АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4761/2023

19 октября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 октября 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Кучеренко С.О., Чумакова Е.С.

при участии:

от финансового управляющего ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 03.11.2022;

от публичного акционерного общества «Сбербанк России»:                 ФИО3, представителя по доверенности от 08.04.2022;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО4 – Дмитрова Виталия Владимировича

на определение Арбитражного суда Приморского края от 29.12.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023

по делу № А51-16591/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО4 –Дмитрова Виталия Владимировича

к Колесникову Ивану Юрьевичу

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6, ФИО7

в рамках дела о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Приморского края от 01.06.2021 ФИО4 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

В рамках данного дела о банкротстве гражданина 21.05.2022 финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) заключенного между ФИО4 и ФИО5 (далее также – ответчик) договора купли-продажи транспортного средства от 19.12.2019, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу спорного имущества.

К участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 и ФИО7.

Определением суда от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023, в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований отказано.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, финансовый управляющий ФИО1 в кассационной жалобе просит их отменить, признать договор купли-продажи от 19.12.2019 недействительным и взыскать с ФИО5 действительную стоимость спорного транспортного средства на момент его приобретения. В обоснование жалобы ее заявитель указывает на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие приобретение ФИО5 транспортного средства по цене, соответствующей рыночной стоимости, наличие у него финансовой возможности приобрести имущество по рыночной стоимости, а также получение ФИО4 равноценного встречного предоставления по сделке. Оспариваемая сделка совершена по заниженной цене с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и со злоупотреблением правом. Полагает, что обстоятельства получения ФИО5 кредита в размере 1 033 606 руб.       (1 010 000 руб. наличными) не подтверждают, что он приобрел транспортное средство по цене более высокой, чем указано в договоре купли-продажи от 19.12.2019, учитывая, что рыночная стоимость имущества значительно превышает сумму кредитных средств и составляет не менее 1 700 000 руб. (цена последующей продажи), а цели фактического расходования ответчиком заемных денежных средств не устанавливались. Считает, что продажа транспортного средства по цене, заниженной более чем в 46 раз, может свидетельствовать о недобросовестности ФИО5 и его прямой или косвенной осведомленности о противоправной цели ФИО4 вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания. Отмечает, что отчет об истории продаж спорного транспортного средства на интернет-сайте «Дром» не содержит информации о размещении должником объявлений о продаже автомобиля перед совершением сделки с ответчиком.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Представители конкурсного кредитора публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк) в отзыве и в судебном заседании согласились с доводами кассационной жалобы финансового управляющего, в дополнении указав, что ФИО5 является участником обособленного спора о признании недействительными сделок ФИО4 по отчуждению земельного участка, что может служить доказательством аффилированности ответчика и должника.

Представитель Марчука М.А. в отзыве на кассационную жалобу ссылался на отсутствие условий для применения последствий недействительности договора купли-продажи от 19.12.2019 в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу должника, учитывая, что спорное имущество перешло в собственность добросовестного приобретателя.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в отсутствие других участвующих в деле лиц.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 29.12.2022 и постановления от 09.08.2023, с учетом доводов кассационной жалобы и отзывов на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, 19.12.2019 между ФИО4 (продавец) и ФИО5  (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства – Porsche Panamera, VIN 

<

***>, кузов WP0AC2A7 XAL091734, цвет черный, 2010 г.в., регистрационный номер 

<

***> по цене 50 000 руб.

Полагая, что отчуждение имущества произведено со злоупотреблением правом по явно заниженной стоимости, с целью вывода имущества должника во избежание обращения на него взыскания и расчета с кредиторами, чем причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а также главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI данного Закона.

В соответствии со статьей 213.11 Закона о банкротстве требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном данным Федеральным законом.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано, в том числе финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Возможность признания недействительными подозрительных сделок должника предусмотрена статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьем – пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 19.12.2019 в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (21.10.2020), то есть в период подозрительности, определенный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона                                     «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 63).

Исходя из разъяснений абзаца четвертого пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25                  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

В то же время следует учитывать, что правонарушение, заключающееся в совершении сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, охватывается составом подозрительных сделок, установленным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить, что оспариваемая сделка обладает пороками, выходящие за пределы подозрительной сделки. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 и от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что совершение сделки с неравноценным встречным предоставлением, а также заинтересованность ФИО5 по отношению к ФИО4 и его осведомленность о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, не подтверждены; в рассматриваемом случае отсутствует как цель причинения вреда имущественным правам кредиторов (сделка не является безвозмездной), так и само по себе причинение вреда кредиторам (сделка не ухудшила финансовое положение должника, не уменьшила стоимость его активов и не увеличила размер его обязательств), суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели необходимых условий для признания договора купли-продажи от 19.12.2019 недействительным как подозрительной сделки по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и ничтожным как сделки, совершенной со злоупотреблением правом, в силу статей 10 и 168 ГК РФ, в связи с чем отказали в удовлетворении требований финансового управляющего.

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что договор купли-продажи от 19.12.2019 подлежит признанию недействительным, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие приобретение ФИО5 транспортного средства по цене, соответствующей рыночной стоимости, наличие у него финансовой возможности приобрести имущество по рыночной стоимости, а также получение ФИО4 равноценного встречного предоставления по сделке; продажа транспортного средства по цене, заниженной более чем в 46 раз, может свидетельствовать о недобросовестности ответчика и его прямой или косвенной осведомленности о противоправной цели должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания, отклоняются судом округа.

Как обоснованно отметил апелляционный суд, в рассматриваемом случае сторонами договора выступили физические лица, которые при покупке транспортного средства исходили из личных нужд.

