ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-41255/2021

15 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Слобожаниной В.Б.

судей Зайцевой Е.К., Нестерова С.А.,

при ведении протокола судебного заседания: до перерыва секретарем ФИО1, после перерыва секретарем ФИО2,

при участии (до и после перерыва): 

от истцов: представитель ФИО3 по доверенности от 24.08.2021 и от 21.04.2021;

от ответчика: представители ФИО4 по доверенности от 15.03.2021 и ФИО5 по доверенности от 25.06.2021;

от 3-го лица: не явился, извещен;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-15120/2022) ФИО6 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2022 по делу № А56-41255/2021 (судья Чекунов Н.А.), принятое по иску

общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» в лице ФИО7 как представителя в силу закона 

к ФИО6

3-е лицо: ФИО8 

о взыскании убытков

и по иску 

ФИО6 

к обществу с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии»

о взыскании действительной стоимости доли и процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» (далее – ООО «МСТ», Общество, истец) в лице ФИО7 как представителя в силу закона (с учетом п. 2 ст. 53, п. 1 ст. 65.2 ГК РФ, п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - суд) с исковым заявлением к ФИО6 (далее - ответчик) о взыскании 39 106 853 руб. 04 коп. убытков.

Определением суда от 06.10.2021 данное дело объединено в одно производство с делом № А56-56272/2021, возбужденному по иску ФИО6 к Обществу о взыскании 34 752 080 руб. действительной стоимость доли, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых на сумму долга по правилам статьи 395 ГК РФ за период с 11.06.2021 по дату исполнения обязательства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Решением суда от 04.04.2022 иск Общества удовлетворен полностью в размере 39 106 853 руб. 04 коп.; иск ФИО6 удовлетворен частично в размере 24 359 000 руб., в удовлетворении остальной части в иска ФИО6 отказано. В результате зачета с ФИО6 в пользу Общества взыскано 14 747 853 руб. 04 коп. денежных средств, 62 084 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины и 33 920 руб. судебных расходов на проведение экспертиз.

ФИО6, не согласившись с решением суда, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований Общества и удовлетворении исковых требований ФИО6 в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы Общество указало, что из представленных истцом доказательств не усматривается причинно-следственная связь между действиями бывшего генерального директора и возникшей недостачей товарно-материальных ценностей (далее - ТМЦ), позволяющая однозначно квалифицировать действия ФИО6 как виновные и являющиеся основанием для возложения на ответчика имущественной ответственности, при этом судом не учтено, что в нарушение п. 3 ст. 11 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ, п. 27 ПБУ от 29.07.1998 № 34н обязательная при смене материально-ответственного лица инвентаризация обществом не проводилась предусмотренные законодательством о бухгалтерском учете в сроки (позднее последнего рабочего дня), проведение инвентаризации было инициировано новым руководством ООО «МСТ» спустя месяц работы предприятия в штатном режиме, под руководством нового директора. Более того, как указал податель жалобы, инвентаризация проведена в отсутствие ответчика, при этом Общество надлежащим образом не уведомило ФИО6, ни о начале проведения инвентаризации, ни о ее результатах. Доказательств надлежащего направления (вручения) ФИО6 юридически значимых сообщений Обществом не представлено, при этом курьерская служба ООО «МБИ Санкт-Петербург» (MAIL BOXES ETC.), через которую якобы было направлено уведомление о проведении инвентаризации, опровергает факт отправки документов по накладной № 22156662 от 11.06.2020. Почтовое отправление от ООО «МСТ» по накладной № 022156662 на склад курьерской службы не поступало и соответственно не отправлялось (т. 5 л.д. 194). Документы (опись, накладная, уведомление о доставке), представленные Обществом в доказательство отправки, визуально похожи на те, что оформляются данной курьерской службой, но в тоже время имеют ряд отличий и признаков, заставляющих, по мнению подателя жалобы, усомниться в их достоверности, Утверждение суда о том, что ФИО6 было получено письмо-извещение о результатах инвентаризации не соответствует действительности, поскольку согласно данным с интернет-сайта Почты России отправление с трек-номером 19711051028674 было возращено отправителю и получено им 31.03.2021 (т. 5, л.д. 172-174).

Давая оценку результатам инвентаризации, суд, по мнению подателя жалобы, не принял во внимание положения Приказа Минфина РФ от 13.06.1995 № 49 «Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств», при этом возражения ответчика относительно допущенных Обществом нарушений процедуры проведения инвентаризации отвергнуты судом необоснованно, поскольку Обществом были нарушены требования Методических указаний Минфина Российской Федерации № 49 от 13.06.1995 при проведении инвентаризации; кроме того, результаты инвентаризации не были отражены Обществом в бухгалтерском учете за 2020 год как убытки в нарушение ч. 4 ст. 11 ФЗ №402 от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» (т. 5 л.д.78-98, л.д. 113-125).

Более того, податель жалобы полагает, что в основу вывода суда о доказанности совокупность условий, необходимых для возложения на ответчика имущественной ответственности за недостачу ТМЦ, положены доказательства, не отвечающие требованиям ст. 68, 71 АПК РФ, поскольку инвентаризационная опись № 3 от 07.07.2020, сличительная ведомость № 3 от 07.07.2020, справка бухгалтера от 07.07.2020 получены по результатам инвентаризации, проведенной с нарушением процедуры, сличительная ведомость составлена и подписана не главным бухгалтером и членом инвентаризационной комиссии ФИО9, а заинтересованными лицами ФИО8 и бухгалтером ФИО10, которая не принимала участие в инвентаризации, и, кроме того, является зависимым от директора ООО «МСТ» лицом; допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 подтвердил тот факт, что он принимал участие в инвентаризации лишь один день - 26.06.2020. Экспертное исследование ФБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы» № 973/10 от 20.04.21, по мнению подателя жалобы, также не может являться достоверным доказательством размера убытков, причиненных недостачей ТМЦ, поскольку в основе исследования лежат вышеперечисленные документы, достоверность которых экспертом не проверялась, поскольку это выходит за пределы его компетенции, о чем в заключении сделана соответствующая оговорка.

