№ 09АП-55319/2025

Дело № А40-199953/23

г. Москва

03 февраля 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2026 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 03 февраля 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поташовой Ж.В.,

судей Маслова А.С., Юрковой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «Цех теста», ООО «Пицца Ресторанс»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2025 по делу № А40-199953/23,

о включении в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «Пицца Ресторантс» требования ООО «Пицца ФИО1.» в размере 519 407 004,54 руб. – долг, 22 071 240,11 руб. – проценты за пользование денежными средствами, 30 000 000 руб. – долг, 242 694 705,60 рублей – долг, 15 000 000 – долг,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пицца Ресторантс»,

при участии в судебном заседании:

от в/у ООО «Пицца Ресторанс» ФИО2 – ФИО3 по дов. от 01.03.2025

от ООО «ЦЕХ ТЕСТА» – ФИО4 по дов. от 16.09.2025,

от Пицца Ресторанлары Аноним Ширкети» – ФИО5, ФИО6 по дов. от 15 января 2026

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 в отношении ООО «Пицца Ресторантс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО2 (

<

...> этаж, ИНН 

<

***>), члена СРО «МЦПУ», о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №240(7685) от 23.12.2023.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Пицца ФИО1.» о включении задолженности в размере 829 172 950,25 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025, требования Компании Пицца ФИО1 в размере 829 172 950,25 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.06.2025 определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по делу № А40-199953/2023 отменены в части определения очередности удовлетворения требований, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы; в остальной части судебные акты оставлены без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2025 включены в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «Пицца Ресторантс» требования ООО «Пицца ФИО1.» в размере 519 407 004,54 руб. – долг, 22 071 240,11 руб. – проценты за пользование денежными средствами, 30 000 000 руб. – долг, 242 694 705,60 рублей – долг, 15 000 000 – долг.

Не согласившись с вышеуказанным определением, ООО «Цех теста» и ООО «Пицца Ресторанс» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят: отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2025 по делу

№ А40-199953/2023; принять по делу новый судебный акт, признать требования ООО «Пицца ФИО1.» подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Конкурсный кредитор ООО «Цех Теста» также заявил ходатайство о назначении судебной финансово-экономической экспертизы.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании рассматривалось ходатайство ООО «Цех теста» о назначении судебной экспертизы.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы.

Рассмотрев в порядке статей 82, 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявленное апеллянтом ходатайство о проведении экспертизы, суд апелляционной инстанции полагает его не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон спора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

В материалы дела от «Пицца Ресторанлары Аноним Ширкети» поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представители ООО «Цех теста», временного управляющего ООО «Пицца Ресторанс» доводы апелляционных жалоб поддерживают по мотивам, изложенным в них.

Представители «Пицца Ресторанлары Аноним Ширкети» возражал на доводы апелляционных жалоб, указывая на их необоснованность. Просили определение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

По мнению временного управляющего при повторном рассмотрении дела суд первой инстанции не выполнил указания суда кассационной инстанции, не устранил ранее выявленные нарушения и допустил новые нарушения норм материального и процессуального права.

По мнению апеллянта, суд не учел позицию Верховного Суда РФ, изложенную в пункте 3.4 обзора судебной практики от 29.01.2020, согласно которой для переноса бремени доказывания на кредитора управляющему достаточно представить косвенные доказательства имущественного кризиса должника. Кроме того, в нарушение требований ст.71 АПК РФ суд не дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, а рассматривал их изолированно.

Апеллянт утверждает, что представленная временным управляющим совокупность доказательств (включая, анализ временного управляющего от04.04.2025, ряд публикаций с намерением обратиться с заявлением о банкротстве, бухгалтерскую отчетность должника, пояснения ФИО7, анализ расходов денежных средств, судебные акты о включении требований в реестр требований кредиторов должника) является достаточной для того, чтобы установить у суда разумные сомнения относительно финансовой стабильности должника на момент совершения ряда сделок.

