ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-241500/21

13 декабря 2023 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, доверенность от 13.04.2023;

от конкурсного управляющего ООО «Милтон»: ФИО3, доверенность от 05.09.2022;

рассмотрев 06 декабря 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 25 июля 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 25 сентября 2023 года

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Милтон» контролирующих лиц должника ФИО1, приостановлении производства по заявлению о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Милтон»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2022 ООО «Милтон» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» от 12.03.2022 № 42.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Милтон» ФИО4 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25 июля 2023 года к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Милтон» привлечено контролирующее лицо должника ФИО1, приостановлено производство по заявлению о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 сентября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления в полном объеме.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, от ходатайства об отложении судебного заседания отказался.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Милтон» возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Постановления № 53, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом сделками и наступлением банкротства должника.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО1 с 2015 года являлся единоличным исполнительным органом должника.

Таким образом, суды правомерно указали, что ФИО1 в силу указанных выше положений Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом.

В соответствии с положениями подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством: Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Суды указали, что отсутствие первичных бухгалтерских документов не позволило конкурсному управляющему должным образом осуществить действия по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Федеральный закон № 129-ФЗ), действовавшем до 01.01.2013, одной из основных задач бухгалтерского учета является «формирование полной и достоверной информации о деятельности организации и ее имущественном положении, необходимой внутренним пользователям бухгалтерской отчетности - руководителям, учредителям, участникам и собственникам имущества организации, а также внешним - инвесторам, кредиторам и другим пользователям бухгалтерской отчетности».

При этом согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона № 129-ФЗ, все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Руководитель организации несет ответственность за достоверность показателей и обязан при предоставлении годового бухгалтерского баланса провести инвентаризацию активов.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 24 Постановления № 53 установлено, что ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судами установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2022 ООО «Милтон» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника. При этом определением суда от 23.03.2023 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ФИО1 документов, подтверждающих выполнение со стороны должника договоров с ООО «НТК» и ООО «НТ МТД».

Также судами установлено из данных бухгалтерского баланса должника и материалов дела, что в течение 2016-2017 годов у должника сформировалась дебиторская задолженность ООО «НТК» в размере 81.920.129,14 руб., ООО «НТ МТД» - 3.437.528,95 руб.

Суды указали, что ФИО1 не отрицал наличия указанной дебиторской задолженности, вместе с тем настаивал на факте передачи документов, подтверждающих наличие указанной дебиторской задолженности, конкурсному управляющему. При этом, как следует из актов приема-передачи документации между конкурсным управляющим и ФИО1, указанные документы в актах отсутствуют.

Учитывая изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о несостоятельности доводов ФИО1 о ненадлежащем хранении конкурсным управляющим указанных документов, поскольку ФИО1 не доказан факт их передачи конкурсному управляющему.

Также судами принято во внимание, что в материалах дела имеются доказательства невозможности пополнения конкурсной массы вследствие поведения ФИО1

Так, судами установлено, что конкурсный управляющий ООО «Милтон» обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ООО «НТ МТД» денежных средств в размере 3.437.528,95 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-242749/22 от 18.11.2022 иск оставлен без движения, поскольку не представлены доказательства поставки товара или принятие его покупателем. По ходатайству конкурсного управляющего определением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2023 срок оставления иска без движения продлен, а конкурсный управляющий обратился с соответствующим запросом к ФИО1

Вместе с тем, ФИО1 не передал необходимые документы, в связи с чем определением Арбитражного суда города Москвы от 03.03.2023 по делу № А40-242749/22 иск возвращен заявителю.

Конкурсный управляющий ООО «Милтон» 19.01.2023 обратился в Арбитражный суд Московской области по делу о банкротстве ООО «НТК» (ИНН 

<

***>) с заявлением о признании задолженности в размере 81.920.129,14 руб. обоснованной, подлежащей удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. Определением Арбитражного суда Московской области от 10.03.2023 по делу № А41-84135/21 отказано в удовлетворении заявления в связи с пропуском срока исковой давности.

Судами установлено, что обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему бывшим руководителем должника в полном объеме до настоящего времени не исполнена.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Данная норма распределяет бремя доказывания между сторонами в зависимости от установления факта причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

Как указали суды, неисполнение генеральным директором обязанности по передаче документов не позволило конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнить обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принять меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявить к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с нормами статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы может признана совершенной с намерением причинить вред другому лицу.

