ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-553/21

10 октября 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Мысака Н.Я.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего должника ФИО1: ФИО2, доверенность от 16.04.2024;

от ООО «Искона Холдинг» в лице конкурсного управляющего ФИО3: ФИО4, доверенность от 01.09.2024;

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 30.03.2023;

рассмотрев 26 сентября 2024 года в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего должника ФИО1 и ИП ФИО7

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 18 марта 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 29 мая 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц - ФИО5 и ФИО8

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВИНАСТ»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021 ООО «ВИНАСТ» (далее - должник, общество) признано несостоятельным банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9

В Арбитражный суд города Москвы 01.06.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц - ФИО5 и ФИО8 (далее - ответчики).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18 марта 2024 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц - ФИО5 и ФИО8 отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий должника ФИО1 и ИП ФИО7 обратились с кассационными жалобами, в которых конкурсный управляющий должника ФИО1 просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ИП ФИО7 просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявители жалоб считают судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника ФИО1 поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Представитель ООО «Искона Холдинг» в лице конкурсного управляющего ФИО3 поддержал доводы кассационных жалоб.

Представитель ФИО5 возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО5 являлся генеральным директором ООО «ВИНАСТ» в период с 15.11.2017 по 06.10.2020, с 07.10.2020 являлся ликвидатором ООО «ВИНАСТ», участником ООО «ВИНАСТ» с размером доли в уставном капитале 1% с 30.11.2017.

Общим собранием участников ООО «ВИНАСТ» (ФИО5 и ФИО8) 21.09.2020 принято решение о ликвидации данного юридического лица и назначении ликвидатора (ФИО5) (сообщение на Федресурсе от 09.10.2020 № 05366278).

ФИО8 является участником ООО «ВИНАСТ» с размером доли в уставном капитале 99% с 13.12.2018.

Таким образом, суды пришли к правомерному выводу о том, что в силу статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО5 и ФИО8 являются контролирующими должника лицами.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или скольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в течение 1 месяца.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) установлено, что руководитель может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суды указали, что конкурсный управляющий должника ФИО9, ссылаясь на проведенный анализ финансового состояния должника, утверждал, что датой наступления объективного банкротства ООО «ВИНАСТ» является 19.08.2019. Указанная дата наступления объективного банкротства, по мнению конкурсного управляющего должника, определяется тем, что 18.03.2016 между ООО «Искона Холдинг» и ООО «ВИНАСТ» заключен инвестиционный договор № 1.

Судами установлено, что согласно условиям инвестиционного договора ООО «Искона Холдинг» участвует своими или привлеченными денежными средствами в реализации инвестиционного проекта по строительству гостиницы, расположенной по адресу: 

<

...>.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2020 по делу № А40-35286/20 с ООО «ВИНАСТ» в пользу ООО «Искона Холдинг» взыскано 101.299.011,71 руб. основного долга, а также проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 101.299.011,71 руб. с 02.09.2019 по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данным решением установлено, что письмом от 16.08.2019 ООО «Искона Холдинг» в одностороннем порядке отказалось от исполнения договора, указав на нарушение срока выполнения обязательств со стороны ответчика, обратилось к ответчику с требованием о возврате денежных средств по договору в размере 101.299.011,71 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2020 по делу № А40-35286/20 установлено, что за возвратом перечисленных ответчику денежных средств в размере 101.299.011,71 руб. истец (ООО «Искона Холдинг») обратился только 16.08.2020, направив в адрес ответчика претензию от 16.08.2019 исх. № 03/3/49, что подтверждается описью вложения, квитанцией.

В постановлении также указано, что фактически стороны обоюдно перестали исполнять свои обязательства по инвестиционному договору. ООО «Искона Холдинг» не оплатило в полном размере инвестиционный взнос, а затем выразило волю на возврат денежных средств.

Датой ввода объекта в эксплуатацию является 08.07.2020. Право собственности на объект зарегистрировано ООО «ВИНАСТ» только 26.11.2020.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2020 по делу № А40-35286/20 вступило в силу 21.12.2020, соответственно, ранее этой даты обязательств у ООО «ВИНАСТ» перед ООО «Искона Холдинг» по возврату денежных средств по договору в размере 101.299.011,71 руб. не наступило.