Временный управляющий со ссылкой на собственный анализ считает, что снижение платежеспособности должника началось с 2022 года и окончательно сформировалось в 2023 году.

Временный управляющий также заявляет, что выводы суда относительно анализа финансового состояния должника и пояснений его бывшего руководителя не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Суд, по мнению апеллянта, нарушил презумпцию, установленную обзором судебной практики, потребовав прямых доказательств того, что кредитор действовал по указанию контролирующего лица, и не исследовал доводы временного управляющего о фиктивности договоров, заключенных с целью финансирования должника.

По мнению конкурсного кредитора ООО «Цех Теста» суд первой инстанции при новом рассмотрении не учел, что кассационная инстанция направила дело на новое рассмотрение именно потому, что ранее судами не были установлены обстоятельства наступления у должника имущественного кризиса на соответствующие даты, а также не исследован способ предоставления компенсационного финансирования по каждому обязательству.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статей 121, 123, 156 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закон о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Пицца ФИО1.» имеет право требования к ООО «Пицца Ресторанте» в размере 541 478 244,65 руб. в связи с исполнением обязательств за должника по кредитному договору с ПАО Сбербанк в соответствии с положениями договора гарантии.

ООО «Пицца ФИО1.» являлось гарантом исполнения обязательств должника перед ПАО Сбербанк.

12.07.2018 должником заключен договор № 4954, в соответствии с которым ПАО Сбербанк обязалось открыть невозобновляемую кредитную линию для должника (п. 1.1 договора № 4954).

Выдача денежных средств со стороны ПАО Сбербанк и реальность взаимоотношений сторон подтверждается, в частности, следующими документами, заверенными со стороны ООО «Пицца Ресторанте»: копия выписки по договору № 4954, карточка счета 67.01 за 2023 по договору № 4954, карточка счета 67.01 за период январь 2018 – декабрь 2022 по договору № 4954, выписки по расчетным счетам ООО «Пицца Ресторанте» в ПАО Сбербанк за период с июля 2018 по август 2023 (выборка).

В соответствии с п. 9.1.2 договора № 4954 кредитор являлся одним из гарантов по настоящему договору, в связи с чем между ПАО Сбербанк и кредитором был заключен договор гарантии от 12.07.2018 (далее – договор предоставления гарантии, договор гарантии).

Согласно пункту 2.1 договора предоставления гарантии кредитор принял на себя обязательство обеспечить своевременное исполнение должником всех обязательств по договору № 4954, а также обязался перед ПАО Сбербанк уплачивать по первому требованию банка все суммы, не исполненные должником в срок по договору № 4954 либо в связи с ним, как если бы кредитор являлся основным должником по указанному договору.

Таким образом, в случае неисполнения должником обязательств по договору № 4954, кредитор должен был исполнять обязательства перед ПАО Сбербанк, как если бы он являлся основным должником по договору № 4954.

В связи с неисполнением обязательств должника по договору № 4954, ООО «Пицца ФИО1.» согласилось погасить задолженность должника, в результате чего между ПАО Сбербанк и ООО «Пицца ФИО1.» было заключено соглашение об осуществлении платежей и прекращении гарантии от 15.08.2023 (т. 1 л.д. 116-127, далее – соглашение), в соответствии с которым сумма погашения была определена в размере 519 407 004,54 руб.

Для погашения задолженности кредитором 17.08.2023 был открыт лицевой счет № 

<

***> в АО «Кредит Европа Банк (Россия)» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), на который в тот же день были зачислены денежные средства в размере 530 000 000 руб.

18.08.2023 кредитором был совершен платеж в размере 519 407 004,54 руб., что подтверждается платежным поручением № 1), для целей погашения обязательств по договору № 4954 в соответствии с условиями соглашения и в силу обязательств по договору гарантии.

