827/2018-41472(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-20918/2017

г. Краснодар

12 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 12 октября 2018 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Герасименко А.Н., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном  заседании Шевченко Михаила Ивановича – (паспорт), в отсутствие конкурного  управляющего общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственного  предприятия «Янкуль» (ИНН 2608800491, ОГРН 1132651013571)и иных лиц извещенных  надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем  размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Шевченко  Михаила Ивановича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от  04.06.2018 (судья Якунь В.Д.) и постановление Шестнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 03.08.2018 (судьи Егорченко И.Н., Марченко О.В.,  Сулейманов З.М.) по делу № А63-20918/2017, установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО СК «Янкуль»  (далее – должник) Шевченко М.И. обратился в суд с заявлением о включении в реестр  требований кредиторов должника 799 775 рублей задолженности.  

Определением суда от 04.06.2018, оставленным без изменения постановлением  суда апелляционной инстанции от 03.08.2018, в удовлетворении заявленных требований  отказано. Судебные акты мотивированы тем, что заявленные требования носят  корпоративный характер.  

В кассационной жалобе Шевченко М.И. просит отменить судебные акты, принять  новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. По мнению подателя  жалобы, судебные инстанции не установили обстоятельства, свидетельствующие о том,  что заемные денежные средства использовались для увеличения уставного капитала  должника. В материалах дела отсутствуют доказательства, указывающие  на корпоративный статус заявленного требования. Судебные инстанции неправомерно  

переквалифицировали гражданско-правовые отношения должника и кредитора в  отношения по поводу увеличения уставного капитала.  

В отзыве на жалобу конкурный управляющий общества с ограниченной  ответственностью сельскохозяйственного предприятия «Янкуль» просит судебные акты  суда первой и апелляционной инстанции оставить без изменения, отказать в  удовлетворении жалобы.  

В судебном заседании Шевченко М.И. поддержал доводы, изложенные в  кассационной жалобе.  

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в  деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба  не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, определением от 18.01.2018 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура наблюдения,  временным управляющим утвержден Рязанов Ю.А.  

Объявление о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» 20.01.2018 № 10.  

В обоснование заявленных требований Шевченко М.И. указывал на заключение  между ним (займодавец) и должником (заемщик) договора займа от 10.06.2015   № 1/06-2015, согласно которому займодавец обязуется предоставить заемщику денежные  сроества в сумме 612 тыс. рублей до 31.12.2016, под 20,511% годовых, а заемщик  возвратить займодавцу полученный им займ и уплатить проценты за пользование в сроки  на условиях договора. В обоснование финансовой возможности предоставить займ  Шевченко М.И. указывал на получение потребительского кредита по договору от  08.06.2015 № 42692 от ОАО «Сбербанк России» под 20,511% годовых.  

В подтверждение факта передачи денежных средств Шевченко М.И. представил  копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.06.2015 № 7 на сумму 612 тыс.  рублей с основанием платежа «согласно договору займа № 01/06-2015». В материалы дела  предоставлена копия договора о выдаче потребительного кредита на сумму 612 тыс.  рублей от 08.06.2015 № 42692, заключенного ОАО «Сбербанк России» и Шевченко М.И.  

Поскольку должник обязательства по возврату заемных средств не исполнил  Шевченко М.И. обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований  кредиторов должника задолженности в размере 799 775 рублей, в том числе 612 тыс.  рублей основного долга, 187 775 рублей процентов по договору.  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом  в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Федерального закона  

от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении  должника.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных  с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) арбитражным судам  даны следующие разъяснения. В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100  Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов  осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований  между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения,  с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.  При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить  из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении  которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие  признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о  банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило,  повышенный стандарт доказывания.  

Судебные инстанции установили, что на момент заключения договора займа  Шевченко М.И. является его руководителем и учредителем, то есть является  заинтересованным лицом по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о  банкротстве.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  в соответствии с которыми очередность удовлетворения требований аффилированных  (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся  корпоративными, понижается.  

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных  кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования  из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного  рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо  предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной  стоимости доли и т. д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют  гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе  по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если  бы заимодавец не участвовал в капитале должника).  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник  как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998   № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального  закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет  на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения  с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского  оборота, принятия стратегических управленческих решений и т. д.). Поэтому в случае  последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника  исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6  Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – Гражданский кодекс) на такого  участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица,  вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством  запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям  иных (независимых) кредиторов.  

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа  требований участников следует детально исследовать природу соответствующих  отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение  потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности,  предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных  условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении  заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия  на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться  вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства  формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной  целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц  количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается  обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих  на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит  бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания  гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора  конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления  финансирования на нерыночных условиях.  

Суды указали на отсутствие экономической обоснованности предоставления займа  под 20,511% годовых, поскольку Шевченко М.И. получил денежные средства на  аналогичных условиях от банка, что позволят квалифицировать займ как беспроцентный.  Шевченко М.И., как заинтересованное лицо, предоставлял заем должнику при наличии  признаков неплатежеспособности должника, следовательно, он не должен иметь  приоритет перед остальными независимыми кредиторами. Указанное соответствует  правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации  от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) и (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от  15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 и от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).  

В связи с этим судами сделан обоснованный вывод о недоказанности требования  Шевченко М.И., как вытекающего из договоров займа.  

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, правомерно применили  по аналогии нормы права, регулирующие корпоративные отношения, сославшись  на статью 2 Закона о банкротстве.  

Доводы заявителя отклоняются судом кассационной инстанции как основанные  на неверном толковании норм материального права в их системной взаимосвязи  с нормами Закона о банкротстве. Основания для отмены или изменения определения  и апелляционного постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам  отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),  не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 04.06.2018 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2018 по делу   № А63-20918/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий А.Н. Герасименко  Судьи Е.В. Андреева   И.М. Денека