Письменные заверения руководителя ООО «ЛОГИ-КО», оформленные справкой от 26.10.21 (т.6, л.д.43), по мнению подателя жалобы, не могут достоверно свидетельствовать о невозможности исчезновения ТМЦ со склада в период отсутствия ФИО6 на посту генерального директора Общества, при этом судом не учтено, что ООО «ЛОГИ-КО» осуществляет ответственное хранение ТМЦ на складах истца по договору хранения № 12 от 01.04.2020 (т.5, л.д. 62-74) и ответственность за недостачу ТМЦ согласно п.п. 4.1.1.1, 4.1.1. Договора лежит на хранителе, в связи с чем ФИО6 является ненадлежащим ответчиком по требованию истца о взыскании убытков за недостачу ТМЦ, помещенных на склад хранителя в соответствии с договором хранения № 12 от 01.04.2020.

Непредоставление бывшим генеральным директором Общества опровергающих доказательств - документов и иных доказательств, свидетельствующих о наличии указанных товарно-материальных ценностей в распоряжении ООО «МСТ», по мнению подателя жалобы, необоснованно учтено судом как обстоятельство, указывающее на виновность действий ответчика, при том, что бывший генеральный директор лишен объективной возможности представления таких доказательств, так как при оставлении должности вся документация была передана ответчиком обществу, что подтверждается, в том числе, актом приема-передачи от 08.07.2020 (т 5, л.д. 192) и отсутствием соответствующих претензий со стороны общества к ответчику.

Удовлетворяя требование истца о взыскании убытков в размере 3 666 351,84 руб., судом не дана оценка представленным ответчиком доказательствам, которые обосновывают порядок списания ТМЦ в Обществе, при этом решение о списании принималось руководителем согласно п. 125 Приказа Минфина России от 28.12.2001 № 119н на основании необходимой информации, подготовленной бухгалтерской службой и ответственным за организацию хранения ТМЦ ФИО8 (учредитель, коммерческий директор). Ответственность за организацию материально-технического снабжения предприятия, деятельности по хранению, транспортировке и сбыту продукции, координацию хранения готовой продукции возложена на коммерческого директора на основании части 2 должностной инструкции от 07.09.2009 (т. 7, л.д. 24-25); утилизация списанного имущества в ООО «МСТ» согласно пояснениям ФИО6 не осуществлялась, так как вывоз и утилизация медицинского оборудования требовали дополнительных затрат и это было экономически не целесообразно, в связи с чем часть списанного имущества находилась на балансе организации с 2012 года, а часть безвозмездно передавалась в качестве демонстрационных пособий в институты, организации, с которыми Общество осуществляло сотрудничество в целях экономии средств организации 

Оспаривая вывод суда о том, что сделка по продаже автомобиля была совершена на не выгодных для ООО «МСТ» условиях, в связи с тем, что предоставление, полученное по сделке Обществом, ниже рыночной стоимости автомобиля, полученного по сделке ФИО6, податель жалобы указал, что судом не применил заявленный истцом пропуск срока исковой давности, а также не приняты во внимание пояснения ответчика о том, что все расходы по техническому содержанию спорного автомобиля он осуществлял лично за счет собственных средств, а также о том, что в представленном истцом отчете об оценке рыночной стоимости автомобиля при определении рыночной стоимости не применялся коэффициент ускоренной амортизации.

Помимо этого, податель жалобы указал, что судом не принято во внимание то, что ООО «Профиклинка+» является зависимым обществом (доля участия ООО «МСТ» - 24%). Соглашение о предоставлении безвозмездной финансовой помощи ООО «Профиклинка+» от 03.03.2015 (т. 4, л.д. 57), было заключено на основании Протокола № 5 общего собрания участников ООО «МСТ» от 26.02.2015 (т.4, л.д.75), которым единогласно было приято решение о предоставлении ООО «Профиклинике+» безвозмездной финансовой помощи, при этом судом не дана оценка доказательствам, подтверждающим факт предоставления встречного исполнения ООО «Профиклиника+», а именно; опросам ФИО6 (ответчика) (л.д, Т.4, л.д. 17-24), ФИО9 (т.4, л.д. 36-41), ФИО12(Т.4, л.д. 92-94), ФИО13.(т. 4, л.д. 27-30), приглашением (т. 4, л.д, 86), из которых следует, что ООО «Профиклинка+» предоставляло 24.11.2017 свое помещения для презентации оборудования, продаваемого ООО «МСТ», инвентаризационной ведомостью ООО «Профиклинника+» от 19.02.2020 (т. 4, л.д. 95-98), согласно которой на территории ООО «Профиклинника+» находилось имущество и оборудование ООО «МСТ». Таким образом, как полагает податель жалобы, безвозмездная финансовая помощь в адрес ООО «Профиклиника+» согласно решению участников и соглашению между компаниями покрывалась встречным исполнением. 

Кроме того, ФИО6 указал, что судом не учтено, что Общество уже реализовало свое право на возмещение убытков, связанных с перечислением денежных средств в ООО «Профиклинка+», путем предъявления иска непосредственно к ООО «Профиклиника+» и вступившим в законную решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-50870/2021 с ООО «Профиклиника+» в пользу ООО «МСТ» взыскано неосновательное обогащение в размере 6 079 662 руб. (т. 7, л.д. 64-66); а также судом необоснованно не принято во внимание заявление ответчика о пропуске обществом срока исковой давности по данному требованию, который следует исчислять с момента, когда участники проголосовали за создание ООО «Профиклиника+» и за предоставление безвозмездной помощи, то есть с января 2015 года.

Податель жалобы полагает, что судом не дана надлежащая оценка представленным доказательствам фактического осуществления трудовой деятельности ФИО12 в ООО «МСТ», а выводы суда об обратном противоречат материалам дела, при этом судом необоснованно отклонено заявление ФИО6 о пропуске истцом срока исковой давности по данным требованиям, а также не учтено, что истцом не представлено доказательств нарушения прав Общества и причинения убытков в результате трудовой деятельности ФИО12 в ООО «МСТ», незаконность которой не доказана обществом, поскольку трудовой договор с ФИО12 не был оспорен в порядке и сроки, установленные трудовым законодательством.

Оспаривая выводы суда первой инстанции в части отказанных требований по иску ФИО6, податель жалобы указал, что в обоснование размера заявленных требований ФИО6 был представлен расчет стоимости доли, произведенный на основании данных бухгалтерского баланса общества за 2019 год, при этом, по мнению подателя жалобы, бухгалтерская отчётность Общества по состоянию на 31.12.2019 не подлежит пересмотру, в том числе экспертом, поскольку иное приводит к одностороннему удовлетворение интересов Общества перед правами и законными интересами вышедшего участника и не соответствует требованиям законодательства о бухгалтерском учете.

