ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-4228/2024

02 октября 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     23 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО2 по доверенности от 19.09.2024

от ответчика (должника): 1) не явился, извещен; 2) ФИО3 по доверенности от 16.09.2024

от 3-их лиц: 1) ФИО4 по доверенности от 29.01.2024; 2) не явился, извещен

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19176/2024)  ФИО5 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.05.2024 по делу № А56-4228/2024 (судья Салтыкова С.С.), принятое

по иску ФИО5

к  1) акционерному обществу «Верфау»;

2) обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний Хоссер» 

3-и лица:  1) ФИО6; 

2) общество с ограниченной ответственностью «Лео»

о признании недействительным договора на проектирование от 06.09.2019 №31/2019/ПИР-КРСК,

установил:

ФИО5 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о признании недействительной (ничтожной) сделкой Договора на проектирование № 31/2019/ПИРКРСК от 06.09.2019 между АО «Верфау» (далее – Общество) и ООО «ГК «Хоссер» (включая Акт № 1 от 30.01.2020 приема-передачи выполненных работ); применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующим обязательства АО «Верфау» перед ООО «ГК Хоссер» по оплате по Договору на проектирование № 31/2019/ПИРКРСК от 06.09.2019 (включая обязательство по оплате по Акту № 1 от 30.01.2020 приема-передачи выполненных работ). 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «ЛЕО».

Решением суда от 14.05.2024 в иске отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, в результате чего обжалуемый судебный акт основан на доказательствах, которые заранее не были раскрыты перед истцом. Поскольку такие доказательства не были заблаговременно раскрыты перед истцом, они должны быть исключены из числа доказательств по делу. Ссылается на то обстоятельство, что при допросе в качестве свидетеля ФИО7 отрицал подписание оспариваемого договора, спорный договор в период исполнения ФИО7 обязанностей единоличного исполнительного органа отсутствовал, у ФИО7 не было намерения заключать оспариваемый договор, доказательства, подтверждающие выражение АО «Верфау» в лице ФИО7 на заключение и исполнение оспариваемого договора в материалах дела также отсутствуют. Также указывает на нетипичное поведение ответчиков, на факт сокрытия от истца оспариваемого договора, объема работ, выполненных ООО «ГК «Хоссер» для АО «Верфау» по акту №1, на отсутствие должных пояснений со стороны ФИО6 по вопросу определения томов проектной документации, доработанных ООО «ГК «Хоссер». По мнению истца, ФИО6 в своих пояснениях подтвердил, что после 12.08.2019 работа по договору с АО «КРСК» не велась. Податель жалобы обращает внимание, что судом первой инстанции в рассматриваемом деле ошибочно не применены положения ст.10 и 168 ГК РФ, а также п.1 ст.170 ГК РФ.

От ООО «ГК «Хоссер» и третьих лиц поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которой они доводы жалобы оспаривают и просят обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представители ответчика и ФИО6 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по доводам отзывов.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО5 (истец) является акционером Общества, ему принадлежит 10% акций Общества. 

С 18.09.2019 ФИО7 досрочно освобожден от должности генерального директора Общества, генеральным директором Общества назначен ФИО6 (протокол внеочередного общего собрания акционеров Общества от 17.09.2019 № 17/09/19). 

Также ФИО6 по состоянию на 06.09.2019 являлся единственным участником и генеральным директором ООО «ГК «Хоссер». 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2018 в рамках дела № А56-150051/2018 принято к производству заявление ООО «Лидер» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ГК «Хоссер».

Определением от 18.03.2019 по делу № А56-150051/2018 в отношении ООО «ГК «Хоссер» введена процедура наблюдения, решением арбитражного суда от 20.05.2020 по указанному делу ООО «ГК «Хоссер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2023 по делу № А56-128091/2022 с Общества в пользу ООО «ГК «Хоссер» взыскано: 

- 411 820,38 руб. задолженности по договору от 01.10.2019 № 34/19-ГКХ; 

- 80 919,54 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору от 01.10.2019 № 34/19-ГКХ за период с 01.04.2022 по 26.10.2022; 

- проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму долга (411 820,38 руб.), из расчета действующей в соответствующие периоды ключевой ставки Банка России, начиная с 27.10.2022 по дату фактического исполнения обязательства; 

- 10 718 070,71 руб. задолженности и 1 071 807,07 руб. неустойки за период с 07.01.2022 по 19.12.2022 по договору от 06.09.2019 № 31/2019/ПИР-КРСК. 