Из имеющихся в деле документов и обстоятельства также подтверждаются информацией о движении денежных средств по счетам ООО «Пицца Ресторанте» в ПАО Сбербанк.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.08.2024 по делу № А40-199953/2023 для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено ПАО Сбербанк. У ПАО Сбербанк был истребован документ о прекращении иностранных гарантий, подписанный ПАО Сбербанк, во исполнение п. 2.2.2 Соглашения об осуществлении платежей и прекращении гарантий от 15.08.2023, заключенного между ПАО Сбербанк и ООО «Пицца ФИО1.».

ПАО Сбербанк представило ответ на запрос с приложением документа о прекращении иностранных гарантий (т. 5 л.д. 105-107), согласно которому договор гарантии прекращался с даты погашения гарантом задолженности должника. В последующем ПАО Сбербанк представило письменные объяснения от 04.12.2024, в которых дополнительно подтверждало, что ООО «Пицца ФИО1.» исполнило свои обязательства как гарант по договору № 4954.

По состоянию на 22.01.2024 на сумму долга подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 22 071 240,11 руб. в соответствии с расчетом, проведенным кредитором.

Учитывая, что по состоянию на 22.01.2024 задолженность перед кредитором не была погашена, на сумму долга подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ (по дату введения наблюдения 11.12.2023 включительно). Проценты за пользование чужими денежными средствами составляют 22 071 240,11 руб.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что общая задолженность должника перед кредитором составляет 541 478 244,65 руб. за погашение обязательств по договору № 4954 в соответствии с договором гарантии.

ООО «Пицца ФИО1.» также имеет право требования к ООО «Пицца Ресторанте» в размере 287 694 705,60 руб. в связи с неисполнением должником обязательств по договорам займа, поставки и возмездного оказания услуг.

Задолженность должника перед кредитором по договору возмездного оказания услуг составляет 30 000 000 руб.

Между кредитором и должником заключен договор возмездного оказания услуг от 03.03.2023, который предусматривал оказание консультационных услуг кредитору по вопросам работы в условиях мер ограничительного характера (санкций). В соответствии с п. 3.3 договора возмездного оказания услуг от 03.03.2023 ООО «Пицца ФИО1.» в срок не позднее 3-х рабочих дней с даты подписания настоящего договора перечисляет исполнителю (должнику) авансовый платеж в сумме 30 000 000 руб.

08.03.2023 кредитор перечислил должнику 30 000 000 руб. В свою очередь должником на сегодняшний день услуги кредитору оказаны не были, а аванс не возвращен, в связи с чем 30 000 000 руб. являются неосновательным обогащением в соответствии со ст. 1102 ГК РФ.

Данная задолженность подтверждается также информацией, представленной ООО «Пицца Ресторанте» (т. 1 л.д. 52), что свидетельствует о ее признании.

Задолженность должника перед кредитором по договору займа составляет 15 000 000 руб.

Между кредитором и должником также заключен договор займа № 11 от 18.07.2023, которым предусматривалась выдача денежных средств должнику в размере 15 000 000 руб.

В соответствии с п. 3.1 договора займа № 11 от 18.07.2023 первой датой выборки кредита является дата в период с 19.07.2023 по 21.07.2023.

19.07.2023 кредитором перечислены денежные средства в размере 15 000 000 руб.

Датой возврата займа является 31.05.2025, при этом в соответствии с п. 3 ст. 63 Закона о банкротстве с момента введения наблюдения срок исполнения обязательств считается наступившим. Денежные средства кредитору возвращены не были.

Данная задолженность подтверждается также информацией, представленной ООО «Пицца Ресторанте».

Задолженность должника перед кредитором по договору поставки составляет 242 694 705,60 руб.

Между кредитором и должником заключен договор поставки от 01.02.2023 (с дополнительными соглашениями от 21.03.2023, от 11.04.2023, от 02.06.2023), в соответствии с которым должник обязался поставить электрические конвейерные печи на общую сумму 242 694 705,60 руб.