В свою очередь, ФИО5 на сайте https://fedresurs.ru/ опубликовано 31.03.2021 сообщение № 07472911 о недостаточности имущества, сообщение № 07474806 о наличии признаков несостоятельности (банкротства) ООО «ВИНАСТ».

Как обоснованно указали суды, делая вывод о дате наступления объективного банкротства 19.08.2019, конкурсный управляющий не учитывает, что с 2008 года (даты учреждения общества) в основе всей деятельности ООО «ВИНАСТ» было строительство гостиницы - объекта недвижимости по адресу: 

<

...>.

Также судами установлено, что других видов деятельности и иных сделок, не отвечающих данной цели, общество не осуществляло, доходы не формировались.

Для финансирования строительства здания привлекались средства участников, договоры займа. Между ООО «Искона Холдинг» и ООО «ВИНАСТ» 18.03.2016 заключен инвестиционный договор № 1, по условиям которого ООО «Искона Холдинг» участвует своими или привлеченными денежными средствами в реализации инвестиционного проекта по строительству гостиницы и результатом участия являлось право на получение в собственность доли во вновь построенном здании, пропорционально размеру вложенных денежных средств, но не менее 90%.

Однако финансирование в полном объеме со стороны ООО «Искона Холдинг» не произведено, в связи с чем строительство здания затянулось.

Основным экономическим планом деятельности общества было строительство здания гостиницы и затем ведение хозяйственной деятельности в данном объекте.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2020 по делу № А40-35286/20, вступившим в силу 21.12.2020, в пользу ООО «Искона Холдинг» с ООО «ВИНАСТ» вместо обязанности передать долю в здании взысканы денежные средства в размере 101.299.011,71 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 101.299.011,71 руб. с 02.09.2019 по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Именно факт замены доли соинвестора (ввиду его банкротства) в здании с натурального выражения (квадратные метры) на денежное выражение (рубли) в виде возврата долга по решению суда повлек невозможность осуществления дальнейшей деятельности ООО «ВИНАСТ».

До этого момента ФИО5 и ФИО8 выполняли экономически обоснованный план, который после окончания строительства гостиницы позволял полностью произвести расчеты с кредиторами и вести хозяйственную деятельность с целью получения прибыли.

Подтверждением указанного довода является нахождение в реестре требований кредиторов ООО «ВИНАСТ» всего двух конкурсных кредиторов: с требованием, основанном на инвестиционном договоре № 1, и с требованием по обязательному платежу.

Кроме того, согласно представленному в материалы дела бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.12.2019 стоимость активов ООО «ВИНАСТ» составляла 217.547.000 руб.

В рамках дела № А40-191454/18 конкурсный управляющий ФИО9 в отзыве от 10.04.2023 на заявление ПАО «Межтопэнергобанк» о взыскании убытков по делу фактически соглашается с отчетом, подготовленным самим банком, о рыночной стоимости объекта строительства (гостиница), которая составила 191.250.000 руб.

Учитывая изложенное, довод конкурсного управляющего должника о том, что ФИО5 и ФИО8 несут ответственность по обязательствам, возникшим с даты истечения, установленного для них Законом о банкротстве, срока о подаче заявления о признании должника банкротом (16.12.2019) до дня возбуждения дела о банкротстве - 23.12.2021 (дата вынесения решения о признании должника банкротом), обоснованно отклонен судами, так как опровергается материалами дела.

Довод конкурсного управляющего должника о том, что действиями ФИО5 причинен существенный вред кредиторам, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности, признан судами несостоятельным.

Как указали суды, заявляя данный довод, конкурсный управляющий ссылался на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и утверждал, что ФИО5 заключил договор аренды гостиницы в 2020 году и получал денежные средства на свой личный счет.

Судами в ходе судебного разбирательства установлено, что датой ввода объекта (гостиницы) в эксплуатацию является 08.07.2020.

В связи с возникшими техническими сложностями право собственности на объект недвижимости зарегистрировано ООО «ВИНАСТ» только 26.11.2020.