Результаты инвентаризации от 07.07.2020, по мнению подателя жалобы, не могли повлиять на величину чистых активов Общества на 31.12.2019, поэтому в принципе не подлежали учету при определении экспертом стоимости чистых активов и доли ФИО6 по состоянию на 31.12.2019.

Также податель жалобы указал, что действительная стоимость доли в уставном капитале Общества должна определяться с учетом рыночной стоимости основных средств как движимого, так и недвижимого имущества, что в рамках проведенной по делу судебной экспертизы сделано не было, при этом заключение эксперта №78-22/03-СЭ от 27.01.2022, по мнению ФИО6, не может являться надлежащим доказательством по делу, поскольку выводы и результаты проведенной по делу экспертизы вызывают сомнения в их достоверности, в подтверждение чего податель жалобы сослался на приобщенное в материалы дела заключение специалиста № 649/22 от 28.02.22. В этой связи, подателем жалобы также заявлено повторное ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы в соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ.

Помимо этого, ФИО6, полагает, что если стоимость доли взыскивается с Общества с учетом произведенной в 2020 году инвентаризации, то исковые требования Общества в части возмещения убытков, причиненных недостачей ТМЦ, подлежат удовлетворению только в оставшейся части, то есть в размере 11 777 909,59 рублей (66 % от общей суммы недостачи), поскольку 5 999 000 руб. (34%) уже вычтены из суммы, подлежащей выплате ФИО6, и, как следствие, если исковые требования Общества удовлетворяются судом в полном объеме, то с Общества подлежит взысканию стоимость доли, определенная без учета инвентаризации и производится зачет. 

Кроме того, ФИО6 указал, что суд первой инстанции не указал мотивы отказа в удовлетворении требований ФИО6 в части взыскании с Общества процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ за несвоевременное исполнение обязательства по выплате действительной стоимости доли.

23.06.2022 в апелляционный суд поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому Общество просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

В судебном заседании 25.06.2022 представители ФИО6 доводы апелляционной жалобы, а также ходатайства о приобщении в материалы дела дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе, и о назначении повторной судебной финансово-экономической экспертизы поддержали, просили решение суда в обжалуемой части отменить.

Представитель Общества по доводам апелляционной жалобы и против удовлетворения ходатайств ФИО6 возражал, поддержал позицию отзыва на апелляционную жалобу.

Рассмотрев ходатайство ФИО6 о приобщении в материалы дела дополнительных доказательств (приложения к апелляционной жалобе № 1-6) определением от 29.06.2022, вынесенным в порядке части 5 статьи 184 АПК РФ, апелляционный суд отказал в приобщении в материалы дела дополнительных документов, не представлявшихся в суд первой инстанции в отсутствие уважительных причин, что в силу части 2 статьи 268 АПК РФ исключает возможность их принятия на стадии апелляционного производства.

В судебном заседании от 29.06.2022 в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 15 час. 35 мин. 06.07.2022 для представления Обществом контрасчета процентов за пользование чужими денежными средствами.

30.06.2022 и 04.07.2022 в апелляционный суд поступили ходатайство ФИО6 о приобщении в материалы дела расчета процентов за пользование чужими денежными средствами, а также отзыв Общества в части требований ФИО6 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами с приложением контрасчета.

После окончания перерыва судебное разбирательство продолжено в том же составе суда при ведении протокола судебного заседания ФИО2 с участием представителей сторон, которые поддержали свои позиции.

Законность и обоснованность решения проверены в обжалуемой части в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, до 02.06.2020 участниками ООО «МСТ» являлись ФИО7, которому принадлежала доля в размере 33% уставного капитала Общества, ФИО8 - 33% уставного капитала Общества и ФИО6- 34% уставного капитала Общества.

С 04.10.2008 ФИО6 осуществлял функции единоличного исполнительного органа ООО «МСТ» согласно приказу № ОЗбк от 04.10.2008. 

В мае - июне 2020 года из-за разногласий коммерческого характера между В.П. Палария, ФИО8, с одной стороны, и ФИО6 - с другой, возник корпоративный спор. В результате 02.06.2020 ФИО6 было подано заявление о снятии с себя полномочий генерального директора и 05.06.2020 - заявление о выходе из состава участников ООО «МСТ».

Протоколом общего собрания участников ООО «МСТ» от 02.06.20 г. были досрочно прекращены полномочия ФИО6 как генерального директора ООО «МСТ».

В обоснование исковых требований Общество указало, что на основании приказа № 5 от 26.06.2020 Обществом с целью выявления фактического наличия товарно-материальных ценностей, сопоставления фактического наличия продукции с данными бухгалтерского учета, в период с 26.06.2020 по 07.07.2020 была проведена инвентаризация, по итогам которой составлена инвентаризационная опись ТМЦ № 3 от 07.07.2020 и выявлена недостача ТМЦ в размере 17 776 909,59 руб.

Как указал истец, ФИО6 был извещен о проведении инвентаризации, однако не выразил желания участвовать в инвентаризации. В дальнейшем Обществом ФИО6 было направлено письмо-информирование о результатах инвентаризации, а также запрос письменных объяснений по фактам образования недостачи. Однако данные письма ФИО6 не получил, и, как следствие, Общество не получило от ответчика каких-либо объяснений.

В этой связи истец полагает, что ненадлежащее выполнение ФИО6 своих обязанностей руководителя общества, выразившееся в: отсутствии материально-ответственных лиц на предприятии, осуществляющем торговую деятельность; отсутствии оформленных должностных инструкций с лицами, осуществляющими получение и отгрузку товарно-материальных ценностей; отсутствии надлежащего учета товарно-материальных ценностей; отсутствии систематического контроля и непроведении предусмотренных законом инвентаризаций, привело к причинению Обществу убытков в размере 17 776 909,59 руб.

Для подтверждения указанной суммы убытков истцом в материалы дела также представлен акт экспертного исследования ФБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы» № 973/10 от 20.04.2021, которым установлено превышение учетных данных над фактическим наличием товарно-материальных ценностей (недостачи согласно сличительной ведомости) в количестве 1 234,500 единиц на сумму 17 776 909,59 руб.

Также Общество указало, что ФИО6 при исполнении своих обязанностей генерального директора ООО «МСТ» было произведено списание следующих товарно-материальных ценностей:

- 30.04.2019 на основании акта № 0000-000001 от 30.04.2019 о списании товаров были списаны товарно-материальные ценности на сумму 2 175 534,21 руб.;

- 30.12.2019 на основании акта № 0000-000002 от 30.12.2019 о списании товаров были списаны товарно-материальные ценности на общую сумму 1 490 817,63 руб.