Судами также установлено, что ФИО1, начиная с момента возникновения вышеупомянутых прав требований, не предпринимались действия по своевременному взысканию указанной задолженности с контрагента ООО «НТК» (ИНН 

<

***>), которое является аффилированным с должником и ФИО1 в силу владения последним 100% долей уставного капитала с 13.10.2015, что подтверждается материалами дела.

При этом суды обоснованно отметили, что взыскание указанной дебиторской задолженности позволило бы погасить требования кредиторов в полном объеме, что в свою очередь исключило бы возможное банкротство должника.

В данном случае, как указали суды, злоупотребление правом выражается в бездействии контролирующего лица связанное с невзысканием дебиторской задолженности с подконтрольного ему общества-контрагента, что в свою очередь привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами и как следствие к банкротству самого должника.

Суды отметили, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и тому подобное) и представить соответствующие доказательства.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом.

Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и тому подобное).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и тому подобное.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и тому подобное) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

Согласно пунктам 16, 19, 21, 24 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Статьей 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами или должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

При этом пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков (пункт 3 статьи 9 Закона о банкротстве).

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе, с появлением признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами (абзацы второй, шестой пункта 1 статьи 9 Закона).

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворить требования кредитора и нарушением обязанности; предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом, суды правомерно указали, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве достаточно установить следующие обстоятельства:

- наличие надлежащего субъекта ответственности, которым является лицо (в частности - руководитель должника), на которое Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления;

- возникновение у контролирующего должника лица обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и факт пропуска установленного законом срока для исполнения такой обязанности;

- наличие обязательств, возникших у должника перед кредиторами после истечения срока, отведенного для обращения контролирующего должника лица в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которые и будут составлять размер субсидиарной ответственности такого лица.

При этом суды отметили, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Суды указали, что конкурсный управляющий ссылался на то, что бездействие ФИО1 в 2016 привело к тому, что уже по итогам 2017 год чистый убыток предприятия составил 37.915.000 руб. В последующие годы предприятие также показывало убыточную деятельность. Задолженность по обязательствам, неисполнение которых явилось основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве, возникла в 2015-2016 годах.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что по итогам 2017 года ФИО1 был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Милтон».

Судами установлено и принято во внимание, что в отношении должника в 2017 году возбуждено 44 исполнительных производства, ни одно из которых не завершено исполнением. Первое исполнительное производство № 1783637/17/77043-ИП в отношении должника по взысканию обязательных платежей возбуждено 18.09.2017, сумма взыскания - 1.504.511,58 руб.

Исполнительный документ возвращен взыскателю 25.12.2017 вследствие невозможности разыскать должника или его имущество. Указанные обстоятельства не опровергнуты ФИО1, доказательств обратного судам не представлено.

Таким образом, суды отметили, что по мнению конкурсного управляющего, ФИО1 обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом не позднее 25.01.2018.

Между тем, суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по основаниям статьи 9 Закона о несостоятельности (банкротстве) установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Доказывание момента возникновения одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влияет на объем обязательств, возникших после истечения срока, указанного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, в реестр требований кредиторов ООО «Милтон» включены требования уполномоченного органа второй очереди - задолженность по НДФЛ за 2018 год, 1 кв. 2019 года, 1 кв. 2020 года, 1 кв. 2021 года, по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование за 3, 4 кв. 2018 года, 1, 2, 3, 4 кв. 2019 года, 1, 2, 3, 4 кв. 2020 года, 1, 2, 3 кв. 2021 года, по страховым взносам на обязательное медицинское страхование в бюджет Федерального фонда ОМС за периоды с 01.01.2017 (за 3, 4 кв. 2018 года, 1, 2, 3, 4 кв. 2019 года, 1, 2, 3, 4 кв. 2020 года, 1, 2, 3 кв. 2021 года) в общей сумме 8.017.176,59 руб., третьей очереди - задолженность по налогу, взимаемому с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы (за год 2018) в сумме 1.285.212 руб., 6.125.780,89 руб. - пени, 657.246,59 руб. - штраф.

