ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

29.07.2021

Дело № А40-183499/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена  22.07.2021 

Полный текст постановления изготовлен  29.07.2021

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Михайловой Л.В., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт;

от АО «Инвестиционный банк «Финам» - ФИО2, по доверенности от 28 мая 2020 года;

рассмотрев 22.07.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на решение Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2021

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2021

по заявлению АО «Инвестиционный банк «Финам» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Линия обуви» в размере 36 850 871,14 рублей, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 03 октября 2016 года общество с ограниченной ответственностью "Линия обуви" (ООО "Линия обуви") признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05 июня 2019 года производство по делу № А40-209293/15 о несостоятельности (банкротстве) ООО "Линия обуви" прекращено.

АО "Инвестиционный банк "ФИНАМ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

ФИО1 заявлено встречное исковое заявление о признании Банка АО "Инвестиционный банк "ФИНАМ" по отношению к ООО "Линия обуви" контролирующим должника лицом и взыскании с Банка "Инвестиционный банк "ФИНАМ" в пользу ФИО1 25 628 425 руб. 22 коп., в том числе, прямой ущерб в размере 17 656 657 руб. 96 коп., ущерб в виде упущенной выгоды в сумме 3 734 169 руб. 35 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23.11.2016 по день фактической оплаты суммы ущерба (по состоянию на 23.11.2019 на общую сумму 4 237 597 руб. 91 коп.).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05 декабря 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 февраля 2020 года, в принятии встречного искового заявления ФИО1 отказано, заявление АО "Инвестиционный банк "ФИНАМ" удовлетворено, суд привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности, с ФИО1 в пользу АО "Инвестиционный банк "ФИНАМ" взысканы денежные средства в размере 36 850 871 руб. 14 коп., а также расходы по уплате госпошлины в сумме 200 000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08 июня 2020 года судебные акты отменены в части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции, при этом суд кассационной инстанции указал, что суды указали, что признание судом недействительными сделок с ООО "Центурион" и ООО "Ларгент" на общую сумму 32 950 000 руб. на основании п. 2 ст. 61.2 и ст. 61.3 Закона о банкротстве является достаточным для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по непогашенным в рамках дела о банкротстве N А40-209293/15 долгам ООО "Линия обуви", однако, как следует из содержания вышеуказанных определений, сделки были признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, как сделки, совершенные с предпочтением, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судами не применялся, при этом указанные судебные акты не содержат выводов о том, что совершение должником оспариваемых сделок было направлено на причинение вреда кредиторам общества и привело к банкротству должника.

Суд округа сослался на то, что в вышеназванных судебных актах отсутствует ссылка на анализ баланса общества и его соотношение с размером сделок, на безвозмездность сделок со стороны должника, при этом суды не оценивали существенность влияния совершенных сделок на положение должника, не проверяли наличие причинно-следственной связи между совершенными сделками и фактически наступившим объективным банкротством.

Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении спора суду следует установить, причинен ли в результате сделок, на которые ссылается кредитор, существенный вред кредиторам и должнику, являются ли эти сделки должника значимыми для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), после чего установить наличие либо отсутствие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. В случае отсутствия оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за указанные сделки - рассмотреть вопрос об убыточности сделок для должника и наличие оснований для взыскания с ФИО1 убытков от совершенных сделок.

При новом рассмотрении дела решением Арбитражного суда города Москвы от 24 февраля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2021 года, с  ФИО1 взысканы убытки.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

29 июня 2021 года в суд поступил отзыв АО «Инвестиционный банк «Финам» на кассационную жалобу который в порядке ст.279 АПК РФ приобщен к материалам дела.

Кредитор в обоснование заявленных требований указал, что в результате совершения должником в лице генерального директора ФИО1 сделок с ООО "Центурион" и ООО "Ларгент" на общую сумму 32 950 000 руб. причинен существенный вред правам кредиторов должника, что подтверждено вступившими в законную силу определениями суда от 30 мая 2017 года, 20 июля 2017 года и 14 сентября 2017 года о признании данных сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 и ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В связи с вышеизложенным кредитор считает, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Суды при новом рассмотрении дела пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, а также о наличии оснований для взыскания с него убытков.

Суды, взыскивая с ФИО1 убытки в размере 32 950 000 руб., указали, что в действиях ответчика как генерального директора ООО "Линия обуви" имеются признаки неразумности, которые проявились в неосмотрительности ФИО1, совершившего значительную для общества-должника сделку с ООО «Центурион» по предоставлению отступного на заведомо невыгодных для должника условиях, имея сведения о наличии решения о взыскании с ООО "Линия обуви" денежных средств.

Суды указали, что вместо погашения задолженности перед ООО "Лоренс"  генеральный директор одобрил и совершил сделки с ООО «Ларгент», общий объем которых составил 22,28% от общей балансовой стоимости активов ООО "Линия обуви", причем последние платежи в пользу ООО "Ларгент" от 10.11.2015 и 11.11.2015 были совершены уже после поступления в Арбитражный суд города Москвы заявления ООО "Лоренс" о признании ООО "Линия обуви" банкротом, которое согласно картотеки арбитражных дел было подано 02.11.2015.

Суды пришли к выводу, что при условии отсутствия данных сделок, общество могло продолжать функционировать и постепенно исполнять обязательства перед кредиторами, осуществляя свою обычную хозяйственную деятельность.

Ответчик, оспаривая принятые судебные акты, указал, что АО «Инвестиционный банк «ФИНАМ» не является заинтересованным лицом, имеющим право на подачу требований в порядке ст 53.1 ГК РФ, ст. 225.8 АПК РФ, поскольку убытки на основании ст. 53.1. ГК РФ могут быть взысканы только в пользу общества, а не кредитора.