В актах о списании товаров от 30.04.2019 и от 30.12.2019 в качестве причин списания товаров указывается: «нет в наличии», «не соблюдены условия комплектации», «нарушена пластиковая обшивка, реализации не подлежит», «вышел из строя, ремонту и реализации не подлежит», «ремонту и реализации не подлежит», при этом, как указал истец, ответчик, будучи генеральным директором Общества, не организовал оформление первичных учетных документов при списании вышеназванных ТМЦ. Указанные ТМЦ были списаны на основании актов о списании товаров от 30.04.2019 и от 30.12.2019, иные документы, подтверждающие правомерность или необходимость списания ТМЦ, в бухгалтерии Общества отсутствуют. при этом к утилизации медицинского оборудования законодательством предъявляются особые требования, однако документы, подтверждающие проведение утилизации указанных товаров (например, акты утилизации), у Общества отсутствуют.

В этой связи истец полагает, что генеральным директором ФИО6 было утверждено необоснованное списание ТМЦ на сумму 3 666 351 руб. 84 коп. в нарушение норм действующего законодательства, что привело к причинению Обществу убытков в размере 3 666 351,84 руб.

Кроме того, истец указал, что 12.10.2016 ООО «МСТ» приобрело в собственность автотранспортное средство «Toyota Land Cruiser 200» (2016 года выпуска) по договору лизинга № 2381/16-ОБЛ, заключенному с ООО «Балтийский лизинг». Сумма лизинговых платежей за период с 12.10.2016 по 17.10.2019 составила 6 669 699,78 руб.

17.10.2019 ООО «МСТ» в лице генерального директора ФИО6 заключило договор купли-продажи автотранспортного средства «Toyota Land Cruiser 200» (2016 года выпуска) с ФИО6, при этом одобрение данной сделки общим собранием участников ООО «МСТ» отсутствует, а стоимость данного транспортного средства, по которой был продан автомобиль, составила 2000 руб., в то время как рыночная стоимость автомобиля «Toyota Land Cruiser 200», 2016 года выпуска, в комплектации в соответствии с договором лизинга № 2381/16-ОБЛ от 12.10.2016 по состоянию на 17.10.2019 с учетом нахождения данного транспортного средства в технически исправном состоянии составляет 4 125 000 руб., в подтверждение чего истцом представлен отчет об оценке рыночной стоимости автомобиля № 3731-Ж от 26.04.2021.

Ссылаясь на то, что предоставление, полученное ООО «МСТ» по сделке в размере 2000 руб., в два или более раза ниже рыночной стоимости автомобиля, при этом в период совершения сделок директором Общества являлся ФИО13, а автомобиль продан им самому себе, истец полагает, что совершение указанной сделки по продаже автотранспортного средства по заниженной цене причинило убытки Обществу в сумме 4 123 000 руб. (4 125 000 - 2000).

Более того, истец указал, что в период исполнения функций единоличного исполнительного органа Общества ФИО6 безосновательно, в отсутствие договорных отношений, без предоставления встречного исполнения перечислил на счет ООО «Профклиника +» денежные средства в размере 6 079 662 руб., что привело к причинению Обществу убытков в указанной сумме, при этом истец также указал, что генеральным директором ООО «Профклиника+» в период с 2015 по 2020 год являлась ФИО12 - дочь ФИО6, в связи с чем, по мнению истца, такая сделка является сделкой с заинтересованностью.

В этой связи, истец также указал, что какие-либо договоры между ООО «МСТ» и ООО «Профклиника+» о безвозмездной финансовой помощи либо о займе отсутствовали, денежные средства перечислялись на основании платежных поручений, составленных главным бухгалтером ООО «МСТ» ФИО9 по устному указанию ответчика, при этом одобрение общего собрания участников ООО «МСТ» также отсутствовало, а указание в платёжных поручениях на безвозвратный характер предоставления финансовой помощи является прямым подтверждением нарушения запрета дарения между коммерческими организациями применительно к статье 575 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и свидетельствует об отсутствии выгоды для Общества в каждом таком случае перечисления денежных средств.

Помимо этого, истец указал, что 07.12.2011 между ООО «МСТ» и ФИО12, являющейся дочерью ФИО6, был заключен трудовой договор № 10. Должность ФИО12 в трудовом договоре была обозначена как «Ассистент Генерального директора». Согласно п. 1.2. трудового договора настоящий договор является договором по основному месту работы, при этом 01.06.2012 с ФИО12 было заключено дополнительное соглашение № 1 к трудовому договору, в пункте 1 которого указывается, что настоящий договор является договором о работе по совместительству. Основным местом работы ФИО12 являлось ООО «Профклиника», где она была генеральным директором, а с 12.02.2015 ФИО12 была принята на должность генерального директора ООО «Профклиника+»

Ссылаясь на то, что решения общего собрания ООО «Профклиника+» о разрешении ФИО12 работать по совместительству в ООО «МСТ» не было, истец полагает, что трудовая деятельность ФИО12 в ООО «МСТ» является незаконной, при том, что фактической трудовой деятельности ФИО12 в ООО «МСТ» не осуществляла, в подтверждение чего истец сослался на данные опросов работников ООО «МСТ» и отсутствие у ФИО12 индивидуальной корпоративной почты ООО «МСТ».

Вместе с тем, в период с декабрь 2011 года по июль 2020 года по поручению ответчика ФИО12 выплачивались премии и заработная плата, общая сумма которых составила 7 458 929 руб. 61 коп. и, по мнению истца, является прямым убытком Общества и подлежит взысканию с ответчика в пользу Общества.

Ссылаясь на указные обстоятельства и полагая, что ФИО6 при исполнении своих обязанностей генерального директора ООО «МСТ» действовал недобросовестно и неразумно, в связи с чем по его вине ООО «МСТ» были причинены убытки на общую сумму в размере 39 106 853 руб. 04 коп., Общество обратилось в арбитражный суд с первоначальным иском.

В обоснование требований по своему иску, объединенному в одно производству с первоначальным иском, ФИО6 указал на уклонение Общества от выплаты действительной стоимости доли, которая согласно расчету ФИО6, произведенному на основании данных бухгалтерского баланса Общества за 2019 год, составила 34 752 080 руб. В связи с уклонением Общества от своевременной выплаты действительной стоимости доли ФИО6 также просил взыскать с общества процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, признал исковые требования по первоначальному иску обоснованными и подлежащими удовлетворению, как по праву, так и по размеру, исковые требования ФИО6 с учетом результатов проведенной по делу судебной финансово-экономической экспертизы удовлетворены судом первой инстанции частично на сумму в размере 24 359 000 руб. В удовлетворении остальной части иска ФИО6 отказано.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 указанной статьи).