Указанные обязательства возникли после даты, когда ФИО1 обязан был обратиться с заявлением о банкротстве должника, в связи с чем суды обоснованно отметили, что указанные обстоятельства учитываются при определении размера субсидиарной ответственности ФИО1

При этом ссылка ФИО1 на анализ финансового состояния ООО «Милтон» обоснованно не принята судами в связи со следующим.

Суды указали, что из анализа финансового состояния следует, что анализ проведен в соответствии с Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 (далее - Правила).

В соответствии с пунктами 1 и 2 Правил, при проведении финансового анализа арбитражный управляющий анализирует финансовое состояние должника на дату проведения анализа в целях подготовки, в том числе предложения о возможности (невозможности) восстановления платежеспособности должника, определения возможности покрытия за счет имущества должника судебных расходов. При таких обстоятельствах, правила и методики, установленные вышеуказанными нормативными актами, применяются для проведения исследования по состоянию на дату проведения анализа в целях, отличных от проверки финансового состояния общества на даты совершения вменяемых правонарушений.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи доведением должника до банкротства, неисполнением в полном объеме обязанности по передаче документов конкурсному управляющему и не обращением в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Принимая во внимание невозможность на данный момент определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, а также правовую возможность приостановления производства по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленную Законом о банкротстве, суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для приостановления производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами по делу № А40-241500/21.

Доводы ФИО1 о том, что судом вынесено определение об истребовании документов у ФИО1 с неправильным наименованием контрагента (указано ООО «НТК» вместо ООО «НТ МТД») и что ФИО1 не мог предоставить документы, которые не существовали, обоснованно отклонены судами.

Как указали суды, действительно, в определении Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2023 об истребовании у ФИО1 документов допущена опечатка. Однако ФИО1 был обязан передать документы конкурсному управляющему с соответствующими пояснениями, которые также мог представить суду.

Судами установлено, что в данном случае ФИО1 с заявлением об исправлении опечаток или с жалобами не обращался, в связи с чем судом первой инстанции обоснованно указано, что он был осведомлен о том, какие договоры, с какими номерами и датами и с какой организацией он заключал, и какие акты, накладные и иные документы по исполнению этих договоров у него имелись. Тем более что в указанном определении суда также указано и ООО «НТК».

Довод ФИО1 о том, что документы, указанные в пунктах 1-11, 1-8 определения суда от 23.03.2023, переданы согласно актам № 3 (пункты 1, 10, 1), № 4 (4, 4, 5, 16, 21, 37, 42) обоснованно признан судами несостоятельным, поскольку указанные пункты не содержат наименования тех документов, которые были необходимы для взыскания дебиторской задолженности, которая числилась в бухгалтерском учете ООО «Милтон».

Также судами обоснованно отклонены доводы ФИО1 о том, что на дату проведения финансового анализа 24.05.2022 ООО «Милтон» являлось платежеспособным предприятием, так как суды установили, что кредиторская задолженность, возникшая в 2015 году, до настоящего времени не погашена, а активы должника представляли собой дебиторскую задолженность, которая в настоящее время практически нереальна к взысканию вследствие бездействия ФИО1 по ее невзысканию в установленный законом срок. Фактически, при формальном наличии «активов» в виде дебиторской задолженности и положительных показателях бухгалтерского баланса за 2016 год, впоследствии ФИО1 допущено бездействие по невзысканию дебиторской задолженности с аффилированной компании, приведшее к банкротству ООО «Милтон».

Судами учтено, что задолженность перед ИП ФИО5 (ее правопредшественником ООО «Измерительные приборы») начала формироваться в 2015-2016 годах: решением Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2021 по делу № А40-77721/21, вынесенным по иску ИП ФИО5 (заявитель по настоящему делу о банкротстве), установлено, что между ООО «Милтон» и ООО «Измерительные приборы» заключен договор поставки от 02.06.2015 № 11507-01, по условиям которого поставщик обязался поставить покупателю товар (количество, цена, ассортимент товара согласовываются сторонами в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора), а покупатель обязался оплатить поставляемый товар.