Требование по данному договору подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве (залоговые требования), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 3 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Соответственно, для понижения очередности требований требуется, по общему правилу, установить, аффилированность кредитора и должника, факт предоставления соответствующего финансирования в состоянии имущественного кризиса должника. В случае установления, что у кредитора и должника имеется общее контролирующее лицо, то предполагается, что кредитор представлял компенсационное финансирование по указаниям контролирующего лица, что является опровержимой презумпцией (п. 4 Обзора).

Не любое требование, вытекающее из корпоративных обязательств, может быть удовлетворено с учетом понижения очередности.

Для понижения очередности требований ООО «Пицца ФИО1.» требуется установить указанные выше критерии субординации применительно к рассматриваемому делу.

Применяя положения о субординации к кредитору, стоит учитывать, что наличие или отсутствие имущественного кризиса является одним из ключевых моментов для разрешения вопроса о понижении очередности требований кредиторов должника (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 31.10.2023 № Ф03-28571/2023 по делу № А40-121999/2023).

Суду надлежит установить момент совершения каждой сделки для проведения соответствующего анализа на предмет наличия имущественного кризиса в указанный период.

Договоры поставки, займа, возмездного оказания услуг совершены в первой половине 2023 года, относительно чего у лиц, участвующих в деле, отсутствует спор.

Относительно требований из договора гарантии, судом первой инстанции установлено, что соответствующие требования возникли в результате исполнения кредитором обязательств за должника перед ПАО Сбербанк по договору № 4954 согласно положениям договора гарантии.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ при оценке требований контролирующего должника лица, основанных на заключенном с независимым кредитором договоре о предоставлении контролирующим лицом обеспечения за должника, стоит учитывать не момент исполнения обязательств по обеспечительной сделке, а момент заключения такой сделки (п. 6.1 Обзора; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2022 № 305-ЭС22-8181 по делу № А40-161005/2017). Аналогичная позиция отражена в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2022 № 41 «Об установлении в процедурах банкротства требований контролирующих должника лиц и аффилированных лиц должника», согласно которой не подлежит понижению в очередности требование контролирующего лица, являющегося поручителем, если договор поручительства заключен до появления у должника признаков имущественного кризиса, хотя бы и исполнение по нему осуществлено после возникновения соответствующих признаков.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно установил, что по указанным требованиям момент имущественного кризиса должен оцениваться на 2018 год.

Временный управляющий в апелляционной жалобе заявляет, что требование основано на исполнении заявителем в порядке ст. 313 ГК РФ обязательства за должника перед ПАО Сбербанк; обязательства по договору гарантии не могли быть исполнены кредитором, так как были прекращены соглашением о прекращении гарантии и об осуществлении платежей от 15.08.2023. То есть момент имущественного кризиса, исходя из позиции временного управляющего, подлежит оценке на август 2023 года.

Временный управляющий настаивает, что в силу п. 2.2.2 соглашения о прекращении гарантии и об осуществлении платежей от 15.08.2023 договор гарантии прекращается с момента заключения данного соглашения.

Между тем апелляционная коллегия соглашается с судом первой инстанции, что согласно прямым указаниям п. 2.2.2 соглашения о прекращении гарантии и об осуществлении платежей от 15.08.2023 с целью надлежащего оформления прекращения действия договора гарантии и освобождения кредитора от обязательств по ней ПАО Сбербанк обязалось в дату соглашения или приблизительно в такую дату оформить документ о прекращении иностранных гарантий.

ПАО Сбербанк представило документ о прекращении иностранных гарантий, согласно п. 2 которого банк выразил согласие прекратить договор гарантии с даты погашения, которой, согласно материалам дела, является 18.08.2023. При этом кредитор согласился перечислить сумму погашаемого долга банку с целью исполнения обязательств должника по договору № 4954, что прямо следует из п. 2.1.1 соглашения от 15.08.2023 и что полностью соответствует п. 2.1 договора гарантии, согласно которому кредитор обязался выплатить по требованию банка сумму задолженности должника, как если бы он являлся основным должником.