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Как следует из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

При этом арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац 2 пункта 1 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

Согласно пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора может проявляться в принятии им решения без учета известной ему информации, имеющей значение в конкретной ситуации, а также в совершении сделки без соблюдения обычно требующихся или принятых в данному юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (подпункты 1, 3 пункта 3 постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

В пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ № 62 разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Принимая во внимание вышеизложенные нормы материального права с учетом их толкования, данного в постановлении Пленума ВАС РФ № 62, апелляционный суд не находит оснований для переоценки вывода суда первой инстанции о доказанности истцом совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания с ответчика заявленной суммы убытков, в том числе с учетом следующего.

По эпизоду с недостачей ТМЦ на сумму 17 776 909,59 руб.

Материалами дела подтверждено, что на основании приказа № 5 от 26.06.2020 Обществом с целью выявления фактического наличия ТМЦ, сопоставления фактического наличия продукции с данными бухгалтерского учета, в период с 26.06.2020 по 07.07.2020 была проведена инвентаризация, по итогам которой была составлена инвентаризационная опись ТМЦ № 3 от 07.07.2020 и выявлена недостача ТМЦ в размере 17 776 909,59 руб.

Размер недостачи ТМЦ в количестве 1 234,500 единиц на сумму 17 776 909,59 руб. также подтвержден представленным в материалы дела актом экспертного исследования ФБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы» № 973/10 от 20.04.2021. 

Вопреки доводам подателя жалобы истец провел инвентаризацию с должной степенью предусмотрительности и добросовестности, при том, что период между увольнением генерального директора ФИО6 02.06.2020 и началом проведения инвентаризации в Обществе 26.06.2020 был обусловлен увольнением ФИО6 с должности генерального директора одним днем, при этом в период с 02.06.2020 по 26.06.2020 Обществом были предприняты меры для фиксирования фактического наличия ТМЦ и финансовых обязательств: движение товарно-материальных ценностей за период с 02.06.2020 по 26.06.2020 максимально сокращено, склад, на котором хранятся ТМЦ ООО «МСТ», был закрыт для доступа всех работников ООО «МСТ», что подтверждается справкой ООО «ЛОГИ-КО»; выдача ТМЦ производилась исключительно по личному распоряжению нового генерального директора ООО «МСТ» ФИО8 

Кроме того, как верно указал суд представленная истцом в материалы дела справка ООО «ЛОГИКО» от 26.10.2021 в совокупности с договором хранения № 12 от 01.04.2020 свидетельствует о том, что доступ на склад в период с 02.06.20 по 26.06.20 был закрыт, что в свою очередь исключает исчезновение ТМЦ в период отсутствия ФИО6 на посту генерального директора Общества, при этом справка бухгалтера ООО «МСТ» по итогам инвентаризации от 07.07.2020 содержит даты оприходования товаров по всем позициям ТМЦ, по которым выявлена недостача, именно до 31.12.2019.

Также вопреки доводам подателя жалобы Обществом были предприняты необходимые меры для обеспечения при проведении инвентаризации участия бывшего генерального директора ФИО6 Так, перед проведением инвентаризации 11.06.2020 в адрес ФИО6 Обществом было направлено письмо-извещение о предстоящей внеплановой инвентаризации в период с 26.06.2020 по 10.07.2020 с приглашением ФИО6 принять участие в данной инвентаризации, а после проведения инвентаризации 11.02.2021 в адрес ФИО6 было выслано письмо-извещение о результатах инвентаризации с указанием суммы недостачи, а также с просьбой дать письменные объяснения по факту недостачи (т. 1, л.д. 64-68), вместе с тем ФИО6 уклонился от получения указанных отправлений. 

Доводы подателя жалобы о нарушении Обществом при проведении инвентаризации положений Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49, являлись предметом исследования судом первой инстанции и правомерно отклонены им, поскольку данные методические указания согласно заключению Министерства юстиции Российской Федерации от 19.06.1995 № 07-01-389-95 не нуждаются в государственной регистрации и, следовательно, не являются нормативно-правовым актом, устанавливающим обязательные требования к проведению инвентаризации, и носят рекомендательный, не общеобязательный характер.

За исключением оспаривания результатов проведенной Обществом инвентаризации со ссылкой на вышеуказанные рекомендации, утвержденные приказом Минфина от 13.06.1995 № 49, ответчиком не было представлено в материалы дела каких-либо пояснений и доказательств, обосновывающих и подтверждающих отсутствие вины ФИО6 в выявленной недостаче ТМЦ, как и не было представлено доказательств, свидетельствующих о наличии спорных ТМЦ в распоряжении ООО «МСТ». 

В этой связи является правомерным и обоснованным вывод суда о доказанности результатов инвентаризации и вины ФИО6 за причиненные Обществе убытки в размере недостающих ТМЦ на сумму 17 776 909,59 руб. н

По эпизоду с списанием ТМЦ на сумму 3 666 351,84 руб.

В апелляционной жалобе ответчик не отрицает факт того, что решение о списании товарно-материальных ценностей на сумму на сумму 3 666 351,84 руб. по актам № 0000-000001 от 30.04.2019 и № 0000-000002 от 30.12.2019 были приняты ФИО6, при этом, как верно указал суд первой инстанции, данные списания ТМЦ были немотивированными и необоснованными, документального подтверждения причин списания данных ТМЦ ФИО6 не представлено. 

Доводы подателя жалобы о том, что фактически утилизация списанного имущества в ООО «МСТ» не осуществлялась, так как вывоз и утилизация медицинского оборудования требовали дополнительных затрат и это было экономически не целесообразно, в связи с чем часть списанного имущества находилась на балансе Общества с 2012 года, а часть безвозмездно передавалась в качестве демонстрационных пособий в институты, организации, подлежат отклонению апелляционной коллегией как документально не подтвержденные. 