Истцом представлен в материалы дела вышеуказанный договор на проектирование от 06.09.2019 № 31/2019/ПИР-КРСК, заключенный Обществом как Заказчиком и ООО «ГК «Хоссер» как Подрядчиком. 

В соответствии с п. 1.1 Договора №31/2019/ПИР-КРСК от 06.09.2019 (далее – Договор) ООО «ГК Хоссер» было обязано выполнить работы по проектированию объектов капитального строительства и инженерной инфраструктуры в рамках создания инновационного медицинского кластера на территории региона Кавказских Минеральных Вод в соответствии с заданием на проектирование: «Строительство объектов капитального строительства и инженерной инфраструктуры в рамках проекта создания инновационного медицинского кластера на территории региона Кавказских Минеральных Вод», являющимся Приложением № 1 к Договору, включая Работы по разработке проектной и рабочей документации, проведению инженерных изысканий, сопровождению Заказчика при проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, проверке проектной документации и достоверности сметной стоимости объекта в органах государственной экспертизы, проведению технологического и ценового аудита (при необходимости). 

Пунктом 1.2. Договора предусмотрено, что результатом выполнения Работ по Договору являются согласованные с АО «Верфау» отчетные материалы и документы, выполненные в соответствии с требованиями Задания на проектирование, в объеме и формате, определенном Заданием на проектирование. 

Согласно п. 1.3 Договора настоящий Договор заключен сторонами в рамках выполнения Заказчиком Договора б/№ от 17.01.2018, заключенного между Заказчиком и АО «Корпорация развития Северного Кавказа» по итогам открытого конкурса на право заключения договора на выполнение комплекса услуг по проектированию объектов капитального строительства и инженерной инфраструктуры в рамках создания инновационного медицинского кластера на территории региона Кавказских Минеральных Вод. 

В соответствии с п.2.1.5. Договора ООО «ГК Хоссер» было обязано также обеспечить участие членов проектной команды Исполнителя в процессе выполнения работ. 

Истец указывает, что Договор был обнаружен в ноябре-декабре 2023 года при проведении ревизии деятельности Общества за период, когда генеральным директором Общества был ФИО6 (с 18.09.2019 по 19.12.2023). 

Также истец указывает на то, что в результате данной проверки был обнаружен акт от 30.01.2020 № 1 приема-передачи выполненных работ по Договору, подписанный со стороны Общества генеральным директором ФИО6, а со стороны ООО «ГК Хоссер» - представителем по доверенности. 

Сумма по акту – 13 175 250 руб. 

Представленный Договор со стороны Общества подписан ФИО7, исполнявшим обязанности генерального директора на дату Договора 06.09.2019; со стороны ООО «ГК Хоссер» Договор подписан генеральным директором ФИО6 

Истец утверждает, что проставленная на Договоре от имени ФИО7 подпись сделана иным лицом; Договор является ничтожной сделкой на основании ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также п. 1 ст. 170 ГК РФ. 

При этом, акт от 30.01.2020 № 1 был подписан для вида, в отсутствие реального выполнения работ, с целью причинения вреда Обществу. 

Истец указывает, что о мнимости Договора свидетельствует тот факт, что проектные работы по договору от 17.01.2018 б/№ велись в период до 12.08.2019; письмом от 12.08.2019 № 36019 Общество приостановило выполнение работ. 

После 12.08.2019 со стороны АО «КРСК» в адрес Общества направлялись претензии с требованием передать итоговый результат работ по договору б/№ от 17.01.2018. 