На территории Ивановской области действовал Указ Губернатора Ивановской области от 17.03.2020 № 23-УГ «О введении на территории Ивановской области режима повышенной готовности», которым установлено следующее:

1. Ввести с 18.03.2020 на территории Ивановской области режим повышенной готовности.

2. Установить, что распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) является в сложившихся условиях чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельством, повлекшим введение режима повышенной готовности в соответствии с Федеральным законом от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», который является обстоятельством непреодолимой силы.

3. Определить Ивановскую область территорией, в границах которой предусматривается реализация комплекса ограничительных и иных мероприятий, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

В связи с введением ограничений на передвижение населения из-за коронавирусной инфекцией (COVID-19) деятельность гостиниц в указанный период в Ивановской области практически не осуществлялась, однако расходы по содержанию необходимо было осуществлять.

На основании решения собрания участников ООО «ВИНАСТ» заключен договор аренды гостиницы с ИП ФИО5 с целью минимизации расходов общества по содержанию гостиницы (коммунальных платежей) до даты регистрации права собственности на объект недвижимости.

Согласно условиям договора аренды с ИП ФИО5 на арендатора возложена обязанность несения затрат по содержанию и обслуживанию гостиницы и установлена арендная плата. Затраты по содержанию и обслуживанию гостиницы производились (в том числе коммунальные платежи) непосредственно со счета арендатора. Арендная плата перечислялась на счет ООО «ВИНАСТ» в АО «Райффайзенбанк».

Как следует из отчета об использовании денежных средств должника ООО «ВИНАСТ» от 06.06.2023, конкурсным управляющим ФИО9 10.02.2022 закрыт расчетный счет общества в АО «Райффайзенбанк» (пункт 59 отчета о деятельности управляющего); денежные средства с расчетного счета в ПАО «Сбербанк» в сумме 367.703 руб. переведены 30.03.2022 на новый счет в ПАО «Банк ВТБ» (страница 5 отчета об использовании денежных средств).

Данные денежные средства формировались от поступлений арендной платы, так как никаких других сделок ООО «ВИНАСТ» не заключало, иной деятельности не вело.

Кроме того, положениями подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен критерий «существенности» вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суды обоснованно отметили, что критерий «существенности» вреда имущественным правам кредиторов конкурсным управляющим должника не доказан, как и не приведено доказательств о возможности заключения договора аренды на более выгодных условиях в период законодательного ограничения работы гостиниц в связи с коронавирусной инфекцией (COVID-2019).

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Суды обоснованно указали, что заключение договора аренды с ИП ФИО5 являлось мерой для защиты прав кредиторов общества и предотвращало появление новых обязательств у общества и новых кредиторов.

Судами установлено, что в 7 из 11 периодов введения ограничительных мер на территории Ивановской области в связи коронавирусной инфекцией и законодательным ограничением работы гостиниц оплата затрат на содержание гостиницы была возложена на арендатора.

При этом выручка арендатора от деятельности была минимальной и не покрывала затраты на содержание гостиницы.

Фактически решение участников общества о заключении договора аренды с ИП ФИО5 не только не нарушало имущественные права кредиторов, но и было принято для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов и общества.

Таким образом, довод конкурсного управляющего должника о том, что в результате неправомерного бездействия ФИО5 полное погашение требований кредиторов стало невозможным, признан судами несостоятельным, поскольку опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Суды указали, что в качестве следующего основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника ссылался на не передачу в полном объеме документов бухгалтерского учета (отчетности), что стало причиной невозможности выявления активов и оспаривания сделок для удовлетворения требований кредиторов.

Как установлено судами и следует из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВИНАСТ», согласно судебным актам трех инстанций, ФИО5 по акту приема-передачи документов от 28.12.2022 на 23 листах, содержащему подпись конкурсного управляющего ФИО9 о личном получении документов, переданы документы бухгалтерского и налогового учета ООО «ВИНАСТ». Также переданы печати, штампы, электронная подпись, материальные ценности ООО «ВИНАСТ».