Доводы подателя жалобы о том, что ответственность за несохранность ТМЦ несет коммерческий директор ООО «МСТ» ФИО14, не отменяет ответственности за несохранность списанных МТЦ с бывшего генерального директора ООО «МСТ» ФИО6, при том, что согласно части 2 статьи 242 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами, при этом согласно части 1 статьи 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Следовательно, основания для привлечения к материальной ответственности работника возникают только при наличии прямого действительного ущерба имуществу работодателя, и лишь при наличии договора о полной материальной ответственности такого работника, однако доказательств того, что в период нахождения ФИО6 на должности генерального директора Общества между ООО «МСТ» и ФИО8 был заключен договоров о полной материальной ответственности в материалы дела не представлено. Возможность возложения материальной ответственности на работника предприятия на основании должностной инструкции действующим законодательством не установлена. 

Кроме того, исходя из положений пункта 53.1 ГК РФ и пункта 44 Закона № 14-ФЗ с учетом разъяснений Постановления Пленума ВАС РФ № 62, ответственность генерального директора за убытки, причиненные Обществу по его вине, наступает самостоятельно и безотносительно материальной ответственности какого-либо из работников Общества.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания 3 666 351,84 руб. убытков за несохранность ТМЦ также является правомерным. 

По эпизоду с продажей автомобиля.

Материалами дела подтвержден факт приобретения Обществом 12.10.2016 в собственность автотранспортного средства «Toyota Land Cruiser 200», 2016 года. выпуска, по договору лизинга № 2381/16-ОБЛ, заключенному с ООО «Балтийский лизинг», при этом впоследствии 17.10.2019 ФИО6 от имени ООО «МСТ» без одобрения остальных участников Общества совершена сделка по с самим собой договора купли-продажи автотранспортного средства «Toyota Land Cruiser 200» по цене 2000 руб.

Вместе с тем, согласно представленному истцом в материалы дела отчету об оценке рыночной стоимости автомобиля № 3731-Ж от 26.04.2021, рыночная стоимость спорного автомобиля по состоянию на 17.10.2019 с учетом нахождения данного транспортного средства в технически исправном состоянии составила 4 125 000 руб. 

В этой связи, при сопоставлении стоимости, за которую был продан автомобиль, и рыночной стоимости автомобиля на день продажи, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка по отчуждению автомобиля, принадлежащего Обществу, в пользу ФИО6 была совершена на невыгодных для ООО «МСТ» условиях, поскольку предоставление, полученное по сделке Обществом, в два и более раз ниже (а именно: в тысячи раз ниже) рыночной стоимости автомобиля, полученного по сделке ФИО6, что применительно к пункту 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий ФИО6 как генерального директора Общества.

Доводы ФИО6 о том, что все расходы по техническому содержанию спорного автомобиля он осуществлял лично за счет собственных средств, а также о том, что в представленном истцом отчете об оценке рыночной стоимости автомобиля при определении рыночной стоимости не применялся коэффициент ускоренной амортизации, подлежат отклонению апелляционным судом как несостоятельные, поскольку не опровергают правомерность вывода суда первой инстанции о совершении сделки по продажи спорного автомобиля на невыгодных для Общества условиях и в ущерб интересам последнего.

Кроме того, вопреки доводам подателя жалобы суд первой инстанции правомерно не применил в настоящем случае срок исковой давности, поскольку истец не заявлял требований о признании сделки купли-продажи автомобиля недействительной, а срок исковой давности на предъявление требований о взыскании убытков с генерального директора составляет три года и начал течь с момента назначения на должность нового генерального директора Общества (июнь 2020 года), и, как следствие, срок исковой давности по требованиям, заявленным истцом, не пропущен.

Более того, исходя из разъяснений, изложенных в пункту 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу, следовательно, необходимость о признании недействительной сделки купли-продажи автомобиля у истца отсутствовала.

По эпизоду с перечислением ООО «Профиклиника+» денежных средств в размере 6 079 662 руб. 

Материалами дела подтвержден факт перечисления Обществом в период в период с 03.09.2015 по 06.04.2020, то есть в период исполнения функций единоличного исполнительного органа Общества ФИО6, на счет ООО «Профиклиника +», генеральным директором которого в период с 2015 г. по 2020 г. являлась дочь ФИО6, денежных средств в размере 6 079 662 руб., при этом отсутствие встречного представления на указанную сумму со стороны ООО «Профиклиника +» установлено вступившим в законную силу 16.02.2022 решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.10.2021 по делу № А56-50870/2021.

Доводы ответчика о том, что перечисление денежных средств на расчетный счет ООО «Профиклиника+» являлось договорным, возмездным и обоснованным со ссылкой на соглашение о предоставлении безвозмездной финансовой помощи от 03.03.2015, заключенное между ООО «МСТ» и ООО «Профиклиника+» (т. 4, л.д. 57), и протокол № 5 общего собрания участников ООО «МСТ» от 26.02.2015 (т.4, л.д. 75), являлись предметом исследования суда первой инстанции и правомерно отклонены им, поскольку указанное соглашение не отвечает требованиям договора, в нем не достигнуто соглашение сторон о предмете договора, в частности, о сумме безвозмездной помощи ООО «Профиклиника+», более того в силу прямого указания статьи 575 ГК РФ дарение между коммерческими организациями запрещено.

Ссылки подателя жалобы на опросы ФИО6 (ответчика) (л.д, Т.4, л.д. 17-24), ФИО9 (т.4, л.д. 36-41), ФИО12(Т.4, л.д. 92-94), ФИО13.(т. 4, л.д. 27-30), приглашением (т. 4, л.д, 86), из которых следует, что ООО «Профиклинка+» предоставляло 24.11.2017 свое помещения для презентации оборудования, продаваемого ООО «МСТ», инвентаризационной ведомостью ООО «Профиклинника+» от 19.02.2020 (т. 4, л.д. 95-98), согласно которой на территории ООО «Профиклинника+» находилось имущество и оборудование ООО «МСТ», как доказательства, подтверждающие факт предоставления встречного исполнения ООО «Профиклиника+», также подлежат отклонению апелляционной коллегией с учетом обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.10.2021 по делу № А56-50870/2021.

В этой связи апелляционный суд не находит оснований для переоценки вывода суда первой инстанции о том, что перечисление ФИО6 денежных средств в размере 6 079 662 рублей в адрес ООО «Профиклиника+» является безосновательным, было осуществлено на бездоговорной основе и без предоставления встречного исполнения, в результате чего причинило убытки Обществ в размере 6 079 662 руб.

