ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-48122/2018

город Ростов-на-Дону

17 июня 2019 года

15АП-6957/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Ванина В.В.

судей Ковалевой Н.В., Чотчаева Б.Т.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 16.11.2016, паспорт;

от общества с ограниченной ответственностью «Урал»: ФИО2 по доверенности от 01.06.2017;

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 04.04.2019, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 27.02.2019 по делу № А32-48122/2018 

по иску ФИО5 

к ответчикам: обществу с ограниченной ответственностью «Урал», ФИО3 

о ликвидации общества, об установлении срока ликвидации, о назначении кандидатуры ликвидатора,

принятое в составе судьи Решетникова Р.А.

УСТАНОВИЛ:

ФИО5  (далее – истец, ФИО5) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» (далее – ООО «Урал», общество), ФИО3 (далее – ФИО3) о ликвидации общества, об установлении срока ликвидации шесть месяцев, о назначении кандидатуры ликвидатора.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.02.2019 исковые требования удовлетворены частично: общество ликвидировано. Обязанности по ликвидации общества возложены на арбитражного управляющего ФИО6. Арбитражного управляющего обязали представить в суд утвержденный ликвидационный баланс и завершить процедуру ликвидации общества в течение года с даты вступления в силу настоящего решения суда. С общества в пользу истца взыскали расходы по оплате госпошлины в размере 6 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

ФИО3 обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске. Апелляционная жалоба мотивирована следующим. Представленные в материалы дела доказательства не подтверждают невозможности либо существенного затруднения деятельности общества, в связи с чем вывод суда о существовании непреодолимых разногласий в вопросах управления обществом, которые влекут за собой невозможность продолжения такого управления на корпоративных началах, не основан на исследованных доказательствах. Ликвидация общества в данном случае не является единственным способом в разрешении корпоративного конфликта при наличии иных, установленных законом, возможностей его разрешения. Заявитель жалобы ссылается на то, что основной причиной конфликта, вопреки утверждениям истца и выводам суда первой инстанции, является не действия участника ФИО3, а систематическое уклонение второго участника от проведения аудиторской проверки общества. Кроме того, если, как утверждает истец, имеется спор между участниками общества по сумме подлежащей распределению прибыли, то он, как участник общества, не лишен права обратиться с таким иском о взыскании прибыли. Основанием для ликвидации общества в рассматриваемой ситуации такой спор быть не может. Из материалов дела следует, что общество осуществляет хозяйственную деятельность, регулярно, в соответствии с действующим законодательством, сдает бухгалтерскую отчетность. Согласно представленным в материалы дела бухгалтерским балансам общество имеет положительную динамику, работает с прибылью, стоимость активов существенно превышает размер кредиторской задолженности; задолженности по заработной плате и перед бюджетом общество не имеет. В отношении общества проводились проверки со стороны контролирующих органов, по результатам которых каких-либо нарушений со стороны руководителя общества не установлено.

В отзыве на апелляционную жалобу истец просил решение суда оставить без изменения.

Представитель ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.

Представитель общества возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней и отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со сведениями о юридическом лице из ЕГРЮЛ общество было создано 25.01.1999, сведения об обществе внесены в ЕГРЮЛ 21.12.2002 с присвоением ОГРН 

<

***>.

Участниками общества на момент рассмотрения дела являются ФИО5 и ФИО3, которым принадлежит по 50% доли в уставном капитале общества.

Как следует из иска, с момента создания общества директором общества является ФИО5

Между ФИО5 и ФИО3 возник корпоративный конфликт, что подтверждено представленными в материалы дела судебными актами, протоколами общих собраний участников общества и не отрицается лицами, участвующими в деле.

В частности, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2017 по делу № А32-40017/2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2017, отказано в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО5 об исключении участника из общества.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.11.2017 по делу            № А32-22869/2017 исковые требования ФИО3 к ФИО5, ООО «Урал» об обязании предоставить документы общества удовлетворены в части.

В рамках дела № А32-34886/2018 рассматривается иск ФИО3 к ФИО5 о взыскании ущерба в размере 13 451 085 руб.