Также заявитель кассационной жалобы указал, что суды неверно расценили, что ФИО1 действовал в отношении ООО «Линия обуви» недобросовестно и неразумно, поскольку не учли, что задолженность ООО «Линия обуви» перед ООО «Центурион» в размере 27 511 231, 56 рублей была погашена предоставлением отступного, то есть передачей товара в натуре общей балансовой стоимостью 24 000 000 рублей, а, следовательно, в результате сделки получена прибыль, которая составила 3 511 231,56 рублей.

Кроме того, по мнению заявителя, необоснованными являются выводы судов относительно качества обуви, переданной ООО «Центурион», и той, которая была реализована в ходе процедуры банкротства ООО «Линия обуви», поскольку соответствующая оценка не проводилась.

Заявитель не согласился с выводами судов о недобросовестности действий ФИО1, выразившихся в перечислении ООО «Ларгент» денежных средств в сумме 8 950 000 рублей, поскольку данное перечисление не являлось авансовым платежом.

Более того, как указал заявитель, сделка с ООО «Центурион» составляла 11.5 % от стоимости активов, а совокупность платежей в пользу ООО «Ларгент» за поставленный товар – 4,2 % от балансовой стоимости активов, а, следовательно, даже в своей совокупности указанные сделки не соответствуют критериям крупной сделки и не являются значимыми применительно к масштабам деятельности ООО «Линия обуви».

Ответчик  в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель АО «Инвестиционный банк «Финам» возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Указанные Банком сделки были совершены 09 октября 2016 года и в период с 26 октября 2015 года по 11 ноября 2015 года, то есть до появления в Законе о банкротстве главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался статьей 10 Закона о банкротстве, в связи с чем в данном случае следует применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией закона, и новые процессуальные нормы.

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац третий пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, то есть по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью, основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 20 постановления от 21.12.2017 N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности - суд в каждом, конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника путем проверки, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после такого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

В том случае, когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не должен был привести, исходя из разумных ожиданий, к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 названного Кодекса.

При новом рассмотрении спора, исходя из вышеуказанных разъяснений, а также соотношения стоимости сделок с балансовыми активами должника, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, а также о наличии оснований для взыскания с него убытков.

Вопреки доводам жалобы, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель.

Пунктом 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве установлено, что в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

Таким образом, Банк вправе предъявить ответчику требование о взыскании в свою пользу убытков, причиненных действиями контролирующего должника лица.

В данном случае суды установили, что определением Арбитражного суда города Москвы от 30 мая 2017 года по делу № А40-209293/15, с учетом дополнительного определения от 20 июля 2017 года, признано недействительной сделкой соглашение об отступном от 09 октября 2016 года № 1, согласно которому ООО "Линия обуви" передало в качестве отступного ООО "Центурион" товар в количестве 7 425 пар обуви на сумму 24 000 000 рублей, при этом передачей товара прекратилось вексельное обязательство должника перед данным контрагентом.

Суды пришли к выводу, что действия ответчика при заключении данной сделки являлись недобросовестными и не отвечали интересам ООО "Линия обуви", поскольку их совершение привело к сокращению товара у ООО "Линия обуви" без соответствующего встречного поступления денежных средств, при этом сведений о том, в счет каких обязательств должником был выдан вексель ООО «Центурион», не представлено.

Суды установили, что конкурсным управляющим были выявлены активы должника в виде 15 185 пар обуви, которые реализованы по цене 1 955 001 рублей, то есть более чем в тринадцать раза меньше, чем стоимость обуви, переданной по отступному ООО "Центурион", которому было передано 7 425 пар обуви на общую сумму 27 511 231,22 рублей.

Суды дали оценку доводам ответчика о выгодности вышеуказанной сделки в связи с получением обществом внереализационного дохода в связи с разницей между ценой сделки и средней залоговой стоимостью обуви, и установили, что дохода у должника в результате ее совершения не возникло, при этом суды пришли к выводу, что все ликвидные активы должника ответчиком переданы в пользу ООО "Центурион" непосредственно в преддверии процедуры банкротства ООО "Линия обуви", а вся низкокачественная обувь, не представляющая особой материальной ценности, оставлена у ООО "Линия обуви" в попытке создать видимость добросовестности со стороны ФИО1

Доказательств обратного суду представлено не было.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 14 сентября 2017 года по делу № А40-209293/15 признаны недействительными сделками перечисления в пользу ООО "Ларгент" денежных средств за товар, проведенные по платежным документам от 26 октября 2015 года на 3 150 000 рублей, от 27 октября 2015 года на сумму 1 350 000 рублей, от 10 ноября 2015 года на сумму 3 450 000 рублей, от 11 ноября 2015 года на сумму 1 000 000,00 рублей, а всего на общую сумму 8 950 000 рублей. 

Как установили суды, при наличии у общества кредиторов и признаков неплатежеспособности действия ответчика по перечислению ООО «Ларгент» авансовых платежей не отвечали признакам добросовестности и причинили убытки должнику, при этом то обстоятельство, что платежи являлись авансовыми, подтверждено самим ответчиком в письменных пояснениях, представляемых в суды первой и апелляционной инстанций.

Учитывая вышеизложенное, суды обоснованно удовлетворили требования Банка, установив недобросовестность действий ответчика, преследовавшего при совершении оспоренных сделок цель по максимальному выводу всех активов и препятствованию конкурсным кредиторам получить максимальное удовлетворение своих требований.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды при разрешении спора выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, нормы материального права применены верно, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2021 по делу № А40-183499/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Л.В. Михайлова

 

Н.Н. Тарасов