В силу пп. 4 п. 1 ст. 378 ГК РФ обязательство гаранта перед бенефициаром по независимой гарантии прекращается по соглашению гаранта с бенефициаром о прекращении этого обязательства. Судом первой инстанции было правомерно учтено, что таким соглашением в настоящем деле являлось соглашение о прекращении гарантии и об осуществлении платежей от 15.08.2023, следовательно, доводы временного управляющего о прекращении договора гарантии до исполнения обязательств кредитором являются несостоятельными.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что требования кредитора образовались в два периода, подлежащих исследованию судом относительно имущественного кризиса должника, а именно – 2018 год (период заключения договора гарантии с ПАО Сбербанк) и первая половина 2023 года (момент заключения договоров займа, поставки и возмездного оказания услуг).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

В 2018 году имущественный кризис у должника отсутствовал, что подтверждается материалами дела. В частности, изложенное подтверждается отсутствием против должника рассматриваемых арбитражных дел, публикациями СМИ о растущей прибыли группы компаний, куда входит должник, наймом нового генерального директора для целей развития бизнеса в рассматриваемый период.

Апелляционная коллегия также учитывает, что наличие у ООО «Пицца Ресторанте» возможности осуществлять обычную хозяйственную деятельность и исполнять обязательства перед контрагентами на указанную дату и на более поздние даты, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами, свидетельствует об отсутствии у должника имущественного кризиса в 2018 году.

В связи с изложенным доводы конкурсного кредитора ООО «Цех Теста» относительно более ранней даты наступления имущественного кризиса должника, отклоняются, как основанные исключительно на оценке отрицательных чистых активов должника.

При этом апеллянтом не учитывается, что отрицательное значение активов общества, определенное по данным бухгалтерской отчетности, при отсутствии иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности общества исполнять свои обязательства. Суд также принимает во внимание, что показатель чистых активов носит ограниченный, балансовый характер и зависит от учетной политики, методов амортизации, оценки резервов и иных формальных параметров.

Балансовая стоимость активов может существенно отличаться от их рыночной стоимости, при которой должник сохранял возможность стабильно осуществлять хозяйственную деятельность и исполнять денежные обязательства. Данный показатель не отражает фактического имущественного и финансового положения и не свидетельствует о наличии неплатежеспособности. Он может учитываться только в совокупности с иными доказательствами кризиса, которые в данном случае со стороны конкурсного кредитора ООО «Цех Теста» представлены не были.

В случае, если обеспечение (договор гарантии) предоставлено не в условиях финансового кризиса общества, требования кредитора понижению в очередности не подлежат. В таком случае исполнение обязательств по обеспечительной сделке в условиях имущественного кризиса должника не может считаться компенсационным финансированием, поскольку исполнение по обеспечительным сделкам, как правило, осуществляется в условиях имущественного кризиса должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2022 № 307-ЭС19-23448(3) по делу № А56-78582/2016).

Относительно наличия имущественного кризиса в первой половине 2023 года судом первой инстанции правомерно установлено следующее.

Временный управляющий утверждал, что имущественный кризис наступил в начале 2023 года. В качестве подтверждений данного вывода управляющий приводил анализ финансового состояния ООО «Пицца Ресторанте» от 04.04.2024, проведенный временным управляющим; пояснения бывшего генерального директора ФИО7, который заявлял о наступлении неплатежеспособности у должника в первой половине 2023 года, полную финансовую зависимость должника в указанный период от инвестиций учредителей, заявления кредиторов (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «ГУД ПИЩА», ФИО11) о намерении обратиться с заявлениями о банкротстве и наличие неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами (ООО «РАЛОР», ООО «Лукойл-Центрнефтепродукт», ООО «ТД Маркет», АО «Кока-Кола ЭйчБиСи Евразия», ООО «Управление корпоративным автопарком», ООО «ОмДжиКом», ООО «Баринов», ООО «ПепсиКоХолдинг»).