На почтовый электронный адрес ФИО9 и ФИО10 (доверенность от 01.03.2022 № 8) 03.03.2022, 04.03.2022, 10.03.2022, 17.06.2022 ФИО5 направлены файлы бухгалтерской отчетности в электронной форме.

В рамках дела № А40-553/21 ФИО9 подано заявление к ФИО5 об истребовании документов ООО «ВИНАСТ».

Однако при оценке данного требования судами приняты во внимание следующие обстоятельства.

Суды установили, что передача всей имеющейся документации и имущества конкурсному управляющему должника ФИО9 происходила 28.12.2021 в здании гостиницы, после чего ФИО5 запрещен фактический доступ в здание гостиницы (конкурсным управляющим дано указание физической охране).

Конкурсным управляющим 29.12.2021 заключен новый договор аренды здания (сооружения) от 29.12.2021 № 1 между ООО «ВИНАСТ» (арендодатель) и ООО «МАРМЕЛАДЕ МОНСТЕРС» (арендатор).

Суды отметили, что данные обстоятельства не оспаривались ФИО9 и содержатся в его отчетах о деятельности конкурсного управляющего в составе дела о банкротстве.

Также судами установлено, что вся документация (техническая и бухгалтерская) по деятельности должника хранилась в офисе гостиницы.

В случае не указания в акте приема-передачи от 28.12.2021 каких-либо документов они продолжали фактически находиться в офисе.

В обстановке запрета доступа ФИО5 в офис гостиницы, установленного со стороны конкурсного управляющего ФИО9, и передачи гостиницы новому арендатору, ФИО5 объективно не мог предоставить какие-либо пояснения по документам, находящимся в офисе гостиницы в распоряжении ФИО9, и предоставить какие-либо дополнительные документы и пояснения.

ФИО5 неоднократно предоставлялись в адрес конкурсного управляющего электронные формы документов (сведения), которые сохранились у него в копиях на электронном носителе, что не оспаривалось ФИО9 и свидетельствует о добросовестном поведении ФИО5

ФИО5 в адрес ФИО9 15.11.2022 направлена (продублирована) запрашиваемая управляющим информация на 88-ми листах заказной почтой, что фактически подтверждает исполнение определения Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2022 по делу № А40-553/21 в части установления обязанности ФИО5 предоставить пояснения по строкам баланса ООО «ВИНАСТ».

Девятый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 05.07.2023 по делу № А40-553/21, рассматривая апелляционную жалобу на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2022 об истребовании документов, пришел к выводу о том, что представление ответчиком запрошенных сведений и документов после принятия определения суда первой инстанции об их истребовании не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если: - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6 и 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

Следуя правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 по делу № А40-82872/10, необходимо установить причинно-следственную связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов; установить специальный субъект - руководителя должника. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе:

- невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов;

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суды указали, что факт предоставления ФИО9 запрошенной информации, сведений и пояснений подтверждается судебным актом (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2023 по делу № А40-553/21).

Также суды отметили, что конкурсный управляющий должника в судебном заседании не смог обосновать причины невозможности выявить всех контрагентов должника, проверить совершенные сделки должника на предмет их подозрительности.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что ФИО5 неправомерно списал по бухгалтерскому учету активы по строке «Запасы» по мотивам окончания срока амортизации и этим причинил «существенный ущерб» обществу, обоснованно признан судами несостоятельными, так как ущерб обществу может быть причинен только утерей данной актива.

Суды установили, что по строке 220 «Запасы» учитываются материалы в период их амортизации.

По окончании амортизации имущество (запасы) имеют остаточную стоимость ноль рублей, но физически продолжают существовать и использоваться.

Акт списания имущества со стр. 1210 баланса (запасы) в сумме в 4.563 тыс. руб. составлен не по утрате актива, а по окончании срока его амортизации.

Однако, независимо от факта списания с бухгалтерского учета, запасы, учитываемые по данной строке баланса на сумму 4.563 тыс. руб., переданы ФИО9 по акту приема-передачи 26.01.2022 и полностью включены ФИО9 в акт инвентаризации имущества ООО «ВИНАСТ» (https://fedresurs.ru/ сообщение от 21.03.2022 № 8432764).