В частности, в письме № 859 от 30.12.2019 АО «КРСК» указало, что по состоянию на 30.12.2019 доработанная проектная документация в АО «КРСК» не поступала, в связи с этим АО «КРСК» потребовало предоставить результат работ по Договору от 17.01.2018, а также уплатить неустойку. 

16.03.2020 АО «КРСК» направило в адрес Общества письмо от 16.03.2020 № 194, содержащее уведомление о расторжении договора от 17.01.2018 б/№. 

Истец указывает, что поскольку проектные работы по договору от 17.01.2018 б/№, заключенному между Обществом и АО «КРСК», были приостановлены с 12.08.2019 и более не возобновлялись, постольку Общество не могло менее чем через месяц после приостановления работ по основному договору привлечь субподрядчика к выполнению проектных работ; такое привлечение не имело для Общества никакого экономического смысла.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, в иске отказал.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные ст. 10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных п. 1 ст.170 ГК РФ. 

В связи с этим квалификация сделки как недействительной по основаниям ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции п. 1 ст. 170 ГК РФ. 

В рассматриваемом случае, вопреки позиции подателя жалобы, основания для квалификации сделки как недействительной по основаниям ст. 10 и 168 ГК РФ отсутствуют, поскольку истец фактически ссылается только на ее мнимость. 

Ответчиком и третьим лицом при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявлено о пропуске срока исковой давности. 

Ссылки ответчика и третьего лица на годичный срок исковой давности, предусмотренный Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку в данном законе установлен срок исковой давности для сделок крупных и с заинтересованностью, в то время как в настоящем деле сделка оспаривается как мнимая. 

Как разъяснено в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст.170 ГК РФ). 

Срок исковой давности для обращения об оспаривании сделок в этом случае применяется исходя из общих правил ст. 181 ГК РФ. 

Как разъяснено в п.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности. 

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. 

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

Ответчиком и третьими лицами заявлено о пропуске истцом срока исковой давности со ссылкой на то, что срок исковой давности истек в марте 2023 года, поскольку в марте 2020 года был подписан акт сдачи-приемки выполненных работ по Договору; в свою очередь, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском только в декабре 2023 года. 

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие с достаточной степенью достоверности утверждать, что истцу было известно об  исполнении Договора в дату ранее 19.01.2021 (с настоящим иском истец обратился в арбитражный суд 19.01.2024). 

Для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. 

В исковом заявлении указано, что заключенный между Акционерным обществом «Корпорация развития Северного Кавказа» (ИНН 

<

***>, далее – АО «КРСК») и АО «Верфау» государственный контракт на выполнение работ по проектированию № 00000000370160030002/б/н от 17.01.2018 был расторгнут АО «КРСК» в одностороннем порядке только в марте 2020 года. 

Таким образом, объем работ, который был поручен ООО «Группа Компаний Хоссер» для выполнения, существовал в период действия договора, доводы истца об обратном не свидетельствуют. 

АО «Верфау», не имея возможности продолжать устранение полученных замечаний с целью продолжения исполнения Контракта № 00000000370160030002/б/н от 17.01.2018, обратилось к ООО «ГК Хоссер». 

Представленные в дело доказательства также подтверждают, что в период действия оспариваемого договора у АО «Верфау» отсутствовали соответствующие разрешения. 

ООО «ГК Хоссер» на дату исполнения обязательств имело право проектировать, в том числе, объекты капитального строительства, объекты использования атомной энергии. 

Кроем прочих доказательств по делу, представлены сведения о наличии значительного опыта в осуществлении соответствующего предмету договора видов работ.

То есть привлечение ООО «ГК Хоссер» в качестве подрядчика по договору №31/2019/ПИР-КРСК от 06.09.2019 имело для АО «Верфау» экономическую целесообразность. 

Так, согласно представленным в материалы дела актам о наложении ареста, в июне 2019 года были наложены аресты на денежные средства и иное имущество Общества; согласно расчету по страховым взносам за 9 месяцев 2019 в Обществе произошло резкое сокращение штата до 19 человек, 8 из которых находились в отпуске по уходу за ребенком, 9 человек находились в отпуске за свой счет, работали 2 человека, один из которых сам ФИО6 

19.03.2019 на основании решения Дисциплинарной комиссии Ассоциации Саморегулируемой организации «Балтийское объединение проектировщиков» было приостановлено право Общества осуществлять подготовку проектной документации. 