Временный управляющий в анализе указывал, что снижение платежеспособности должника началось с 2022 года и окончательно сформировалось в 2023 году, то есть временный управляющий считает, что имущественный кризис должника возник в 2023 году без конкретизации даты и месяца.

При этом временный управляющий в анализе неоднократно ссылался на невозможность установления отдельных обстоятельств, а также на недостаточность документов, прямо заявляя, что выводы могут быть изменены или скорректированы (стр. 154 анализа). ФИО7 в своих пояснениях также заявляет, что должник находился в состоянии имущественного кризиса уже в начале 2023 года, однако не представляет каких-либо подтверждающих документов.

Апелляционная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции и считает заявленные доводы относительно наличия имущественного кризиса у должника в начале 2023 года несостоятельными по следующим причинам, подтвержденным представленными в материалы дела доказательствами.

В представленном анализе финансового состояния отсутствует вывод о наличии имущественного кризиса у должника на начало 2023 года, а также принимает во внимание неоднократные указания временного управляющего в его заключении на невозможность достоверного установления ключевых обстоятельств, что ставит под сомнение обоснованность его итоговых выводов. Тем самым, самим временным управляющим кризис в обсуждаемый период установлен не был.

Относительно пояснений ФИО7 апелляционная коллегия учитывает, что бывший генеральный директор находится в конфликте с должником и учредителем должника, что подтверждается апелляционным определением Московского городского суда от 09.06.2024 по делу № 33-18757/24.

Публикации отдельных кредиторов о намерении обратиться с заявлениями о банкротстве, а также неисполненные обязательства перед отдельными кредиторами не могут сами по себе свидетельствовать о неплатежеспособности должника (Определение Верховного Суда РФ от 20.04.2020 № 305-ЭС20-4260 по делу № А40-182634/2018; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.01.2023 № Ф05-21977/2022 по делу № А40-86190/2021).

Апелляционная коллегия также принимает во внимание, что ни один из кредиторов, чьи намерения опубликованы в начале 2023 года (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «ГУД ПИЩА», ФИО11, ФИО12), не был включен в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, совокупность доказательств, представленных в материалы дела, не доказывает достоверно наличие имущественного кризиса должника именно в 2023 году.

Из системного анализа разъяснений, изложенных в Обзоре, следует, что имущественный кризис – не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно или при которой изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника, а также снижение выручки в период, предшествующий финансированию.

Судом первой инстанции надлежащим образом установлено, что решение об обращении с заявлением о банкротстве принято материнской компанией ДП Евразия Н.В. в августе 2023 года.

Как следует из пресс-релиза, на который ссылается временный управляющий (стр. 151 анализа финансового состояния ООО «Пицца Ресторанте» от 04.04.2024), указанное решение обусловлено, прежде всего, избранным материнской компанией подходом к прекращению инвестиций в российский бизнес. Следовательно, прекращение деятельности должника стало объективным и необратимым с указанного заявления о прекращении инвестиций в российский бизнес.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. В отсутствие представленного достоверного финансового заключения суд оценивает момент наступления состояния имущественного кризиса на основании имеющихся в деле доказательств.

С учетом изложенного апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно того, что имущественный кризис должника возник не ранее августа 2023 года и связан с решением о прекращении инвестиций в российский бизнес. Таким образом, на момент совершения рассматриваемых сделок должник не находился в состоянии имущественного кризиса.

В соответствии с п. 3.1 Обзора под компенсационным финансированием понимается финансирование в случаях, когда контролирующее лицо пытается вернуть подконтрольное лицо, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности. Отличительной особенностью компенсационного финансирования является его предоставление контролирующим лицом в ситуацию имущественного кризиса должника с целью возврата его к нормальной предпринимательской деятельности (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 30.10.2024 № Ф10-3822/2023 по делу № А09-907/2021). Апелляционная коллегия также принимает во внимание отсутствие доказательств наличия у кредитора намерения путем предоставления должнику займов скрыть его неблагополучное финансовое состояние с целью ввести заинтересованных лиц в заблуждение относительно платежеспособности. Из публичного пресс-релиза (стр. 151 анализа финансового состояния ООО «Пицца Ресторанте» от 04.04.2024) прямо следует намерение о прекращении инвестиций в российский бизнес и об обращении с заявлением о банкротстве.