Кроме того, в материалы дела представлены следующие документы:

- протокол очередного годового общего собрания участников ООО «Урал» от 28.04.2018, который не подписан участниками общества, ввиду невозможности достижения согласия по вопросам повестки дня (т. 1 л.д. 18-26);

- протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Урал» от 22.07.2017, который не подписан участниками общества, ввиду невозможности достижения согласия по вопросам повестки дня (т. 1 л.д. 27-38);

- протокол общего собрания учредителей ООО «Урал» от 17.07.2015 (т. 1 л.д. 39);

- протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Урал» от 18.04.2017 (т. 1 л.д. 40-44);

- протокол очередного годового общего собрания участников ООО «Урал» от 28.04.2017 (т. 1 л.д. 49-54).

Из представленных протоколов следует, что участниками общества не могут быть решены вопросов, касающихся деятельности общества.

Наличие в обществе корпоративного конфликта, делающего невозможным не только извлечение прибыли, но и ведение совместной деятельности участниками в целом, послужило основанием для обращения ФИО5 в суд с иском по настоящему делу.

В силу подпункта 5 пункта 3 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (в ред. Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ) юридическое лицо может быть ликвидировано по иску учредителя (участника) юридического лица в случае невозможности достижения целей, ради которых оно создано, в том числе в случае, если осуществление деятельности юридического лица становится невозможным или существенно затрудняется.

Пунктом 29 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» определен порядок действий при корпоративном конфликте, парализующем деятельность организации, - так называемом дедлоке. В таком случае в качестве одного из средств разрешения конфликта допускается предъявление требования о ликвидации компании, к примеру, если иные учредители (участники) юридического лица уклоняются от участия в нем, делая невозможным принятие решений в связи с отсутствием кворума. Также удовлетворение названного требования возможно в случае длительного корпоративного конфликта, в ходе которого существенные злоупотребления допускались всеми участниками хозяйственного товарищества или общества.

Ликвидация юридического лица в качестве способа разрешения корпоративного конфликта возможна только в том случае, когда все иные меры для разрешения корпоративного конфликта и устранения препятствий для продолжения деятельности юридического лица (исключение участника юридического лица, добровольный выход участника из состава участников юридического лица, избрание нового лица, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа и т.д.) исчерпаны или их применение невозможно.

Суд первой инстанции учитывает, что в корпорации отношения участников должны носить лично-доверительный характер и способствовать развитию целей, для которых оно создавалось и функционирует.

Корпорации создаются в соответствии с принципами рыночной экономики для достижения цели, имеющей частный характер (получения прибыли и удовлетворения иных потребностей их учредителей), однако взаимоотношения участников не должны приводить их к конфликтам при ведении общих дел, поскольку подобное не может считаться нормальным ведением общего бизнеса.

В соответствии с пунктом 2.1 Устава общества, утвержденного решением общего собрания участников от 20.04.2010, целью общества является извлечение прибыли.

Позиция истца, заключается в том, что участники общества на протяжении длительного времени не имеют возможности реализовать свое право на участие в управлении обществом. Решения по вопросам повестки дня либо не принимаются, либо не достигается кворума для принятия решения. Поскольку для участника коммерческого общества основной целью нахождения в обществе является, прежде всего, участие в его управлении путем принятия соответствующих решений, а также распределение прибыли, достичь указанных целей при имеющемся корпоративном конфликте и равном количестве долей у участников общества невозможно.

В суде первой инстанции представителями участников общества не оспаривался тот факт, что прибыль между ними несколько лет не распределяется, в результате чего цель, ради которой коммерческое юридическое лицо создавалось, не достигается.

Судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что материалами дела подтверждено наличие корпоративного конфликта и наличие неустранимых претензий участников общества друг к другу. Наличие возможности разрешения сложившегося корпоративного конфликта иным способом из материалов дела не усматривается. Наличие в производстве суда иных арбитражных дел с участием тех же лиц дополнительно свидетельствует о неразрешимом корпоративном конфликте.

Представленные в  дело протоколы общих собраний общества от 28.04.2018, 22.07.2017, 18.04.2017 свидетельствуют об отсутствии согласия участников по вопросам, указанным в повестках, а переписка между участниками общества (письмо от 26.08.2018 о необходимости подписания протокола общего собрания от 28.04.2018, заявления ФИО3 от 21.07.2015 о предоставлении документов общества, ответ на заявление от 21.07.2015, заявление ФИО3 от 28.07.2015 о приостановлении  выплат на текущие расходы предприятия, ответ на заявление от 28.07.2015, письмо от 11.08.2015 о включении в повестку дня дополнительных вопросов, ответ на письмо от 11.08.2015, письмо  ФИО3 о предоставлении первичной  декантации общества ревизору, письмо ФИО5 от 22.06.2017) свидетельствует о нежелании участников прийти к компромиссу.