Общество в 2019 году находилось в предбанкротном состоянии. 

14.12.2018 ООО «РАУМ ИНЖИНИРИНГ» в рамках дела № А56-157553/2018 было подано заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом); производство по данному делу было прекращено только 30.12.2020. 

В свою очередь, по состоянию на сентябрь 2019 года в штате ООО «Группа Компаний Хоссер» состояли 36 человек, из которых только штатных инженеров по проектированию было 12 человек. 

Таким образом, реальная возможность выполнять работы своими силами у ООО «Группа Компаний Хоссер» существовала, что истцом не опровергнуто. 

Сведения о наличии сотрудников в штате подтверждаются штатным расписанием соответствующего периода, а также данными Пенсионного фонда России и Фонда социального страхования РФ. 

При этом, материалами дела подтверждается, что сотрудники ООО «Группа Компаний Хоссер» участвовали в исполнении Договора. 

Так, сотрудник ответчика ФИО8 путем использования электронной почты ООО «ГК Хоссер» - «i.skavronskaya@hosser.ru» в ноябре 2019 года от имени АО «Верфау» осуществляла устранение замечаний, ранее полученных от Заказчика, давала объяснения по проектным решениям, в теме письма указан проект «Инновационный медицинский кластер на территории региона Кавказских минеральных вод». 

Письмом от 05.11.2019 ФИО8 продублировала ранее отправленные в адрес Заказчика и технического заказчика документы путем использования электронной почты, а также указывала, что отдельно ссылкой пришлет отредактированную проектную документацию. 

Письмом от 07.11.2019 заказчик направил комментарии на полученные от ФИО8 документы. 

В качестве получателя письма указан также ФИО9 — Директор, начальник Департамента развития медицинского кластера АО «КРСК». 

Также 07.11.2019 ФИО8 вела переписку по вопросу дальнейшего финансирования АО «Верфау». Заказчиком, данный запрос был продублирован 13.11.2019. 

Вышеуказанные письма представлены в приложениях к отзыву ответчика на исковое заявление и имеются в материалах рассматриваемого дела.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, в материалы дела представлен протокол совещания от 30.10.2019, согласно которому, несмотря на указываемое истцом приостановление работ по договору между ответчиком и АО «КРСК», последние продолжали сотрудничество по данному договору, проводили рабочие встречи, при этом, со стороны Общества на данной рабочей встрече присутствовала сотрудник ООО «Группа Компаний Хоссер» ФИО8 

Таким образом, ООО «Группа Компаний Хоссер» осуществляло реальное исполнение Договора от 06.09.2019 № 31/2019/ПИР-КРСК путем привлечения к данному проекту высококвалифицированных сотрудников, дорабатывало документацию и передавало в адрес АО «КРСК» по электронной почте. 

ООО «ГК Хоссер» с 02.03.2017 являлось членом СРО А «Объединение проектировщиков» (регистрационный номер записи Ростехнадзора СРО-П-031- 28092009), регистрационный номер члена в реестре СРО: 688. 

ООО «ГК Хоссер» имело право проектировать в том числе: 

а) объекты капитального строительства (кроме особо опасных, технически сложных и уникальных объектов, объектов использования атомной энергии) с 01.07.2017 

в) объекты использования атомной энергии с 25.04.2019. 

Таким образом, в период выполнения работ по Договору №31/2019/ПИР-КРСК от 06.09.2019 ООО «ГК Хоссер» имело соответствующий допуск для выполнения работ. 

То обстоятельство, качественно или нет в итоге были выполнены работы по Договору, в полном или не в полном объеме, не влияет на то, что изначально целью заключения спорного Договора являлось его исполнение. 