При этом апелляционный суд отклоняет доводы подателя жалобы об отсутствии оснований для взыскания 6 079 662 руб. убытков с ФИО6 с учетом реализации Обществом право на возмещение убытков, связанных с перечислением денежных средств в ООО «Профиклинка+», в рамках дела № А56-50870/2021, поскольку решения суда по делу № А56-50870/2021 ООО «Профиклинка+» не исполнено (доказательств обратного не представлено), при этом ООО «Профиклинка+» находится в стадии банкротства (дело № А56-72952/2021).

По эпизоду с выплатой заработной платы и премий ФИО12

Суд первой инстанции, установив, что фактической трудовой деятельности ФИО12 в ООО «МСТ» не осуществляла, что подтверждается: данными опросов работников ООО «МСТ» - водителя ФИО15 и инженера-программиста ФИО16; используемая каждым сотрудником ООО «МСТ» индивидуальная корпоративная почта с расширением «@medsist.ru». для ФИО12 не создавалась, что также подтверждено допрошенным в судебном заседании свидетелем ФИО11, при этом в период с декабря 2011 года по июль 2020 года по поручению ответчика ФИО12, являющейся его дочерью, выплачивались премии и заработная плата в общем размере 7 458 929 руб. 61 коп., пришел к обоснованному и правомерному выводу о том, что безосновательная выплата заработной платы и премий дочери генерального директора - ФИО12, является основанием для взыскания указанной суммы убытков с ответчика как генерального директора.

Доказательств, обосновывающих размер выплаченных Обществом ФИО12 заработной платы и премий, ответчиком в материалы не представлено.

Доводы подателя жалобы о том, что ФИО12 осуществляла фактическую трудовую деятельность в ООО «МСТ», не подтверждается материалами дела. Единственный свидетель, допрошенный в ходе судебного заседания и предупрежденный об уголовной ответственности, ФИО11 пояснил, что ФИО12 действительно посещала офис ООО «МСТ» несколько раз в неделю, при этом сам ФИО11 с ФИО12 по делам ООО «МСТ» ни разу не общался.

Иные объяснения, в том числе объяснения ФИО9, ФИО6, ФИО13, ФИО12, были представлены в материалы дела в письменном виде, что согласно статье 88 АПК РФ является недопустимым доказательством по делу.

Согласно статье 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Свидетель сообщает известные ему сведения устно. По предложению суда свидетель может изложить показания, данные устно, в письменной форме.

Кроме этого свидетель также предупреждается об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Таким образом, в силу положений статей 64, 68, 75 и 88 АПК РФ протоколы опросов, проведенных адвокатом в соответствии с подпунктом 2 пункта 3 статьи 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля.

Указанные лица, на пояснения которых ссылается ответчик, в судебное заседание не вызывались, об уголовной ответственности не предупреждались.

Протокол общего собрания участников ООО «Профиклиника+» от 10.02.2015 также не может быть принят судом в качестве допустимого доказательства, поскольку установить подлинность содержания восстановленного протокола не представляется возможным.

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к заключению о том, что в апелляционной жалобе не приведены доводы, опровергающие выводы суда первой инстанции об обоснованности и доказанности требований Общества к ФИО6, как по праву, так и по размеру, при это, как верно указал суд первой инстанции, прямая непосредственная причинно-следственная связь между каждым описанным выше юридически значимым действием ответчика и наступившими негативными для Общества последствиями подтверждена материалами дела, при этом все случаи причинения вреда выражались в издании распоряжений о перечислении денежных средств, либо в недобросовестном бездействии ответчика.

В части требований по иску ФИО6 о взыскании с Общества действительной стоимости его доли и процентов за пользование чужими денежными средствами, апелляционный суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) участник общества вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 Закон № 14-ФЗ его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Согласно пункту 7.3. статьи 7 Устава Общества последнее обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли, либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течении двенадцати месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности.

Абзацем вторым пункта 2 статьи 14 Закона № 14-ФЗ установлено, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Стоимость чистых активов общества (за исключением кредитных организаций и страховых организаций) определяется по данным бухгалтерского учета в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (пункт 2 статьи 30 Закона № 14-ФЗ).

Порядок определения стоимости чистых активов обществ с ограниченной ответственностью установлен приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов» (далее - Приказ № 84н), согласно которому стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации.

Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций.

Стоимость чистых активов определяется по данным бухгалтерского учета. При этом активы и обязательства принимаются к расчету по стоимости, подлежащей отражению в бухгалтерском балансе организации (в нетто-оценке за вычетом регулирующих величин) исходя из правил оценки соответствующих статей бухгалтерского баланса (пункт 7 Порядка № 84н).

В абзаце 3 подпункта «в» пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» разъяснено, что если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной обществом на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

В рассматриваемом случае, определением от 28.12.21 в целях определения размера действительной стоимости доли ФИО6 в уставном капитале Общества судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, с постановкой перед экспертами следующих вопросов:

- «Какова стоимость чистых активов Общества по результатам финансово-хозяйственной деятельности за 2019 год?»

- «Какова действительная стоимость доли в размере 34% уставного капитала Общества, принадлежащей ФИО6, по состоянию на 31 декабря 2019 года?»

Доводы подателя жалобы о неправомерном назначении судом первой инстанции экспертизы по настоящему делу, со ссылкой на то, что вопрос о стоимости чистых активов общества и стоимости доли ФИО6 по состоянию на 31.12.2019 являлся вопросом факта и мог быть разрешен судом на основании доказательств, представленных сторонами в материалы дела, подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку по смыслу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, правомерно вынес вопрос о назначении финансово-экономической экспертизы в целях определения действительной стоимости доли в уставном капитале, исходя из наличия между сторонами спора в отношении стоимости чистых активов Общества и действительной стоимости доли участника, а также исходя из сформированной судебной арбитражной практики по данной категории дел.

По результатам судебной экспертизы в материалы дела поступило заключение эксперта ООО «Бюро технической экспертизы» № 78-22/03-СЭ от 27.01.22, согласно которому экспертом была определена действительная стоимость доли в размере 34% уставного капитала ООО «МСТ», принадлежащей ФИО6 по состоянию на 31.12.2019, с учетом результатов проведенной инвентаризации от 07.07.2020 - 24 359 000 руб., а также без учета результатов инвентаризации от 07.07.2020 - 29 522 000 руб.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о том, что представленное в дело экспертное заключение № 78-22/03-СЭ от 27.01.2022 составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, содержит достоверные сведения и является надлежащим доказательством по делу (статьи 65, 67, 68 АПК РФ). Заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, выводы экспертов носят последовательный непротиворечивый характер, сомнений в его обоснованности не установлено, полномочия и компетентность экспертов не оспорены.