ФИО3 инициирует не только судебные споры, но и обращения в правоохранительные и иные органы (т. 1 л.д. 68-69, 70, 71-74, 75-79, 80, 81-82, 83-84, 85-86).

Проанализировав позицию участников общества, изложенную ими в суде первой инстанции и в письменных пояснениях, суд первой инстанции верно констатировал высокую степень недоверия друг другу, наличие неприязненных отношений.

В подтверждение длительного и глубокого внутрикорпоративного конфликта в обществе свидетельствуют факты судебных споров между участниками общества (дела №№ А32-40017/2016, А32-22869/2017, А32-34886/2018).

При этом, преюдициальными для участников процесса судебными актами по делу № А32-40017/2016 установлено, что корпоративный конфликт при отсутствии иных способов должен быть разрешен сторонами посредством ликвидации общества или выхода из общества одного из участников.

Между тем, в спорной ситуации уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными его долями, достиг явно критической отметки в отсутствие доказательств того, что позиция одного из них является заведомо неправомерной.

Согласно объяснениям сторон, данным в суде первой инстанции, каждый из участников общества намерен сохранить имущество общества (недвижимое имущество для сдачи в аренду), однако, в силу корпоративного конфликта, не готов и не намерен доверять управление или раздел этого имущества второй стороне спора.

В данном случае, судом первой инстанции сделан верный вывод о невозможности разрешения корпоративного конфликта путем выход одного из участника из общества на фоне высокой степени недоверия друг к другу и наличия неприязненных отношений.

Довод участника общества ФИО3 о возможности дальнейшего осуществления деятельности юридического лица был верно отклонен судом, поскольку ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о возможности урегулирования спора мирным путем.

Истец настаивает на том, что в сложившейся ситуации дальнейшее существование общества невозможно при совместном участии сторон. По убеждению истца, единственным выходом является прекращение корпоративных отношений путем принудительной ликвидации юридического лица, поскольку урегулировать конфликт между участниками в добровольном порядке и разделить бизнес не представляется возможным. Кроме того, оба участника в своих доводах и возражениях ссылаются на взаимные злоупотребления по отношению друг к другу и обществу, действия, совершаемые в ущерб интересам общества, причинение тем самым убытков обществу, а также действия, направленные на затруднение деятельности общества.

Вышеприведенные факты и доводы участников общества, их многочисленные взаимные претензии и обвинения по отношению друг к другу, суд первой инстанции верно оценил как доказательства, подтверждающие существование в обществе глубокого кризиса корпоративных отношений его участников, высокую степень недоверия между ними, наличие непреодолимых разногласий в вопросах управления обществом и невозможность продолжения такого управления на корпоративных началах, что очевидно препятствует осуществлению обществом нормальной хозяйственной деятельности для достижения целей, ради которых оно создано.

Анализируя позицию сторон по делу, суд пришел к выводу, что желание ФИО3 сохранить действующим юридическое лицо обусловлено его намерением осуществлять единоличное управление обществом, будучи единственным его участником. К добровольному соглашению о прекращении корпоративных отношений участники конфликта на протяжении длительного времени не пришли. Доказательств интереса к совместному ведению бизнеса суду не представлено.

На основании указанных выше обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к выводу, что дальнейшее существование общества, где между участниками имеется длительный корпоративный конфликт, отсутствует возможность эффективного управления и как следствие достижение компромисса, будет умножать издержки и негативно сказываться на деятельности самого юридического лица. Иные способы урегулирования корпоративного конфликта между участниками общества, с учётом позиций участников, отсутствуют.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.10.2014 № 306-ЭС14-14, корпоративный конфликт является ситуацией в хозяйственном обществе, при которой уровень недоверия между участниками общества, владеющими равными долями, достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной. При данной ситуации целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями, предусмотренными действующим законодательством и учредительными документами.

Прекращение корпоративных отношений между двумя участниками корпорации, владеющими равными долями, путём ликвидации по инициативе одного из участников корпорации может являться целесообразным в качестве способа урегулирования корпоративного спора.

Проанализировав материалы дела, установив наличие кризиса корпоративных отношений между участниками общества, имеющих равное количество долей, высокую степень недоверия, наличие непреодолимых разногласий в вопросах управления обществом и невозможности продолжения такого управления на корпоративных началах, недоказанность возможности разрешения длительного корпоративного конфликта иным путём, что очевидно препятствует осуществлению обществом нормальной хозяйственной деятельности для достижения целей, ради которых оно было создано, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу, что ликвидация общества является единственным возможным способом разрешения сложившегося корпоративного конфликта.

Учитывая конкретные фактические обстоятельства дела, единственным способом разрешения корпоративного конфликта двух участников, имеющих в обществе равное количество долей (по 50%), является прекращение корпоративных отношений путем ликвидации юридического лица.

Принимая во внимание факт наличия в обществе достаточного имущества и отсутствие сведений о значительной задолженности, ликвидация общества с последующим разделом оставшегося имущества между участниками будет отвечать цели обоих участников общества по сохранению недвижимого имущества общества с целью дальнейшего использования для извлечения прибыли.

Аналогичная правовая позиция указана в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2016 по делу № А57-30921/2015, постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2016 по делу № А53-11452/2016, постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.06.2017 по делу № А56-46816/2016.

В удовлетворении требований, заявленных к ФИО3, судом первой инстанции было отказано, что в суде апелляционной инстанции не оспаривается.

В силу пункта 5 статьи 61 ГК РФ решением суда о ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительным документом, могут быть возложены обязанности по осуществлению ликвидации юридического лица. Неисполнение решения суда является основанием для осуществления ликвидации юридического лица арбитражным управляющим (пункт 5 статьи 62 ГК РФ) за счет имущества юридического лица. При  недостаточности у юридического лица средств на расходы, необходимые для его ликвидации, эти расходы возлагаются на учредителей (участников) юридического лица солидарно (пункт 2 статьи 62 ГК РФ).

В пунктах 7, 8, 9, 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 84 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что на основании пункта 3 статьи 61 ГК РФ арбитражный суд может возложить обязанность по ликвидации юридического лица на учредителей (участников) юридического лица либо на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами; в этом случае в решении о ликвидации юридического лица указываются сроки представления ими в арбитражный суд утвержденного ликвидационного баланса и завершения ликвидационной процедуры. Обязанность по ликвидации юридического лица может быть возложена на одного или нескольких известных арбитражному суду участников (учредителей) с указанием в решении в отношении юридического лица его наименования и места нахождения, а в отношении граждан - фамилии, имени, отчества, даты рождения и места жительства.

Арбитражный суд также вправе назначить ликвидатора, если при вынесении решения о ликвидации юридического лица по основаниям, указанным в статье 61 ГК РФ, придет к выводу о невозможности возложения обязанности по ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами.

Ликвидатором может быть назначено физическое лицо (в том числе лицо, не обладающее статусом арбитражного управляющего) с его согласия по предложению органа, обратившегося в арбитражный суд с заявлением о ликвидации юридического лица.

Внесение законодателем с 01.09.2014 дополнительного основания для ликвидации юридического лица по иску одного из его участников не свидетельствует об утрате актуальности рекомендаций, содержащихся в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 84 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 ГК РФ».

Системный анализ структуры, смысла и содержания приведенной выше нормы указывают на право суда либо возложить обязанность по ликвидации общества на одного из учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами, либо назначить ликвидатора, если при рассмотрении спора суд придет к выводу придет к выводу о невозможности возложения обязанности по ликвидации юридического лица на его учредителей (участников) или на орган, уполномоченный на ликвидацию юридического лица его учредительными документами.

Учитывая доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а также, принимая во внимание внутрикорпоративный конфликт между двумя участниками, высокую степень недоверия друг другу, и выяснив правовую позицию ФИО3, который категорически возражает против ликвидации общества, суд первой инстанции пришел к выводу, что возложение на участников общества обязанности по ликвидации общества в данной ситуации является заведомо неэффективным и нецелесообразным. В сложившейся корпоративной ситуации любые действия самих участников общества по исполнению решения суда неизбежно повлекут возникновение новых судебных споров.

При таких обстоятельствах в целях соблюдения баланса интересов сторон суд назначил ликвидатором общества арбитражного управляющего ФИО6. Возражений против кандидатуры арбитражного управляющего лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Назначение судом в качестве ликвидатора арбитражного управляющего не противоречит требованиям действующего законодательства.

В силу вышеизложенного основания для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы отсутствуют. Нарушения процессуального права, определенные частью 4 статьи 270 АПК РФ в качестве безусловных оснований отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлены. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.02.2019 по делу            № А32-48122/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий В.В. Ванин

СудьиН.В. Ковалева

 Б.Т. Чотчаев