Таким образом, суды обоснованно заключили, что отсутствуют препятствия для реализации конкурсным управляющим должника данного актива общества в целях удовлетворения требований кредиторов.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что ФИО5 неправомерно списал по бухгалтерскому учету активы по строке «Дебиторская задолженность» (стр. 1230) на сумму 113.337 тыс. руб. по противоречащим и взаимоисключающим друг друга мотивам и этим причинил существенный ущерб обществу, также обоснованно признаны судами несостоятельными.

Судами установлено, что дебиторская задолженность списана с бухгалтерского учета в связи с ликвидацией контрагентов.

Приказ от 31.03.2021 о списании предоставлен ФИО9, дополнительно направлен ФИО9 заказной корреспонденцией 15.11.2022.

Однако, независимо от причины списания с бухгалтерского учета дебиторской задолженности, первичные документы, подтверждающие право требования общества, предоставлены конкурсному управляющему ФИО9 в составе акта приема-передачи документов от 28.12.2021, раздел «договоры займа».

Суды отметили, что конкурсный управляющий ФИО9 не оспаривал факт предоставления по акту от 28.12.2021 в разделе «договоры займа» информации о дебиторской задолженности в размере 113.336.536,90 руб.

При этом судами установлено, что указанная задолженность и документы, ее подтверждающие, относятся к периоду 2010 - 2014 годов. ФИО5 назначен директором ООО «ВИНАСТ» 08.11.2017. Кроме того, конкурсный управляющий как финансовый кризисный менеджер, ответственный за бухгалтерскую и налоговую отчетность должника в случае несогласия с актами списания с бухгалтерского учета, утвержденными ФИО5, имел возможность их отмены и восстановления активов на балансовом учете.

ФИО9, изучив первичную документацию, восстановил на балансовом учете ООО «ВИНАСТ» показатели дебиторской задолженности, начиная с отчетности за 2021 год, в связи с чем суды обоснованно указали, что приказ от 31.03.2021 является недействующим.

Таким образом, утверждения конкурсного управляющего должника о том, что ФИО5 не передал документацию общества в полном объеме, что привело к невозможности реализации активов, а именно: взыскании дебиторской задолженности, реализации финансовых вложений на торгах и данные обстоятельства вызвали затруднения в формировании и реализации конкурсной массы, как обоснованно заключили суды, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Как  отметили суды, конкурсный управляющий должника ФИО9 восстановил на балансовом учете показатели дебиторской задолженности на основании первичных документов; активы общества, учитываемые по балансу как «запасы», фактически получены ФИО9 и включены в акт инвентаризации имущества должника.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего должника в части привлечения к субсидиарной ответственности участника должника ФИО8 по основаниям не передачи документов общества конкурсному управляющему удовлетворению также не подлежит.

Суды указали, что возложение обязанности по передаче документации арбитражному управляющему генеральным директором должника, действующим на момент открытия/введения процедуры банкротства, установлено ввиду того, что лица, не осуществляющие непосредственное руководство должником, не имеют доступа к финансово-хозяйственной документации должника и, соответственно, не могут предоставить к ней доступ конкурсному управляющему или каким-либо иным лицам.

Кроме того, как отметили суды, исходя из того, что все документы общества должны храниться исключительно по адресу общества (другого не доказано), то конкурсному управляющему должника следует доказать, согласно требованиям статей 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что в нарушение положений по ведению и хранению документации общества ФИО8 изъяты документы общества из места их хранения, а также что он удерживает их у себя или по иному, известному только ему, одному адресу. Конкурсный управляющий должника должен представить доказательства того, что спорные документы находились у ФИО8 в период исполнения ФИО5 полномочий директора общества.

Доказательства указанного судам не представлено.

Положениями пункта 2 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Федеральный закон № 14-ФЗ), пунктов 3 и 4 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено, что учредителям (участникам) должны предоставляться документы общества. Имущество, права на которое подтверждаются запрашиваемыми документами, является собственностью общества.

Таким образом, суды обоснованно указали, что конкурсному управляющему надлежало доказать, что в нарушение норм Федерального закона № 14-ФЗ документация общества находилась у его участника (ФИО8).

