответчиком через ФИО11 и ФИО9, принявшими в 2018 году (за три года до спорных платежей) решение о раздельном ведении предпринимательской деятельности; отсутствие доказательств того, что ФИО11 имел возможность оказывать влияние на принятие решений ФИО9; все сделки между сторонами имели разовый характер и не связаны между собой; ответчик значительных денежных средств от должника не получал, в соглашениях о передаче прав на принадлежащее должнику имущество не участвовал, неправомерной выгоды от спорных перечислений кооперативом «На Петухова» не получил ввиду того, что таком образом оплачивались субподрядные работы в рамках правоотношений, сложившихся задолго до совершения спорных сделок, не имеющих транзитного характера.

В приобщённом к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ отзыве на кассационную жалобу управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить в силе.

Представитель общества МК «Контур» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представитель управляющего отклонил доводы кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на неё.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших участие в судебном заседании, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения процедуры конкурсного производства управляющим установлены платежи, совершённые кооперативом «На Петухова» в пользу общества МК «Контур» за должника по следующим платёжным поручениям:

от 20.08.2021 № 100 на сумму 2 683 478 руб. с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»;

от 14.09.2021 № 122 на сумму 1 600 000 руб.;

от 20.01.2022 № 21 на сумму 3 152 000 руб. с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»;

от 28.02.2022 № 59 на сумму 230 000 руб. с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда № 14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9».

Полагая, что данными сделками причинён вред имущественным правам должника и его кредиторам в ввиду создания группой аффилированных лиц противоправного оборота денежных средств, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании платежей, в том числе на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Признавая оспариваемые платежи недействительными по указанному основанию, суды исходили из того, что они произведены неплатёжеспособным должником в отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика (факт выполнения ответчиком работ по договору подряда достаточной совокупностью достоверных относимых и допустимых доказательств объективного характера не подтверждён); спорные платежи являются частью теневого оборота (транзита) денежных средств в целях их вывода на подконтрольных лиц, минуя расчётный счёт должника; фактической аффилированности общества СК «СМУ 9» с обществом МК «Контур» через ФИО11 и ФИО9, действия которых объединены общими интересами, причиняющими в данном случае вред имущественным интересам кредиторов должника.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

Таким образом, для правильного разрешения вопроса о наличии у оспариваемой сделки признаков недействительности, предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт совершения сделки в определённый период времени до возбуждения дела о банкротстве (три года), причинение вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника на дату совершения сделки признаков неплатёжеспособности, осведомлённость об этом другой стороны сделки (недобросовестность контрагента).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчётности должника на последнюю отчётную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи совершены (в период с 20.08.2021 по 28.02.2022) после возбуждения дела о банкротстве должника (19.07.2021) и частично после введения наблюдения, соответственно подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63, обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, подтверждают факт неплатёжеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

На момент их совершения оспариваемых перечислений у должника имелась задолженность перед следующими кредиторами: обществом «Промстройсибирь» в размере 5 624 047,35 руб. (начала формироваться в период апрель – август 2019 года); обществом «АС Фасад» в размере 9 985 092,11 руб. (начала формироваться в период апрель 2019 года - апрель 2021 года); обществом «Сибирские климатические системы» в размере 12 996 493,62 руб. (начала формироваться в период с начала 2019 года до июля 2021 года); обществом «ЮСТ» в размере 342 515 руб. (начала формироваться с июня 2018 года).

Указанная задолженность впоследствии включена в реестр требований кредиторов в настоящем деле о банкротстве, в связи с чем, предполагается, что прекращение исполнения должником обязательств вызвано недостаточностью денежных средств, что не опровергнуто.

Обстоятельства заинтересованности по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве директора и единственного участника общества СК «СМУ 9» ФИО11, директора и единственного участника общества МК «Контур» ФИО9 установлены исходя из юридической аффилированности по отношению к обществу с ограниченной ответственностью «ПК «Контур», ликвидация которого осуществлена 07.05.2018.

Согласно сложившемуся в судебной практике правовому подходу для установления презумпций при признании сделок недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) значение имеет не только юридическая аффилированность, прямо предусмотренная в статье 19 Закона о банкротстве, но и фактическая (длительное взаимодействия, дружеские, родственные либо деловые отношения и т.д.), которая проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что и было в числе прочего установлено судами в рамках рассмотрения настоящего спора.

Формальное прекращение корпоративных связей между ФИО11 и ФИО9 на дату совершения оспариваемых платежей не исключает их фактической аффилированности, признаки которой установлены судами исходя из порядка взаимодействия обществ СК «СМУ 9» и МК «Контур» в гражданском обороте на недоступных условиях иным независимым участника (уступка прав требования к несостоятельному обществу «СМУ № 9», реализация металлоизделий посредством самовывоза с складской территории, предоставленного продавцу на условиях аренды со стороны покупателя), что очевидно свидетельствует о фактической взаимосвязанности и заинтересованности сторон оспариваемых сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Данные обстоятельства в совокупности образуют презумпцию противоправной цели совершения подозрительной сделки.