Судом первой инстанции верно установлено, что все сделки кредитора совершены ранее даты наступления имущественного кризиса, следовательно, в отсутствие имущественного кризиса они не могут быть квалифицированы в качестве компенсационного финансирования.

Согласно действующему законодательству, презумпция – это опровержимое предположение, которое используется стороной по делу для облегчения доказывания определенного факта. Относительно указанной презумпции в качестве опровержения могут служить разъяснения кредитора относительно экономической обоснованности сделки (сделок), из которых возникли требования.

Апелляционная коллегия учитывает, что совершенные между должником и кредитором сделки являются разумными и коммерчески обоснованными, а также совершенными в рамках обычной хозяйственной деятельности, что опровергает презумпцию действий под влиянием контролирующего лица.

В таком случае бремя доказывания того, что кредитор действовал по указаниям контролирующего лица, переходит, согласно общим положениям процессуального права, на лицо, которое делает заявление относительно тех или иных обстоятельств, то есть в данном случае на временного управляющего.

При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, опровергающие разумность и коммерческую обоснованность сделок, или доказательства, свидетельствующие о том, что сделки были совершены по указаниям общего контролирующего лица.

Временный управляющий в своих письменных объяснениях заявляет, что им доказано, что компенсационное финансирование предоставлено кредитором по указанию бенефициара должника – ДП Евразия Н.В. Раскрывая данный тезис, управляющий ссылается исключительно на схему корпоративного участия.

Указанная схема не отрицается кредитором, но она не имеет доказательственного значения с учетом опровержения презумпции действий кредитора по инструкциям контролирующего лица.

Анализ временного управляющего относительно распоряжения полученными должником денежными средствами также не подтверждает какие-либо инструкции со стороны ДП Евразия Н.В., поскольку субъект хозяйственной деятельности вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

Также апелляционной коллегией обращается внимание, что все сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности, которая велась между должником и кредитором продолжительное время задолго до наступления установленного судом момента имущественного кризиса. Иных доказательств или доводов, прямо или косвенно подтверждающих действия кредитора по указаниям контролирующего лица, представлено не было.

Что касается аргументов временного управляющего относительно того, что коммерческие сделки являются притворными, суд первой инстанции обоснованно установил следующее.

Обе стороны договора поставки, ООО «Пицца Ресторанте» и кредитор, являются компаниями Domino's Pizza Group, международной сети ресторанов быстрого питания.

Согласно пояснениям кредитора, соглашение о поставке оборудования было обусловлено операционной необходимостью обеспечения ресторанов сети специализированной техникой. Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что заключение договора поставки оборудования между аффилированными лицами группы компаний Domino's Pizza Group было обусловлено операционной необходимостью обеспечения ресторанов сети оборудованием, соответствующим единым корпоративным стандартам, которое не требовалось более должнику в связи со сменой бизнес-модели: от модели сети собственных ресторанов к модели развития франчайзинговой сети.

При этом временным управляющим не представлено доказательств или разъяснений относительно экономической нецелесообразности и/или необоснованности сделки.

Аргументы временного управляющего о том, что у должника не было возможности закупить или произвести оборудование, являются заведомо несостоятельными, поскольку, как установлено судом, избыток оборудования образовался вследствие объективного изменения бизнес-модели должника.

Относительно вопросов, связанных со сроками поставки оборудования и последующего заключения дополнительных соглашений, кредитор пояснил, что между компаниями группы были установлены доверительные отношения, в связи с чем у кредитора отсутствовали сомнения относительно поставки оборудования в последующие периоды (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) по делу № А40-122605/2017).

