ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

22.10.2020Дело № А40-1253/17

Резолютивная часть постановления оглашена 15 октября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Каменецкого Д.В., Петровой Е.А.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Зерновая компания «Настюша» – ФИО1 по доверенности от 13.02.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Зерновая компания «Настюша»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2020

по заявлению о включении требований акционерного общества «Московский комбинат хлебопродуктов» в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Зерновая компания «Настюша»

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом), общества с ограниченной ответственностью Зерновая компания «Настюша»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2018 общество с ограниченной ответственностью Зерновая компания «Настюша» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление акционерного общества «Московский комбинат хлебопродуктов» (далее – кредитора) о включении требований в размере 9 694 064.554,81 руб. в реестр требований кредиторов должника, в удовлетворении которого определением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2020 было отказано.

Обжалуемым постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2020 было отменено, требования кредитора в заявленном им размере были признаны обоснованными, но подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований реестровых кредиторов.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на кассационную жалобу, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

Судами отмечено, что требования кредитора, заявленные в рамках настоящего обособленного спора,  основаны на вступившем в законную силу определении Арбитражного суда Московской области от 27.08.2019 по делу № А41-34824/16, в соответствии с которым были признаны недействительными сделками ранее заключенные между кредитором (займодавцем) и должником (заемщиком) договоры займа.

Как следствие, суд обязал должника возвратить в конкурсную массу кредитора денежные средства в размере 9 694 064 554,81 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленного кредитором требования, суд первой инстанции указал на наличие фактической аффилированности между должником и кредитором, что предоставление кредитором должнику заемных денежных средств имеет своей целью пополнение оборотных средств с целью наращивания контролируемой кредиторской задолженности.

Также суд первой инстанции указал на то, что кредитором не были возвращены денежные средства, полученные от должника.

Кроме того, судом первой инстанции было отмечено, что кредитором был пропущен срок для обращения с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что разрешение вопросов о том, что выдавая спорные займы должнику действовал кредитор действовал в обход закона, восполнял недостаточность оборотного капитала должника, - не является предметом исследования по настоящему спору в связи с тем, что кредитор основывает свои требования не на договорах займа, а на вступившем в законную силу судебном акте.

Согласно пункту 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При этом, как отметил суд апелляционной инстанции, при рассмотрении заявления о признании недействительными сделок Арбитражным судом Московской области была исследована правовая природа договоров займа.

Вместе с тем, при рассмотрении данного требования, следует учитывать правовые позиции высшей судебной инстанции в отношении требований основанных на капитало-замещающем финансировании, займах, лишь при определении очередности удовлетворения таких требований, поскольку судом был решен вопрос о применении последствий недействительности сделки.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что в материалы дела не представлены доказательства того, что признанные недействительными договоры займа имели транзитный характер с дочерней организацией, что исключает возможность вывода о неприменении последствий недействительности следок.

Вместе с тем, кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, а также стремится повысить вероятность исполнения заемщиком своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

Если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами, свидетельствуют о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Положение статьи 2 Закона о банкротстве, исключающее из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, определяется также тем, что характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Участники общества-должника ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут риск наступления негативных последствий своего управления им.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника, в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений.

Поэтому, в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием (корпоративные отношения), не могут являться его кредиторами в деле о банкротстве; требования участника юридического лица не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами-участниками ражданского оборота: участники должника вправе претендовать лишь на часть имущества общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Такое толкование соответствует основным началам гражданского законодательства, определяющим возможность ограничения гражданских прав только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, а также принципу добросовестности участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым, очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что сам тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Таким образом, в случае заемного финансирования необходимо исследовать правовую природу заявленного требования для определения допустимости его включения в реестр, обстоятельства выдачи денежных средств, а также степень влияния кредитора-учредителя на управление делами общества.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

В данном случае суд первой инстанции пришел к выводу о корпоративном характере правоотношений сторон.

Между тем, приходя к выводу о корпоративном характере правоотношений сторон, суд первой инстанции не учел разъяснения, изложенные выше.

Внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Отказ во включении в реестр и не применении каких-либо последствий в отношении указанного требования, по сути свидетельствует о неисполнимости принятого и вступившего в законную силу судебного акта по недействительной сделке.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному им и правомерному выводу о том, что требования кредитора с учетом аффилированности подлежат удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

Нарушения суда первой инстанции были устранены судом апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем, оснований для иной оценки выводов суда у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако подлежат отклонению, так как они основаны на ошибочном толковании норм права, противоречат материалам дела и направлены на переоценку выводов суд по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебного акта, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2020 по делу № А40-1253/17 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Д.В. Каменецкий

Е.А. Петрова