Однако такие доказательства в нарушение положений статей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судам не представлены.

Ввиду вышеизложенного суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отказали конкурсному управляющему должника в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционным судом отклонены доводы конкурсного управляющего должника и ИП ФИО7 о не передаче ФИО5 документов по дебиторской задолженности как противоречащие материалам дела.

Суд апелляционной инстанции исходил из того, что в рамках рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВИНАСТ» судебными актами трех инстанций установлено, что ФИО5 по акту приема-передачи документов от 28.12.2021 на 23 листах, содержащему подпись конкурсного управляющего ФИО9 о личном получении документов, переданы документы бухгалтерского и налогового учета ООО «ВИНАСТ». Также переданы печати, штампы, электронная подпись, материальные ценности ООО «ВИНАСТ».

Апелляционным судом установлено, что вопреки доводам конкурсного управляющего, в акте приема-передачи документов от 28.12.2021 указано, что ФИО9, исполняющий функции конкурсного управляющего, получил первичные документы, в том числе те, на которые ссылалась ФИО1

Акт приема-передачи документов содержит не только поименную передачу документов, но и сформированные папки документов («акты сверок», счета на оплату, счета фактуры) - стр. 23 акта от 28.12.2021.

Кроме того, доводы конкурсного управляющего должника и ИП ФИО7 о необходимости поименного указания документов в актах приема-передачи также отклонен апелляционным судом, так как противоречит правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2022 № 307-ЭС22-5640 по делу № А26-507/21, согласно которой законодательство не содержит конкретных указаний в отношении порядка передачи документов бывшим руководителем общества и не устанавливает императивного требования к форме, в которой происходит такая передача. В связи с этим доводы о необходимости бывшим руководителем передать все документы путем составления акта приема-передачи с поименным перечислением каждого документа не отвечают законодательству и не соответствуют характеру деятельности хозяйственного общества, имманентно предполагающего многочисленность документов, объем которых не позволяет их индивидуальную передачу.

Довод апеллянтов о том, что факт неисполнения ФИО5 обязанности передачи документов ООО «ВИНАСТ» подтвержден судебным актом, отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку основан на неверном анализе выводов судебного акта и фактических обстоятельств дела.

Апелляционным судом учтено, что при обжаловании судебного акта суды приняли во внимание и судебными актами трех инстанций установлено, что ФИО5 по акту приема-передачи от 28.12.2021 на 23 листах, содержащему подпись конкурсного управляющего ФИО9 о личном получении документов, были переданы первичные документы финансово-хозяйственной деятельности должника, бухгалтерского и налогового учета. На почтовый электронный адрес ФИО9 и ФИО10 (доверенность от 01.03.2022 № 8) 03.03.2022, 04.03.2022, 10.03.2022, 17.06.2022 ФИО5 направлены файлы бухгалтерской отчетности в электронной форме.

ФИО5 15.11.2022 в адрес ФИО9 направлена (продублирована) запрашиваемая управляющим информация на 88-ми листах заказной почтой, что фактически подтверждает исполнение определения Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2022 по делу № А40-553/21 в части установления обязанности ФИО5 предоставить пояснения по строкам баланса ООО «ВИНАСТ».

Девятый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 05.07.2023 по делу № А40-553/21, рассматривая апелляционную жалобу на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2022 об истребовании документов, пришел к выводу о том, что представление ответчиком запрошенных сведений и документов после принятия определения суда первой инстанции об их истребовании не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 27.02.2024 № 305-ЭС22-9249(2) по делу № А40-553/21 указано, что исполнение ФИО5 названной обязанности после вынесения определения суда подлежит учету впоследствии на стадии исполнения судебного акта.

То есть, как обоснованно отметил апелляционный суд, данные судебные акты содержат подтверждение о представлении ФИО5 запрошенных сведений и документов, но уже после принятия определения суда первой инстанции, что не препятствовало осуществлению деятельности конкурсного управляющего.