Следовательно, к такой сделке, при недоказанности взаимосвязи между продавцом и покупателем и наличия у них намерения вывести имущество с целью недопущения обращения взыскания на него, презюмируется основанная на статье 1 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота и совершение ими действий с целью достижения обычных в этих взаимоотношениях целей: для продавца – реализовать имущество за максимально возможную в условиях текущего спроса цену, для покупателя – приобрести имущество с максимально возможным снижением от цены предложения. В случае участия в сделке заинтересованных, взаимосвязанных сторон, либо наличия совместных действий, не соответствующих стандартному поведению обычных участников гражданского оборота, применяется повышенный стандарт доказывания и указанная презумпция не учитывается.

Каких-либо мотивов, позволяющих усомниться в намерении продавца (должника) получить от реализации имущества его рыночную стоимость, а также допускающих признать договор совершенным без получения встречного исполнения, финансовым управляющим не приведено.

Указание сторонами в тексте договора явно заниженной стоимости отчуждаемого транспортного средства – 50 000 руб. является в определенной степени стандартной практикой при заключении договоров соответствующего вида между физическими лицами, и не свидетельствует о намерении сторон причинить вред потенциальным кредиторам должника и самому должнику; само по себе заключение договора купли-продажи транспортного средства не противоречит формальным требованиям гражданского законодательства, не содержащего запретов и ограничений относительно указания стоимости отчуждаемого имущества.

В данном случае финансовый управляющий, оспорив договор купли-продажи от 19.12.2019 по мотивам отсутствия равноценного встречного предоставления со стороны покупателя, ограничился ссылкой на проставленную в договоре цену, не получил от должника и не представил в суд письменные объяснения об обстоятельствах заключения сделки и произведенных сторонами расчетах.

В материалы данного обособленного спора не представлено доказательств того, что ФИО5 и ФИО4 имеют какие-либо родственные связи либо находятся в приятельских, деловых отношениях, иным образом являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, что объясняло бы практически безвозмездное отчуждение транспортного средства, при том, что ответчик открыто владел спорным имуществом достаточно длительное время и оно в последствии перешло в собственность третьего лица, никак не связанного с должником.

Вместе с тем апелляционным судом установлено и из материалов дела следует, что накануне заключения договора-купли продажи от 19.12.2019 ФИО5 получил кредит на сумму 1 033 606 руб. (1 010 000 руб. наличными) в Банке ВТБ (публичное акционерное общество).

После совершения 19.12.2019 спорной сделки ФИО5 14.05.2020 заключил договор купли-продажи с ФИО8, по условиям которого стоимость транспортного средства составляла 10 000 руб.

В последующем ФИО8 отчудила спорное транспортное средство по договору купли-продажи от 11.06.2021 Марчуку М.А., также указав стоимость транспортного средства в размере 10 000 руб., при том, что реальная цена сделки составила 1 700 000 руб.

При совершении сделки 11.06.2021 присутствовала как ФИО8 (лицо, за которым был зарегистрирован автомобиль), так и ФИО5 Как понял действовавший от имени Марчука М.А. – ФИО7 (сын покупателя), указанные лица являлись супругами. Об обстоятельствах заключения оспариваемой сделки с должником Марчуку М.А. не известно (соответствующие сведения предоставлены третьим лицом суду в отзыве на заявление финансового управляющего).

При таких обстоятельствах, в данном конкретном случае у нижестоящих судов не имелось оснований полагать, что цена в договоре купли-продажи от 19.12.2019 не была указана формально, и транспортное средство действительно продано ФИО4 постороннему лицу за 50 000 руб., что свидетельствовало бы о неравноценности спорной сделки.

Кроме того, судом апелляционной инстанции обоснованно учтено, что в рассматриваемом случае степень добросовестности поведения                    ФИО4, принявшего исполнение от покупателя в условиях своей неплатежеспособности, подлежит оценке и должна являться предметом судебного контроля при решении вопроса о применении правила об освобождении (неосвобождении) должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, но не может служить самостоятельным основанием для удовлетворения требований об оспаривании указанной сделки при установленных судом фактических обстоятельствах.

Доводы ПАО Сбербанк, поддержанные в судебном заседании представителем финансового управляющего, о том, что ФИО5 также является участником спора о признании недействительными цепочки сделок по отчуждению должником недвижимого имущества, не принимаются судом округа, поскольку договор купли-продажи от 06.08.2020 земельного участка, стороной которого выступает ответчик, не является предметом рассматриваемого спора. Доводы о предполагаемой заинтересованности ФИО5, с учетом приобретения им у должника не только транспортного средства, но и другого имущества, в судах первой и апелляционной инстанций не приводились (статья 65 АПК РФ). 

Ссылка на то, что отчет об истории продаж спорного транспортного средства не содержит информации о размещении ФИО4 объявлений о продаже автомобиля на интернет-сайте «Дром» перед совершением спорной сделки с ответчиком, признается несостоятельной, поскольку данное обстоятельство само по себе не подтверждает, что должник не использовал иные способы информирования потенциальных покупателей о намерении реализовать принадлежащее ему имущество.

Иные доводы кассационной жалобы также не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций и в целом направлены на переоценку фактических обстоятельств спора, а также представленных в материалы дела доказательств.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Поскольку на представленном финансовым управляющим платежном поручении от 08.09.2023 № 828181 отсутствует отметка о дате списания денежных средств со счета плательщика, оно не может быть принято в качестве надлежащего доказательства уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы, в связи с чем, с ФИО4 на основании статьи 110 АПК РФ и подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 29.12.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 по делу № А51-16591/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                               Е.О. Никитин

Судьи                                                                                        С.О. Кучеренко

Е.С. Чумаков