Кроме того, эксперт ФИО17 не выходил за пределы своей профессиональной компетенции, поскольку, как любой специалист с экономическим образованием («Экономика и управление на предприятии»), он обладает знаниями в бухгалтерском учете.

Согласно части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

По смыслу названных норм права повторная экспертиза назначается, если:выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны безучета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательстваустановлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта;необоснованно отклонены ходатайства участников процесса, сделанные в связис экспертизой; выводы и результаты исследований вызывают обоснованныесомнения в их достоверности; при назначении и производстве экспертизы былидопущены существенные нарушения процессуального закона.

Само по себе несогласие с выводами эксперта не является достаточным основанием для отказа в принятии заключения эксперта, как доказательства по делу, назначения повторной экспертизы.

Представленное ФИО6 заключение специалиста № 649/22 от 28.02.22 не содержит выводов о том, что экспертом не была проведена оценка рыночной стоимости активов Общества, в связи с чем довод ответчика об отсутствии оценки рыночной стоимости активов Общества является документально необоснованным.

В этой связи апелляционный суд также не установил оснований для удовлетворения повторного ходатайства ФИО6 о назначении судебной экспертизы. 

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, в своем ходатайстве о назначении повторной экспертизы ответчик ставил вопрос для эксперта, который по своей сути и содержанию отличается от вопросов, которые были поставлены судом перед экспертом при назначении судебной экспертизы, в то время как согласно пункту 2 статьи 87 АПК повторная экспертиза назначается судом по тем же вопросам.

Отклоняя доводы ФИО6 о том, что расчет стоимости доли следует производить на основании данных бухгалтерского баланса Общества за 2019 год без учета выявленной при инвентаризации в 2020 году недостачи, апелляционный суд отмечает, что расчет действительной стоимости доли произведен экспертом именно исходя из данных бухгалтерского баланса Общества за 2019 год, при этом, поскольку результаты инвентаризации были признаны судом первой инстанции доказанными ООО «МСТ», как и вина генерального директора ООО «МСТ» ФИО6 в причинении убытков, в том числе доказанных результатами инвентаризации, то суд первой инстанции правомерно принял во внимание выводы эксперта о действительной стоимости доли в размере 34% уставного капитала ООО «МСТ», принадлежащей ФИО6 по состоянию на 31.12.2019, именно с учетом результатов инвентаризации от 07.07.2020, то есть в размере 24 359 000 руб.

С учетом, того, что Обществом не представлено доказательств выплаты ФИО6 действительной стоимости доли, суд первой инстанции правомерно взыскал с Общества в пользу ФИО6 24 359 000 руб. действительной стоимости доли.

В соответствии с пунктом 18 Постановления № 90/14 при рассмотрении споров между обществом и его участниками по выплате участникам действительной стоимости доли участника суд вправе удовлетворить наряду с требованием о взыскании суммы долга и требование о взыскании процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в порядке, предусмотренном статьей 395 ГК РФ.

В силу статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 48 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7) сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований ФИО6 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, не указал мотивы принятия такого решения.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае, поскольку Общество в добровольном порядке и в установленный срок (до 15.06.2021) не выплатило ФИО6 действительную стоимость доли в размере 24 359 000 руб. (с учетом вышеизложенных выводов о размере действительной стоимости), у ФИО6 возникло право требования взыскания с Общества процентов за пользование чужими денежными средствами.

Доводы Общества со ссылкой на положения статьи 410 ГК РФ и разъяснения, изложенные в абзаце 2 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» и в пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», об отсутствии оснований для начисления процентов в связи с прекращением 16.06.2021 зачетом обязательств Общества по выплате действительной стоимости доли, подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку требования Общества и ФИО6 не являются однородными, о зачете обязательств Общества по выплате действительной стоимости доли и суммы предъявленной к взысканию с ФИО6 убытков Обществом при подаче искового заявления не заявлялось, предъявленная к взысканию сумма убытков на стоимость доли ФИО6 не уменьшалась. 

С учетом проведения судом первой инстанции зачета удовлетворенных требований Общества и ФИО6 только при оглашении резолютивной части решения, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению по 24.03.2022, при этом основания для начисления процентов по дату фактического исполнения Обществам обязательства применительно к просительной части иска ФИО6 отсутствуют, поскольку после проведения такого зачета обязательства Общества по выплате действительной стоимости доли ФИО6 прекратились. 

Согласно расчету апелляционного суда проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.06.2021 (начало периода начисления процентов сторонами не оспаривается) по 24.03.2022 (дата вынесения судом первой инстанции резолютивной части обжалуемого решения) составили 1 568 985 руб.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежит изменению, а требования ФИО6 подлежат удовлетворению в части взыскания с Общества 24 359 000 руб. действительной стоимости доли и 1 568 985 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Оснований для удовлетворении остальной части исковых требований ФИО6 апелляционным судом вопреки доводам апелляционной жалобы не установлено. 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по искам Общества и ФИО6, а также судебные расходы по оплате услуг эксперта при проведении судебной почерковедческой экспертизы и судебной финансово-экономической экспертизы подлежат перераспределению пропорционально удовлетворенным требованиям по обоим искам. Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе оставлены за ФИО6, так как требования по апелляционной жалобе о принятии судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований по первоначальному иску Общества и удовлетворении в полном объеме исковых требований ФИО6 не удовлетворены.

Руководствуясь статьями 110, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2022 по делу № А56-41255/2021 в обжалуемой части изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Первоначальный иск общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» удовлетворить

Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» 39 106 853 руб. 04 коп. убытков, 200 000 руб. судебных расходов на оплату государственной пошлины по первоначальному иску и 10 000 руб. судебных расходов на оплату услуг эксперта при проведении судебной почерковедческой экспертизы.

Встречный иск ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» в пользу ФИО6 24 359 000 руб. действительной стоимости доли, 1 568 985 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 146 800 руб. судебных расходов на оплату государственной пошлины по встречному иску.

В остальной части в удовлетворении встречного иска ФИО6 отказать.

Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» 20 312 руб. судебных расходов на оплату услуг эксперта при проведении судебной финансово-экономической экспертизы.

По результатам зачета удовлетворенных требований взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Медицинские системы и технологии» 13 178 868 руб. 04 коп. денежных средств, 53 200 руб. расходов по оплате государственной полшины и 30 312 руб. расходов на проведение экспертиз.»

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

В.Б. Слобожанина

Судьи

Е.К. Зайцева

 С.А. Нестеров