Доводы апеллянтов о незаконном списании дебиторской задолженности и о том, что восстановление дебиторской задолженности конкурсным управляющим ФИО9 не осуществлялось, обоснованно отклонены апелляционным судом, поскольку противоречат материалам делам и фактически сводятся к несогласию с действиями арбитражного управляющего ФИО9

Также апелляционным судом признаны несостоятельными и не подтвержденными материалами дела доводы апеллянтов о том, что суд первой инстанции неверно оценил обстоятельства, связанные с заключением договора аренды гостиницы в 2020 году с ФИО5, поскольку суд первой инстанции правомерно дал оценку обстоятельствам, связанным с действием на территории Ивановской области Указа Губернатора Ивановской области от 17.03.2020 № 23-УГ «О введении на территории Ивановской области режима повышенной готовности», и в связи с введением ограничений на передвижение населения из-за коронавирусной инфекцией (COVID-19) деятельность гостиниц в указанный период в Ивановской области практически не осуществлялась.

Апелляционный суд указал, что участниками ООО «ВИНАСТ» принято решение о заключении договора аренды гостиницы с ИП ФИО5, и на арендатора возложена обязанность несения всех затрат по содержанию и обслуживанию гостиницы, установлена арендная плата. Затраты по содержанию и обслуживанию гостиницы, включая коммунальные платежи (около 100-120 тыс. руб. ежемесячно) производились непосредственно арендатором, общество получало ежемесячно арендную плату.

Также апелляционный суд отметил, что суд первой инстанции правомерно указал на то, что по смыслу нормы подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, критерий «существенности» вреда имущественным правам кредиторов, Заявителем не доказан, как и не приведено доказательств о возможности заключения договора аренды на более выгодных условиях в период законодательного ограничения работы гостиниц в связи с коронавирусной инфекцией (COVID-2019).

Кроме того, апелляционный суд обоснованно отметил, что целью заключения договора аренды гостиницы было не ведение предпринимательской деятельности ИП ФИО5 на постоянной основе и извлечение из этого выгоды, а принятие срочных мер к защите ООО «ВИНАСТ» от появления новых обязательств у общества и новых кредиторов в период действия коронавирусной инфекции (COVID-19) в условиях, когда деятельность гостиниц в Ивановской области практически не осуществлялась.

Апелляционный суд обоснованно указал, что заключение договора аренды с ИП ФИО5 в данных условиях являлось вынужденной мерой для защиты прав кредиторов общества и предотвращало появление новых обязательств у общества и новых кредиторов, то есть предотвращало еще больший ущерб интересам кредиторов и общества.

Подтверждением обоснованности и эффективности решения участников, как отметил апелляционный суд, является нахождение в реестре требований кредиторов ООО «ВИНАСТ» всего двух конкурсных кредиторов: с требованием, основанном на инвестиционном договоре № 1 (2016), и требованием по обязательному платежу.

Ссылка ФИО1 на заключение ФИО9 договора аренды с ООО «Мармеладе Монстерс» признана апелляционным судом несостоятельной, так как действие этого договора относится к другому временному периоду.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что первичные документы по деятельности ООО «ВИНАСТ» не могут находиться в офисе гостиницы, признаны апелляционным судом несостоятельными и не подтвержденными материалами дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица», адрес юридического лица определяется местом нахождения его постоянно действующего исполнительного органа (пункт 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации), и может также отличаться от адреса, по которому осуществляется непосредственная деятельность юридического лица, в том числе хозяйственная (производственный цех, торговая точка и тому подобное).

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что ФИО8, как участник общества, должен быть привлечен к субсидиарной ответственности в связи с незаконным списанием с баланса дебиторской задолженности, обоснованно отклонены апелляционным судом, так как материалами дела установлено, что арбитражный управляющий ФИО9, исполняющий функции конкурсного управляющего на тот период времени, восстановил на балансовом учете показатели дебиторской задолженности на основании полученных первичных документов, что подтверждается бухгалтерской отчетностью общества с отметкой налогового органа, в связи с чем приказ о списании с баланса ООО «ВИНАСТ» дебиторской задолженности отменен.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационных жалоб о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержат, а приведенные в жалобах доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационных жалоб сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 18 марта 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2024 года по делу № А40-553/21 оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего должника ФИО1 и ИП ФИО7 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            П.М. Морхат

 

Н.Я. Мысак