Что касается договора услуг, то суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что предметом соглашения выступали специализированные консультации по адаптации бизнес-процессов к работе в условиях международных экономических ограничений. Исполнителем фактически планировался ФИО7, занимавший позицию генерального директора и обладавший уникальным профессиональным опытом. Его компетенции, сформированные в ходе работы в международных корпорациях в период действия санкционного режима, выходили за рамки стандартных управленческих функций (т. 5 л.д. 26). Согласно не опровергнутым пояснениям кредитора, привлечение такого эксперта на возмездной основе было полностью оправдано и не дублировало его основные трудовые обязанности. Что касается пояснений ФИО7 в данной части, апелляционная коллегия учитывает, что представленные сведения подлежат критической оценке ввиду нахождения ФИО7 в конфликте с должником.

Временным управляющим не доказано, что экспертиза ФИО7 не позволила бы оказать соответствующие услуги или что должник не нуждался в соответствующих консультациях.

Против Российской Федерации был введен ряд ограничительных мер, что является общеизвестным фактом, не требующим доказывания (п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023). В противовес иностранным ограничительным мерам Правительством и Президентом Российской Федерации был принят ряд ответных мер. Сложившаяся обстановка требовала от субъектов предпринимательской деятельности активных действий в рамках установленного ограничительными и ответными мерами регулирования, что подтверждает востребованность услуг, фигурирующих в рассматриваемом договоре.

Возражения временного управляющего относительно того, в каком виде были оформлены правоотношения сторон, являются необоснованными, поскольку относятся к организационным бизнес-процессам внутри группы, а не к сущности заявленных требований. При этом доводы о том, что предмет соглашения якобы не был определен сторонами, прямо противоречат п. 1 договора услуг (т. 1 л.д. 131).

Что касается договора займа, суд первой инстанции правомерно учел следующие обстоятельства.

Материалами дела подтверждается, что практика взаимного кредитования между участниками холдинга носила регулярный характер. Размер предоставленных средств (15 млн руб.) был незначительным как в масштабах группы, так и в контексте общего объема обязательств заемщика. Временный управляющий не представил обоснованных расчетов относительно того, каким образом представленная сумма (15 млн руб.) могла бы повлиять на платежеспособность должника.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

Довод временного управляющего о том, что договор являлся беспроцентным и якобы экономически необоснованным, не свидетельствует о его неразумности. Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что в случае с правоотношениями внутри группы компаний важно учитывать наличие фидуциарных отношений, а также продолжительность и систематичность подобных сделок между должником и кредитором задолго до имущественного кризиса.

При этом указанные временным управляющим незначительные пороки формы коммерческих сделок не имеют значения для рассмотрения вопроса о субординации требований. Так, договоры между должником и кредитором заключались посредством обмена электронными документами ввиду нахождения их в разных странах.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что квалификация временным управляющим субординации требований кредитора в качестве политической санкции является необоснованной и не подтвержденной нормами права. Так, вопрос субординации требований кредиторов относится исключительно к сфере гражданско-правового регулирования и не может ставиться в зависимость от внешнеполитических факторов.

При этом апелляционная коллегия обращает внимание, что кредитор является юридическим лицом, учрежденным и действующим в соответствии с законодательством Турецкой Республики, которая не входит в перечень иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц, который утвержден Распоряжением Правительства РФ от 05.03.2022 № 430-р.

Апелляционная коллегия также отмечает, что судом первой инстанции в полном объеме были выполнены письменные указания суда кассационной инстанции. Суд первой инстанции установил момент наступления имущественного кризиса, квалифицировал платежи по договору гарантии, установил отсутствие компенсационного характера сделок кредитора с должником, установил отсутствие разумных доказательств или сведений относительно действий кредитора по указаниям общего контролирующего лица.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционных жалоб по существу не опровергают выводы суда первой инстанции, а направлены исключительно на переоценку исследованных судом обстоятельств дела, представленных доказательств, а также сделанных на их основе выводов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2025 по делу № А40-199953/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:	Ж.В. Поташова

Судьи:	А.С. Маслов

Н.В. Юркова