Одним из квалифицирующих признаков подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является её направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

Передача должником денежных средств в отсутствие встречного предоставления направлена на необоснованный безвозмездный вывод активов должника.

Судами установлено, что полученные от кооператива «На Петухова» денежные средства, причитающиеся должнику в качестве оплаты по договору генерального подряда, общество МК «Контур» перечисляло индивидуальным предпринимателям ФИО3, ФИО7, ФИО4.

В рамках рассмотрения иных обособленных споров в настоящем деле установлено, что предпринимательская деятельность Зайца А.В. и ФИО7 являлась подконтрольной ФИО11, который распоряжался их банковскими картами и счетами, по которым движение денежных средств, поступающих от организаций, подконтрольных ФИО9, имело характер транзитного вывода в пользу ФИО11, кроме того, теневой оборот денежных средств, поступающих преимущественно от общества ПК «Контур» (участник ФИО11) и общества ПСК «Контур», а после их ликвидации от общества МК «Контур», существовал также между должником и ФИО4 (определения суда от 28.06.2023).

Как следует из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10 транзитное движение денежных средств, оформленное договорами, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения а возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии с пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Делая вывод о транзитном характере оспариваемых перечислений, прикрывающем перераспределение средств внутри группы лиц (обществ СК «СМУ 9», МК «Контур», ФИО11 и ФИО9), суды применили повышенный стандарт доказывания реальности выполнения ответчиком работ по договору подряда.

Применение к аффилированным лицам таких требований к доказыванию собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, установленными во вступивших в законную силу судебных актах по другим спорам обстоятельствами участия в транзите денежных средств должника; доступа  к оформлению внешне безупречных документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлечённым в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

Фактическое выполнение работ обществом МК «Контур», помимо непосредственно договора подряда, актов приёмки выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3, ответчиком достоверными доказательствами объективного характера не подтверждено.

Вместе с тем, особенности работ предполагают (при их реальном выполнении)  оформление документами объективного характера (составление которых зависит не только от аффилированных сторон) передвижения трудовых ресурсов, техники, приобретения, сертификации, хранения, использования в производстве  строительных материалов, расходных материалов согласования организационного взаимодействия, активирования скрытых работ, разработки технической документации на металлические конструкции.

Суды правильно оценили материалы дела, сформированные в большом объёме ответчиком, как касающиеся выполнения ответчиком аналогичных работ (изготовление монтаж алюминиевых конструкций), но на иных объектах.

В этой связи суд округа отмечает, что из материалов дела усматривается также то, что подобные работы на объекте по улице Петухова, могли быть выполнены ранее – а именно до периода второй половины 2021 года - начала 2022 года, к которому относятся спорные платежи, о чём косвенно свидетельствует договор подряда от 14.12.2019 № 12/19, упомянутый в томе 2 на листе 129.

В этой связи подтверждение со стороны ЖСК «На Петухова» выполнения работ (без ссылки на конкретные первичные учётные документы) факт их выполнения именно на основании договора подряда от 20.08.2021 № 14-2021 (указанного в назначении спорных платежей) не доказывает.

Кроме того, не соответствует обычаям делового оборота отсутствие в назначении спорных платежей ссылки на конкретные оплачиваемые акты КС-2.

Более того, сами по себе имеющиеся в материалах дела в большом объёме документы о выполнении ответчиком работ могут подтверждать его занятость на иных строительных объектах, но одновременно вызывают существенные и не опровергнутые сомнения в достаточности у ответчика ресурсов для одновременного их выполнения в совокупности со спорными работами (на реальности которых он настаивает), а равно в их выполнении своими ресурсами, а не изъятыми у должника.

Также суды правильно учитывали фактически одновременное перечисление появившихся у должника от заказчиков денежных средств аффилированным с должником ФИО4 (в период с 16.08.2021 по 31.03.2022, признаны недействительными определением суда от 19.07.2021) и ответчику (в период с 20.08.2021 по 28.02.2022 - оспариваемые платежи).

В отсутствие достоверных первичных документов, подтверждающих выполнение аффилированным контрагентом работ в счёт спорных платежей, требование  управляющего удовлетворено правомерно.

Поведение ответчика, получившего денежные средства в отсутствие встречного предоставления должнику, нельзя признать соответствующим добросовестному поведению независимого участника гражданского оборота.

Доводы ответчика о дальнейшем перечислении денежных средств аффилированным с ФИО11 лицам выводы судов не опровергают, поскольку после поступления спорных денежных средств в имущественную сферу должника, они приобретают обезличенный характер, а совершенные ответчиком платёжные операции образуют самостоятельные сделки, исходя из условий которых ответчик вправе заявить соответствующие требования сторонам таких сделок.

С учётом изложенного, суд округа считает, что судами установлена необходимая совокупность обстоятельств, необходимая для признания оспариваемые перечисления недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании части 4 статьи 283 АПК РФ меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов подлежат отмене.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024 по делу № А45-16270/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» - без удовлетворения.

Меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов по настоящему обособленному спору, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.05.2024, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                             Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                          Н.Б. Глотов

 

ФИО1