Судами установлено, что сроки оплаты указаны в заключенных между ООО «Измерительные приборы» и ООО «Милтон» спецификациях от 02.06.2015 № 1, от 04.05.2015 № 2, от 05.06.2015 № 3, от 08.06.2015 № 4, от 20.06.2015 № 5, от 22.06.2015 № 6, от 23.06.2015 № 7.

ООО «Измерительные приборы» произведена поставка товара в период с 15.06.2015 по 10.07.2015 на сумму 1.920.217,92 руб.

Кроме того, между ООО «Измерительные приборы» и ООО «Милтон» заключен договор аренды оборудования с правом выкупа от 01.07.2015 № 1/1506, по условиям которого арендодатель в течение 5 дней после подписания данного договора передает арендатору во временное владение и пользование оборудование, указанное в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора, на срок с 01.07.2015 по 01.07.2019, с правом его последующего выкупа. Стороны 01.07.2016 заключили дополнительное соглашение № 3 к договору о расторжении договора аренды оборудования с правом выкупа от 01.07.2015 № 1/1506. В соответствии с пунктом 3.2 договора арендатор обязан уплачивать арендодателю арендную плату ежемесячно путем перечисления на расчетный счет арендатора до 20-го числа месяца, следующего за истекшим месяцем, в течение всего срока, пока имущество находится в собственности арендодателя. Должником не произведена оплата арендной платы за нежилые помещения за период с 31.01.2016 по 30.06.2016, в связи с чем образовалась задолженность в размере 624.923,82 руб. Итого задолженность ответчика по указанным договорам составила 2.545.141,74 руб. Между ООО «Измерительные приборы» и ИП ФИО5 25.12.2020 заключен договор уступки прав требования (цессии) от 25.12.2020 № 1, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме права (требования) к ООО «Милтон» по договору аренды оборудования с правом выкупа от 01.06.2015 № 1/1506 и договору поставки товара от 02.06.2015 № 11507-01 номиналом 2.545.141,74 руб.

Требования ИП ФИО5 в указанном размере, а также расходы по госпошлине в размере 35.726 руб. включены в реестр требований кредиторов согласно решению по настоящему делу от 01.03.2022.

Тем же решением от 01.03.2022 установлено, что в 2019 и 2020 годах в отношении ООО «Милтон» возбуждено 8 исполнительных производств, все из которых прекращены по основаниям, предусмотренным пунктом 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», а именно: невозможность установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях.

Как следует из банка данных исполнительных производств и открытых данных системы «Контур-Фокус», в отношении должника возбуждено 44 исполнительных производства в период с 18.09.2017 по 10.01.2022.

Ни одно исполнительное производство не окончено в связи с погашением должником требований взыскателей: исполнительные документы возвращались взыскателю, так как было невозможно разыскать должника или его имущество.

Как следует из той части документации должника, которая передана ФИО1 конкурсному управляющему, в течение 2016 года (в основном) у должника сформировалась дебиторская задолженность (дебитор - ООО «НТК») в значительном размере 81.920.129,14 руб.

Однако срок исковой давности по требованиям о взыскании дебиторской задолженности истекал в конце 2018 - середине 2019 года.

При этом ФИО1 ни в 2016 году, ни позже (в течение срока исковой давности) не предпринимались никакие действия по своевременному взысканию указанной задолженности с контрагента ООО «НТК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), которое является аффилированным с должником и ФИО1 в силу владения последним 100% долей уставного капитала с 13.10.2015. ООО «НТК» также признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Московской области от 28.03.2022 по делу № А41-84135/21.

Таким образом, именно действия ФИО1 в 2016 году привели к тому, что уже по итогам 2017 года чистый убыток предприятия составил 37.915.000 руб. В последующие годы предприятие также показывало убыточную деятельность. Анализ финансового состояния должника, проведенный за период 2019-2021 годов, показал неплатежеспособность должника во все указанные периоды.

Исходя из изложенного, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно заключили, что объективное банкротство ООО «Милтон» наступило в 2017 году вследствие действий и бездействия контролирующего должника лица, которые имели место в 2016 году.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Милтон» контролирующего лица должника ФИО1

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25 июля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 сентября 2023 года по делу № А40-241500/21 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            В.Л. Перунова

 

Н.Н. Тарасов