Допрошенный в судебном заседании 24.04.2024 ФИО7 указал, что он не подписывал спорный Договор от имени Общества, продолжение работ по договору б/№ от 17.01.2018, заключенному с АО «Корпорация развития Северного Кавказа» Общество не планировало, о наличии задолженности у Общества перед ООО «ГК Хоссер» ему неизвестно. 

Также свидетель подтвердил, что к концу 2019 года в Обществе практически никого из сотрудников не осталось. 

Суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля, что, в свою очередь, не учтено подателем жалобы, о том, что Общество не планировало продолжение работ по договору с АО «Корпорация развития Северного Кавказа», поскольку очевидно, что приостановление работ не означает отказ от договора. 

Из представленных в материалы дела письменных доказательств видно, что Обществом в лице нового генерального директора ФИО6, а также сотрудниками ООО «ГК Хоссер» ведется работа с АО «Корпорация развития Северного Кавказа» по согласованию противоречий, возникших при исполнении договора, устранению выявленных замечаний. 

Со стороны сотрудника ООО «ГК Хоссер» даны письменные пояснения о том, что она исполняла спорный Договор (данные пояснения нотариально удостоверены в протоколе допроса свидетеля от 23.04.2024). 

При этом представленным в материалы дела заключением специалиста от 15.04.2024 подтверждается, что на письмах Общества подпись от имени ФИО7 проставлялась различными лицами. 

Данное заключение специалиста истцом не оспорено. 

Также суд верно критически отнесся к показаниям свидетеля ФИО7 в части того, что он не помнит фактов сотрудничества Общества с ООО «ГК Хоссер». 

Так, из его пояснений следует, что он оказывал содействие в урегулировании задолженностей, образовавшихся во время его директорства. 

При этом, из представленной в материалы дела электронной переписке ФИО7 с представителем одного из акционеров Общества ФИО10 следует, что, направляя 14.09.2020 прогноз по погашению задолженности Общества, он также указывал задолженность перед ООО «ГК Хоссер». 

Принимая во внимание указанные обстоятельства суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что показания свидетеля ФИО7 нельзя признать и использовать в качестве достоверных доказательств ввиду их противоречия имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Доводы жалобы, основанные на данных свидетелем ФИО7 в судебном заседании суда первой инстанции показаниях, апелляционным судом отклоняются, поскольку, как было указано ранее, такие доказательства противоречат имеющимся в деле доказательствам, о фальсификации которых заявлено сторонами не было, а также фактическому поведению самого свидетеля в рамках взаимоотношений с ответчиком.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии со стороны ФИО6 должных пояснений по вопросу определения томов проектной документации, доработанных ООО «ГК «Хоссер» отклоняется апелляционным судом, поскольку к существу спора отношения не имеет и мнимость оспариваемого договора не подтверждает.

Факт сокрытия от истца оспариваемого договора, объема работ, выполненных ООО «ГК «Хоссер» для АО «Верфау» по акту №1, соответствующими доказательствами не подтвержден. 

Учитывая изложенное суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что настоящий спор возник исключительно в связи с несогласием истца и Общества с решением суда о взыскании с Общества задолженности в пользу ООО «ГК Хоссер» за выполненные по спорному Договору работы. При этом несогласие с качеством работ, их объемом, отраженным в акте приема-сдачи выполненных работ, не являются основанием для вывода о том, что спорный Договор изначально заключен не с целью его выполнения, а соответственно, отсутствуют основания для признания его мнимым.

Доводов и обстоятельств, свидетельствующих о наличии безусловных оснований для отмены судебного акта, а также нарушений норм процессуального права, приведших к принятию по делу неправильного судебного акта, истцом не приведено и не представлено, в то время как нарушение порядка раскрытия доказательств, представленных в опровержение доводов истца, само по себе о принятии по делу неправильного судебного акта не свидетельствует. Следует отметить, что представитель истца не возражал против приобщения документов, которые были представлены сторонами в дело, не заявлял ходатайств об отложении судебного заседания либо о перерыве с целью их ознакомления. На стадии исследования материалов дела, представителем также не было заявлено никаких требований.

Принимая во внимание вышеизложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 14.05.2024 по делу №  А56-4228/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина